The relationship between process of peroxidation of lipids, activity of antioxidant system and fatty-acid composition of blood in patients with diabetes mellitus type I and under its complications

Abstract


The results of study testify that in patients the diabetes mellitus type I is accompanied by dyslipidaemia of atherogenic character. The activation of processes of lipid peroxidation is also present and results in increasing of content of both primary and secondary products of peroxidation of lipids and disorders in system of antioxidant defense. In patients with diabetes mellitus increase of total content of saturated fatty acids mainly at the expense of myristinic acid accompanied by decreasing of total content of unsaturated fatty acids. This occurrence was mostly expressed in patients with complications of diabetes mellitus. The study marked direct correlation relationship between activity of superoxide dismutase and level of a-linolenic acid (r=0.53, p<0.05), and also between level of diene conjugates and enzyme activity of glutathione peroxidase (r=0.47, _p<0.05). The direct correlation relationship existed between concentration of malondialdehyde and content of linolenic acid (r=0.67, p<0.05). The total ratio of content of omega-6/omega-3 decreased (p<0.05) at the expense of increase of total activity of superoxide dismutase and catalase (r=-0.763, p<0.05). Therefore, in patients with complicated diabetes mellitus against the background of dyslipidaemia significant alterations were established concerning both level and content of fatty acids, rising of concentration of free radicals and decrease of activity of enzymes of antioxidant defense.

