Особенности оценки нутритивного статуса и расчета потребности в нутриентах у детей с детским церебральным параличом
- Авторы: Макарова С.Г.1,2,3, Пак Л.А.1, Фисенко А.П.1, Кузенкова Л.М.1,4, Пронина И.Ю.1
-
Учреждения:
- ФГАУ «Национальный медицинский исследовательский центр здоровья детей» Минздрава России
- ФГАОУ ВО РНИМУ им. Н.И. Пирогова МЗ РФ
- ФГБОУ ВО «Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова
- Клинический институт детского здоровья имени Н.Ф. Филатова ФГАОУ ВО Первый МГМУ им. И.М. Сеченова Минздрава России (Сеченовский Университет)
- Выпуск: Том 1, № 2 (2020)
- Страницы: 122-131
- Раздел: Обзоры
- URL: https://journals.eco-vector.com/2686-8997/article/view/34196
- ID: 34196
Цитировать
Полный текст
Аннотация
Потребности детей с детским церебральным параличом (ДЦП) в энергии и питательных веществах обсуждаются многими отечественными и зарубежными учеными. Состояние мышечного тонуса, дисфагия, наличие псевдобульбарного синдрома, гиперкинезия или, напротив, — отсутствие физической активности – обусловливают значительные индивидуальные особенности нутритивных потребностей. Недооценка этих потребностей в сочетании с коморбидной патологией (частые пневмонии, бронхиты и пр.), характерной для этой группы пациентов, может приводить к возникновению и быстрому прогрессированию белково-энергетической недостаточности. Помимо того, имеются сложности с интерпретацией показателей их физического развития. Для детей с ДЦП разработаны специальные шкалы для оценки физического развития и формулы для расчета индивидуальной потребности в питательных веществах и энергии. Однако недооценка нутритивных потребностей детей с ДЦП может стать причиной часто встречающейся у этих пациентов белково-энергетической недостаточности — в 29–66% случаев. В связи с этим некоторые принципы организации питания и нутритивной поддержки для детей с ДЦП пересматриваются. Организация адекватной нутритивной поддержки на основе современных клинических рекомендаций и персонализированного подхода является важнейшей составляющей комплексного лечения этой сложной категории больных. В обзоре представлено современное состояние проблемы, обсуждаются подходы с точки зрения международных и отечественных руководств, а также с позиций актуальных рекомендаций Европейского общества детских гастроэнтерологов, гепатологов и нутрициологов 2017 года.
Ключевые слова
Полный текст
Введение
Дети с неврологическими заболеваниями, в частности с детским церебральным параличом (ДЦП), имеют особые потребности в питании, т.к. мышечный тонус и уровень их физической активности значительно отличаются от общей педиатрической популяции. В связи с этим подходы, используемые при организации питания здоровых детей, не могут быть полностью экстраполированы на детей с ДЦП. Дополнительные сложности связаны непосредственно с оценкой антропометрических показателей и нутритивного статуса этих пациентов [1].
Оценка питания детей с ДЦП, проведенная в 2000 г., показала, что 89% пациентов нуждаются в помощи при кормлении, 56% поперхиваются пищей, у 28% время кормления занимает более 3 ч в день, 26% страдает запорами, у 22% отмечается частая рвота. При этом 2/3 пациентов никогда не обследовались на предмет проблем с питанием [2]. В то же время у детей с ДЦП показана высокая частота (29–66% случаев) недостаточности питания (НП) [3, 4]. Задержка линейного роста выявляется у 23% пациентов, низкая минеральная плотность костной ткани — у 77%, в связи с чем риск переломов у детей с ДЦП в 2 раза выше, чем в здоровой популяции [3].
Потребности в энергии и питательных веществах детей с ДЦП обсуждаются многими отечественными и зарубежными учеными [5–11]. Повышение мышечного тонуса или, наоборот, выраженное его снижение, гиперкинетический синдром, дисфагия, псевдобульбарный синдром, гиподинамия, а также коморбидные заболевания (эпилепсия, частые пневмонии, бронхиты и пр.), характерные для этой группы пациентов, могут приводить к возникновению и быстрому прогрессированию белково-энергетической недостаточности (БЭН) [10, 12–14]. Кроме того, для больных с ДЦП характерны повышенные энергозатраты, связанные с нарушением энергообмена и недостаточной регуляцией функций вегетативной нервной системы. Очевидно, что при таких проблемах БЭН может стать фактором, значительно снижающим реабилитационный потенциал детей с ДЦП (рисунок), т.к. у ребенка не хватает энергетических и пластических ресурсов на двигательную активность [9, 11, 15, 16].
Фактор питания как одна из составляющих, определяющих реабилитационный потенциал ребенка с ДЦП.
Оптимизация пищевого статуса приводит к улучшению самочувствия, снижает раздражительность и спастичность, улучшает периферическое кровообращение и заживление ран, иммунный ответ и устойчивость к инфекциям [17, 18].
В последние годы среди пациентов с ДЦП увеличивается процент детей с ожирением, составляя, по разным данным, 10–15% [19]. В будущем эта проблема может стать более актуальной, т.к. растет число пациентов — носителей гастростомы [20].
В связи с вышесказанным коррекция нутритивного статуса этой сложной категории больных требует исключительно индивидуализированных подходов.
Понятие недостаточности питания
Под НП понимают дисбаланс между потребностью в питательных веществах и их поступлением, что негативно влияет на рост и развитие ребенка [21]. НП (или БЭН) подразделяется на первичную и вторичную и может быть острой или хронической. Первичная БЭН возникает при дефиците потребления нутриентов, в то время как вторичная обусловлена наличием различных заболеваний. Острая БЭН проявляется преимущественно потерей массы тела и ее дефицитом по отношению к долженствующей массе тела по росту, а хроническая — не только дефицитом массы тела, но и существенной задержкой роста.
