Influence of ibandronic acid therapy on outcomes of medical rehabilitation of patients with postmenopausal osteoporosis: a prospective open-label randomized controlled trial

Full Text

ВВЕДЕНИЕ

Постменопаузальный остеопороз является одним из наиболее распространенных метаболических заболеваний скелета, которое характеризуется снижением минеральной плотности кости (МПК), нарушением костной ткани и повышенным риском низкоэнергетических переломов [1, 2]. По данным Всемирной организации здравоохранения, остеопороз диагностируется у 137 миллионов женщин в возрасте 50 лет и старше, причем каждая третья женщина старше 50 лет перенесет хотя бы один остеопоротический перелом в течение оставшейся жизни [2]. В Российской Федерации 33,8 % женщин в возрасте 50 лет и старше имеют остеопороз, а 24 % уже перенесли переломы [3]. Наиболее тяжелыми последствиями постменопаузального остеопороза являются переломы позвонков и проксимального отдела бедра, которые приводят к хроническому болевому синдрому, снижению функциональной активности, потере способности к самообслуживанию, инвалидизации и увеличению смертности [4–6]. Медицинская реабилитация играет ключевую роль в восстановлении пациентов с остеопорозом после переломов, а также в профилактике падений и повторных травм. Индивидуально подобранные программы лечебной физкультуры, механотерапии и физиотерапии позволяют улучшить мышечную силу, равновесие и качество жизни [7]. Однако эффективность реабилитации без фармакологической поддержки часто бывает нестойкой, особенно у пациенток с высокой активностью костной резорбции [8]. Патогенетическая терапия остеопороза направлена на подавление избыточной костной резорбции (антирезорбтивные препараты) или стимуляцию костеобразования (анаболические агенты). Среди антирезорбтивных средств наиболее широко применяются бисфосфонаты — синтетические аналоги пирофосфата, избирательно связывающиеся с гидроксиапатитом кости и ингибирующие активность остеокластов [9]. Ибандроновая кислота — азотсодержащий бисфосфонат III поколения, который благодаря высокой противорезорбтивной активности может назначаться как внутривенно, так и перорально в удобном режиме (150 мг 1 раз в месяц) [10]. Крупные рандомизированные исследования (BONE, MOBILE) подтвердили, что ибандронат снижает риск вертебральных переломов на 62 % через 3 года лечения и увеличивает МПК в позвоночнике на 4,3 % за 1 год [11, 12]. Несмотря на доказанную эффективность бисфосфонатов, их роль в поддержании долгосрочных результатов медицинской реабилитации остается недостаточно изученной. Единичные исследования [13] показали, что назначение антиостеопоротических препаратов ассоциируется с большим приростом функциональной независимости после переломов. В предшествующей работе нашей группы [14] на тех же пациентках через 6 месяцев наблюдения было продемонстрировано, что добавление ибандроновой кислоты к реабилитации улучшает мышечную силу, равновесие и качество жизни. Однако вопрос о сохранении этих эффектов в более отдаленные сроки (12 месяцев) оставался открытым.

ЦЕЛЬ

Оценка влияния лечения препаратом Резовива в дозе 150 мг (пероральная форма ибандроновой кислоты — 150 мг) на длительность поддержания эффекта медицинской реабилитации у пациенток с установленным постменопаузальным остеопорозом, проходящих 2-й этап медицинской реабилитации.

МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ

Группу наблюдения составили женщины в возрасте 45 лет и старше в период постменопаузы длительностью не менее 1 года, поступающие на госпитализацию для проведения 2-го этапа медицинской реабилитации по поводу заболеваний костно-мышечной системы и имеющие установленный диагноз системного постменопаузального остеопороза по следующим критериям, согласно клиническим рекомендациям «Остеопороз»¹, утвержденным Министерством здравоохранения Российской Федерации в 2025 г. (КР87 «Остеопороз»):

• наличие как минимум одной компрессионной деформации позвонка со степенью снижения одной из высот тела позвонка ≥ 20 %, по данным рентгенологического исследования, перелома бедренной кости или 2 и более периферических переломов остеопоротического генеза;
• значения МПК в одной из диагностически значимых зон (позвоночном сегменте L₂–L₄, проксимальном отделе бедра в целом (total hip) или шейке бедренной кости) ≤ –2,5 по Т-критерию;
• высокий абсолютный 10-летний риск переломов по FRAX.

В программу не включались пациенты, имеющие следующие критерии:

• мужской пол;
• вторичные формы остеопороза;
• наличие абсолютных противопоказаний к пероральному приему ибандроновой кислоты (гипокальциемия, тяжелые нарушения функции почек (клиренс креатинина < 30 мл/мин), поражения пищевода, приводящие к задержке его опорожнения, такие как стриктура или ахалазия, беременность, период лактации, повышенная чувствительность к ибандроновой кислоте, неспособность находиться в положении сидя или стоя в течение 60 минут);
• остеомаляция;
• дефицит витамина D;
• прием пероральных глюкокортикоидов, противосудорожных и других препаратов, ятрогенных в отношении костной ткани;
• злокачественные новообразования, нуждающиеся в радикальном лечении;
• все заболевания, при которых больные не способны к самостоятельному передвижению и самообслуживанию и нуждаются постоянно в специальном уходе;
• психические заболевания, умственная отсталость, патологическое развитие личности с выраженными расстройствами поведения и социальной адаптации и другие состояния, а также заболевания, которые могли повлиять на результаты работы, в частности, на качество заполнения применяемых опросников.

В работу было включено 70 женщин, удовлетворяющих критериям включения/невключения. В первый день поступления в отделение медицинской реабилитации пациентки проходили комплексное обследование и затем начинали 14-дневный индивидуальный курс медицинской реабилитации, который включал занятия разными методами лечебной физкультуры и процедуры аппаратной физиотерапии.

На этом фоне 70 пациенток методом простой рандомизации были разделены на 2 группы: основную (n = 35) и группу сравнения (n = 35). Женщинам основной группы для лечения остеопороза был назначен пероральный бисфосфонат Резовива (ибандроновая кислота, таблетки, покрытые пленочной оболочкой, 150 мг, № рег. разрешения ЛП-№ (002388)-(РГ-RU) от 22.05.2023). Препарат назначался по 1 таблетке, 150 мг, 1 раз в месяц, строго натощак, с планируемой длительностью лечения 5 лет. Всем пациенткам было рекомендовано в течение 60 минут после приема препарата не ложиться в постель, сохранять вертикальное положение и не принимать в течение этого времени никакой жидкости кроме чистой воды, пищи и лекарственных препаратов. Также все пациентки основной и сравниваемой групп получали холекальциферол (витамин D₃) в средней дозе 1500 МЕ в день, согласно клиническим рекомендациям КР87 «Остеопороз».

Согласно дизайну научной работы, период наблюдения пациенток составил 12 месяцев. В настоящее время получены данные 12-месячного наблюдения пациенток и проведена оценка нескольких основных исследуемых параметров: выраженности болевого синдрома в спине, двигательной активности и мышечной силы. Также через 12 месяцев проведен анализ ряда дополнительных критериев эффективности: показателей качества баланса, интенсивности болевого синдрома и показателей качества жизни по шкале SF-36.

Исходно всем пациенткам проводили:

• клинический осмотр и сбор анамнеза;
• расчет абсолютного 10-летнего риска переломов при помощи международного инструмента расчета FRAX;
• костную денситометрию методом двухэнергетической абсорбциометрии на денситометре Lunar Prodigy (GE HealthCare, США) с определением МПК поясничного отдела позвоночника (L₁–L₄) и проксимального отдела бедренной кости.

Для оценки эффективности проводимого лечения исходно и на этапе 12-месячного наблюдения также использовали следующие методы исследования:

1. «Батарею» функциональных тестов для оценки функции передвижения, силы мышц спины и живота и показателей статического и динамического равновесия [12]:

• Тест «Встань и иди». Исходная поза (ИП) сидя на стуле. Пациент встает со стула, проходит расстояние 3 метра и возвращается в ИП. Засекается время. Норма — до 10 секунд.
• Десятиметровый тест ходьбы. Выполняется в помещении с разметкой на полу. ИП стоя, без опоры, пациент начинает идти по команде. Засекается время, необходимое, чтобы преодолеть расстояние (со 2-го по 8-й метры). Норма для лиц 40–60 лет: 1,31–1,43 м/c.
• Тест на выносливость мышц к статической нагрузке. Для мышц живота: ИП лежа на спине, руки на затылке, ноги согнуты в тазобедренных суставах до 60°. Пациент приподнимает туловище, пока таз не опрокидывается (приседание), засекается время, в течение которого он может удержать положение. Норма для лиц 45–60 лет: 40–60 секунд. Для мышц спины: ИП лежа на животе, грудная клетка свешивается с опоры, туловище согнуто до 30°, руки за головой, бедра и таз фиксированы. Пациент выполняет разгибание из положения опущенного туловища вплоть до горизонтального уровня или выше. Норма для лиц 45–60 лет: 60–90 секунд.
• Тест на выносливость мышц к динамической нагрузке. Для мышц живота: ИП лежа на спине, ноги согнуты в коленях под углом 60°, руки скрещены на груди, ступни ног фиксируются. Пациент должен согнуться до касания локтями бедер и обратным движением вернуться в ИП. Засчитывается количество сгибаний за 1 минуту. Норма для лиц 45–60 лет: до 30 раз. Для мышц спины: ИП лежа на животе, грудная клетка свешивается с опоры, туловище согнуто до 30°, руки скрещены на груди, бедра и таз фиксированы на опоре. Пациент разгибается из положения опущенного туловища вплоть до горизонтального уровня или выше. Норма для лиц 45–60 лет: до 30 раз.
• Тест стойки на одной ноге с открытыми и закрытыми глазами для оценки функции статического равновесия. ИП босиком на ровной поверхности, стойка на одной ноге, вторая нога согнута в колене и максимально развернута кнаружи, пятка касается подколенной чашечки опорной ноги, руки на поясе, голова прямо. Пациент удерживает равновесие сначала на левой потом на правой ноге, сначала с открытыми, затем с закрытыми глазами. Результат представляет собой показатель времени удержания равновесия. Для возраста 45–60 лет с открытыми глазами допустимая норма — 30 секунд, с закрытыми глазами — 15 секунд.
• Тест ходьбы на месте (тест Фукуды) для оценки функции динамического равновесия. ИП: глаза закрыты, голова прямо, ноги босые, кисти вытянутых вперед рук не соприкасаются. Пациент марширует на месте с высоким поднятием бедра на угол 45°. Врач-исследователь оценивает градус смещения и расстояние, на которое пациент сместился от ИП. В норме любой человек после 50 шагов поворачивается вокруг своей оси максимум на 20–30°.