Full Text

Высокий уровень распространенности сахарного диабета (СД) и смертности от его осложнений обусловливает необходимость дальнейшего изучения механизмов развития этого заболевания. Известно, что токсическое действие гипергликемии обусловлено при СД накоплением в тканях продуктов неферментативного гликозилирования и образованием крайне реакционноспособных свободных радикалов, ослаблением антиок- сидантной защиты (АОЗ) и развитием окислительного стресса. Развивающийся на фоне гипергликемии ацидоз нарушает при этом течение многих ферментативных процессов в организме, активирует некоторые фосфоли- пазы и протеазы, что ведет к усилению распада фосфолипидов и белков и повышению концентрации ненасыщенных жирных кислот (ННЖК) и усилению их пере- кисного окисления [1]. Известно, что полиненасыщенные жирные кислоты (ПНЖК) играют важную роль в процессах перекисно- го окисления липидов (ПОЛ) и АОЗ организма. Роль ПНЖК в процессах ПОЛ связывается с их функцией как субстратов ПОЛ [2, 3]. Вместе с тем имеются единичные указания на их возможное антиоксидантное действие [3, 4]. В связи с тем, что во время острой инсулиновой недостаточности происходит массивный липолиз, в сыворотке крови может значительно повышаться содержание свободных жирных кислот (ЖК) [5-8], поэтому возникают вопрос о возможной роли ПНЖК в формировании АОЗ крови, а также необходимость параллельной клинико-биохимической оценки показателей ПОЛ, АОЗ и жирно-кислотного состава плазмы крови у больных СД 1-го типа (СД-1). При этом особого внимания заслуживает выявление возможной корреляции между уровнем ПОЛ/АОЗ и ПНЖК, так как ПНЖК входят в состав фосфолипидов клеточных мембран (КМ) и в значительной мере определяют их структурные и функциональные свойства [9, 10]. Между тем имеются лишь единичные работы, посвященные изучению жирно-кислотного состава крови при декомпенсации СД [7, 8, 11]. В связи с этим представляется целесообразным изучение состояние жирнокислотного обмена при СД и его осложнениях. Целью исследования явилось изучение взаимосвязи между процессом пероксидации липидов и активности системы антиоксидантной защиты от жирнокислотного состава крови у больных СД-1 в зависимости от наличия осложнений заболевания. У больных, страдающих СД, проводили комплексное исследование липидного состава сыворотки и КМ крови, степени ПОЛ, а также состояние ферментов АОЗ. Обследованы 70 больных в возрасте 29-36,7 года с СД-1; в контрольную группу вошли 20 практически здоровых мужчин и женщин без эндокринной патологии. Липидный состав, баланс ПОЛ-АОЗ и жирнокислотный спектр липидов сыворотки крови изучали в двух группах: 1-ю составили 27 больных СД-1 в стадии компенсации (средний возраст 32,5 ± 4,2 года; длительность заболевания 4,9 ± 1,8 года), 2-ю - 23 пациента с СД-1 c осложнениями (средний возраст 29 ± 4,2 года; длительность заболевания 6,4 ± 3,2 года). Больные 2-й группы поступали в стационар с осложнениями СД (хайропатия, нефропатия, полинейропатия, ретинопатия, кардиопатия). Показатели метаболизма глюкозы у них указывали на декомпенсированное течение заболевания: средний уровень гликилированного гемоглобина(HbAtс) 12,6%; суточная гликемия 11,26 ммоль/л; доза инсулина 0,95 ЕД/кг. Степень компенсации СД определяли с учетом содержания глюкозы в сыворотке крови утром натощак и концентрации HbA^. Компенсацию углеводного обмена у пациентов считали при показателе HbA^ ниже 7. Больные СД-1 получали человеческий рекомбинантный инсулин в индивидуальной дозе по интенсифицированной схеме (от 0,35 до 1,66 ЕД/кг). Данное исследование одобрено комитетом по этике Российским национальным исследовательским медицинским университетом им. Н.