Общая распространенность НП в странах с высоким уровнем экономического развития невелика, но поскольку ее основная причина — тяжелые заболевания, то она существенно выше среди госпитализированных детей. В соответствии с данными мониторинга, проведенного в 26 европейских странах, а также в Российской Федерации, 20–40% детей, поступающих в стационары, имеют признаки НП [22–25]. Среди них второе место, уступив только онкологическим больным, принадлежит пациентам с врожденными или приобретенными заболеваниями центральной нервной системы, на долю которых приходится примерно 40% всех случаев НП.
Важно отметить, что не существует единого общепризнанного определения НП у детей и обычно используются критерии, основанные на росте, весе для роста, индексе массы тела (ИМТ) для возраста [10]. Более того, для детей с ДЦП определение БЭН затруднено из-за индивидуальных особенностей пациентов.
Согласно рекомендациям Европейского общества детских гастроэнтерологов, гепатологов и нутрициологов (ESPGHAN) 2017 г. для клинической практики при отсутствии строгих критериев для выявления НП у детей с ДЦП, важно оценить наличие предупреждающих признаков НП:
- задержка физического развития;
- наличие пролежней, проблем с кожей и периферическим кровообращением;
- вес для возраста (Z-скор<2);
- толщина кожной складки трицепса и др. <10 центиля для возраста и пола;
- отсутствие прибавки массы тела [10].
Классификация ВОЗ предполагает разделение НП на умеренной и тяжелой степени. В то же время для клинической практики следует выделять легкую степень НП или группу риска по НП, когда показатель –1 < Z-скор > –2. Легкая БЭН представлена в МКБ-10 под кодом Е44.1. Решение вопроса о целесообразности нутритивной поддержки позволяет при необходимости своевременно корригировать рационы и предотвратить более тяжелые нарушения.
БЭН представляет собой не только недостаточность макронутриентов, но и сопровождается в большинстве случаев гиповитаминозом, дефицитом многих эссенциальных микроэлементов, ответственных за реализацию иммунных функций, оптимальный рост и развитие, в том числе развитие мозга. Поэтому длительной НП часто сопутствуют отставание в психомоторном развитии, задержка речевых и когнитивных навыков и функций, высокая инфекционная заболеваемость вследствие снижения иммунитета, что усугубляет нутритивную недостаточность у ребенка [22] и, по сути, замыкает «порочный круг», снижая реабилитационный потенциал пациентов.
НП при ДЦП является следствием следующих факторов [4]:
- сложностей вскармливания в результате нарушений жевания и глотания (дискоординация деятельности мышц губ, языка, неба и глотки);
- замедленного развития в результате повреждения мозговых центров, обеспечивающих питание и рост (гипоталамические центры);
- зубного кариеса/гипоплазии эмали и других стоматологических проблем;
- несоответствия пищевых привычек индивидуальным энергетическим потребностям;
- дефицита минеральных веществ, вызванного хроническим приемом антиконвульсантов или отсутствием активных движений [26, 27].
- необходимостью в повторных и зачастую длительных госпитализациях, способных изменить привычный стереотип питания и усугубить исходно имеющиеся нарушения.
Состояния пищевой непереносимости (лактазная недостаточность, целиакия и др.) и мальабсорбция, сопутствующие ДЦП, могут индуцировать и/или усугублять нарушения нутритивного статуса у детей [26–28]. Дополнительным фактором может являться неадекватная оценка индивидуальных нутритивных потребностей ребенка.
Методы оценки нутритивного статуса
Организации нутритивной поддержки всегда предшествует оценка состояния питания пациента — нутритивного статуса, которая проводится на основании анализа: общего состояния больного (с указанием состояния кожных покровов и слизистых, костно-мышечной системы, косвенно указывающих на возможную минеральную и микронутриентную недостаточность), фактического питания, результатов антропометрии (вес, рост, ИМТ — по таблицам центильных величин) и ее динамики за предшествующий период (как минимум 3 мес), лабораторных показателей (общий белок, альбумин, трансферрин, креатинин, мочевина) [10, 22, 25].
Наряду с рутинными критериями по показаниям может быть проанализирован более широкий спектр параметров — как клинических, так и лабораторных и инструментальных. В частности, согласно рекомендациям ESPGHAN, для клинической адекватной оценки и мониторинга нутритивного статуса детей с ДЦП необходима оценка компонентного состава тела [10].
Оценка физического развития детей с ДЦП
Оценка антропометрических данных у больных с ДЦП может вызывать серьезные затруднения. Специфика заболевания, нарушения двигательных функций могут вносить свои коррективы в рост и развитие, что не позволяет использовать для анализа антропометрических показателей стандартные рекомендации (рост, ИМТ — по таблицам ВОЗ).
Оценку антропометрических показателей у детей с ДЦП рекомендуется проводить с учетом состояния моторных функций (шкала глобальных моторных функций — Gross Motor Function Classification System; GMFCS) по специализированным таблицам1. Однако, по мнению экспертов ESPGHAN, даже эти таблицы не учитывают всех индивидуальных особенностей пациентов и для персонализированного подхода должен быть учтен состав тела [10].
Классифицировать БЭН можно и по таблицам центильных величин [25]:
- легкая степень — интервал от 10 до 25 перцентильной кривой (Е44.1 по МКБ-10);
- умеренная — от 3 до 10 перцентильной кривой (Е44.0 по МКБ-10);
- тяжелая — ниже 3 перцентильной кривой (Е43.1 по МКБ-10).
Критерии тяжести БЭН, рассчитанные по проценту от долженствующей массы тела, представлены в таблице.