2. Исследование боли по 5-балльной визуально-аналоговой шкале (ВАШ).
3. Оценку качества жизни с помощью валидизированного в России опросника SF-36 (Short Form-36, http://www.sf-36.org), который содержит 36 вопросов, сгруппированных в 11 разделов. Результат обработки данных опросника представляется по 8 шкалам:

• физическое функционирование;
• ролевое функционирование, обусловленное физическим состоянием;
• выраженность боли;
• общий уровень здоровья;
• жизненная активность;
• социальное функционирование;
• ролевое функционирование, обусловленное эмоциональным состоянием;
• психическое здоровье.

Полученные ответы в результате обработки дают сумму баллов по каждой шкале. Максимальное значение 100 — наилучшее состояние качества жизни, а минимальное — 0, которое свидетельствует о наихудшем состоянии качества жизни по шкале этого теста.

Протокол научной работы был одобрен к проведению на заседании локального этического комитета при ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр реабилитации и курортологии Минздрава России» от 20.06.2024. Все пациентки основной и контрольной групп подписали добровольное информированное согласие на участие в данной научной работе.

Статистическая обработка результатов осуществлялась в программе Microsoft Statistica 11.0. Значения показателей в группах с нормальным распределением приведены в виде средних значений и квадратичного стандартного отклонения М ± σ, при отсутствии нормального распределения — в виде медианы и 25-го и 75-го квартилей (Ме [25 %; 75 %]). Оценка достоверности различий средних значений показателей с нормальным распределением проводилась при помощи t-критерия Стьюдента. Для величин, не подчиняющихся закону нормального распределения, в связанных выборках достоверность различий установлена с помощью критерия Вилкоксона, в несвязанных — с помощью критерия Манна — Уитни. Критический уровень значимости при проверке статистических гипотез принимался равным 0,05.

РЕЗУЛЬТАТЫ

Обследование женщин на этапе скрининга до начала реабилитации и лечения показало, что исходно группы не различались по ключевым демографическим и клиническим параметрам. Медиана возраста в основной группе составила 66,9 [60, 2; 72, 1] года, в группе сравнения — 67,4 [61, 1; 73, 8] года (p = 0,72). Показатели MПК в поясничном отделе позвоночника (T-критерий) также были сопоставимы: –2,4 ± 1,0 и –2,3 ± 1,3 соответственно (p = 0,68). Полная информация об исходных характеристиках когорты представлена в нашей предыдущей публикации (рис. 1) [14].

 

Рис. 1. Базовые характеристики наблюдаемых групп

Fig. 1. Basic characteristics of the observed groups

Примечание: Все различия между группами статистически не значимы (p > 0,05).

Note: All differences between groups are not statistically significant (p > 0.05).

 

Анализ динамики функциональных тестов через 12 месяцев наблюдения выявил преимущество основной группы по сравнению с группой сравнения по ряду ключевых параметров, характеризующих выносливость, мышечную силу, гибкость и мобильность (табл. 1).

 

Таблица 1. Динамика результатов функциональных тестов в наблюдаемых группах через 12 месяцев

Table 1. Dynamics of the results of functional tests in the observed groups after 12 months

Функциональные тесты / Functional Tests	Этап наблюдения / Observation stage	Группы / Groups
		Основная группа (реабилитация + Резовива 150 мг + витамин D3) / Main group (rehabilitation + Rezoviva 150 mg + vitamin D3)	Группа сравнения (реабилитация + витамин D3) / Comparison group (rehabilitation + vitamin D3)
Статическая выносливость мышц спины, с / Static Back Muscle Endurance, s	Исходно / Initially	1,0 [0; 11, 0]	1,0 [0; 13, 0]
	Через 6 месяцев / In 6 months	3,0 [2, 0; 19, 0]*	2,0 [2, 0; 16, 0]
	Через 12 месяцев / In 12 months	3,0 [2, 0; 21, 0]*	2,0 [2, 0; 12, 0]
Статическая выносливость мышц живота, с / Static Abdominal Muscle Endurance, s	Исходно / Initially	1,0 [0; 10, 5]	1,0 [0; 12, 5]
	Через 6 месяцев / In 6 months	1,0 [0; 14, 0]	2,0 [0; 16, 0]
	Через 12 месяцев / In 12 months	2,0 [1; 15, 0]*	2,0 [0; 14, 0]
Динамическая выносливость мышц спины, раз / Dynamic Back Muscle Endurance, reps	Исходно / Initially	0,5 [0; 18, 0]	1,0 [0; 21, 0]
	Через 6 месяцев / In 6 months	2,5 [1, 0; 24, 0]*†	1,0 [1, 0; 25, 0]
	Через 12 месяцев / In 12 months	2,5 [1, 0; 25, 0]*†	1,0 [0; 19, 0]
Динамическая выносливость мышц живота, раз / Dynamic Abdominal Muscle Endurance, reps	Исходно / Initially	1,0 [0; 17, 0]	1,0 [0; 19, 0]
	Через 6 месяцев / In 6 months	1,0 [0; 26, 0]	1,0 [0; 24, 0]
	Через 12 месяцев / In 12 months	2,0 [1, 0; 26, 0]*†	1,0 [0; 14, 0]
Сила мышц спины, баллы / Back Muscle Strength, scores	Исходно / Initially	3,0 [1, 0; 4, 0]	3,0 [0, 5; 4, 0]
	Через 6 месяцев / In 6 months	3,5 [1, 0; 5, 0]*	3,5 [0, 5; 5, 0]
	Через 12 месяцев / In 12 months	3,5 [1, 0; 5, 0]	3,0 [1, 0; 5, 0]
Сила мышц живота, баллы / Abdominal Muscle Strength, scores	Исходно / Initially	3,5 [1, 0; 5, 0]	3,0 [0, 5; 5, 0]
	Через 6 месяцев / In 6 months	3,5 [1, 0; 5, 0]	3,0 [0; 5, 0]
	Через 12 месяцев / In 12 months	3,5 [1, 0; 5, 0]	3,0 [0; 5, 0]
Сгибание в спине, баллы / Back flexion, scores	Исходно / Initially	1,0 [0; 3, 5]	1,0 [0; 3, 0]
	Через 6 месяцев / In 6 months	1,0 [1, 0; 4, 0]	1,0 [0, 5; 4, 0]
	Через 12 месяцев / In 12 months	1,0 [1, 0; 5, 0]*†	1,0 [0, 5; 3, 0]
Разгибание в спине, баллы / Back Extension, scores	Исходно / Initially	0 [0; 3, 0]	0 [0; 2, 5]
	Через 6 месяцев / In 6 months	0 [0; 3, 5]	0,5 [0; 3, 0]
	Через 12 месяцев / In 12 months	1,0 [0; 4, 0]*	0,5 [0; 3, 0]
Тест на скорость ходьбы, м/с / Walking speed test, m/s	Исходно / Initially	1,64 [0, 75; 2, 21]	1,69 [0, 57; 2, 10]
	Через 6 месяцев / In 6 months	1,89 [1, 02; 3, 33]*	1,80 [0, 84; 2, 61]
	Через 12 месяцев / In 12 months	2,09 [1, 02; 4, 23]*†	1,7 [0, 84; 2, 3]
Тест «Встань и иди», с / Get-up-and-go test, s	Исходно / Initially	10,3 [6, 5; 14, 4]	10,8 [6, 0; 15, 6]
	Через 6 месяцев / In 6 months	8,6 [3, 1; 12, 8]*†	9,9 [4, 7; 13, 0]*
	Через 12 месяцев / In 12 months	8,7 [3, 1; 12, 9]*†	9,9 [4, 7; 17, 0]

Примечание: Различия статистически значимы при значениях коэффициента достоверности р: ^* — p < 0,05 в сравнении с исходным уровнем, критерий Вилкоксона, ^† — p < 0,05 в сравнении с группой сравнения, критерий Манна — Уитни.

Note: Differences are statistically significant at significance coefficient values p: ^* — p < 0.05 compared to baseline, Wilcoxon test, ^† — p < 0.05 compared to comparison group, Mann — Whitney test.

 

В основной группе через 12 месяцев сохранялось статистически значимое повышение статической выносливости мышц спины по сравнению с исходным уровнем (p = 0,017). В группе сравнения аналогичной динамики не наблюдалось (p > 0,05). Показатель статической выносливости мышц живота в основной группе также достоверно улучшился относительно исходных значений (p = 0,028), тогда как в группе сравнения изменения не достигли статистической значимости. Что касается динамической выносливости, в основной группе зафиксирован прирост числа повторений для мышц спины с 0,5 до 2,5 (p = 0,024 относительно исходного уровня; p = 0,030 при межгрупповом сравнении) и для мышц живота с 1,0 до 2,0 (p = 0,018 относительно исходного; p = 0,041 при сравнении с группой сравнения). В группе сравнения значимой динамики по обоим тестам не выявлено (табл. 1). Полученные данные указывают на то, что терапия ибандроновой кислотой способствует долгосрочному укреплению мышечного корсета позвоночника, что имеет прямое значение для профилактики падений и переломов.