И. Пирогова. Материалом для исследования служила венозная кровь. Экстракцию липидов из сыворотки крови проводили по методу J. Folch и соавт. [12], после чего осуществляли метилирование ЖК по методу [13] с дальнейшим анализом на газовом хроматографе ULTRA GC-ITQ 900 (США). Прибор калибровали стандартными смесями метиловых эфиров ЖК фирмы Sigma (США). Обсчет и идентификацию пиков проводили с помощью программно-аппаратного комплекса Anflytica for Windows с использованием IBM Pentium IV 1800. Определяли концентрацию следующих высших ЖК: миристиновой (С14:0), пальмитиновой (С 16:0), стеариновой (С 18:0), пальмито- лейновой (С16:1), олеиновой (С18:1), линолевой (С18: 2 омега-6), а-линоленовой (С18:3 омега-3), у-линоленовой (С18:3 омега-6), дигомо-у- линоленовой(С20:3 омега-6), арахидоновой (С20:4 омега-6). В соответствии с методиками в качестве антикоагулянта использовали ЭДТА или гепарин. Об активности процессов ПОЛ в плазме крови и мембране эритроцитов судили по уровню гидроперекисей (ГП) и ДК, определяемого методом В.Б. Гаврилова [14], и содержанию продуктов, реагирующих с 2-тиобарбитуровой кислотой (ТБК - активные продукты), которое определяли методом K. Yagi [15]. Концентрацию ГПО, СОД, КТ изучали с помощью наборов фирмы BioVision (США) на иммуноферментном анализаторе Stat Fax 3200. Уровень общих антиоксидантов исследовали в сыворотке крови больных на биохимическом анализаторе SAPPHIRE 400 с использованием реактивов фирмы RANDOX (США). Содержание общего холестерина (ХС), триглицеридов (ТГ), липопротеидов высокой плотности (ЛПВП) определяли на том же анализаторе ферментным методом с помощью диагностических наборов фирмы Analitycon Biotechnologies AG (Германия) и BioSystems S.A. (Испания). Концентрацию липопротеидов низкой и очень низкой плотности (ЛПНП и ЛПОНП) оценивали по расчетной формуле У.Т. Фридевальда, уровень коэффициента атерогенности (КА) - по формуле А.Н. Климова. Статистическую обработку материала осуществляли с помощью компьютерной программы Microsoft Excel. Достоверность различий оценивали по /-критерию Стьюдента. При изучении характера взаимоотношений исследуемых параметров использовали коэффициент корреляции. Результаты исследований свидетельствуют, что у больных СД-1 отмечается повышение содержания ХС, ТГ, ЛПНП, ЛПОНП, а также КА по сравнению с контрольными значениями независимо от наличия осложнений (табл. 1). Эти изменения позволяют утверждать, что развитие СД-1 сопровождается существенными изменениями атерогенного характера. При этом у больных СД с осложнениями имеют место более выраженные изменения количественного состава липидов крови. Уро - вень КА повышался у них в 2 раза (р < 0,05) по сравнению с таковым в контроле на фоне повышения концентрации ХС, ТГ, ЛПНП, ЛПОНП. Повышение содержания общего ХС и ТГ в сыворотке крови сопровождалось снижением уровня ХС ЛПВП. Снижение содержания ХС в ЛПВП свидетельствует о нарушении метаболизма ХС, так как ЛПВП участвуют в акцепции ХС из тканей. Повышение содержания ТГ предполагает увеличение преимущественно содержания ЛПОНП. Результаты исследования данных показателей в крови у больных СД-1 при развитии осложнений (хайропа- тия, нефропатия, ретинопатия, нейропатия, кардиопатия и синдром Мориака) представлены в табл. 2. В обеих группах (как без осложнений, так и при их наличии) уровень эритроцитарного и плазменного малонового диальдегида (МДА), а также содержание ДК повышены в сравнении с таковыми в контроле. Также показано достоверное повышение уровня плазменного МДА при развитии осложнений по сравнению с аналогичным показателем