Классификация БЭН у детей (% от долженствующей массы по росту) согласно [25]
Classification of protein-energy malnutrition (PEM) in children (% of required weight by height) according to [25]
Степень тяжести Grade of severity | Острая БЭН Acute PEM | Хроническая БЭН Chronic PEM |
% от долженствующей массы тела (по росту) % of required weight (by height) | % от долженствующего роста (по возрасту) % of required weight (by height) | |
Норма Norm | 90–110 | 95–105 |
1 (легкая) Mild | 80–80 | 90–94 |
2 (среднетяжелая) Moderate | 70–79 | 85–89 |
3 (тяжелая) Severe | Ниже 70 Less 70 | Ниже 85 Less 80 |
Лабораторные методы оценки состояния питания
Лабораторными методами определяют показатели, позволяющие судить о характере питания и потреблении пищевых веществ или энергии. Эти показатели служат биомаркерами нутритивного статуса, что дает возможность диагностировать доклинические формы нарушения питания. Однако важно отметить, что нормальная концентрация пищевых веществ в крови может сохраняться даже при значительном обеднении их депо в органах и тканях, поэтому она не всегда соответствует достаточному уровню обеспеченности.
Так, уровень общего белка в сыворотке крови не всегда отражает уровень обеспеченности, поскольку уровень общих белков может быть даже повышенным за счет белков острой фазы воспаления и маркеров белкового катаболизма. При обезвоживании уровень общего белка, мочевины и креатинина также повышается. Поэтому как наиболее точные показатели нутритивного статуса используются содержание в крови альбумина, преальбумина, трансферрина, церулоплазмина и ретинолсвязывающего белка. Последние 4 белка имеют самый короткий период полураспада и наиболее точно отражают наличие белковой недостаточности у ребенка [29].
Альбумин сыворотки синтезируется в печени и является одним из наиболее изученных белков, период его полужизни составляет около 3 нед [30]. Концентрация сывороточного альбумина изменяется при воспалении, поэтому его уровень может быть использован лишь для долгосрочного наблюдения. Для оценки краткосрочных изменений нутритивного статуса предпочтительно определять преальбумин или трансферрин. Однако и на эти маркеры оказывают влияние другие непищевые факторы: печеночная и почечная недостаточность, гормоны, инфекции и воспаление [22]. Дополнительным показателем белкового обмена и непрямой оценки пищевого статуса может являться экскреция мочевины [31].
Оценка микронутриентного статуса
У детей с ДЦП потребление микронутриентов ниже, чем у здоровых детей, что приводит к плохому микронутриентному статусу. Исследования обеспеченности витаминами и минеральными веществами детей с неврологическими заболеваниями показывают, что дефицит железа, цинка, меди, витамина D, карнитина, фолиевой кислоты и витамина B12 встречается в 10–55% случаев [12, 32–35]. Факторами, связанными с низким уровнем обеспеченности, являются потребление витамина С (для железа), использование противоэпилептических средств (для карнитина, витамина В12, фолиевой кислоты, кальция и фосфора) и снижение воздействия солнечного света (витамин D). Зондовое питание с использованием смесей для энтерального питания ассоциировано с более высокими концентрациями микроэлементов в крови и сыворотке [34].
Компонентный состав тела
Для оценки рисков нарушений нутритивного статуса в практике эпидемиологических исследований наряду с антропометрическими методами применяются методы оценки состава тела [10, 36].
Понятие «состав тела» предусматривает оценку содержания воды, жиров и нежировых твердых веществ (костной и мышечной тканей) — тощей массы тела. На состав тела оказывают влияние соотношение количества жировой и мышечной ткани, изменение объемов общей, внеклеточной и внутриклеточной жидкости [26, 27, 36]. Для оценки состава тела используются различные способы (калиперометрия, биоэлектрический биоимпедансный анализ, плетизмография, ультразвуковое исследование подкожной жировой клетчатки и мышечной ткани, компьютерная и магнитно-резонансная томография, рентгеновская абсорбциометрия и т.д.). Так, биоимпедансный анализ состава тела позволяет на основе измеренных значений электрического сопротивления (импеданса) тела человека и антропометрических данных оценить состояние белкового, жирового и водного обменов, интенсивность метаболических процессов, резервные возможности организма и риски заболеваний. Данный метод получил широкое распространение и нашел применение в масштабных эпидемиологических исследованиях состояния здоровья населения Бразилии (the Pelotas Birth Cohort Study), Великобритании (CHASE), стран Европейского региона ВОЗ и Евросоюза (MONICA, NUGENOB), Китая (KSCDC), США (Framingham Heart Study, NHANES), Южной Кореи (KNHANES), Японии (the Hisayama Study) и других стран мира. Фундаментальные исследования по математическому моделированию биоимпедансных измерений с использованием высокоразрешающих трехмерных геометрических моделей тела человека позволили визуализировать области чувствительности измерений и подтвердили значимость метода для оценки изменений состава тела и баланса жидкостей [10, 36, 37]. Согласно рекомендациям ESPGHAN 2017 г. у детей с ДЦП оценка состава тела необходима для адекватной оценки нутритивного статуса пациента, оптимизации рекомендаций по питанию и мониторинга их эффективности [10].
Оценка фактического питания
Оценка фактического питания чаще всего проводится расчетными методами с помощью компьютерных программ.
Первым этапом исследования по оценке фактического питания является анкетирование с заполнением 3–5-дневных анкет, содержащих вопросы по детальной характеристике фактического питания с учетом объема порций. Для облегчения заполнения анкет могут быть использованы альбомы с изображением различных порций основных продуктов питания и готовых блюд. При расчете рационов в организованных коллективах необходимые сведения о качественном и количественном составе рациона получают путем обработки меню-раскладок и иных документов, отражающих состав диет. База программ для расчета химического состава рациона создается на основе сведений о химическом составе продуктов и блюд, в отечественных программах для оценки фактического питания используются «Таблицы химического состава и калорийности российских продуктов питания» [38]. Весовой метод, предполагающий строгий количественный учет всех потребляемых за день продуктов и блюд путем их взвешивания, практически не применяется в клинической практике как более трудоемкий.
