The influence of Fencarole and Zaditen on intestinal microflora of rats in the stages of passive anaphylactic reaction

Cover Page

Abstract


It was experimentally established that in the conditions of passive anaphylactic reaction more distinct dysbiotic shifts occurred in the microflora of the large intestine of rats on the 6th day of sensitization and on the 3rd day of food anaphylaxis. And in the study of the effect of antihistamines on these disorders revealed their ambiguous effect, although fencarole and zaditen did not have sufficient protective effect on intestinal dysbiotic changes.


Full Text

ВВЕДЕНИЕ

Известно, что распространенность аллергических заболеваний во всем мире постоянно растет как в развитых, так и, особенно, в развивающихся странах. Согласно данным ряда авторов распространенность этих заболеваний в таких странах, как Германия, Англия, Франция, составляет 10–30 % среди городского и сельского населения. В Европе и США около 20 % населения страдают аллергией, а первые симптомы регистрируют у 40–50 %, причем в некоторых экологически неблагоприятных районах их распространенность достигает 60 % [10]. По данным ФГБУ «ГНЦ Институт иммунологии» ФМБА России, распространенность аллергических заболеваний в разных регионах России составляет 19–40 % среди взрослого населения и свыше 27 % среди детей и подростков [1].

Вследствие соприкосновения большей площади желудочно-кишечного тракта с внешней средой на его слизистой оболочке складывается микроэкологическая система, состоящая из множества видов микроорганизмов [3, 9]. Кишечная микрофлора в силу антагонистических свойств не только защищает организм от воздействия патогенных и условно-патогенных бактерий, но и участвует в синтезе витаминов, в ферментативных процессах, в обмене веществ и в обеспечении иммунобиологической активности [4, 5]. Именно поэтому изменения этой системы могут привести к нарушению обмена веществ, дефициту микронутриентов (минералов, витаминов и микроэлементов) и к снижению иммунологического статуса организма. Если считать желудочно-кишечный тракт основным местом, где проявляются аллергические реакции при сенсибилизации организма, то нарушения пищеварительной функции и микроэкологии кишечника при различных аллергических состояниях являются вполне логичным исходом. Однако функции желудочно-кишечного тракта недостаточно изучены при различных аллергических состояниях организма.

Как известно, в происхождении и развитии аллергических реакций большую роль играет гистамин и связанные с ним биологически активные вещества [6, 7], поэтому в повседневной практике для профилактики и лечения аллергических заболеваний наряду с другими лекарственными веществами широко применяют антигистаминные препараты [2, 8]. Однако остается малоизученным разностороннее влияние этих препаратов на микробиоценоз кишечника при аллергических состояниях.

Исходя из вышеизложенного, в данной работе изучали изменения в микроэубиотической системе кишечника крыс в стадиях пассивной анафилактической реакции (ПАР) и стремились оценить влияния антигистаминных препаратов на наблюдаемые нарушения со стороны микробиоценоза кишечника при аллергиях.

МАТЕРИАЛ И МЕТОДЫ ИССЛЕДОВАНИЯ

Эксперименты проводили на 294 белых беспородных крысах обоего пола массой 120–200 г. Экспериментальную модель стадий сенсибилизации и пищевой анафилаксии ПАР вызывали по методу В.А. Шатерникова (1982). В стадии сенсибилизации изучали состояние микрофлоры тонкого и толстого кишечника на 3-й и 6-й дни сенсибилизации, на фоне анафилаксии — через 24 и 72 ч после нее. Сенсибилизацию и пищевую анафилаксию вызывали также на фоне применения антигистаминных препаратов, которые вводили в утренние часы ежедневно перорально с первого дня кормления животных яичным белком. Для выяснения влияния дифункционального препарата фенкарола (в дозе 50 мг/кг) и полифункционального препарата задитена (в дозе 1 мг/кг) на нарушения со стороны микрофлоры тонкой и толстой кишки на фоне сенсибилизации и пищевой анафилаксии опыты проводили на 3-й и 6-й дни сенсибилизации, на 24-й и 72-й часы пищевой анафилаксии и на 3-й и 7-й дни после нее.