у больных, не имеющих осложнений. По содержанию эритроцитарного МДА и ДК различий между группами не обнаружили. Развитие кетоацидоза у больных с осложнениями сопровождалось снижением уровня эритроцитарного МДА в сравнении с соответствующим показателем у больных без кетоза, но оставалось значительно выше, чем в контроле. При этом в общей группе больных СД-1 между уровнем кетоновых тел в крови и содержанием эритроцитарного МДА имелась отрицательная корреляционная связь с тенденцией к достоверности (г = -0,29; 0,1 > р > 0,05). Исходя из того, что основным субстратом ПОЛ являются ПНЖК, можно ожидать увеличения жесткости мембран, а следовательно, и нарушения проницаемости и функций данной клетки. Увеличение жесткости связано с изменением соотношения содержания ННЖК и насыщенных ЖК (НЖК) в сторону повышения уровня последних, так как прямые углеводородные цепи легче взаимодействуют между собой. Все эти изменения ли- Таблица 1 Изменение некоторых метаболических показателей крови у больных СД-1 с осложнениями и без осложнений (M±SD) Показатель Контроль СД-1 без осложнений СД-1 с осложнениями ЛПВП, мг/дл 292,8 ± 11,3 236,89 ±9,80 (р > 0,05) 298,19 ± 12,40 (р1 > 0,05; р21> 0,05) ЛПНП, мг/дл 457,06 ±16,1 435,71 ±12,50 (р1>0,05) 531,11 ±21,40 р > 0,05; р21> 0,05) ЛПОНП, мг/дл 53,47 ±3,9 53,45 ±4,90 (р1>0,05) 128,65 ±11,20 р < 0,01; р2< 0,01) Общий ХС, мг/дл 169,63 ±11,5 258,06 ±9,08 (р < 0,05) 323,50 ±10,40 (р1 < 0,001; р2 < 0,01) Общие ТГ, мг/дл 150,39 ±9,3 119,38 ±8,17 (р1 > 0,05) 213,67 ±11,50 (р < 0,001; р2 < 0,01) ХС/ФЛ 0,911 ±0,26 0,960 ±0,03 (р < 0,01) 0,960 ±0,09 (р1<0,01; р2 1> 0,05) ХС ЛПВП, мг/дл 57,87 ±8,7 43,91±7,01 (р1 < 0,05) 46,13 ±7,20 р < 0,05; р21> 0,05) ХС ЛПНП, мг/дл 2,6± 0,2 3,38±0,18 (р < 0,05) 3,38±0,06 (р < 0,05) Примечание: р - достоверность по отношению к контролю; р1 - достоверность различий по сравнению с показателями в контрольной группе; р2 - достоверность различий по сравнению с показателями у пациентов с СД-1; ФЛ - фосфолипиды. Таблица 2 Содержание МДА И ДК в эритроцитах и плазме крови при СД-1 с осложнениями и без осложнений (M±SD) Показатель Здоровые СД-1 лица без осложнений с осложнениями МДА в эритроцитах, мкмоль/мл 0,53 ±0,02 (n=28) 0,92±0,01 (р<0,001; n=25) 0,95±0,02 (р < 0,001; n = 17) МДА в плазме, мкмоль/мл 0,75 ±0,03 (n=28) 1,16±0,01 (р<0,001; n=25) 1,21±0,02 (р < 0,001; р2 < 0,05; n = 17) ДК в эритроцитах, ммоль/мл 0,57±0,03 (n=31) 0,97±0,05 (р<0,001; n=38) 0,96±0,07 (р < 0,001; n = 18) Примечание. р - статистически достоверные различия с показателями у здоровых пациентов; р2 - статистически достоверные различия с показателями у пациентов, не имеющих осложнений СД-1. Активность ферментов АОЗ у больных с осложнениями СД-1 и без осложнений (M±SD) Показатель Здоровые лица СД-1 без осложнений с осложнениями СОД, Ед/гНЬ 1113,55±51,76 (n = 20) 955,69±55,94 (0,1 > р > 0,05; n = 20) 765,80±130,87 (р < 0,01; n = 8) КТ, мкмоль ■ 104/ мин■гНЬ 8,71±0,18 (n = 23) 9,46±0,14 (р < 0,01; n = 19) 9,08±0,32 (n = 10) ГПО, мкмоль/ мин ■ гНЬ 89,69±2,01 (n = 10) 56,60±4,79 (р < 0,001) 53,38±2,76 (р < 0,001) Г-6-ФДГ, мкмоль/мин ■ НЬ 7,71±0,12 (n = 14) 4,40±0,18 (р < 0,001) 4,49±0,08 (р < 0,001) Примечание. р - достоверность различий с показателями в контроле. пидного состава являются результатом активации ПОЛ и становятся причиной нарушения структуры и функций КМ. Особенно важно при данной патологии усиление ПОЛ в Р-клетках островков Лангерганса, поскольку они имеют слабую АОЗ [10] и процессы ПОЛ в них наиболее выражены. При развитии осложнений СД-1 достоверно снижалась активность супероксиддисмутазы (СОД) по сравнению