Недостатком расчетных методов является то, что получаемые сведения носят усредненный, ориентировочный характер. Этих недостатков лишены прямые аналитические методы определения состава рациона — весь рацион обследуемого дублируется в виде «двойной» порции, которая потом подвергается химическому анализу. Данный метод позволяет более точно определить содержание всех компонентов в потребляемом рационе, однако из-за дороговизны и трудоемкости используется только в научных целях [39].
Потребности в энергии и питательных веществах детей с ДЦП
Оценка энергетических потребностей ребенка с ДЦП имеет свои особенности. Принято считать, что возрастная норма потребления макронутриентов может оказаться для этих детей слишком высокой из-за задержки роста и снижения физической активности. Однако в настоящее время эти взгляды пересматриваются. Имеющиеся у пациентов с ДЦП неврологические нарушения оказывают негативное влияние на их рост и нутритивный статус, и многие специалисты полагают, что это может происходить в том числе из-за дефицитного рациона [10, 26, 27, 40, 41].
L.G. Bandini и соавт. [42] показали, что физическая активность, в частности ходьба, у пациентов с ДЦП является более энергоемким процессом, чем в норме. Спустя 5 лет к аналогичным выводам пришли C.M. Duffy и соавт. [43]. В то же время, по данным L. Samson-Fang и соавт. [44], использование инвалидной коляски снижает энергозатраты на физическую активность на 30–40%. При отсутствии физической активности у ребенка среднее суммарное потребление энергии составляет 60% среднего возрастного энергопотребления [44]. В то же время во время проведения реабилитационных мероприятий энергозатраты ребенка с ДЦП могут возрастать на 42–91% [25].
M.J. Andrew и соавт. [45] показано, что вклад спастичности может составлять примерно 10% общего расхода энергии, однако у детей со спастическим тетрапарезом расход энергии ниже.
Е.А. Calis и соавт. [46], изучив трудности кормления детей с ДЦП (снижение аппетита, нарушение жевания, глотания и пр.), обнаружили прямую связь между данными клиническими симптомами и последовательным снижением статуса питания.
В то же время переоценка потребностей в энергии может привести к избыточному весу, что наблюдается у 10–15% детей с неврологическими нарушениями [19]. В связи с этим потребности в энергии должны быть индивидуализированы с учетом подвижности, мышечного тонуса, уровня активности, нарушения обмена веществ и роста ребенка с ДЦП [19] и контролироваться по оценке состава тела [10].
В стандартных ситуациях, при отсутствии выраженных нарушений общего состояния и двигательных функций, для организации энтерального зондового питания могут применяться расчеты, рекомендованные ESPEN [1]. В соответствии с ними энергетическая потребность вычисляется на основе основного обмена пациента — базовой энергетической потребности (БЭП) и конверсионных коэффициентов: фактора заболевания (ФЗ), фактора активности ребенка (ФА), фактора роста (ФР), дефицита массы тела (ДМТ):
Расход энергии (ккал/сут) = БЭП × ФА × ФЗ × ТФ × ДМТ.
Для тяжелых больных со значительно ограниченными двигательными возможностями разработаны специальные рекомендации [47]:
- Метод Крика, при котором используется следующая формула:
Расход энергии (ккал/сут) = (BMR × МТФ × ФА) + ФР,
где BMR (Basal metabolic rate — уровень основного обмена, ккал/день) = S (м2) × стандартный метаболизм (ккал/м2/ч) × 24 ч МТФ (0,9 — снижен; 1,0 — норма; 1,1 — повышен);
ФА = 1,15 — лежачий больной; 1,2 — инв. кресло; 1,25 — ползающий; 1,3 — амбулаторный больной;
ФР = 5 ккал/г желаемой прибавки веса.
- Ростовой метод:
- 14,7 кал/см — у ребенка без моторной дисфункции;
- 13,9 кал/см — у амбулаторных больных с моторной дисфункцией;
- 11,1 кал/см — у стационарных больных.
- REE метод:
- 1,1 × величину основного обмена — у «стабильных» пациентов;
- 1,4 –1,5 × величину основного обмена — при реабилитации.
Несмотря на то что для определения нутритивного статуса и потребности в энергии и питательных веществах детей с неврологическими нарушениями разработаны специальные антропометрические таблицы и формулы, в последнем согласительном документе ESPGHAN — руководству по организации нутритивной поддержки детям с неврологическими нарушениями (2017 г.) при расчете потребности в нутриентах и энергии не рекомендовано использование специальных референсных значений антропометрических показателей для этих детей, поскольку, по мнению экспертов, они не отражают желаемые значения (рекомендация 3b) и могут неадекватно оценивать индивидуальные нутритивные потребности ребенка [10, 25]. Выявлено, что использование этих формул может приводить к недооценке потребностей в энергии на 22%. В результате даже рассчитанная с помощью сложных уравнений индивидуальная потребность в энергии является только отправной точкой, и эффект диетического вмешательства должен постоянно мониторироваться с проведением соответствующей коррекции рекомендаций [48]. Важным и наиболее точным ориентиром для определения энергетических потребностей, по мнению экспертов ESPGHAN, является показатель безжировой массы тела [49].
В связи с тем, что расчет с использованием специальных формул не позволяет точно определить индивидуальную потребность ребенка в энергии и нутриентах, рекомендуется ориентироваться на возрастные потребности (рекомендация 5a) с дальнейшим мониторингом эффективности диетотерапии на основании динамики массы тела и жировой массы (рекомендация 5b) [10].
В последнем согласительном документе ESPGHAN рекомендует:
- для определения индивидуальной энергетической потребности детей с неврологическими нарушениями использовать физиологические нормы потребления;
- проводить регулярный мониторинг массы тела и жировой массы как показателей адекватности энергопотребления.
