Dr. Sci. (Law), Prof., Professor of the Department of Entrepreneurial and Corporate Law
д-р юрид. наук, профессор, профессор кафедры предпринимательского и корпоративного права
Using the example of provisions of Federal Law No. 127-FZ “On Insolvency (Bankruptcy)” and Draft Law No.1172553-7, as well as provisions of foreign legislation (France, USA) and doctrine and judicial practice, the author considers control of the administration of insolvency proceedings in the context of the trends in insolvency development. Along the way, corporate control becomes a subject of attention. The author starts with a subjective-objective approach to the world, using the dialectical method and other general and specific scientific methods such as comparative and historical analysis, synthesis and others. The result of the work, among other things, is the conclusion that a pro-debtor approach in insolvency (bankruptcy) law, which focuses on saving the debtors' businesses, and not just on satisfying creditors' demands, echoes which we can see from time to time in court decisions, in our opinion, requires a radical rethink of the classical understanding of bankruptcy management and the role of arbitration administrators and other participants in bankruptcy proceedings. The priorities of the control of the administration of insolvency proceedings should shift away from a credit-centric model where the main goal is to satisfy creditors as quickly as possible through liquidation. Such a control should become an instrument for achieving a balance of interests. The role of the arbitration manager (AM) needs to be transformed from a creditor-oriented role, when the arbitration manager is primarily seen as an agent for the creditors' meetings, fulfilling the wishes of these meetings to maximize current payments by reducing its task to inventorying property, valuing it and selling it, to understanding AM as a crisis manager/restructurer. This requires: 1) a revision of the authority of the arbitrator, who is severely limited in his ability to save a business without approval from the creditors meeting in terms of expansion, 2) moving the “risk zone” for AM, where its main risk is the dissatisfaction of the creditors due to insufficient payments, and 3) an increase in the role of courts, etc. Practical examples of applying this approach are shown. Legislation amendments, including those based on international experience, are suggested.
Автор статьи на примере положений ФЗ № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», Законопроекта № 1172553-7, положений зарубежных законодательств (Франции, США), доктрины и судебной практики обращается к рассмотрению конкурсного контроля в контексте тенденций развития несостоятельности (банкротства) предприятий. Попутно предметом авторского внимания становится корпоративный контроль, в том числе—в процедурах банкротства. Автор исходит из субъективно-объективной заданности мира. В работе использован диалектический метод, иные обще- и частно-научные методы (сравнительно-правовой, исторический, анализ, синтез и др.). Результатом работы является в числе прочего вывод о том, что продебиторский подход в банкротстве, ориентированный на спасение бизнеса должника, а не только на удовлетворение требований кредиторов, отголоски которого мы время от времени наблюдаем в решениях судов требует, по нашему мнению, кардинального переосмысления классического понимания конкурсного контроля и роли арбитражного управляющего и других участников процедур несостоятельности (банкротства): приоритеты конкурсного контроля следует сместить с кредитороцентристкой модели, в которой главная цель—это максимальное и быстрое удовлетворение требований кредиторов, часто через ликвидацию, а конкурсный контроль—инструмент давления и защиты от должника,—на модель баланса интересов, в которой конкурсный контроль должен стать инструментом достижения такого баланса; требуется трансформация роли арбитражного управляющего с кредиторов», когда арбитражный управляющий видится, прежде всего, как агент собрания кредиторов, исполняющий волю этого собрания по максимизации текущих выплат, тем самым его задача сводится к инвентаризации имущества, его оценке и продаже,—на понимание АУ как «кризисного менеджера / реструктуризатора»; необходимы: 1) пересмотр полномочий арбитражного управляющего, когда он сильно ограничен в инициативах по спасению бизнеса без одобрения собрания кредиторов в сторону их расширения и 2) смещение «зоны риска» АУ, где главный риск последнего—недовольство кредиторов недостаточными выплатами, 3) повышение роли суда и др. Показаны примеры применения такого подхода на практике. Рекомендованы изменения в законодательство на основе в том числе зарубежного опыта.