Для бактериологического исследования после декапитации и вскрытия брюшной полости крыс взяли по 1 мл материала из нижней части тонкого и толстого кишечника и доставили в бакпечатках в бактериологическую лабораторию в течение 2 ч. Бактериологическое исследование материала проводили по методике Ф.Ю. Гариба и др. (1994). Высеянные микроорганизмы идентифицировали по «Краткому определителю бактерий Берги» (1994). Количество бактерий в каждом виде выражали в log КОЕ/мл.

Статистическую обработку полученных результатов выполняли на персональном компьютере с использованием пакета прикладных программ для IBM PC Statgrafics по критериям Стьюдента с вычислением средних арифметических величин (M), их стандартных ошибок (m), показателей достоверности различий сравниваемых величин (p). Величину p < 0,05 рассматривали как показатель достоверных различий.

РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЙ И ИХ ОБСУЖДЕНИЕ

Анализ результатов исследований показал, что в стадии сенсибилизации ПАР видимые изменения со стороны сенсибилизированных крыс не отмечались, однако начиная с 3-х суток эксперимента в микрофлоре тонкого и толстого кишечника наблюдались в определенной степени дисбиотические нарушения, которые достигали своего максимума к 6-м суткам. Если соотношение анаэробной флоры тонкого кишечника к аэробной в норме равняется 1 : 1,2, то к 6-м суткам сенсибилизации оно равнялось 1 : 2, что свидетельствовало о нарушении равновесия между ними.

В ходе экспериментов мы убедились, что не все микроорганизмы встречаются в кишечнике даже у крыс контрольных групп. В тонком кишечнике крыс этих групп стафилококки, протеи и грибы не высевались у 17 %, стрептококки — у 8 %, в толстом кишечнике протеи и грибы не были обнаружены у 17 % особей. На 3-й день сенсибилизации в тонком кишечнике изучаемые микроорганизмы определялись у всех крыс на 100 %, на 6-й день стафилококки не высевались у 14 %, а в толстом кишечнике отсутствовали грибы на 3-й и 6-й дни сенсибилизации у 14 % крыс. Из этого следует, что частота встречаемости кишечной флоры на фоне сенсибилизации тоже изменяется.

Экспериментальная модель пищевой анафилаксии позволила обнаружить нарушения в поведении животных в виде повышения агрессивности, учащения дыхания, различных судорог, смертельные случаи зафиксированы не были. При вскрытии брюшной полости после декапитации отмечались гиперемия, отечность и множественные эрозии в слизистой оболочке желудка и тонкой кишки, а в поджелудочной железе отсутствовали видимые нарушения. В этой стадии ПАР дисбиотические нарушения в микрофлоре кишечника были более выражены (табл. 1). На 24-м часе после анафилаксии в тонком кишечнике наблюдалось достоверное уменьшение количества анаэробной флоры, соотношение анаэробной флоры тонкого кишечника к аэробной равнялось 1 : 1,9. В толстом кишечнике количество анаэробной флоры сократилось за счет лактобактерий, а аэробной флоры увеличилось за счет протея. Кроме этого, содержание грибов в толстом кишечнике увеличилось в 1,3 раза.

