FIBROBLAST GROWTH FACTOR (FGF) 21 AT MULTIMORBID CARDIOVASCULAR PATHOLOGY WITH ANXIETY AND DEPRESSIVE DISORDERS IN YOUNG AND MIDDLE-AGED MEN

Abstract


Evaluate (FGF) 21 at multimorbid cardiovascular pathology (MCVP) (coronary artery disease (CAd), hypertension, metabolic syndrome (MS)) with non-psychotic mental disorders (NPMd) anxiety/ depressive type. Identify the effectiveness of visual-auditory effects in the treatment of these pathologies. design and methods: The study included 70 men (mean age 37,46±6,74) with MCVP divided into 4 groups by simple random sampling, and 20 healthy men (mean age 38,3±6,73 g). Patients in Group 1 (n = 22) received standard therapy CAd, hypertension and NPMd, in group 2 (n = 25) standard therapy CAd, hypertension, NPMd and visual-auditory correction. Patients of group 3 (n =23) received standard therapy CAd, hypertension, NPMd, visual-auditory correction and psychotherapy. used in the study: complex psychological test methods and laboratory-instrumental evaluation of the cardiovascular system. definition of FGF21 performed by ELISA using kits BCM diagnostics SK00145-01 (BCM diagnostics, uSA). Results: Identified a two-fold increase in the concentration of serum FGF 21 after the course of standard therapy in the first group. In the other groups showed a statistically significant decrease FGF21 after psychopharmacological and visual-auditory therapy. In all groups after treatment was observed significantly change the type of NdP «severe depression»,«clinical anxiety» to «mild depression»; «subclinical anxiety» (p <0,001). Conclusions: FGF21 may be important biomarker for early diagnosis of metabolic abnormalities in this pathology. Results indicate benefits of combined therapy MCVP with the use of psychotropic drugs and visual-auditory correction method. Choose the method of complex treatment given the side effects of pharmacological agents.

Введение Ни для кого не секрет, что сердечно-сосудистые заболевания (ССЗ) справедливо называют эпидемией XX века, которая, несмотря на современные достижения в кардиологии, к сожалению, продолжается и XXI веке. В последние десятилетия в странах с развитой экономикой они являются основной причиной смертности населения трудоспособного возраста, составляя до 55% от общей смертности [1]. Широкое распространение и «омоложение» ИБС на фоне увеличивающейся общей продолжительности жизни населения определяет ее большую практическую и социальную значимость. Рост заболеваемости ИБС вследствие коронарного атеросклероза обеспечивается в основном за счет больных молодого возраста. Здесь необходимо отметить, что частота встречаемости ИБС у лиц молодого возраста до 40 лет составляет 3% [2]. Много это или мало, но факт того, что таких пациентов с каждым годом становится все больше, заставляет задуматься врачей о нетипичной клинической картине на начальных этапах заболевания. У молодых мужчин в возрасте до 40 лет ИБС чаще манифестирует развитием острого инфаркта миокарда без предшествующих эпизодов стенокардии, и чаще наблюдаются проксимальные изолированные атеросклеротические поражения коронарных артерий. Согласно современным представлениям, факторы риска ССЗ провоцируют дебют эндотелиальной дисфункции, что в свою очередь провоцирует развитие и прогрессирование атеросклеротического процесса [3]. Эндотелиальная дисфункция и образуемые эндотелием нейрогормональные вещества факторы роста фибробластов (Fibroblast grown factor - FGF), цитокины, молекулы клеточной адгезии опосредуют атеросклеротический процесс[4]. Фактор роста фибробластов 21 (FGF21) является метаболическим гормоном преимущественно синтезируемым в печени, а также в адипоцитах и поджелудочной