с таковой в норме, тогда как у больных без осложнений СД-1 достоверных изменений не отметили (табл. 3). При сравнении больных без осложнений и с их наличием выявили повышение активности каталазы (КТ) и как следствие повышение коэффициента КТ/СОД, а также снижение активности ГПО и коэффициента ГПО/СОД. Достоверно снижена активность Г-6-ФДГ в 1,75 раза. Это свидетельствует о том, что активность рассматриваемых ферментов претерпевает значительные изменения при СД-1 особенно с наличием осложнений болезни. СОД и КТ являются ферментами специфической АОЗ в организме, субстратами для которых служат активные формы кислорода (АФК). В связи с этим можно ожидать, что in vivo нарастание концентрации свободных радикалов также будет оказывать влияние на активность ферментов. В частности, повышение содержания Н2О2 которая является ингибитором СОД и субстратом для КТ, может стать причиной снижения активности СОД и повышения уровня КТ. Кроме того, между активностью ГПО и активностью каталазы, также обладающей пе- роксидазной активностью, имеется отрицательная кор - реляционная зависимость (г = 0,43; 0,1 >р > 0,05). Поэтому можно предположить, что нарастание концентрации Н2О2 в клетке и повышение активности каталазы могут повлиять на снижение активности ГПО, так как ГПО эффективна только при низкой концентрации Н2О2 [16]. У пациентов СД-1 отмечали повышение суммарного содержания НЖК и снижение суммарного содержания ННЖК по сравнению с аналогичными показателями в контрольной группе; наиболее выражены они у больных СД-1 с осложнениями (на 12,1 и 10,1% соответственно) (табл. 4). При подсчете коэффициента НЖК/ННЖК выявлено его повышение (на 13,7%) у больных с осложнениями СД-1. В пуле НЖК максимальное повышение отдельных фракций наблюдали также у больных СД-1 с осложнениями в начале госпитализации: миристиновой (С14:0) кислоты на 76%, пальмитиновой (С16:0) на 25,8%, стеариновой (С 18:0) на 24,8% по отношению к таковым в контрольной группе. Через 2 нед, т. е. в конце исследования, изменения во фракционном составе НЖК имели разнонаправленный характер: повышение уровня ми- ристиновой кислоты на 77%, а пальмитиновой кислоты на 19,4% по отношению к контрольным значениям. У пациентов 2-й группы, т. е. с осложнениями СД-1, в течение всего периода наблюдения отмечали умеренное снижение суммы полиеновых ЖК (ПННЖК) на 9,3% по сравнению с таковым в контроле. Результаты анализа концентрации отдельных ПННЖК показали, что уровень а-линоленовой (С18:3ш3) кислоты снизился на 63,7% по сравнению с аналогичным показателем в контроле, а также повысилось содержание арахидоновой (С20:4ш6) кислоты на 32% по отношению к контрольному. Таким образом, суммарный уровень ш6-ПННЖК был повышен при СД-1 в начале исследования в среднем на 60% по сравнению с таковым у здоровых лиц, а уменьшение коэффициента ш3-ПННЖК/ш6-ПННЖК (за счет низкой концентрации а-линоленовой кислоты на 17,3%, ЭПК на 50% и ДГК на 52% от контрольных значений) отмечали в течение всего периода наблюдения, особенно выраженным оно было через 2 нед после госпитализации. Изменения в содержании ПННЖК характеризовались снижением уровня Еш3-ПННЖК по сравнению с таковым в контроле; соотношение Еш3-ПННЖК/ Еш6-ПННЖК достоверно снизилось у диабетических больных без осложнений более чем в 2 раза (р < 0,05), c осложнениями - почти в 3,5 раза (р Таблица 4 Уровень ЖК в плазме крови у больных СД-1 с осложнениями и без осложнений по сравнению с таковыкм в контрольной группе (% от суммы ЖК, M±SD) Семейство ПННЖК ЖК Контроль СД-1 c осложнениями СД-1 без осложнений Ю3-ПННЖК 20:5 (ЭПК) 0,6±0,12 0,3±0,03* 0,5±0,08* 22:6 (ДГК) 2,2±0,8 