 

Таблица 1. Влияние фенкарола и задитена на кишечную микрофлору при пищевой анафилаксии (lg КОЕ/мл) (M ± m, n = 7)

Группа

Микрофлора тонкого кишечника

Общее кол-во анаэробов

Общее кол-во аэробов

Staphyla-coccus

St. fecalis

E. coli

Proteus

Грибы

Лактоза (–) E. coli

Контроль

3,16 ± ± 0,14

3,78 ± ± 0,14

2,54 ± ± 0,37

3,36 ± ± 0,33

3,24 ± ± 0,08

1,01 ± ± 0,16

1,88 ± ± 0,32

0,98 ± ± 0,05

ПА, 24 ч

2,21 ± ± 0,58

4,27 ± ± 0,18*

2,58 ± ± 0,15

3,57 ± ± 0,62

3,60 ± ± 0,16*

1,94 ± ± 0,14*

2,22 ± ± 0,11

1,61 ± ± 0,16*

Ф + ПА, 24 ч

2,00 ± ± 0,14*

5,03 ± ± 0,37*

2,94 ± ± 0,15

4,30 ± ± 0,72

4,23 ± ± 0,31*

1,95 ± ± 0,37*

2,24 ± ± 0,43

1,81 ± ± 0,06*

З + ПА, 24 ч

2,26 ± ± 0,18*

4,94 ± ± 0,21*

2,81 ± ± 0,54

4,50 ± ± 0,36*

4,37 ± ± 0,17*

2,66 ± ± 0,17*

2,76 ± ± 0,20

2,07 ± ± 0,15*

ПА, 72 ч

1,97 ± ± 0,10*

5,01 ± ± 0,22*

2,91 ± ± 0,14

4,56 ± ± 0,30*

4,36 ± ± 0,22*

2,13 ± ± 0,40*

2,35 ± ± 0,66

1,83 ± ± 0,10*

Ф + ПА, 72 ч

2,41 ± ± 0,16*

4,54 ± ± 0,29*

2,45 ± ± 0,51

2,96 ± ± 0,56

4,19 ± ± 0,19*

1,60 ± ± 0,31

1,86 ± ± 0,51

1,54 ± ± 0,16*

З + ПА, 72 ч

2,26 ± ± 0,11*

4,60 ± ± 0,31*

2,75 ± ± 0,34

3,01 ± ± 0,57

4,10 ± ± 0,18*

1,62 ± ± 0,30

1,89 ± ± 0,51

1,57 ± ± 0,19*

Микрофлора толстого кишечника

Общее кол-во анаэробов

Бифидобактерии

Лактобактерии

Общее кол-во аэробов

Staphyla-coccus

Enterococcus

E. coli

Proteus

Грибы

Лактоза (–) E. coli

9,29 ± ± 0,32

8,39 ± ± 0,18

8,56 ± ± 0,19

6,21 ± ± 0,19

4,83 ± ± 0,22

5,26 ± ± 0,20

5,33 ± ± 0,14

2,67 ± ± 0,38

2,64 ± ± 0,39

1,24 ± ± 0,12

8,21 ± ± 0,39

8,01 ± ± 0,17

7,44 ± ± 1,28

6,80 ± ± 0,30

4,79 ± ± 0,30

5,30 ± ± 0,23

4,62 ± ± 0,29*

3,47 ± ± 0,26

3,56 ± ± 0,30

2,72 ± ± 0,18*

7,66 ± ± 0,24*

6,53 ± ± 0,28*

7,33 ± ± 0,26*

6,66 ± ± 0,26

5,51 ± ± 0,31

4,17 ± ± 0,22*

6,07 ± ± 0,27*

3,10 ± ± 0,23

3,16 ± ± 0,13

2,14 ± ± 0,14*

7,77 ± ± 0,18*

6,64 ± ± 0,26*

7,63 ± ± 0,19*

6,34 ± ± 0,44

5,54 ± ± 0,20*

3,72 ± ± 1,03

5,52 ± ± 0,19

3,21 ± ± 0,23

3,21 ± ± 0,12

2,16 ± ± 0,27*

7,84 ± ± 0,33*

6,61 ± ± 1,12

7,30 ± ± 0,19*

6,77 ± ± 0,32

4,59 ± ± 0,22

4,04 ± ± 0,12*

5,26 ± ± 0,16

3,25 ± ± 0,21

3,50 ± ± 0,60

2,51 ± ± 0,16*

8,35 ± ± 0,20

7,36 ± ± 0,16*

7,35 ± ± 0,33*

6,81 ± ± 0,44

4,53 ± ± 0,81

4,34 ± ± 0,76

5,43 ± ± 0,26

3,40 ± ± 0,18

2,62 ± ± 0,71

2,02 ± ± 0,20*

8,24 ± ± 0,28*

7,39 ± ± 0,18*

7,13 ± ± 0,38*

6,79 ± ± 0,48

4,59 ± ± 0,82