железе. Основной биологический эффект связан с регуляцией метаболизма глюкозы и липидов через плейотропное действие в этих тканях и головном мозге. В исследованиях на мышах голодание приводило к увеличению PPAR-α опосредованной экспрессии FGF21 в печени, где он стимулирует глюконеогенез, окисление жирных кислот и кетогенез. В сытом состоянии, FGF21 действует как аутокринный фактор в адипоцитах, регулируя активность PPAR-γ по механизму прямой связи [5]. Введение рекомбинантного FGF21 влияет на чувствительность клеток к инсулину, уровень глюкозы в крови, липидный профиль и массу тела у тучных мышей и обезьян с сахарным диабетом, не вызывая побочные эффекты. Эти результаты исследований подчеркивают потенциальную роль FGF21 в качестве лекарственного средства при заболеваниях связанных с ожирением. Тем не менее, некоторые исследования на людях, показали высокие титры FGF21 у лиц с ожирением и связанных с ним кардиометаболическими расстройствами, включая ишемическую болезнь сердца, сахарный диабет 2 типа, метаболический синдром, безалкогольную жировую болезнь печени. Эти результаты свидетельствуют о резистентности FGF21 или компенсаторных реакциях метаболического стресса, и предполагают необходимость супрафизиологических доз FGF21 для достижения терапевтической эффективности. С другой стороны, сывороточный FGF21 может рассматриваться в качестве потенциального биомаркера раннего обнаружения кардиометаболических расстройств [6]. Отечественные исследования на животных, подвергшихся ложному инфаркту миокарда через 6 и 12 ч, показывают кратковременное повышение в 2 раза от исходных значений уровня FGF21, что совпадало с пиками концентрации ферментов цитолиза (креатинфосфокиназа, гидроксибутиратдегидрогеназа). Увеличение концентрации FGF21 в начале заболевания может приводить к пролиферативным процессам в различных органах-мишенях (почки, сердце и сосуды, сетчатка глаза), а с течением времени вместе с уменьшением концентрации - к дистрофическим процессам в соединительной ткани и усугублению возникших ранее осложнений [7]. Помимо вышеизложенного в настоящее время доказана роль психологических факторов в увеличении заболеваемости и смертности при ИБС. Этому были посвящены программные многоцентровые исследования по изучению депрессии «КОМПАС» и «КООРДИНАТА», которые свидетельствуют о высоком риске осложнений на фоне тревожных и депрессивных расстройств при сердечнососудистых заболеваниях [1]. Таким образом, краткий обзор позволяет нам с определенной надеждой рассматривать фактор роста фибробластов 21 в качестве возможного диагностического биологического маркера при полиморбидной сердечно-сосудистой патологии. Однако данный вопрос остается малоизученным, что и определило актуальность проведения нашего исследования. Цель исследования Изучить динамику показателя FGF21 у больных молодого и среднего возраста при полиморбидной сердечно-сосудистой патологии (ПССП) (ИБС, гипертоническая болезнь (ГБ), метаболический синдром (МС)) с непсихотическими псхическими расстройствами (НПР) тревожно-депрессивного типа до и после проведенного лечения. Материал и методы исследования Исследование выполнено на базе Городской клинической больницы №23 Санкт-Петербурга. В исследование включено 70 пациентов мужского пола (средний возраст 37,46±6,74 г., ОТ=97,16±6,86 см, ИМТ=31,36±2,22 кг/м2) с ПССП (ИБС, Стенокардия I-II ФК., ГБ II стадии, степень 3, Риск 2-3, МС), НПР тревожно/депрессивного типа и 20 условно здоровых добровольцев (мужчины, средний возраст 38,3±6,73 г., ОТ=82,67±5,33 см, ИМТ=22,82±1,85 кг/м2). Обследуемые были стратифицированы на 3 группы: - 1-я группа (n=22) - пациенты среднего возраста с полиморбидной сердечно-сосудистой патологией (ИБС, Стенокардия I-II ФК., ГБ II стадии, степень 3, Риск 2-3, МС) и НПР тревожно/депрессивного типа, которым проводилась стандартная терапия ИБС и ГБ II стадии кардиотропными препаратами и стандартная терапия НПР, средний возраст 36,7±8,46 г., - 2-я группа (n=25) - пациенты среднего возраста с полиморбидной сердечно-сосудистой патологией (ИБС, Стенокардия I-II ФК., ГБ II стадии, степень 3, Риск 2-3, МС) и НПР тревожно/депрессивного типа, которым проводилась стандартная терапия ИБС и ГБ II стадии кардиотропными препаратами, стандартная терапия НПР и визуально-аудиальная коррекция, 37,3±7,86 г., - 3-я группа (n=23) - пациенты среднего возраста с полиморбидной сердечно-сосудистой патологией (ИБС, Стенокардия I-II ФК., ГБ II стадии, степень 3, Риск 2-3, МС) и НПР тревожно/депрессивного типа, которым проводилась стандартная терапия ИБС и ГБ II стадии кардиотропными препаратами, стандартная терапия НПР, визуально-аудиальная коррекция и сеансы психотерапии, средний возраст 38,4±8,67 г., - 4-я группа (n=20) человек - практически здоровые добровольцы, средний возраст 38,3±6,73 г. Диагностика и лечение больных проводилось в соответствии с Национальными рекомендациями МЗ РФ и Европейского общества кардиологов по диагностике и лечению ИБС и АГ. Стандартная терапия НПР тревожно/депрессивного типа включала: - транквилизаторы: атаракс, грандаксин; - антидепрессанты: ингибиторы обратного захвата серотонина (коаксил, паксил); - анксиолитики - афобазол. Лабораторное исследование включало количественное определение в сыворотке крови FGF 21 (fibroblast growth factor 21) методом иммуноферментного анализа (ИФА) с помощью наборов BCM Diagnostics SK00145-01 (BCM Diagnostics, США). Забор венозной крови проводили натощак не позднее трех дней от момента госпитализации в пробирки с ЭДТА. Плазма крови отделялась центрифугированием от клеточной взвеси, дозированно разливалась в пробирки типа Эппендорф; до аналитического момента хранилась в низкотемпературном холодильнике при температуре до - 75ºС. Исследования проводились в центральной научно-исследовательской лаборатории ГБОУ ВПО СЗГМУ им. И.И. Мечникова. Диагностика НПР проводилась с использованием госпитальной шкалы тревоги и депрессии HADS, шкал Гамильтона, CES-D. В работе использовалась методика визуально- аудиальной коррекции представляющая собой комплексную коррекцию НПР депрессивного/ тревожного типа путем цветоформовоздействия специально отобранными реальными изображениями и звуковыми эффектами с экрана монитора компьютера и звукового сопровождения (частота визуальной стимуляции: 0,5- 50 Гц; аудиальной: 60- 400 Гц ). Целевая программа коррекции НПР тревожного/ депрессивного типа «Визуальная и аудиальная коррекция» имеет сертификат соответствия № РОСС RU.СП04.Н00113 от 13.05.2009 года. Все исследования проводились в стандартных условиях, по единым методикам. Критериями включения являлось подписанное информированное согласие на участие в исследовании, наличие полиморбидной сердечно-сосудистой патологии. Исключены пациенты с инфекционными заболеваниями, почечной и печеночной недостаточностью, онкологическими заболеваниями, терминальными состояниями. Результаты исследования статистически обрабатывались с использованием программ Microsoft Excel 2007, Statsoft Statistica 10.0. При сравнении групп для выборок с нормальным распределением использовался t-критерий Стьюдента, для непараметрических выборок U-критерий Манна-Уитни и χ2 (с поправкой Yates). W-критерий Вилкоксона использовался для сравнения парных связанных групп, если распределение показателей хотя бы в одной группе отличалось от нормального. Для оценки корреляции использовался коэффициент ранговой корреляции Спирмена. Различия