1,0±0,23* 1,2±0,2* Ю6-ПННЖК 18:2 (линолевая кислота 24,0±3,5 39,3±5,4* 36,0±7,9* 20:3 (дигомо-у-линоленовая кислота) 0,3±0,05 0,6±0,2* 0,4±0,01 20:4 (арахидоновая кислота) 4,3±1,9 5,7±2,1* 5,3±1,8 Ею3-ПННЖК 2,8±0,1 1,3±0,2 1,7±0,1 Ею6-ПННЖК 28,6±3,1 45,6±4,2 41,7±6,3 ю3-ПННЖК/ю6-ПННЖК, ед. 0,097 0,028 0,040 Е НЖК 31,87±3,01 38,60±2,90* 35,32± 2,35* Е ННЖК 68,13±2,35 61,4±2,7* 64,68±3,21 НЖК / ННЖК, ед. 0,46±0,05 0,63±0,02* 0,55±0,01* Примечание. * - отличия достоверны по сравнению с показателями в контроле (р < 0,05); Е - сумма; ПННЖК ные ЖК. - полиненасыщен- < 0,01). Выявили прямые корреляционные взаимосвязи между активностью СОД и уровнем а-линоленовой кислоты (г = 0,53 ; р < 0 ,05), уровнем ДГК и ферментативной активностью ГПО (г = 0,47; р < 0,05). Прямая корреляционная связь существовала и между концентрацией МДА и уровнем линолевой кислоты (г = 0,67; р < 0,05). Увеличение соотношения омега-6/омега-3 ПНЖК в крови у больных СД-1 сопровождается повышением активности и интенсивности ПОЛ, наиболее выражено (р < 0,05) это при наличии осложнений болезни. Суммарное соотношение омега-6/омега-3 (р < 0,05) снижается за счет повышения суммарной активности СОД+КТ (г = -0,763;р < 0,05; n = 19). Приведенные результаты свидетельствуют о том, что пациенты с СД-1 с осложнениями имеют более выраженные нарушения жирнокислотного состава сыворотки крови за счет группы ЖК омега-3 и омега-6, сохранявшиеся в течение всего периода наблюдения. У них отметили увеличение коэффициента НЖК/ ННЖК, максимально выраженное в начале исследования. По-видимому, эти изменения связаны с тем, что при ли- полизе в первую очередь мобилизуются ННЖК, которые и окисляются первыми [11, 13]. Можно предположить, что этим объясняется активация процессов ПОЛ у больных при СД-1 [1, 16]. У больных СД-1 отметили повышение уровня ХС, ТГ, ЛПНП, ЛПОНП, а также КА по сравнению с таковым в контроле независимо от наличия осложнений. Эти изменения позволяют утверждать, что развитие СД -1 сопровождается дислипидемией атероген- ного характера. При этом у больных СД-1 с осложнениями имеют место более выраженные изменения количественного состава липидов, в том числе жирнокислотного состава крови, нарастание концентрации свободных радикалов и снижение активности ферментов АОЗ. Результаты исследования свидетельствуют о том, что СД -1 сопровождается дислипидемией атерогенного характера с активацией процессов липидной пероксида- ции, проявляющейся повышением содержания как первичных, так и вторичных продуктов ПОЛ, а также нарушениями в системе АОЗ. У пациентов с СД-1 отметили повышение суммарного содержания НЖК в основном за счет миристиновой кислоты, снижение суммарного содержания ННЖК по сравнению с таковым в контроле: наиболее выражено это у больных СД-1 с осложнениями. Выявили прямые корреляционные взаимосвязи между активностью СОД и уровнем а-линоленовой кислоты (г = 0,53 ; р < 0 ,05), уровнем ДГК и ферментативной активностью ГПО (г = 0,47; р < 0,05). Прямая корреляционная связь существовала и между концентрацией МДА и содержанием линолевой кислоты (г = 0,67; р < 0,05). Увеличение соотношения омега-6/омега-3 ПНЖК в крови у больных СД-1 сопровождалось повышением активности и интенсивности ПОЛ, которое наиболее выражено (р < 0,05) при осложнениях СД-1. Суммарное соотношение омега-6/омега-3 снижалось (р < 0,05) за счет повышения активности СОД+КТ (г = -0,763; р < 0,05; n = 23). Таким образом, у больных СД-1 с осложнениями на фоне дисли- пидемии обнаружили существенные изменения как уровня, так и состава ЖК, нарастание концентрации свободных радикалов и снижение активности ферментов АОЗ.