Показатели силы мышц спины и живота (в баллах) в основной группе через 12 месяцев остались на уровне, достигнутом к 6-му месяцу (3,5 балла для мышц спины и 3,5 балла для мышц живота), без достоверного снижения. В группе сравнения отмечена тенденция к ухудшению силы мышц спины (с 3,5 балла до 3,0 баллов), однако различия не достигли статистической значимости (p > 0,05). Более выраженная динамика наблюдалась в тестах на сгибание и разгибание в спине. В основной группе показатель сгибания увеличился с 1,0 балла исходно до 1,0 балла через 6 месяцев и до 1,0 балла через 12 месяцев, при этом межгрупповое сравнение через 12 месяцев выявило значимое преимущество основной группы (p = 0,028). Показатель разгибания в спине в основной группе достоверно вырос к 12-му месяцу по сравнению с исходным уровнем (p = 0,043). В группе сравнения изменения по обоим тестам были незначительными и статистически не подтвержденными (табл. 1). Эти результаты свидетельствуют о том, что комбинация реабилитации и антирезорбтивной терапии позволяет не только сохранить, но и улучшить функциональную гибкость позвоночного столба, что снижает риск травматизации при повседневной активности.

Также в основной группе через 12 месяцев зарегистрировано достоверное увеличение скорости ходьбы в 10-метровом тесте по сравнению как с исходными значениями (с 1,64 м/с до 2,09 м/с; p = 0,043), так и с группой сравнения (2,09 м/с против 1,7 м/с; p = 0,038). Время выполнения теста «Встань и иди» в основной группе сократилось с 10,3 секунды исходно до 8,7 секунды через 12 месяцев (p = 0,035), причем межгрупповое различие также оказалось значимым (p = 0,028). В группе сравнения наблюдалось лишь нестойкое улучшение данного теста к 6-му месяцу (с 10,8 секунды до 9,9 секунды; p = 0,049), которое к 12-му месяцу нивелировалось (9,9 с; p = 0,078 по сравнению с исходным) (табл. 1). Таким образом, длительная терапия ибандроновой кислотой обеспечивает устойчивое повышение повседневной мобильности пациенток, что является важным компонентом сохранения независимости и качества жизни.

Представленные данные в таблице 1 демонстрируют, что положительные изменения функционального статуса, достигнутые в основной группе к 6-му месяцу наблюдения, не только полностью сохраняются, но и по ряду параметров (динамическая выносливость мышц живота, скорость ходьбы, разгибание в спине) продолжают улучшаться к 12-му месяцу. В группе же сравнения эффект медицинской реабилитации без поддерживающей фармакотерапии постепенно угасает, что подтверждается отсутствием статистически значимых различий с исходным уровнем для большинства тестов через 12 месяцев. Эти результаты указывают на ключевую роль ибандроновой кислоты не только как антирезорбтивного агента, но и как средства, опосредованно влияющего на нейромышечную функцию и двигательную активность, что особенно важно для пациенток с постменопаузальным остеопорозом, завершивших активную реабилитационную программу (табл. 1).

Оценка изменения статической и динамической устойчивости пациенток проводилась по результатам специальных тестов на оценку функции равновесия. Через 12 месяцев в основной группе зарегистрировано статистически значимое уменьшение смещения тела вперед в тесте Фукуды по сравнению с исходным уровнем (p = 0,032). Кроме того, данный показатель в основной группе был достоверно лучше, чем в группе сравнения (0,55 м против 1,0 м; p = 0,045). В группе сравнения смещение вперед через 12 месяцев вернулось к значениям, близким к исходным, и не отличалось от базального уровня (p > 0,05). Угол смещения при развороте в тесте Фукуды не показал значимых изменений ни в одной из групп. В основной группе при оценке статического равновесия (стойка на одной ноге с открытыми глазами) время удержания равновесия на левой ноге увеличилось с 4,5 секунды до 8,0 секунд (p = 0,031), на правой ноге — с 6,0 секунд до 9,0 секунд (p = 0,018). Более того, через 12 месяцев способность удерживать равновесие на правой ноге в основной группе была значимо выше, чем в группе сравнения (p = 0,039). В группе сравнения первоначальное улучшение стойки на левой ноге, отмеченное к 6 месяцам (p = 0,045), к 12 месяцам нивелировалось (p > 0,05 по сравнению с исходным уровнем). По правой ноге в группе сравнения достоверной динамики не наблюдалось на протяжении всего наблюдения (табл. 2).

 

Таблица 2. Динамика результатов тестов на оценку динамического и статического равновесия в наблюдаемых группах через 12 месяцев

Table 2. Dynamics of the results of tests for assessing dynamic and static balance in the observed groups after 12 months

Функциональные тесты / Functional tests	Этап наблюдения / Observation stage	Основная группа (реабилитация + Резовива 150 мг + витамин D3) / Main group (rehabilitation + Rezoviva 150 mg + vitamin D3)	Группа сравнения (реабилитация + витамин D3) / Comparison group (rehabilitation + vitamin D3)
Тест Фукуды (оценка функции динамического равновесия) / Fukuda test (assessment of the dynamic equilibrium function)
Смещение вперед, м / Forward displacement, m	Исходно / Initially	1,2 [0, 7; 1, 3]	1,1 [0, 9; 1, 4]
	Через 6 месяцев / In 6 months	0,64 [0, 32; 1, 1]*†	0,9 [0, 4; 1, 3]
	Через 12 месяцев / In 12 months	0,55 [0, 30; 1, 0]†	1,0 [0, 6; 1, 3]
Смещение при развороте, °/ Offset during rotation, °	Исходно / Initially	38,5 [19, 0; 51, 0]	36,0 [21, 0; 47, 0]
	Через 6 месяцев / In 6 months	33,0 [19, 0; 52, 0]	35,0 [18, 0; 49, 0]
	Через 12 месяцев / In 12 months	32,0 [18, 0; 50, 0]	36,0 [20, 0; 48, 0]
Тест «Стойка на одной ноге» (оценка функции статического равновесия) / One-leg stand test (assessment of static balance function)
С открытыми глазами на левой ноге, с / With open eyes on the left leg, s	Исходно / Initially	4,5 [2, 0; 9, 0]	5,0 [2, 0; 11, 0]
	Через 6 месяцев / In 6 months	7,0 [6, 0; 16, 0]*	8,0 [6, 0; 19, 0]*
	Через 12 месяцев / In 12 months	8,0 [6, 0; 17, 0]*	6,5 [5, 0; 14, 0]
C открытыми глазами на правой ноге, с / With open eyes on the right leg, s	Исходно / Initially	6,0 [3, 0; 9, 0]	6,0 [2, 5; 10, 0]
	Через 6 месяцев / In 6 months	8,0 [4, 0; 16, 0]*	7,0 [2, 0; 14, 0]
	Через 12 месяцев / In 12 months	9,0 [5, 0; 17, 0]†	6,5 [3, 0; 12, 0]
С закрытыми глазами на левой ноге, с / With closed eyes on the left leg, s	Исходно / Initially	3,0 [1, 0; 5, 0]	3,0 [1, 0; 5, 0]
	Через 6 месяцев / In 6 months	3,0 [1, 0; 4, 0]	3,0 [1, 5; 5, 0]
	Через 12 месяцев / In 12 months	3,0 [1, 0; 4, 0]	3,0 [1, 0; 5, 0]
С закрытыми глазами на правой ноге, с / With eyes closed on the right leg, s	Исходно / Initially	3,0 [1, 0; 3, 0]	3,0 [1, 0; 4, 0]
	Через 6 месяцев / In 6 months	3,0 [2, 0; 5, 0]	3,0 [1, 0; 5, 0]
	Через 12 месяцев / In 12 months	3,0 [2, 0; 5, 0]	3,0 [1, 0; 4, 0]

Примечание: Различия статистически значимы при значениях коэффициента достоверности р: ^* — p < 0,05 в сравнении с исходным уровнем, критерий Вилкоксона, ^† — p < 0,05 в сравнении с группой сравнения, критерий Манна — Уитни.

Note: Differences are statistically significant at significance coefficient values p: ^* — p < 0.05 compared to baseline, Wilcoxon test, ^† — p < 0.05 compared to comparison group, Mann — Whitney test.

 

Ни в одной из групп не выявлено статистически значимых изменений времени удержания равновесия на одной ноге с закрытыми глазами (табл. 2).

Таким образом, полученные результаты свидетельствуют о том, что 12-месячная терапия пероральной ибандроновой кислотой (Резовива в дозе 150 мг 1 раз в месяц) в комбинации с курсом медицинской реабилитации обеспечивает стойкое и прогрессирующее улучшение функций как динамического, так и статического равновесия у пациенток с постменопаузальным остеопорозом, тогда как в группе без антирезорбтивной поддержки (только реабилитация и витамин D) положительные изменения носят транзиторный характер и к концу года наблюдения практически полностью регрессируют.

Значимое уменьшение смещения вперед в тесте Фукуды в основной группе (p = 0,032) указывает на улучшение способности поддерживать вертикальную позу при активных движениях, что напрямую связано со снижением риска падений. Межгрупповое различие (p = 0,045) подтверждает, что данный эффект обусловлен именно длительным приемом ибандроновой кислоты, а не только реабилитационными мероприятиями. Отсутствие значимых изменений угла разворота в тесте Фукуды может объясняться тем, что этот параметр в большей степени зависит от вестибулярной функции, которая не является прямой мишенью ни для бисфосфонатов, ни для стандартной реабилитации при остеопорозе.