4,38 ± ± 0,77

5,49 ± ± 0,29

3,43 ± ± 0,17

2,59 ± ± 0,69

1,93 ± ± 0,18*

Примечание. ПА — пищевая анафилаксия; Ф + ПА, З + ПА — группы животных, получавшие в процессе вызывания пищевой анафилаксии соответственно фенкарол и задитен; *различия статистически достоверны по отношению к контрольным группам; показатель считали достоверным при p < 0,05.

 

На 72-м часе после анафилаксии соотношение анаэробной и аэробной флоры в тонком кишечнике равнялось 1 : 2,5. Наблюдалось увеличение количества стрептококков на 36 %. Содержание грибов также превышало контрольные показатели в 1,3 раза. В толстом кишечнике количество анаэробной флоры уменьшилось на 16 %, из аэробной флоры уменьшилось количество энтерококков — на 21 %, протея — на 22 %. Содержание грибов увеличилось в 1,3 раза. Как видно из приведенных данных, на 72-м часе после анафилаксии дисбиотические нарушения в кишечной микрофлоре были более выражены по сравнению с 24-м часом, вследствие этого у отдельных особей развилась диарея. На фоне анафилаксии в тонком кишечнике на 24-й час экспериментов анаэробные бактерии были обнаружены у 29 % и стрептококки — у 14 % крыс, в толстом кишечнике анаэробные микроорганизмы и лактобактерии у 14 % крыс не встречались. На 72-й час анафилаксии в тонком кишечнике были выявлены протеи — у 14 % и грибы — у 29 % особей, в толстом кишечнике бифидобактерии и грибы обнаружены у 14 % крыс. Сопоставляя вышеприведенные данные с показателями контрольной и сенсибилизированной групп, можно заключить, что на фоне анафилаксии происходят более глубокие дисбиотические изменения в кишечнике и изменяется частота встречаемости микрофлоры.

Естественное восстановление кишечной микрофлоры после пищевой анафилаксии изучали на 3-й и 7-й дни экспериментов. На 3-й день анафилаксии не наблюдалось признаков восстановления микрофлоры кишечника, на 7-й день в тонкой кишке количества аэробов увеличилось на 12 %, анаэробов — на 30 %, грибов — на 21 %. В толстой кишке содержание анаэробов было на 12 % ниже контрольных показателей, а содержание аэробов находилось на нормальном уровне. Содержание лактобактерий снизилось на 15 %. Необходимо отметить, что показатели кишечной флоры восстановились на 7-й день после анафилаксии в отличие от показателей на 3-й день.

На 7-й день после анафилаксии в тонком кишечнике анаэробы и стрептококки не были обнаружены у 14 % крыс, а в толстом кишечнике анаэробы также отсутствовали у 14 % крыс.