About the authors

N. P Mikaeliyan

The N.I. Pirogov Russian national research medical university Minzdrav of Russia

Email: ninmik@yandex.ru
117997, Moscow, Russia

A. E Gurina

The N.I. Pirogov Russian national research medical university Minzdrav of Russia

117997, Moscow, Russia

H. Z Nguen

The N.I. Pirogov Russian national research medical university Minzdrav of Russia

117997, Moscow, Russia

A. A Terentiyev

The N.I. Pirogov Russian national research medical university Minzdrav of Russia

117997, Moscow, Russia

K. A Mikaeliyan

The N.I. Pirogov Russian national research medical university Minzdrav of Russia

117997, Moscow, Russia

References

  1. Меньшикова Е.Б., Зенков Н.К., Ланкин В.З. Окислительный стресс: Патологические состояния и заболевания. М.: Медицина; 2008. 284 с.
  2. Микаелян Н.П., Терентьев А.А.,Гурина А.Е., Смирнов В.В. Нарушения функций мембрано-рецепторного аппарата клеток крови у детей, больных сахарным диабетом I и II типа. Биомедицинская химия. 2011; 57(6): 642-9.
  3. Конь И.Я., Шилина Н.М., Вольфсон С.Б. Омега-3 полиненасыщенные жирные кислоты в профилактике и лечении болезней детей и взрослых. Лечащий врач. 2006; 4: 55-9.
  4. Микаелян Н.П., Потемкин В.В., Францева Е.Ю., Кулаева И.О. Функциональное состояние мембрано-рецепторного аппарата клеток крови при впервые выявленном сахарном диабете типа 2. Проблемы эндокринологии. 2012; 58(42): 40-1.
  5. Старостина Е.Г. Острая декомпенсация обмена веществ при сахарном диабете (лекция). Проблемы эндокринологии. 1998; 6: 32-9.
  6. Титов В.Н., Лисицын Д.М. Иные представления об образовании кетоновых тел, кинетике Р-окисления жирных кислот и патогенезе кетоацидоза. Клиническая лабораторная диагностика. 2005; 3: 3-9.
  7. Соколов Е.И., Метельская В.А., Перова Н.В., Щукина Г.Н., Фомина В.М. Взаимосвязь агрегации тромбоцитов с дислипидемиями и полиненасыщенными жирными кислотами. Кардиоваскулярная терапия и профилактика. 2006; 5(5): 87-93.
  8. Новицкий В.В., Кравец Е.Б., Колосова М.В., Степовая Е.А., Юрченко Е.В., Кощевец Т.Ю. Липидный спектр мембран эритроцитов при сахарном диабете у детей. Проблемы эндокринологии. 2006; 52(4): 3-6.
  9. Uauy R. Dietary fat quality for optimal health and well-being: overview of recommendations. Ann. Nutv. Metab. 2009; 54 (Suppl. 1): 2- 7.
  10. Северин Е.С., Алейникова Т.Л., Осипов Е.В. Биологическая химия. М.: Медицина; 2000.
  11. Галенок В.А., Диккер Е.В., Гостинская Е.В. и др. Спектр свободных жирных кислот и реологические свойства эритроцитов у лиц с нарушенной толерантностью к глюкозе и у больных сахарным диабетом. Проблемы эндокринологии. 1991; 2: 17-20.
  12. Folch J., Lees M., Sloane-Stanley A.G.H. J. Biol. Chem. 1957; 226: 497-509.
  13. Серебрякова О.В., Говорин А.В., Просяник В.И., Бакшеева Е.В. Жирно-кислотный состав крови и липидов мембран эритроцитов у больных гипотиреозом с диастолической дисфункцией левого желудочка. Клиническая медицина. 2008; 2: 40-3.
  14. Гаврилов В.Б, Мишкорудная М.И. Спектрофотометрическое определение содержания гидроперекисей липидов в плазме крови. Лабораторное дело. 1983; 3: 33-5.
  15. Yagi Y., Matsuda M. Formation of lipoperoxide in isolated sciatic nerve by chinophorm-ferric chelate. Experimentia. 1976; 32(7): 905-6.
  16. Davison G.W., George L., Jackson S.K. et al. Exercise, free radicals, and lipid peroxidation in type 1 diabetes mellitus. Free Radic. Biol. Med. 2002;.33(11): 1543-51.

Statistics

Views

Abstract - 25

PDF (Russian) - 0

Cited-By


Article Metrics

Metrics Loading ...

Refbacks

  • There are currently no refbacks.


Creative Commons License
This work is licensed under a Creative Commons Attribution-NonCommercial-NoDerivatives 4.0 International License.

This website uses cookies

You consent to our cookies if you continue to use our website.

About Cookies