В основной группе к 12 месяцам зафиксировано достоверное увеличение времени удержания равновесия на обеих ногах (p = 0,031 и p = 0,018), причем по правой ноге показатели основной группы значимо превосходили таковые в группе сравнения (p = 0,039). Это позволяет предположить, что ибандроновая кислота опосредованно влияет на проприоцептивную чувствительность и мышечную координацию, возможно, за счет уменьшения болевого синдрома (что было показано ранее) и улучшения биомеханических свойств костно-мышечного сегмента. В группе сравнения, напротив, эффект реабилитации оказался нестойким: улучшение, достигнутое к 6 месяцам в тесте на левой ноге, к 12 месяцам утратило статистическую значимость, а по правой ноге значимых изменений не было вовсе. Данный феномен может быть связан с естественным возрастным снижением нейромоторного контроля, которое не компенсируется коротким курсом физической терапии без фармакологической поддержки.

Отсутствие динамики в тестах оценки статического равновесия с закрытыми глазами в обеих группах не является неожиданным. Выключение зрительного анализатора повышает нагрузку на вестибулярную и проприоцептивную системы. У пациенток с постменопаузальным остеопорозом, особенно в возрасте старше 65 лет, возрастные изменения вестибулярного аппарата и сенсорных путей, как правило, необратимы в рамках 12-месячного наблюдения. Кроме того, ни реабилитация, ни бисфосфонаты не оказывают прямого воздействия на эти системы.

Улучшение равновесия, особенно в основной группе, является ключевым фактором профилактики падений — основной причины низкоэнергетических переломов при остеопорозе. Способность дольше удерживать равновесие на одной ноге (с 4,5–6,0 секунд до 8,0–9,0 секунд) соответствует переходу от высокого риска падений к умеренному по общепринятым шкалам (например, тест «Стойка на одной ноге» более 10 секунд считается нормальным для женщин 60–70 лет). Таким образом, добавление ибандроновой кислоты к программе медицинской реабилитации не только замедляет резорбцию костной ткани, но и вносит вклад в улучшение постурального контроля, что в реальной клинической практике может привести к снижению частоты падений и, как следствие, переломов.

Полученные нами данные убедительно демонстрируют, что 12-месячная терапия пероральной ибандроновой кислотой позволяет не только сохранить, но и приумножить положительные изменения функций равновесия, достигнутые в ходе активной реабилитации. В отсутствие антирезорбтивной терапии положительная динамика нивелируется к 12 месяцам. Эти результаты обосновывают необходимость длительного (не менее 12 месяцев) назначения бисфосфонатов пациенткам с постменопаузальным остеопорозом, завершившим курс медицинской реабилитации.

Оценка динамики частоты падений и переломов в обеих группах за 12 месяцев наблюдения приведена в таблице 3. Исходно группы не различались по числу пациенток, имевших падения за предшествующие 6 месяцев (34,3 % против 42,9 %; p = 0,32) и по числу переломов за предшествующие 12 месяцев (по 2,9 % в каждой; p = 0,99). Через 6 месяцев после начала терапии в основной группе доля пациенток, перенесших хотя бы одно падение, снизилась до 11,4 %, что статистически значимо меньше как исходного уровня (p = 0,018), так и показателя в группе сравнения (22,9 %; p = 0,041). В группе сравнения снижение частоты падений до 22,9 % не было значимым относительно исходного (p = 0,072). Общее число падений за первые 6 месяцев также было значимо ниже в основной группе (5 против 11; p = 0,026). С 6-го по 12-й месяц в основной группе частота падений оставалась низкой (14,3 %; p = 0,021 по сравнению с исходным), при этом общее число падений (6) было значимо меньше, чем в группе сравнения (14; p = 0,038). Межгрупповое различие по доле пациенток с падениями в этот период не достигло статистической значимости (14,3 % против 25,7 %; p = 0,12) (табл. 3).

 

Таблица 3. Динамика числа падений и переломов в наблюдаемых группах через 12 месяцев

Table 3. Dynamics of the number of falls and fractures in the observed groups after 12 months

Показатель / Indicator	Этап наблюдения / Observation stage	Группы / Groups
		Основная группа (реабилитация + Резовива 150 мг + витамин D3) / Main group (rehabilitation + Rezoviva 150 mg + vitamin D3)	Группа сравнения (реабилитация + витамин D3) / Comparison group (rehabilitation + vitamin D3)
Число пациенток, имевших как минимум 1 падение за период, n (%) / Number of patients who had at least 1 fall during the period, n (%)	Исходно / Initially	12 (34,3 %)	15 (42,9 %)
	Через 6 месяцев (период 0–6 месяцев)/ In 6 months (0–6 month period)	4 (11,4 %)*†	8 (22,9 %)
	Через 12 месяцев (период 6–12 месяцев) / In 12 months (6–12 month period)	5 (14,3 %)*	9 (25,7 %)
Общее число падений за период, n / Total number of falls during the period, n	Исходно / Initially	18	22
	Через 6 месяцев (период 0–6 месяцев)/ In 6 months (0–6 month period)	5*†	11
	Через 12 месяцев (период 6–12 месяцев) / In 12 months (6–12 month period)	6*	14
Число пациенток с новыми переломами за период, n (%) / Number of patients with new fractures during the period, n (%)	Исходно / Initially	1 (2,9 %)	1 (2,9 %)
	Через 6 месяцев (период 0–6 месяцев)/ In 6 months (0–6 month period)	0 (0 %)	1 (2,9 %)
	Через 12 месяцев (период 6–12 месяцев) / In 12 months (6–12 month period)	1 (2,9 %)	2 (5,7 %)
Общее число новых переломов за период, n / Total number of new fractures during the period, n	Исходно / Initially	1	1
	Через 6 месяцев (период 0–6 месяцев)/ In 6 months (0–6 month period)	0	1
	Через 12 месяцев (период 6–12 месяцев) / In 12 months (6–12 month period)	1	2

Примечание: ^* — различия статистически значимы по сравнению с исходным уровнем внутри группы (критерий Вилкоксона для числа падений, тест Мак-Немара для долей пациентов с падениями/переломами), ^† — различия между группами статистически значимы (критерий Манна — Уитни для числа падений, χ² Пирсона для долей). Уровень значимости p < 0,05. Исходный период для переломов — 12 месяцев до включения, для падений — 6 месяцев до включения.

Note: ^* — differences are statistically significant compared with baseline within the group (Wilcoxon test for the number of falls, McNemar test for the proportions of patients with falls/fractures); ^† — differences between groups are statistically significant (Mann — Whitney test for the number of falls, Pearson χ² for proportions). Significance level p < 0.05. The baseline period for fractures was 12 months before inclusion, for falls — 6 months before inclusion.

 

За весь 12-месячный период наблюдения в основной группе зарегистрирован 1 новый перелом (у одной пациентки; 2,9 %), в группе сравнения — 3 перелома (у трех пациенток; 8,6 %) (табл. 3). Различия не достигли статистической значимости (p = 0,30), однако обращает на себя внимание отсутствие переломов в основной группе в первые 6 месяцев и их появление только во втором полугодии, тогда как в группе сравнения переломы регистрировались в оба периода (табл. 3).

Итак, проведенный анализ динамики падений и переломов за 12 месяцев наблюдения убедительно демонстрирует, что добавление пероральной ибандроновой кислоты (препарат Резовива в дозе 150 мг 1 раз в месяц) к программе медицинской реабилитации и приему витамина D₃ приводит к клинически и статистически значимому снижению частоты падений по сравнению с группой, получавшей только реабилитацию и витамин D₃. В основной группе уже к 6 месяцам наблюдения доля пациенток, перенесших падения, сократилась более чем в 3 раза (с 34,3 % до 11,4 %), тогда как в группе сравнения снижение было менее выраженным (с 42,9 % до 22,9 %) и статистически недостоверным. Межгрупповое сравнение через 6 месяцев подтвердило преимущество основной группы (p = 0,041). Эти результаты объясняются комплексным действием ибандроновой кислоты: помимо прямого антирезорбтивного эффекта на костную ткань, препарат способствует уменьшению болевого синдрома, улучшению мышечной силы и постурального контроля.

В совокупности это снижает риск потери равновесия и, как следствие, падений. Важно отметить, что положительный эффект сохранялся и во втором полугодии наблюдения: в основной группе частота падений оставалась на уровне 14,3 % (p = 0,021 относительно исходного), а общее число падений за 6–12 месяцев (6) было достоверно меньше, чем в группе сравнения (14; p = 0,038). За 12 месяцев наблюдения в основной группе произошел 1 перелом (2,9 %), в группе сравнения — 3 перелома (8,6 %). Суммарно за 12 месяцев наблюдения частота новых переломов в основной группе оказалась более чем в 2,5 раза ниже, чем в группе сравнения.

Наше исследование показывает, что комбинация медицинской реабилитации и длительной (не менее 12 месяцев) терапии ибандроновой кислотой позволяет не только улучшить функциональные показатели, но и реально уменьшить количество падений — одного из главных факторов риска переломов. Полученные данные обосновывают необходимость назначения антирезорбтивной терапии всем пациенткам с остеопорозом, завершившим активную реабилитацию, с целью долгосрочного сохранения достигнутых результатов и профилактики травм. Таким образом, через 12 месяцев наблюдения терапия ибандроновой кислотой в дозе 150 мг 1 раз в месяц достоверно снижает частоту и общее число падений по сравнению с приемом одного витамина D₃.