Фенкарол и задитен оказывали заметное протективное действие на кишечную микрофлору, подвергшуюся дисбиотическим изменениям. На фоне фенкарола на 3-й день сенсибилизации в тонком кишечнике содержание лактозонегативных форм E. coli увеличилось на 34 %, а в толстом кишечнике — на 59 %. На 6-й день опытов в тонкой кишке содержание протея было повышено на 18 %, лактозонегативных форм E. coli — на 22 %, в толстом кишечнике содержание грибов было понижено на 18 %. На фоне применения задитена на 3-й день экспериментов в микрофлоре тонкого кишечника наблюдалось уменьшение количества анаэробных бактерий на 15 %, стрептококков — на 21 %, грибов — на 16 %. В микрофлоре толстого кишечника наблюдалось уменьшение количества стафилококков на 17 % и увеличение количества кишечной палочки на 18 %. На 6-й день опытов в микрофлоре тонкой кишки отмечалось повышение содержания аэробов на 14 %, стафилококков — на 24 %, протея — на 44 % и понижение содержания стрептококков на 33 %. В толстой кишке количество аэробов уменьшилось на 13 %, лактозонегативных форм E. coli увеличилось на 19 %. При сопоставлении полученных результатов с данными сенсибилизированной группы можно сказать, что фенкарол и задитен на 6-й день экспериментов оказывали незначительный протективный эффект на микрофлору кишечника.

При анализе частоты встречаемости микроорганизмов у сенсибилизированных животных на фоне применения антигистаминных препаратов получены следующие результаты: на фоне задитена на 3-й день сенсибилизации в толстом кишечнике грибы отсутствовали у 14 % крыс, на фоне введения обоих препаратов все остальные микроорганизмы встречались у всех крыс. На 6-й день экспериментов на фоне фенкарола в микрофлоре тонкого кишечника не высевались протеи у 29 % крыс, грибы и лактозонегативные формы E. coli — у 14 %, в микрофлоре толстого кишечника грибы отсутствовали у 14 % крыс; на фоне задитена в микрофлоре тонкого кишечника кишечная палочка, протеи, грибы и лактозонегативные формы E. coli не были обнаружены у 14 % крыс, в микрофлоре толстого кишечника бифидобактерии, лактобактерии и протеи отсутствовали у 14 %. При сравнении этих данных с контрольными показателями и данными сенсибилизированных животных необходимо отметить, что частота встречаемости кишечной микрофлоры сенсибилизированных крыс на фоне применения антигистаминных препаратов восстанавливалась в незначительной степени.

Антигистаминные препараты при пищевой анафилаксии оказывали более выраженный корригирующий эффект на отмеченные дисбиотические нарушения со стороны кишечной микрофлоры, обусловленные анафилаксией (см. табл. 1).

На фоне фенкарола через 24 ч после анафилаксии в тонком кишечнике наблюдалось снижение содержания анаэробов на 37 %, повышение аэробов на 33 %, стрептококков — на 28 %, кишечной палочки — на 31 % и грибов — на 19 %. В толстом кишечнике происходило снижение содержания анаэробов на 18 %, бифидобактерий — на 22 %, энтерококков — на 21 %, количество грибов увеличилось на 20 %, лактозонегативных форм E. coli — на 73 %. Через 72 ч после анафилаксии в микрофлоре тонкого кишечника определялось снижение анаэробов на 24 %, повышение аэробов на 20 %, кишечной палочки — на 29 %, протея — на 58 %, лактозонегативных форм E. coli — на 57 %. В толстом кишечнике содержание анаэробов нормализовалось на 37 % по сравнению с контрольными данными. Наблюдалось также повышение содержания протея на 27 %, лактозонегативных форм E. coli — на 63 %. На фоне задитена через 24 ч после пищевой анафилаксии в микрофлоре тонкого кишечника количество анаэробов уменьшилось на 28 %, количество аэробов увеличилось на 31 %, стрептококков — на 34 %, кишечной палочки — на 35 %, грибов — на 47 %. В толстом кишечнике количество анаэробных бактерий уменьшилось на 16 %, бифидобактерий — на 21 %, энтерококков — на 29 %, количество протея повысилось на 20 %, грибов — на 22 % и лактозонегативных форм E. coli — на 74 %. Через 72 ч после анафилаксии в микрофлоре тонкого кишечника обнаружено снижение содержания анаэробов на 28 %, повышение содержания аэробов на 22 %, кишечной палочки — на 26 %, протея — на 60 %, лактозонегативных форм E. coli — на 60 %. В толстом кишечнике количество анаэробов уменьшилось на 11 %, лактобактерий и энтерококков — на 17 %, количество протея увеличилось на 28 % и лактозонегативных форм E. coli — на 56 %. Как видно из приведенных данных, фенкарол и задитен оказывали заметное протективное действие на микрофлору кишечника: на 72-м часе анафилаксии содержание анаэробных бактерий в тонком кишечнике нормализовалось на 37 и 24 %, а в толстом кишечнике — на 37 и 28 % соответственно.