Согласно мнению экспертной группы ESPGHAN потребность в белке у детей с ДЦП близка к физиологической возрастной норме потребления. Ее и рекомендуется использовать как ориентир для расчета рациона. Увеличение квоты белка может быть необходимо у детей с низкой энергетической потребностью и при наличии пролежней [10]. Увеличение квоты белка также может потребоваться при наличии других нарушений, приводящих к нефизиологической потере белка. При низкой энергетической потребности (у детей с минимальной физической активностью или ее отсутствием) могут возникнуть проблемы с дачей ребенку необходимого количества белка с рационом.
При выраженной нутритивной недостаточности количество белка в суточном рационе может быть увеличено до 2,0–2,4 г/кг в сутки [50]. N. Schoendorfer и соавт. [51] исследовали зависимость различных показателей метаболизма белка от квоты белка в рационе детей с неврологическими нарушениями и различия с группой сравнения. Несмотря на то, что дети с неврологическими нарушениями потребляли белок больше рекомендуемого уровня, показатели метаболизма белка (альбумин, креатинин и ураты) у них были низкими.
Профилактика избыточной массы тела
Определенной категории детей с ДЦП требуется меньше энергии, чтобы избежать лишнего веса. Адекватная оценка нутритивного статуса и состава тела в динамике позволяет оптимизировать диетологические мероприятия. Однако следует помнить, что одновременно со снижением калорийности рациона снижается потребление детьми микронутриентов. Это становится причиной часто выявляемых у этих больных дефицитов витаминов, минеральных веществ (наиболее характерно — кальция, железа, цинка, витаминов С, D и Е, селена) и незаменимых полиненасыщенных жирных кислот [19, 52]. Для этих детей необходима дополнительная дотация микронутриентов (витаминов, минеральных веществ и полиненасыщенных жирных кислот). Эффективность такого подхода показана в исследованиях V. Marchand и соавт. [19]. Важно, что состав современных специализированных продуктов позволяет одновременно с коррекцией квоты белка дотировать микронутриенты и пищевые волокна.
Поддержание водного баланса
Проявления оральной моторной дисфункции в виде слюнотечения и нарушения глотания могут приводить к нарушению гидратации, выявляемому по анализу состава тела, что также требует контроля и коррекции. ESPGHAN рекомендует уделять гидратации большое внимание, т. к. дети с неврологическими нарушениями подвержены риску обезвоживания по ряду причин (например, неспособность передать жажду, слюнотечение) [10]. Потребность в жидкости для детского возраста ориентировочно составляет 1,5 мл/ккал без учета текущих потерь (диарея, рвота, гипертермия и др.), требующих отдельной коррекции.
Организация питания детей с ДЦП
Ребенку с ДЦП должен быть сформирован адекватный рацион, отвечающий не только его потребностям, но и его функциональным возможностям. Адекватное питание подразумевает в первую очередь использование полноценных натуральных продуктов, а также по возможности — использование продуктов «функционального питания: содержащих про- и пребиотики, витамины, минеральные вещества, полиненасыщенные жирные кислоты.
Однако особенности, присущие детям с ДЦП, с их широким спектром проблем со стороны различных органов и систем, приводят к дисбалансу между потребностями организма в пищевых веществах и энергии и возможностью их потребления и усвоения в необходимом объеме. В связи с этим у большого количества детей невозможно обеспечить адекватный по всем нутриентам рацион за счет только обычных продуктов питания, что диктует необходимость нутритивной поддержки.
В соответствии с рекомендациями комитета по питанию ESPGHAN [53] к показаниям для проведения нутритивной поддержки в педиатрии относятся:
- Недостаточность стандартного питания, о чем свидетельствует невозможность обеспечить 60–80% рациона:
- более 3 дней — у детей 1-го года жизни;
- более 5 дней — у детей раннего и дошкольного возраста;
- более 10 дней — у детей старших возрастных групп;
- общее время кормления ребенка составляет более 4 ч в день.
- Задержка веса и роста, которая оценивается по следующим критериям:
- неадекватные прибавки роста или веса на протяжении более 1 мес у детей младше 2 лет и более 3 мес — у детей старше 2 лет;
- отклонение центильного коридора более чем на 2 интервала;
- толщина кожной жировой складки — менее 5-го перцентиля по возрасту;
- снижение скорости роста более 2 см/год от долженствующего для раннего и среднего пубертата;
- потеря более 5% веса на фоне терапии.
Помимо этого для оценки нутритивных рисков разработаны анкеты-опросники, которые позволяют выделить пациентов, требующих проведения нутритивной поддержки [54, 55]:
- Упрощённая педиатрическая шкала оценки нутритивного риска (Simple pediatric nutritional risk score);
- Скрининговый метод оценки рисков для нутритивного статуса и роста (Screening tool for risk of nutritional status and growth — STRONG kids);
- Детская Йоркхиллская шкала недостаточности питания (Paediatric Yorkhill Malnutrition Score) и др.
Использование описанного выше подхода — индивидуализированной организации нутритивной поддержки с учетом всех особенностей больного, — соответствующего последним руководствам [10], показало свою эффективность в исследованиях, проведенных в НМИЦ здоровья детей [4, 56].
Заключение
Таким образом, оценка нутритивного статуса и расчет потребности в нутриентах у детей с ДЦП сопряжены с рядом трудностей. Следует отметить, что некоторые сложившиеся представления, в частности, о низких нутритивных потребностях детей с ДЦП, подвергаются в настоящее время ревизии. Ряд специалистов считают, что недостаточное внимание фактору питания и/или недооценка потребности пациентов в питательных веществах и энергии может стать дополнительным фактором, способствующим недостаточности питания у ребенка. Это замыкает некий «порочный круг» и приводит к снижению реабилитационного потенциала ребенка. В связи с этим организация адекватной нутритивной поддержки на основе современных клинических рекомендаций и персонализированного подхода становится одной из ключевых составляющих комплексного лечения этой сложной категории больных.