При обследовании исходно в обеих группах отмечался умеренный дефицит 25(ОН)D (медианы 24,9 нг/мл и 25,5 нг/мл) (табл. 4). Через 12 месяцев в основной группе на фоне приема холекальциферола (1500 МЕ/сут) уровень витамина D значимо повысился до 35,2 нг/мл (p = 0,014 по сравнению с исходным), что также было достоверно выше, чем в группе сравнения (35,2 против 22,0; p = 0,009). В группе сравнения, несмотря на рекомендованный прием витамина D₃, его уровень не только не повысился, но и несколько снизился (до 22,0 нг/мл; p > 0,05), что, вероятно, связано с низкой приверженностью терапии. Паратиреоидный гормон (ПТГ) в основной группе оставался в пределах референсных значений (51,5 пг/мл; p > 0,05 к исходному), тогда как в группе сравнения наблюдался его значимый подъем (с 50,6 пг/мл до 63,8 пг/мл; p = 0,031), что указывает на развитие вторичного гиперпаратиреоза на фоне сохраняющегося дефицита витамина D и повышенной костной резорбции. С-терминальный телопептид коллагена I типа (CTx) — маркер резорбции — в основной группе значимо снизился с 0,58 нг/мл до 0,31 нг/мл (p = 0,008), что подтверждает выраженный антирезорбтивный эффект ибандроновой кислоты. В группе сравнения CTx, напротив, вырос с 0,62 нг/мл до 0,79 нг/мл (p = 0,027), отражая прогрессирование остеокластической резорбции. Межгрупповое различие через 12 месяцев было высоко значимым (p = 0,003). Щелочная фосфатаза (маркер костеобразования) в основной группе не изменилась (p > 0,05), тогда как в группе сравнения значимо повысилась (p = 0,041), превысив верхнюю границу нормы у части пациенток. Это свидетельствует о компенсаторной активации остеобластов на фоне усиленной резорбции. Уровень общего кальция в основной группе незначительно повысился (p = 0,049), что связано с улучшением его всасывания на фоне коррекции витамина D₃. В группе сравнения кальций остался без динамики. Фосфор не показал значимых изменений ни в одной из групп, оставаясь в пределах нормы (табл. 4).

 

Таблица 4. Динамика биохимических показателей кальций-фосфорного обмена и костного ремоделирования сыворотки крови в наблюдаемых группах через 12 месяцев

Table 4. Dynamics of biochemical parameters of calcium-phosphorus metabolism and bone remodeling in blood serum in the observed groups after 12 months

Показатель / Indicator	Этап наблюдения / Observation stage	Группы / Groups
		Основная группа (реабилитация + Резовива 150 мг + витамин D3) / Main group (rehabilitation + Rezoviva 150 mg + vitamin D3)	Группа сравнения (реабилитация + витамин D3) / Comparison group (rehabilitation + vitamin D3)
25(ОН)D, нг/мл (30–80) / 25(OH)D, ng/ml (30–80)	Исходно / Initially	24,9 [15, 8; 29, 5] ↓	25,5 [15, 9; 29, 8] ↓
	Через 12 месяцев / In 12 months	35,2 [24, 0; 38, 5]*†	22,0 [14, 5; 26, 3] ↓
ПТГ, пг/мл (15–65) / PTH, pg/ml (15–65)	Исходно / Initially	48,9 [35, 8; 55, 3]	50,6 [36, 4; 57, 5]
	Через 12 месяцев / In 12 months	51,5 [38, 0; 58, 2]	63,8 [46, 0; 68, 5]†
CTx (β-CrossLaps), нг/мл (0,1–0,7) / CTx (β-CrossLaps), ng/ml (0.1–0.7)	Исходно / Initially	0,58 [0, 45; 0, 72]	0,62 [0, 48; 0, 78]
	Через 12 месяцев / In 12 months	0,31 [0, 22; 0, 48]*†	0,79 [0, 52; 0, 95]†
Кальций общий, ммоль/л (2,15–2,55) / Total calcium, mmol/l (2.15–2.55)	Исходно / Initially	2,24 [2, 20; 2, 32]	2,28 [2, 22; 2, 35]
	Через 12 месяцев / In 12 months	2,35 [2, 28; 2, 40]*	2,24 [2, 18; 2, 30]
Фосфор неорганический, ммоль/л (0,85–1,45) / Inorganic phosphorus, mmol/l (0.85–1.45)	Исходно / Initially	1,12 [0, 98; 1, 26]	1,10 [0, 90; 1, 18]
	Через 12 месяцев / In 12 months	1,00 [0, 88; 1, 10]	1,14 [1, 00; 1, 25]
Щелочная фосфатаза, ЕД/л (40–130) / Alkaline phosphatase, U/L (40–130)	Исходно / Initially	94 [78; 128]	118 [84; 135]
	Через 12 месяцев / In 12 months	90 [72; 115]*	142 [96; 210]† ↑

Примечание: Данные представлены в виде медианы и межквартильного интервала [Q1; Q3]. ^* — p < 0,05 при сравнении с исходным уровнем внутри группы (критерий Вилкоксона), ^† — p < 0,05 при сравнении между группами на соответствующем визите (критерий Манна — Уитни), ↓ — медиана ниже референсного диапазона, ↑ — медиана выше референсного диапазона. 25(ОН)D — 25-гидроксивитамин D, CTx — С-терминальный телопептид коллагена I типа, ПТГ — паратиреоидный гормон.

Note: Data are presented as median and interquartile range [Q1; Q3]. ^* — p < 0.05 when assessing the baseline level within a group (Wilcoxon test), ^† — p < 0.05 when switching between readings to the corresponding type (Mann — Whitney test), ↓ — median below the reference signal, ↑ — median above the reference number. 25(ОН)D — 25-hydroxy vitamin D, CTx — C-terminal telopeptide of type I collagen, PTH — parathyroid hormone.

 

Биохимический профиль через 12 месяцев наблюдения подтверждает эффективность и физиологическую обоснованность комбинированной терапии (медицинская реабилитация + пероральная форма ибандроновой кислоты в дозе 150 мг 1 раз в месяц + витамин D₃) по сравнению с реабилитацией и витамином D₃ без антирезорбтивного препарата. Добавление фиксированной дозы холекальциферола (1500 МЕ/сут) на фоне терапии ибандроновой кислотой привело к достоверному повышению 25(ОН)D до уровня, близкого к оптимальному (> 30 нг/мл). В группе сравнения, несмотря на аналогичные рекомендации, уровень витамина D остался в зоне недостаточности. Этот феномен можно объяснить более высокой приверженностью пациенток основной группы к терапии в целом (назначение препарата Резовива создает «якорь», который повышает комплаентность и к приему витамина D). Нормализация витамина D в основной группе предотвратила развитие вторичного гиперпаратиреоза: ПТГ остался в пределах референсных значений, в то время как в группе сравнения его значимое повышение указывает на напряжение кальций-регулирующих механизмов, что само по себе является независимым фактором риска переломов.

Снижение CTx в основной группе на 46,6 % (с 0,58 нг/мл до 0,31 нг/мл) полностью соответствует ожидаемому действию азотсодержащих бисфосфонатов, ингибирующих фарнезилдифосфат синтазу в остеокластах и приводящих к их апоптозу. Обратная динамика в группе сравнения (рост CTx на 27,4 %) демонстрирует естественное прогрессирование остеопороза у постменопаузальных женщин без патогенетической терапии. Полученные значения CTx в группе сравнения (0,79 нг/мл) превышают референсный диапазон, что ассоциируется с высоким риском низкоэнергетических переломов. Отсутствие значимого роста щелочной фосфатазы в основной группе подтверждает, что подавление резорбции не сопровождается компенсаторным увеличением формирования (процесс ремоделирования возвращается к нормальному (сопряженному) уровню). В группе сравнения, напротив, рост щелочной фосфатазы выше референсных значений (медиана — 142 ЕД/л) отражает реактивную активацию остеобластов в ответ на усиленную резорбцию, однако эта активация некомпенсирована и приводит к потере костной массы.

Небольшое, но статистически значимое повышение общего кальция в основной группе (до 2,35 ммоль/л) указывает на улучшение всасывания на фоне коррекции витамина D₃. Важно, что значения остаются в пределах физиологической нормы, исключая риск гиперкальциемии. Стабильность фосфора в обеих группах говорит об отсутствии грубых нарушений минерального обмена.

Снижение CTx и стабилизация щелочной фосфатазы в основной группе сочетаются с ранее продемонстрированными улучшениями функциональных показателей (скорость ходьбы, равновесие, мышечная сила) и снижением частоты падений. Подавление остеокластической резорбции уменьшает болевой синдром (за счет стабилизации микропереломов трабекул), что позволяет активнее выполнять упражнения, укреплять мышечный корсет и улучшать постуральный контроль.

Таким образом, данные биохимического мониторинга через 12 месяцев убедительно свидетельствуют о том, что терапия ибандроновой кислотой (Резовива в дозе 150 мг 1 раз в месяц) в сочетании с витамином D₃ обеспечивает достоверное подавление костной резорбции, профилактику вторичного гиперпаратиреоза и нормализацию маркеров костного ремоделирования, в отличие от группы сравнения, где прогрессирует резорбция и активируется неэффективное костеобразование. Полученные результаты полностью соответствуют протоколу исследования и служат объективной лабораторной основой для клинических выводов об эффективности данной схемы лечения.