Изучение содержания микроорганизмов в кишечнике показало, что на фоне фенкарола и задитена показатели микрофлоры тонкого и толстого кишечника приближались к нормальным величинам, но полного восстановления до нормы не наблюдалось.

После анафилаксии на фоне фенкарола и задитена на 3-й день экспериментов вышеотмеченные нарушения, наблюдавшиеся у крыс в стадии пищевой анафилаксии без применения лекарств, сохранялись. На фоне фенкарола на 7-й день лечения в микрофлоре тонкого кишечника содержание протея повысилось в 2,1 раза, лактозонегативных форм — в 2,2 раза. В толстом кишечнике наблюдалось снижение содержания лактобактерий на 14 %, повышение содержания протея на 29 % и лактозонегативных форм E. coli на 48 %. На фоне задитена на 7-й день экспериментов в микрофлоре тонкого кишечника обнаружено повышение содержания протея на 66 %, во флоре толстого кишечника — понижение содержания лактобактерий на 14 %, повышение содержания протея на 31 % и лактозонегативных форм E. coli на 24 %.

Анализ содержания микроорганизмов в стадии анафилаксии на фоне лечения антигистаминными препаратами показал, что при применении фенкарола в микрофлоре тонкой кишки на 3-й день анафилаксии отсутствовали стрептококки, протеи и грибы у 14 % крыс, на 7-й день — стафилококки, протеи и грибы у 14 % крыс; а при применении задитена на 3-й день экспериментов в микрофлоре тонкого кишечника не были обнаружены стрептококки и грибы у 14 % крыс, на 7-й день — стафилококки и стрептококки у 14 % крыс. В микрофлоре толстого кишечника на фоне использования обоих препаратов в течение всего исследования все микроорганизмы встречались в 100 % случаев.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В результате исследований было установлено, что в условиях ПАР наблюдались наиболее выраженные дисбиотические изменения в микрофлоре тонкого и толстого кишечника на 6-й день сенсибилизации и на 3-й день пищевой анафилаксии. Сравнительно более отчетливые дисбиотические сдвиги зарегистрированы в толстом кишечнике. Кроме того, отмечено неоднозначное влияние антигистаминных препаратов на эти нарушения. Фенкарол и задитен не оказывали достаточного протективного действия на микрофлору кишечника.

ВЫВОДЫ

  1. При стадиях сенсибилизации и пищевой анафилаксии ПАР наблюдаются дисбиотические изменения в системе микрофлоры тонкого и толстого кишечника. Эти изменения прямо зависят от формы и длительности течения аллергических реакций. Они наиболее выражены на 6-й день сенсибилизации и на 3-й день пищевой анафилаксии. Сравнительно более отчетливые дисбиотические сдвиги отмечаются в толстом кишечнике.
  2. Фенкарол и задитен при этой патологии не оказывают достаточного корригирующего действия на дисбиотические сдвиги в микрофлоре кишечника.