Об авторах
С. Г. Макарова
ФГАУ «Национальный медицинский исследовательский центр здоровья детей» Минздрава России; ФГАОУ ВО РНИМУ им. Н.И. Пирогова МЗ РФ; ФГБОУ ВО «Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова
Автор, ответственный за переписку.
Email: sm27@yandex.ru
ORCID iD: 0000-0002-3056-403X
доктор мед. наук
Россия, МоскваЛ. А. Пак
ФГАУ «Национальный медицинский исследовательский центр здоровья детей» Минздрава России
Email: sm27@yandex.ru
доктор мед. наук
Россия, МоскваА. П. Фисенко
ФГАУ «Национальный медицинский исследовательский центр здоровья детей» Минздрава России
Email: sm27@yandex.ru
ORCID iD: 0000-0002-7893-1863
доктор мед. наук, проф., заслуженный врач России
Россия, МоскваЛ. М. Кузенкова
ФГАУ «Национальный медицинский исследовательский центр здоровья детей» Минздрава России; Клинический институт детского здоровья имени Н.Ф. Филатова ФГАОУ ВО Первый МГМУ им. И.М. Сеченова Минздрава России (Сеченовский Университет)
Email: sm27@yandex.ru
ORCID iD: 0000-0002-9562-3774
доктор мед. наук, проф.
Россия, МоскваИ. Ю. Пронина
ФГАУ «Национальный медицинский исследовательский центр здоровья детей» Минздрава России
Email: sm27@yandex.ru
ORCID iD: 0000-0003-3306-6869
Россия, 119991, Москва, Россия
Список литературы
- Studenikin V.M., ed. Pediatric Neurodietology [Neyrodietologiya detskogo vozrasta]. Moscow: Dinastiya; 2012. (in Russian)
- Sullivan P.B., Juszczak E., Lambert B.R., Rose M., Ford-Adams M.E., Johnson A. Impact of feeding problems on nutritional intake and growth: Oxford feeding study II. Dev. Med. Child Neurol. 2002; 44(7): 461-7. DOI: http://doi.org/10.1017/s0012162201002365
- Mergler S., Evenhuis H.M., Boot A.M., De Man S.A., Bindels-De Heus K.G., Huijbers W.A., et al. Epidemiology of low bone mineral density and fracture in children with cerebral palsy: a systematic review. Dev. Med. Child Neurol. 2009; 51(10): 773-8. DOI: http://doi.org/10.1111/j.1469-8749.2009.03384.x
- Pak L.A., Makarova S.G., Chumbadze T.R., Fisenko A.P. Disorders of nutritional status and their correction in children with cerebral palsy. Rossiyskiy pediatricheskiy zhurnal. 2019; 22(1): 23-7. DOI: http://doi.org/10.18821/1560-9561-2019-22-1-23-27 (in Russian)
- Cerebral Palsy (Cerebral Palsy). Chapter 16. In: Studenikin V.M., ed. Pediatric Neurodietology [Neyrodietologiya detskogo vozrasta]. Moscow: Dinastiya; 2012: 242-51. (in Russian)
- Clinical recommendations. Cerebral palsy in children. Moscow; 2016. (in Russian)
- Semenova E.V., Klochkova E.V., Korshikova-Morozova A.E., Trukhacheva A.V., Zablotskis E.Yu. Rehabilitation of Children with Cerebral Palsy: a Review of Modern Approaches to Help Rehabilitation Centers [Reabilitatsiya detey s DTsP: obzor sovremennykh podkhodov v pomoshch’ reabilitatsionnym tsentram]. Moscow: Lepta Kniga; 2018. (in Russian)
- Benfer K.A., Weir K.A., Bell K.L., Ware R.S., Davies P.S., Boyd R.N. Longitudinal study of oropharyngeal dysphagia in preschool children with cerebral palsy. Arch. Phys. Med. Rehabil. 2016; 97(4): 552-560.e9. DOI: http://doi.org/10.1016/j.apmr.2015.11.016
- Benfer K.A., Weir K.A., Bell K.L., Ware R.S., Davies P.S., Boyd R.N. Food and fluid texture consumption in a population-based cohort of preschool children with cerebral palsy: relationship to dietary intake. Dev. Med. Child Neurol. 2015; 57(11): 1056-63. DOI: http://doi.org/10.1111/dmcn.12796
- Romano C., van Wynckel M., Hulst J., Broekaert I., Bronsky J., Dall’Oglio L., et al. European Society for Paediatric Gastroenterology, Hepatology and Nutrition Guidelines for the evaluation and treatment of gastrointestinal and nutritional complications in children with neurological impairment. J. Pediatr. Gastroenterol. Nutr. 2017; 65(2): 242-64. DOI: http://doi.org/10.1097/MPG.0000000000001646
- Finbråten A.K., Martins C., Andersen G.L., Skranes J., Brannsether B., Júlíusson P.B., et al. Assessment of body composition in children with cerebral palsy: a cross-sectional study in Norway. Dev. Med. Child Neurol. 2015; 57(9): 858-64. DOI: http://doi.org/10.1111/dmcn.12752
- Kalra S., Aggarwal A., Chillar N., Faridi M.M. Comparison of micronutrient levels in children with cerebral palsy and neurologically normal controls. Indian J. Pediatr. 2015; 82(2): 140-4. DOI: http://doi.org/10.1007/s12098-014-1543-z
- Kuperminc M.N., Gottrand F., Samson-Fang L., Arvedson J., Bell K., Craig G.M., et al. Nutritional management of children with cerebral palsy: a practical guide. Eur. J. Clin. Nutr. 2013; 67(Suppl. 2): S21-3. DOI: http://doi.org/10.1038/ejcn.2013.227
- Sullivan P. Measurement of body composition should become routine in nutritional assessment of children with cerebral palsy. Dev. Med. Child Neurol. 2015; 57(9): 793-4. DOI: http://doi.org/10.1111/dmcn.12751
- Taş S.A., Çankaya T. An investigation of the relationship of drooling with nutrition and head control in individuals with quadriparetic cerebral palsy. J. Phys. Ther. Sci. 2015; 27(11): 3487-92. DOI: http://doi.org/10.1589/jpts.27.3487
- Walker J.L., Bell K.L., Boyd R.N., Davies P.S. Validation of a modified three-day weighed food record for measuring energy intake in preschool-aged children with cerebral palsy. Clin. Nutr. 2013; 32(3): 426-31. DOI: http://doi.org/10.1016/j.clnu.2012.09.005
- Samson-Fang L., Fung E., Stallings V.A., Conaway M., Worley G., Rosenbaum P., et al. Relationship of nutritional status to health and societal participation in children with cerebral palsy. J. Pediatr. 2002; 141(5): 637-43. DOI: http://doi.org/10.1067/mpd.2002.129888
- Wodarski LA. An interdisciplinary nutrition assessment and intervention protocol for children with disabilities. J. Am. Diet. Assoc. 1990; 90(11): 1563-8.