Результаты 12-месячного наблюдения показали, что в основной группе зафиксировано статистически значимое повышение МПК: Т-критерий улучшился (p = 0,018). В группе сравнения существенных изменений не произошло (p > 0,05). Межгрупповое сравнение через 12 месяцев выявило значимое преимущество основной группы (p = 0,032) (табл. 5). В основной группе отмечена положительная динамика: Т-критерий в шейке бедра достоверно изменился (p = 0,041). В группе сравнения Т-критерий в шейке бедра несколько ухудшился (–1,82 ± 0,61 → –1,89 ± 0,58; p > 0,05). Межгрупповое различие через 12 месяцев не достигло порога статистической значимости (p = 0,089), однако тенденция в пользу основной группы сохраняется. В основной группе выявлено статистически значимое улучшение Т-критерия проксимального отдела бедра (total hip) (p = 0,009). В группе сравнения МПК проксимального отдела бедра осталась без значимой динамики (p > 0,05). Межгрупповое различие через 12 месяцев достоверно отличалось (p = 0,027) (табл. 5).

 

Таблица 5. Динамика показателей плотности костей в наблюдаемых группах через 12 месяцев

Table 5. Dynamics of bone density indicators in the observed groups after 12 months

Показатель / Indicator	Этап наблюдения / Observation stage	Группы / Groups
		Основная группа (реабилитация + Резовива 150 мг + витамин D3) / Main group (rehabilitation + Rezoviva 150 mg + vitamin D3)	Группа сравнения (реабилитация + витамин D3) / Comparison group (rehabilitation + vitamin D3)
T-критерий L1–L4 / T-test L1–L4	Исходно / Initially	–2,42 ± 0,98	–2,35 ± 1,25
	Через 12 месяцев / In 12 months	–2,18 ± 0,92*†	–2,41 ± 1,20
T-критерий левой шейки бедра / T-score of the left femoral neck	Исходно / Initially	–1,88 ± 0,55	–1,82 ± 0,61
	Через 12 месяцев / In 12 months	–1,75 ± 0,51*	–1,89 ± 0,58
T-критерий проксимального отдела левой бедренной кости (total hip) / T-score of the proximal left femur (total hip)	Исходно / Initially	–2,07 ± 0,91	–2,01 ± 1,13
	Через 12 месяцев / In 12 months	–1,85 ± 0,84*†	–2,09 ± 1,09

Примечание: Данные представлены в виде среднего арифметического ± стандартное отклонение (M ± SD). ^* — p < 0,05 при сравнении с исходным уровнем внутри группы (парный t-критерий Стьюдента), ^† — p < 0,05 при сравнении между группами через 12 месяцев (t-критерий для независимых выборок).

Note: Data are presented as mean ± standard deviation (M ± SD). ^* — p < 0.05 when compared with baseline within a group (paired Student’s t-test), ^† — p < 0.05 when compared between groups after 12 months (independent samples t-test).

 

Анализ динамики МПК через 12 месяцев наблюдения демонстрирует, что добавление пероральной ибандроновой кислоты (препарат Резовива в дозе 150 мг 1 раз в месяц) к программе медицинской реабилитации и приему витамина D₃ приводит к статистически значимому увеличению МПК в поясничном отделе позвоночника и проксимальном отделе бедра по сравнению с группой, получавшей только реабилитацию и витамин D₃. В шейке бедра также наблюдается положительная тенденция, требующая более длительного наблюдения для подтверждения статистической значимости.

Полученное улучшение Т-критерия в поясничном отделе на 0,24 (с –2,42 до –2,18) соответствует увеличению МПК примерно на 3,5 % за 12 месяцев. Важно отметить, что в группе сравнения МПК позвоночника не только не увеличилась, но и показала тенденцию к снижению, что характерно для естественного течения постменопаузального остеопороза без патогенетической терапии.

В зоне total hip прирост Т-критерия составил 0,22 (–2,07 → –1,85; p = 0,009), что соответствует увеличению МПК примерно на 2,5 %. Межгрупповое различие через 12 месяцев статистически значимо (p = 0,027), что подтверждает эффективность препарата в данной локализации, особенно важной с точки зрения риска переломов проксимального отдела бедра (самых тяжелых остеопоротических переломов). Хотя в основной группе отмечено улучшение Т-критерия шейки бедра с –1,88 до –1,75 (p = 0,041 внутри группы), межгрупповое различие не достигло статистической значимости (p = 0,089). Это может быть связано с тем, что шейка бедра представлена преимущественно кортикальной костью, которая медленнее реагирует на антирезорбтивную терапию по сравнению с трабекулярной костью позвонков. Кроме того, в группе сравнения также наблюдалась некоторая вариабельность значений, что увеличило стандартные отклонения. Тем не менее внутригрупповая положительная динамика указывает на реальное влияние ибандроновой кислоты и на эту зону. При увеличении продолжительности наблюдения до 24–36 месяцев различия, как правило, становятся статистически значимыми и для шейки бедра.

Каждый прирост Т-критерия на 0,1 ассоциируется со снижением риска вертебральных переломов примерно на 15 % согласно метаанализу. Таким образом, достигнутое улучшение Т-критерия в позвоночнике на 0,24 может соответствовать снижению относительного риска новых переломов позвонков на 30–35 %. В сочетании с ранее продемонстрированным улучшением функциональных показателей и снижением частоты падений эти данные подтверждают, что 12-месячная терапия ибандроновой кислотой не только улучшает костную плотность, но и реально уменьшает риск остеопоротических осложнений.

В группе сравнения, несмотря на прием витамина D₃ (1500 МЕ/сут), МПК во всех трех зонах осталась без статистически значимых изменений или имела тенденцию к снижению. Это указывает на то, что одной лишь коррекции витамина D недостаточно для стабилизации костной массы у женщин с установленным постменопаузальным остеопорозом. Полученные данные подтверждают необходимость назначения патогенетической антирезорбтивной терапии (бисфосфонатов) для предотвращения прогрессирующей потери костной ткани.

Таким образом, через 12 месяцев терапии пероральной ибандроновой кислотой (Резовива в дозе 150 мг 1 раз в месяц) в сочетании с медицинской реабилитацией и витамином D₃ наблюдаются статистически значимый прирост МПК в поясничном отделе позвоночника и проксимальном отделе бедра, а также положительная тенденция в шейке бедра. В группе сравнения значимой динамики МПК не выявлено. Данные результаты объективно подтверждают высокую эффективность предложенной схемы лечения для восстановления и поддержания костной массы у пациенток с постменопаузальным остеопорозом, прошедших курс медицинской реабилитации.

Анализ стабилометрических показателей через 12 месяцев наблюдения демонстрирует, что терапия ибандроновой кислотой (Резовива в дозе 150 мг 1 раз в месяц) в сочетании с медицинской реабилитацией приводит к статистически значимому улучшению постурального контроля по сравнению с группой, получавшей только реабилитацию и витамин D₃ (табл. 6). Улучшения касаются всех ключевых параметров: уменьшения разброса центра давления во фронтальной (РПФ) и сагиттальной (РПС) плоскостях, снижения скорости его смещения и уменьшения площади статокинезиограммы.

 

Таблица 6. Динамика показателей стабилометрии в наблюдаемых группах через 12 месяцев (тест с закрытыми глазами)

Table 6. Dynamics of stabilometry indicators in the observed groups after 12 months (test with eyes closed)

Показатель / Indicator	Этап наблюдения / Observation stage	Группы / Groups
		Основная группа (реабилитация + Резовива 150 мг + витамин D3) / Main group (rehabilitation + Rezoviva 150 mg + vitamin D3)	Группа сравнения (реабилитация + витамин D3) / Comparison group (rehabilitation + vitamin D3)
РПФ, мм / FS, mm	Исходно / Initially	9,37 [4, 64; 23, 8]	8,92 [3, 80; 19, 8]
	Через 6 месяцев / In 6 months	7,81 [3, 90; 18, 2]*	9,10 [4, 20; 20, 5]
	Через 12 месяцев / In 12 months	7,25 [3, 60; 17, 5]*	9,85 [4, 50; 21, 3]
РПС, мм / SS, mm	Исходно / Initially	7,49 [2, 41; 14, 6]	9,16 [3, 02; 19, 9]
	Через 6 месяцев / In 6 months	6,58 [2, 80; 12, 3]*	8,90 [3, 50; 18, 7]
	Через 12 месяцев / In 12 months	6,10 [2, 50; 11, 8]*†	9,50 [3, 80; 20, 1]
ССЦД, мм/с / VPCS, mm/s	Исходно / Initially	13,89 [8, 45; 23, 2]	14,78 [7, 31; 28, 3]
	Через 6 месяцев / In 6 months	11,94 [6, 49; 22, 8]*	14,16 [6, 35; 25, 1]
	Через 12 месяцев / In 12 months	11,20 [6, 00; 21, 5]*	15,20 [7, 00; 27, 8]
СИПКЦД, мм²/с / AIAPCO, mm2/s	Исходно / Initially	42,81 [9, 48; 61, 7]	38,27 [9, 30; 42, 2]
	Через 6 месяцев / In 6 months	34,65 [8, 05; 38, 6]*	40,10 [9, 00; 44, 5]
	Через 12 месяцев / In 12 months	30,47 [7, 20; 35, 2]*†	43,50 [9, 50; 50, 3]

Примечание: Данные представлены в виде медианы и межквартильного интервала [Q1; Q3]. ^* — p < 0,05 при сравнении с исходным уровнем внутри группы (критерий Вилкоксона), ^† — p < 0,05 при сравнении между группами на соответствующем визите (критерий Манна — Уитни). РПФ — разброс по фронтали, РПС — разброс по сагиттали, ССЦД — скорость смещения центра давления, СИПКЦД — средняя интегральная площадь колебаний центра давления.

Note: Data are presented as median and interquartile range [Q1; Q3]. ^* — p < 0.05 when compared with baseline within a group (Wilcoxon test), ^† — p < 0.05 when compared between groups at the corresponding visit (Mann — Whitney test). FS — frontal spread, SS — sagittal spread, VPCS — velocity of pressure center shift, AIAPCO — average integral area of pressure center oscillations.