About the authors

Soloi R. Ismoilov

Urgench Branch of Tashkent Medical Academy

Author for correspondence.
Email: isoloy@mail.ru

Uzbekistan, Urgench,

Dr. Med. Sci., Professor, Department of Pharmacology and Clinical Pharmacology

References

  1. Богова А.В., Ильина Н.И., Лусс Л.В. Тенденции в изучении эпидемиологии аллергических заболеваний в России за последние 10 лет // Российский аллергологический журнал. – 2008. – № 6. – C. 3–14. [Bogova AV, Il’ina NI, Luss LV. Tendentsii v izuchenii epidemiologii allergicheskikh zabolevanii v Rossii za poslednie 10 let. Rossiiskii allergologicheskii zhurnal. 2008;(6):3-14. (In Russ.)]
  2. Бодня О.С., Ненашева Н.М., Андренова Г.В., и др. Сравнительная эффективность различных антигистаминных препаратов II поколения у взрослых больных сезонным аллергическим ринитом // Consilium Medicum. – 2017. – Т. 19. – № 3. – С. 101–108. [Bodnya OS, Nenasheva NM, Andrenova GV, et al. Comparative efficacy of different antihistamines II generation in adult patients with seasonal allergic rhinitis. Consilium Medicum. 2017;19(3):101-108. (In Russ.)]
  3. Довнар Т. Пищевая аллергия и безопасность продуктов питания. – СПб.: Журнал «Нева», 2001. – 74 с. [Dovnar T. Pischevaya allergiya i bezopasnost’ produktov pitaniya. Saint Petersburg: Zhurnal Neva; 2012. 75 p. (In Russ.)]
  4. Исмоилов С.Р., Каримова Д.Ш., Ахмедова Н.М., Ибадуллаев Б. Нарушение нормальной микрофлоры кишечника крыс на фоне пищевой анафилаксии и их коррекция // Світ медицини та біології. – 2014. – Т. 10. – № 2. – С. 119–122. [Ismoilov SR, Karimova DS, Akhmedova NM, et al. Narushenie normal’noj mikroflory kishechnika krys na fone pishchevoj anafilaksii i ikh korrektsiya. Svit meditsini ta biologii. 2014;10(2):119-122. (In Russ.)]
  5. Ревякина В.А., Боровик Т.Э. Принципы терапии детей с пищевой аллергией и гипотрофией // Вопросы охраны материнства и детства. – 2013. – № 6. – С. 55–56. [Revyakina VA, Borovik TE. Printsipy terapii detei s pischevoi allergiei i gipotrofiei. Voprosy ohrany materinstva i detstva. 2013;(6):55-56. (In Russ.)]
  6. Шамитова Е.Н., Викторович Н.Н. Развитие пищевой аллергии // Молодой ученый. – 2016. – № 26. – С. 215–218. [Shamitova EN, Viktorovich NN. Razvitie pischevoi allergii. Molodoi uchyenyi. 2016;(26):215-218. (In Russ.)]
  7. Bernstein JA, Lang DM, Khan DA, et al. The diagnosis and management of acute and chronic urticaria: 2014 update. J Allergy Clin Immunol. 2014;133(5):1270-1277. https://doi.org/10.1016/j.jaci.2014.02.036.
  8. Brożek JL, Bousquet J, Agache I, et al. Allergic Rhinitis and its Impact on Asthma (ARIA) guidelines-2016 revision. J Allergy Clin Immunol. 2017;140(4):950-958. https://doi.org/10.1016/j.jaci.2017.03.050.
  9. Guillén-Aguinaga S, Jáuregui Presa I, Aguinaga-Ontoso E, et al. Updosing nonsedating antihistamines in patients with chronic spontaneous urticaria: a systematic review and meta-analysis. Br J Dermatol. 2016;175(6):1153-1165. https://doi.org/10.1111/bjd.14768.
  10. Yuksel H, Dinc G, Sakar A, et al. Prevalence and comorbidity of allergic eczema, rhinitis, and asthma in a city in Western Turkey. J Investig Allergol Clin Immunol. 2008;18(1):31-35.

Statistics

Views

Abstract - 115

PDF (Russian) - 53

Cited-By


PlumX

Dimensions

Comments on this article

Comments on this article

View all comments

Copyright (c) 2019 Ismoilov S.R.

Creative Commons License
This work is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 International License.

This website uses cookies

You consent to our cookies if you continue to use our website.

About Cookies