- Marchand V., Motil K.J. Nutrition support for neurologically impaired children: a clinical report of the North American Society for Pediatric Gastroenterology, Hepatology, and Nutrition. J. Pediatr. Gastroenterol. Nutr. 2006; 43(1): 123-35. DOI: http://doi.org/10.1097/01.mpg.0000228124.93841.ea
- Dahlseng M.O., Finbråten A.K., Júlíusson P.B., Skranes J., Andersen G., Vik T. Feeding problems, growth and nutritional status in children with cerebral palsy. Acta Paediatr. 2012; 101(1): 92-8. DOI: http://doi.org/10.1111/j.1651-2227.2011.02412.x
- Mehta N.M., Corkins M.R., Lyman B., Malone A., Goday P.S., Carney L., et al. Defining pediatric malnutrition: a paradigm shift toward etiology-related definitions. JPEN. J. Parenter. Enteral. Nutr. 2013; 37(4): 460-81. DOI: http://doi.org/10.1177/ 0148607113479972
- Borovik T.E., Ladodo K.S., eds. Pediatric Clinical Dietetics: a Guide for Physicians [Klinicheskaya dietologiya detskogo vozrasta: Rukovodstvo dlya vrachey]. Moscow: MIA; 2015. (in Russian)
- Pawellek I., Dokoupil K., Koletzko B. Prevalence of malnutrition in paediatric hospital patients. Clin. Nutr. 2008; 27(1): 72-6. DOI: http://doi.org/10.1016/j.clnu.2007.11.001
- Sermet-Gaudelus I., Poisson-Salomon A., Colomb V., Brusset M.C., Mosser F., Berrier F., et al. Simple pediatric nutritional risk score to identify children at risk of malnutrition. Am. J. Clin. Nutr. 2000; 72(1): 64-70. DOI: http://doi.org/10.1093/ajcn/72.1.64
- Pyr’eva E.A., Sorvacheva T.N., Maksimycheva T.Yu., Ayvazyan S.O. Dietary Approaches in the Complex Treatment of Children with Neurological Pathology: a Training Manual [Dietologicheskie podkhody v kompleksnom lechenii detey s nevrologicheskoy patologiey: uchebnoe posobie]. Moscow; 2017. (in Russian)
- Studenikin V.M., Buksh A.A. Disorders of nutritional status in children with cerebral palsy (part 1). Lechashchiy vrach. 2016; (9): 56-9. (in Russian)
- Studenikin V.M., Buksh A.A. Disorders of nutritional status in children with cerebral palsy (part 2). Lechashchiy vrach. 2016; (11): 68-71. (in Russian)
- Studenikin V.M., Tursunkhuzhaeva S.Sh. Cerebral palsy and neurodietology. Zhizn’ s DTsP. Problemy i resheniya. 2010; (4): 28-30. (in Russian)
- Pencharz P.B. Assessment of protein nutritional status in children. Pediatr. Blood Cancer. 2008; 50(2 Suppl.): 445-6. DOI: http://doi.org/10.1002/pbc.21415
- Forse R.A., Shizgal H.M. Serum albumin and nutritional status. JPEN. J. Parenter. Enteral. Nutr. 1980; 4(5): 450-4. DOI: http://doi.org/10.1177/014860718000400503
- Hartman C., Shamir R. Basic clinical assessment of pediatric malnutrition. Ann. Nestlé. 2009; 67(2): 55-63. DOI: http://doi.org/10.1159/000226613
- Tomoum H.Y., Badawy N.B., Hassan N.E., Alian K.M. Anthropometry and body composition analysis in children with cerebral palsy. Clin. Nutr. 2010; 29(4): 477-81. DOI: http://doi.org/10.1016/j.clnu.2009.10.009
- Sánchez-Lastres J., Eirís-Puñal J., Otero-Cepeda J.L., Pavón-Belinchón P., Castro-Gago M. Nutritional status of mentally retarded children in northwest Spain: II. Biochemical indicators. Acta Paediatr. 2003; 92(8): 928-34.