 

Так, в основной группе уже к 6 месяцам наблюдалось значимое уменьшение РПС (p = 0,036), а к 12 месяцам достигнуто еще более выраженное снижение как РПС (p = 0,028), так и РПФ (p = 0,041) (табл. 6). При этом РПС в основной группе через 12 месяцев была значимо меньше, чем в группе сравнения (p = 0,039). В группе сравнения, напротив, все показатели имели тенденцию к ухудшению (РПФ вырос с 8,92 мм до 9,85 мм, РПС — с 9,16 мм до 9,50 мм), что отражает прогрессирующее снижение стабильности у пациенток без патогенетической терапии.

В основной группе скорость смещения центра давления снизилась с 13,89 мм/с до 11,20 мм/с (p = 0,033), что указывает на более эффективное управление постуральными колебаниями. В группе сравнения скорость, напротив, возросла (с 14,78 мм/с до 15,20 мм/с), хотя и не достигла статистической значимости (табл. 6).

В основной группе интегральная площадь достоверно уменьшилась (p = 0,009), и этот показатель был значимо ниже, чем в группе сравнения (p = 0,021). В группе сравнения площадь увеличилась (с 38,27 мм²/с до 43,50 мм²/с), что клинически соответствует нарастанию постуральной неустойчивости (табл. 6).

Улучшение стабилометрических параметров в основной группе коррелирует с ранее показанным уменьшением смещения в тесте Фукуды (табл. 2), увеличением времени стойки на одной ноге и снижением частоты падений (табл. 3). В совокупности эти данные доказывают, что 12-месячная терапия ибандроновой кислотой не только улучшает костную плотность и снижает резорбцию, но и независимо улучшает нейромышечный контроль и постуральную стабильность, что является критическим фактором профилактики падений.

Таким образом, данные стабилометрии подтверждают, что комбинация реабилитации и ибандроновой кислоты обеспечивает устойчивое улучшение функции равновесия, тогда как без антирезорбтивной терапии постуральный контроль ухудшается.

В исследовании мы оценивали качество жизни с помощью валидизированного опросника SF-36 (8 шкал, от 0 до 100 баллов, где 100 — наилучшее состояние). Исходно группы не различались по всем шкалам (p > 0,05). Динамика представлена на рисунке 2. Через 6 месяцев наблюдения в основной группе зафиксировано статистически значимое повышение баллов по трем шкалам: физическое функционирование (PF) (p = 0,040); выраженность боли (BP) (p = 0,025), причем этот показатель был значимо выше, чем в группе сравнения (p = 0,006), жизненная активность (VT) (p = 0,024). Социальное функционирование (SF) улучшилось в обеих группах (p < 0,05), однако в основной группе оно было значимо выше, чем в группе сравнения (p = 0,043). По остальным шкалам (RP, GH, RE, MH) достоверных изменений внутри групп и между группами не выявлено (рис. 2).

 

Рис. 2. Динамика показателей качества жизни через 12 месяцев наблюдения по данным опросника SF-36

Fig. 2. Dynamics of quality of life indicators after 12 months of observation according to the SF-36 questionnaire

Примечание: Значения показателей приведены в виде медиан. Различия между группами статистически значимы при значениях коэффициента достоверности р: ^* — р < 0,05 в сравнении с исходным уровнем, критерий Вилкоксона, ^† — р < 0,05 в сравнении с группой сравнения, критерий Манна — Уитни.

Note: The values of the indicators are presented as medians. Differences between groups are statistically significant at the reliability coefficient values p: ^* — p < 0.05 compared with the baseline level, Wilcoxon test, ^† — p < 0.05 compared with the comparison group, Mann — Whitney test.

 

Через 12 месяцев наблюдения в основной группе положительная динамика не только сохранилась, но и усилилась: PF достиг 72 баллов (p = 0,015 по сравнению с исходным, p = 0,028 по сравнению с группой сравнения); BP увеличился до 75 баллов (p = 0,008 по сравнению с исходным уровнем, p = 0,004 по сравнению с группой сравнения); VT повысился до 68 баллов (p = 0,018 по сравнению с исходным уровнем, p = 0,031 по сравнению с группой сравнения); SF достиг 78 баллов (p = 0,009 по сравнению с исходным уровнем, p = 0,012 по сравнению с группой сравнения). Кроме того, появились значимые улучшения по шкалам RP (ролевое функционирование, обусловленное физическим состоянием) с 35 до 63 баллов (p = 0,022 по сравнению с исходным уровнем, p = 0,039 по сравнению с группой сравнения) и RE (ролевое функционирование, обусловленное эмоциональным состоянием) с 50 до 65 баллов (p = 0,047 по сравнению с исходным уровнем). В группе сравнения через 12 месяцев показатели SF-36 вернулись к исходному уровню или даже несколько снизились (PF — 38, BP — 42, VT — 48, SF — 55 баллов). Различия между группами по всем указанным шкалам через 12 месяцев были статистически значимы в пользу основной группы (p < 0,05) (рис. 2).

Таким образом, терапия ибандроновой кислотой обеспечивает стойкое и прогрессирующее улучшение физического функционирования, снижение боли, повышение жизненной и социальной активности, а также позитивно влияет на ролевые функции, связанные с физическим и эмоциональным состоянием.

К 6 месяцам пероральный прием ибандроновой кислоты (Резовива в дозе 150 мг 1 раз в месяц) в комбинации с медицинской реабилитацией достоверно улучшает физическое функционирование, уменьшилась выраженность боли и повысилась жизненная активность по сравнению с группой, получавшей только реабилитацию и витамин D₃. Социальное функционирование улучшилось в обеих группах, однако в основной группе этот показатель значимо выше. К 12 месяцам положительные эффекты в основной группе не только сохранились, но и выросли: дополнительно были достигнуты значимые улучшения ролевого функционирования, обусловленного физическим и эмоциональным состоянием. В группе сравнения, напротив, все показатели качества жизни вернулись к исходным значениям или ухудшились. Межгрупповые различия через 12 месяцев статистически значимы по шкалам физического функционирования, боли, жизненной активности, социального функционирования и ролевых функций, что подтверждает ключевую роль длительной антирезорбтивной терапии в поддержании достигнутых результатов реабилитации.

По данным протокола исследования, интенсивности боли в спине оценивали по 5-балльной ВАШ, где 0 — отсутствие боли, 5 — невыносимая боль. Исходно медиана боли составила 4,0 балла в основной группе и 3,8 балла в группе сравнения (p > 0,05) (рис. 3). Через 6 месяцев в основной группе отмечено достоверное снижение боли до 2,0 баллов (p = 0,044 по сравнению с исходным). В группе сравнения боль снизилась незначительно (p = 0,069). Межгрупповое различие через 6 месяцев было статистически значимым (p = 0,038). Через 12 месяцев в основной группе боль продолжила уменьшаться, достигнув медианы 1,5 балла (p = 0,012 по сравнению с исходным; p = 0,009 по сравнению с группой сравнения). В группе сравнения боль вернулась к исходному уровню (p > 0,05). Различия между группами через 12 месяцев высоко значимы (p = 0,006). Динамика боли по ВАШ представлена на рисунке 3.

 

Рис. 3. Динамика болевого синдрома по визуально-аналоговой шкале через 12 месяцев

Fig. 3. Dynamics of pain syndrome according to visual analogue scale after 12 months

Примечание: Значения показателей приведены в виде медиан. Различия между группами статистически значимы при значениях коэффициента достоверности р < 0,05: ^* — в сравнении с исходным уровнем, критерий Вилкоксона, ^† — р < 0,05 в сравнении с группой сравнения, критерий Манна — Уитни. ВАШ — визуально-аналоговая шкала.

Note: The values of the indicators are presented as medians. Differences between groups are statistically significant at reliability coefficient values of p < 0.05: ^* — compared with the baseline level, Wilcoxon test, ^† — p < 0.05 compared with the comparison group, Mann — Whitney test. VAS — visual analogue scale.

 

Таким образом, терапия ибандроновой кислотой в сочетании с медицинской реабилитацией приводит к быстрому (к 6 месяцам) и стойкому (к 12 месяцам) снижению болевого синдрома у пациенток с постменопаузальным остеопорозом. В группе без антирезорбтивной терапии (только реабилитация + витамин D₃) достоверного снижения боли не зафиксировано, а к 12 месяцам интенсивность боли возвращается к исходному уровню. Клинически значимая разница между группами (1,5 балла в основной группе против 3,8 балла в группе сравнения через 12 месяцев) указывает на то, что ибандроновая кислота не только замедляет резорбцию кости, но и оказывает анальгетический эффект, вероятно, за счет стабилизации микропереломов трабекул и уменьшения компрессии структур позвоночника.

За 12 месяцев наблюдения в основной группе (n = 35), получавшей пероральную ибандроновую кислоту (Резовива в дозе 150 мг 1 раз в месяц), нежелательные явления зарегистрированы у 4 пациенток (11,4 %). Наиболее частыми были транзиторные гриппоподобные симптомы (лихорадка, миалгия, артралгия) у 3 пациенток (8,6 %), возникавшие преимущественно после первых двух приемов препарата и купировавшиеся самостоятельно в течение 48–72 часов без отмены терапии. У одной пациентки (2,9 %) отмечена легкая диспепсия (чувство тяжести в эпигастрии), не потребовавшая дополнительного лечения. Серьезных нежелательных явлений, потребовавших госпитализации или отмены препарата, не зафиксировано. В группе сравнения нежелательные явления не были связаны с приемом лекарственных средств (единичные случаи острых респираторных вирусных инфекций, обострение дорсопатии).

Таким образом, пероральная форма ибандроновой кислоты в дозе 150 мг 1 раз в месяц продемонстрировала благоприятный профиль безопасности у пациенток с постменопаузальным остеопорозом, проходящих медицинскую реабилитацию.

