The article deals with simulative constructions meaning ‘pretend to do something’ in Tatyshly Udmurt. We mainly use the data collected during fieldwork as well as the corpus of oral narratives and information on simulative constructions in Standard Udmurt found in previous studies. In Tatyshly Udmurt, there are several strategies to express simulative meaning: a synthetic one (using the suffix -mn’äs’k) and two analytic strategies (with the verbs karis’kə̑nə̑ ‘be done, become’ and lu̇ə̈nə̈ ‘be, become’). We compare the strategies according to the parameters of variation cited in the typological literature: the base form that attaches the simulative marker; (in)transitivity of the simulative predicate; (in)animacy of the subject. We also consider the semantic shifts of simulative derivations into the domain of scalarity: an attenuative meaning of the constructions with -mn’äs’k and karis’kə̑nə̑, as well as an attemptive meaning close to the attenuative one and a neglective interpretation of the forms with -mn’äs’k. As for the construction with the verb lu̇ə̈nə̈, we reveal the possibility of its simulative interpretation in secondary predication with a converb lu̇sa. We show that such a meaning appears in a limited number of subject-oriented contexts, in which an emotional state, result state, or life stage is described. We suggest additional morphosyntactic parameters that may be relevant for further language-specific and typological studies of simulative constructions: negation scope, availability of (non)coreferential subjects in biclausal constructions, and indexical shift in the dependent clause. We discuss both the general grammatical acceptability of these strategies and idiolect variation in their use.
Статья посвящена симулятивным конструкциям, т. е. способам выражения значения ‘притворяться, делать вид’, в татышлинском говоре удмуртского языка. Анализируются в основном данные, собранные методом анкетирования, также привлекается корпусный материал и сведения о литературном удмуртском языке из работ предшественников. В татышлинском говоре имеется несколько стратегий выражения симулятивного значения: синтетическая (с помощью суффикса -mn’äs’k) и две аналитических (с глаголами karis’kə̑nə̑ ‘делаться, становиться’ и lu̇ə̈nə̈ ‘быть, становиться’). Стратегии сопоставляются по параметрам варьирования, известным из типологической литературы: базовая основа, к которой присоединяется маркер притворства; (не)переходность предиката; (не)одушевленность субъекта. Рассматривается возможность семантических сдвигов исходного значения притворства в зону скалярности: аттенуативное значение конструкций с показателем -mn’äs’k и глаголом karis’kə̑nə̑, а также близкое к аттенуативному значение попытки как начала освоения навыка и пренебрежительная интерпретация (‘действие выполняется некачественно’) форм с -mn’äs’k. Для глагола lu̇ə̈nə̈ выявлена возможность симулятивной интерпретации в составе депиктивной конструкции с деепричастием lu̇sa, причем такое прочтение возникает в ограниченном наборе употреблений, ориентированных на субъекта (эмоциональное состояние, результирующее состояние, жизненная стадия). В исследовании предлагаются дополнительные морфосинтаксические параметры, которые могут быть релевантны для исследований симулятивов в языках мира: интерпретация сферы действия отрицания, допустимость (не)кореферентных субъектов в полипредикативной конструкции, а также возможность индексикального сдвига в зависимой клаузе. В статье обсуждается как общая грамматическая приемлемость трех стратегий, так и идиолектное варьирование в их использовании.