- Hillesund E., Skranes J., Trygg K.U., Bøhmer T. Micronutrient status in children with cerebral palsy. Acta Paediatr. 2007; 96(8): 1195-8. DOI: http://doi.org/10.1111/j.1651-2227.2007.00354.x
- Takeda Y., Kubota M., Sato H., Nagai A., Higashiyama Y., Kin H., et al. Carnitine in severely disabled patients: relation to anthropometric, biochemical variables, and nutritional intake. Brain Dev. 2015; 37(1): 94-100. DOI: http://doi.org/10.1016/j.braindev.2014.03.012
- Rudnev S.G., Soboleva N.P., Sterlikov S.A., Nikolaev D.V., Starunova O.A., Chernykh S.P., et al. Bioimpedance Study of the Body Composition of the Population of Russia [Bioimpedansnoe issledovanie sostava tela naseleniya Rossii]. Moscow; 2014. (in Russian)
- Aydin K., Turkish Cerebral Palsy Study Group. A multicenter cross-sectional study to evaluate the clinical characteristics and nutritional status of children with cerebral palsy. Clin. Nutr. ESPEN. 2018; 26: 27-34. DOI: http://doi.org/10.1016/j.clnesp.2018.05.002
- Skurikhin I.M., Tutel’yan V.A. The Chemical Composition of Russian Food Products [Khimicheskiy sostav rossiyskikh pishchevykh produktov]. Moscow: DeLi print; 2002. (in Russian)
- Livingstone M.B., Robson P.J. Measurement of dietary intake in children. Proc. Nutr. Soc. 2000; 59(2): 279-93. DOI: http://doi.org/10.1017/s0029665100000318
- Semenova E.V., Klochkova E.V., Korshikova-Morozova A.E., Trukhacheva A.V., Zablotskis E.Yu. Rehabilitation of Children with Cerebral Palsy: a Review of Modern Approaches to Help Rehabilitation Centers [Reabilitatsiya detey s DTsP: obzor sovremennykh podkhodov v pomoshch’ reabilitatsionnym tsentram]. Moscow: Lepta Kniga; 2018. (in Russian)
- Scarpato E., Staiano A., Molteni M., Terrone G., Mazzocchi A., Agostoni C. Nutritional assessment and intervention in children with cerebral palsy: a practical approach. Int. J. Food Sci. Nutr. 2017; 68(6): 763-70. DOI: http://doi.org/10.1080/09637486.2017.1289502
- Bandini L.G., Schoeller D.A., Fukagawa N.K., Wykes L.J., Dietz W.H. Body composition and energy expenditure in adolescents with cerebral palsy or myelodysplasia. Pediatr. Res. 1991; 29(1): 70-7. DOI: http://doi.org/10.1203/00006450-199101000-00014
- Duffy C.M., Hill A.E., Cosgrove A.P., Corry I.S., Graham H.K. Energy consumption in children with spina bifida and cerebral palsy: a comparative study. Dev. Med. Child Neurol. 1996; 38(3): 238-43.
- Samson-Fang L., Bell K.L. Assessment of growth and nutrition in children with cerebral palsy. Eur. J. Clin. Nutr. 2013; 67(Suppl. 2): S5-8. DOI: http://doi.org/10.1038/ejcn.2013.223
- Andrew M.J., Parr J.R., Montague-Johnson C., Braddick O., Laler K., Williams N., et al. Optimising nutrition to improve growth and reduce neurodisabilities in neonates at risk of neurological impairment, and children with suspected or confirmed cerebral palsy. BMC Pediatr. 2015; 15: 22. DOI: http://doi.org/10.1186/s12887-015-0339-2
- Calis E.A., Veugelers R., Rieken R., Tibboel D., Evenhuis H.M., Penning C. Energy intake does not correlate with nutritional state in children with severe generalized cerebral palsy and intellectual disability. Clin. Nutr. 2010; 29(5): 617-21. DOI: http://doi.org/10.1016/j.clnu.2010.02.006
- Marchand V. Nutrition in neurologically impaired children. Paediatr. Child Health. 2009; 14(6): 395-401.
- Andrew M.J., Parr J.R., Sullivan P.B. Feeding difficulties in children with cerebral palsy. Arch. Dis. Child Educ. Pract. Ed. 2012; 97(6): 222-9. DOI: http://doi.org/10.1136/archdischild-2011-300914
- Walker J.L., Bell K.L., Stevenson R.D., Weir K.A., Boyd R.N., Davies P.S. Relationships between dietary intake and body composition according to gross motor functional ability in preschool-aged children with cerebral palsy. Ann. Nutr. Metab. 2012; 61(4): 349-57. DOI: http://doi.org/10.1159/000342557
- Bell K.L., Samson-Fang L. Nutritional management of children with cerebral palsy. Eur. J. Clin. Nutr. 2013; 67(Suppl. 2): S13-6. DOI: http://doi.org/10.1038/ejcn.2013.225
- Schoendorfer N., Tinggi U., Sharp N., Boyd R., Vitetta L., Davies P.S. Protein levels in enteral feeds: do these meet requirements in children with severe cerebral palsy? Br. J. Nutr. 2012; 107(10): 1476-81. DOI: http://doi.org/10.1017/S0007114511004533
- Schoendorfer N., Boyd R., Davies P.S.W. Micronutrient adequacy and morbidity: paucity of information in children with cerebral palsy. Nutr. Rev. 2010; 68(12): 739-48. DOI: http://doi.org/10.1111/j.1753-4887.2010.00342.x
- Practical approach to paediatric enteral nutrition: a comment by the ESPGHAN committee on nutrition. J. Pediatr. Gastroenterol. Nutr. 2010; 51(1): 110-22. DOI: http://doi.org/10.1097/MPG.0b013e3181d336d2
- Moeeni V., Walls T., Day A.S. The STRONGkids nutritional risk screening tool can be used by paediatric nurses to identify hospitalised children at risk. Acta Paediatr. 2014; 103(12): e528-31. DOI: http://doi.org/10.1111/apa.12768
- Pak L.A. Multidisciplinary accompaniment of children with cerebral palsy: Diss. Moscow; 2019. (in Russian)
Дополнительные файлы
![](/img/style/loading.gif)