По окончании 12 месяцев наблюдения врач-исследователь проводил глобальную оценку эффективности терапии по 4-балльной шкале (отлично, хорошо, удовлетворительно, неудовлетворительно). В основной группе 25 пациенток (71,4 %) получили оценку «отлично», 8 (22,9 %) — «хорошо», 2 (5,7 %) — «удовлетворительно» (в основном из-за неполной комплаентности). В группе сравнения лишь 5 пациенток (14,3 %) оценены на «хорошо», 12 (34,3 %) — «удовлетворительно», а 18 (51,4 %) — «неудовлетворительно» (прогрессирование болевого синдрома, снижение функциональной активности). Самооценка пациенток по 5-балльной шкале удовлетворенности лечением (1 — крайне недовольна, 5 — полностью удовлетворена) показала: в основной группе медиана удовлетворенности составила 4,8 балла, 82 % пациенток отметили улучшение качества жизни и готовность продолжать терапию. В группе сравнения медиана удовлетворенности — 2,5 балла, только 23 % пациенток были удовлетворены результатом. Различия статистически значимы (p < 0,001, критерий Манна — Уитни). Полученные данные подтверждают высокую субъективную и объективную эффективность комбинированной терапии с включением ибандроновой кислоты.

ОБСУЖДЕНИЕ

Таким образом, результаты работы показали, что назначение пероральной формы ибандроновой кислоты (препарат Резовива) для приема в дозе 150 мг 1 раз в месяц положительно влияет на длительность поддержания эффекта медицинской реабилитации у пациенток с установленным постменопаузальным остеопорозом, прошедших 2-й этап медицинской реабилитации. Значимое улучшение мышечной выносливости спины и живота, увеличение скорости ходьбы, уменьшение времени теста «Встань и иди» в основной группе согласуются с данными Shibasaki K. et al. (2021) [8], которые показали, что назначение антиостеопоротических препаратов ассоциируется с большим приростом функциональной независимости у пожилых пациентов после переломов. Наши результаты расширяют это наблюдение, демонстрируя, что эффект сохраняется не менее 12 месяцев и распространяется на статическую и динамическую выносливость.

Улучшение постурального контроля, по данным теста Фукуды, стойки на одной ноге и стабилометрии в основной группе коррелирует с достоверным снижением частоты падений (с 34,3 % до 11,4 % в первые 6 месяцев и до 14,3 % во втором полугодии). Это особенно важно, поскольку падения являются главным фактором риска переломов при остеопорозе. Марченкова Л.А. и соавт. в 2020 г. [9–11] показали, что антирезорбтивная терапия улучшает равновесие у пациентов с остеопорозом, однако наши данные подтверждают это с помощью стабилометрии и связывают с реальным уменьшением падений. Выраженное снижение CTx (маркера резорбции) на 46,6 % в основной группе полностью соответствует известному механизму действия азотсодержащих бисфосфонатов [13]. Отсутствие роста щелочной фосфатазы указывает на нормализацию ремоделирования, тогда как в группе сравнения ее рост выше референсных значений является признаком некомпенсированной потери костной массы. Уровень 25(OH)D в основной группе достиг целевых значений (> 30 нг/мл), а в группе сравнения остался в зоне недостаточности, что, вероятно, связано с лучшей приверженностью пациенток основной группы к терапии в целом. Предотвращение вторичного гиперпаратиреоза в основной группе (ПТГ в норме) — дополнительный благоприятный эффект.

Прирост МПК в поясничном отделе позвоночника на 0,24 (3,5 %) и в проксимальном отделе бедра на 0,22 (2,5 %) через 12 месяцев сопоставим с результатами исследования MOBILE, где ибандронат в дозе 150 мг 1 раз в месяц увеличивал МПК позвоночника на 4,3 % и шейки бедра на 2,0 % за 1 год [17]. В нашем исследовании прирост в шейке бедра был менее выраженным (0,13; p не значимо при межгрупповом сравнении), что может объясняться исходно более низкой МПК у наших пациенток и более коротким сроком наблюдения. Тем не менее тенденция к улучшению сохраняется.

Достоверное улучшение по доменам SF-36 (физическое функционирование, боль, жизненная активность, социальное функционирование) в основной группе и снижение боли по ВАШ с 4,0 баллов до 1,5 балла через 12 месяцев согласуются с данными европейских исследований [15, 16] и подтверждают, что эффективное лечение остеопороза не только снижает риск переломов, но и реально улучшает повседневную жизнь пациенток.

Выявленный профиль нежелательных явлений (11,4 %, преимущественно транзиторные гриппоподобные симптомы) соответствует известной переносимости пероральных бисфосфонатов [17]. Серьезных осложнений не зафиксировано, что позволяет рекомендовать препарат для длительной терапии у пациенток, проходящих реабилитацию.

Следовательно, полученные данные убедительно доказывают, что длительная (12 месяцев) терапия ибандроновой кислотой в дозе 150 мг 1 раз в месяц является высокоэффективной и безопасной стратегией для поддержания результатов медицинской реабилитации у пациенток с постменопаузальным остеопорозом. Комбинация реабилитации и антирезорбтивной терапии может стать стандартом ведения таких пациенток.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Результаты 12-месячного исследования показали, что добавление терапии пероральной формой ибандроновой кислоты (Резовива в дозе 150 мг 1 раз в месяц) к программе медицинской реабилитации пациенток с постменопаузальным остеопорозом обеспечивает статистически и клинически значимое улучшение по сравнению с группой, получавшей только программу реабилитации и витамин D₃. На фоне перорального приема ибандроновой кислоты (Резовива в дозе 150 мг 1 раз в месяц) после курса реабилитации у пациенток с постменопаузальным остеопорозом достигнуто достоверно значимое улучшение мышечной выносливости спины и живота, скорости ходьбы, теста «Встань и иди», снижение частоты падений в 3 раза и улучшение постурального контроля. Терапия пероральной формой ибандроновой кислоты в дозе 150 мг способствует также существенному подавлению костной резорбции, повышению МПК в позвоночнике (на 3,5 %) и в бедре (на 2,5 %), клинически значимому улучшению качества жизни и снижению болевого синдрома, характеризуясь при этом высокой приверженностью лечению и хорошей переносимостью. Полученные данные убедительно обосновывают необходимость длительной (не менее 12 месяцев) патогенетической антирезорбтивной терапии у всех пациенток с постменопаузальным остеопорозом, проходящих медицинскую реабилитацию.

ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИЯ

Вклад авторов. Все авторы подтверждают соответствие своего авторства, согласно международным критериям ICMJE (все авторы внесли существенный вклад в разработку концепции, проведение исследования и подготовку статьи, прочли и одобрили финальную версию перед публикацией). Наибольший вклад распределен следующим образом: Васильева В.А. — обеспечение материалов для исследования, верификация данных, анализ данных, написание черновика рукописи, проверка и редактирование рукописи, визуализация; Марченкова Л.А. — научное обоснование, проверка и редактирование рукописи.

Источники финансирования. Данное исследование не было поддержано никакими внешними источниками финансирования.

Конфликт интересов. Марченкова Л.А. — председатель редакционного совета журнала «Вестник восстановительной медицины». Остальные авторы заявляют об отсутствии потенциального конфликта интересов.

Этическое утверждение. Авторы заявляют, что все процедуры, описанные в данной статье, соответствуют этическим стандартам учреждений, проводивших исследование, а также Хельсинкской декларации в редакции 2013 г. Проведение исследования было одобрено на заседании локального этического комитета при ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр реабилитации и курортологии Минздрава России» (Москва, Россия) от 20.06.2024.

Доступ к данным. Данные, подтверждающие выводы этого исследования, можно получить по запросу у корреспондирующего автора.

ADDITIONAL INFORMATION

Author Contributions. All authors confirm their authorship according to the international ICMJE criteria (all authors contributed significantly to the conception, study design and preparation of the article, read and approved the final version before publication). Special contributions: Vasileva V.A. — resources, validation, formal analysis, writing — original draft, writing — review & editing, visualization; Marchenkova L.A. — conceptualization, writing — review & editing.

Funding. This study was not supported by any external sources of funding.

Disclosure. Marchenkova L.A. — Chair of the Editorial Council of Bulletin of Rehabilitation Medicine Journal. The other authors state that there is no conflict of interest.

Ethics approval. The authors declare that all procedures used in this article are in accordance with the ethical standards of the institutions that conducted the study and are consistent with the 2013 Declaration of Helsinki. The study was approved by the Local Ethics Committee of the National Medical Research Center for Rehabilitation and Balneology (Moscow, Russia) dated June 20, 2024.

Data Access Statement. The data that support the findings of this study are available on request from the corresponding author.

¹ Актуализированная версия клинических рекомендаций Министерства здравоохранения Российской Федерации. Рубрикатор клинических рекомендаций «Остеопороз». 87_5 от 30.12.2025.

About the authors

Larisa A. Marchenkova

National Medical Research Center for Rehabilitation and Balneology

Email: vasilevava@nmicrk.ru
ORCID iD: 0000-0003-1886-124X

D.Sc. (Med.), Associate Professor, Head of the Office of Scientific Research, Chief Researcher, Unit of Somatic Rehabilitation, Reproductive Health and Active Longevity, Professor at the Department of Restorative Medicine, Physical Therapy and Medical Rehabilitation

Russian Federation, Moscow

Valeriia A. Vasileva

National Medical Research Center for Rehabilitation and Balneology

Author for correspondence.
Email: vasilevava@nmicrk.ru
ORCID iD: 0000-0002-6526-4512

PhD (Med.), Senior Researcher, Somatic Rehabilitation, Active Longevity and Reproductive Health Department

Russian Federation, Moscow

References

Supplementary files