считали значимыми при p < 0,05. Результаты Во всех обследуемых группах отмечались статистические значимые различия в концентрации FGF 21 до и после лечения (табл. № 1). В первой группе отмечалось почти двукратное увеличение концентрации сывороточного FGF 21 после проведенного курса стандартной терапии полиморбидной сердечно-сосудистой патологии. Возможно, это связано с компенсаторной реакцией организма в виде попытки преодолеть сформировавшуюся резистентность к FGF 21 на фоне имеющегося метаболического стресса, однако данное предположение, связанное с высоким уровнем циркулирующего FGF 21 предстоит изучить. В остальных группах отмечалось статистически достоверное снижение FGF 21 на фоне проведения психофармакологической и визуально- аудиальной терапии. Таблица 1 Уровень FGF 21 (нг/л) у пациентов с полиморбидной сердечно-сосудистой патологией до и после лечения Группы Разброс средних (M ± m) Двустороннее распределение Одностороннее распределение До лечения После лечения 1 группа 168,59 334,85 p<0,005 p<0,002 2 группа 253,63 199,35 p<0,006 p<0,03 3 группа 382,54 162,83 p<0,002 p<0,001 При более детальном изучении результатов обследования групп по уровню сывороточного FGF 21 после лечения нами были обнаружены следующие особенности (табл. 2): статистически значимые различия наблюдались между 1-ой и 2-ой группами и 1-ой и 3-ей группами обследуемых. Полученные результаты показывают преимущество использования комбинированной терапии при полиморбидной сердечно-сосудистой патологии по сравнению с терапией только кардиотропными препаратами. Статистически значимых различий в группах в которых использовали психотропные препараты и визуально- аудиальное воздействие получено не было. Таким образом, можно использовать один из предложенных методов лечения, однако применение нефармакологических методов имеет несомненно ряд преимуществ, таких как отсутствие побочных лекарственных эффектов и себестоимость. Таблица 2 Сравнительная характеристика пациентов с полиморбидной сердечно-сосудистой патологией до и после лечения в обследуемых группах по уровню FGF 21 (M ± m) Уровень FGF 21(нг/л) Разброс средних (M ± m) группа 1 группа 2 группа 3 После лечения 334,85 199,35* 162,83* * - различия между группой 1 и группой 2 достоверны, p<0,05; # - различия между группой 1 и группой 3 достоверны, p<0,05; В нашей работе мы проводили исследование психо- эмоционального статуса лиц молодого возраста (табл. 3). До лечения по результатам анкетирования во всех группах были получены данные свидетельствующие о тяжелой депрессии и клинической тревоге у всех обследуемых. После проведенного курса лечения отмечался положительный эффект в виде смены типов НПР в сторону субклинической тревоги и легкой депрессии что подтверждают исследования зарубежных авторов [8]. Верификация тяжести НПР тревожного/депрессивного типа до и после терапии Таблица 3 Группа Тяжесть НПР До лечения После лечения 1 Группа 76,6% «тяжела депрессия» 57,4% «клиническая тревога» (p<0,001) 88,9% «легкая депрессия» 39,9% «субклиническая тревога» (p<0,001) 2 Группа 82,4% «тяжелая депрессия» 63,9% «клиническая тревога» (p<0,001) 56,3% «легкая депрессия» 48,1% «субклиническая тревога» (p<0,001) 3 Группа 71,9% «тяжелая депрессия» 52,1% «клиническая тревога» (p<0,001) 19,3% «легкая депрессия» 25,3% «субклиническая тревога» (p<0,001) Примечание: НПР - непсихотические психические расстройства. Выводы: 1. Сывороточный уровень FGF 21 может быть важным биомаркером ранней диагностики метаболических нарушений при рассматриваемой патологии, однако это требует дальнейшего изучения. 2. Полученные результаты исследования свидетельствуют о преимуществах комплексной терапии полиморбидной сердечно-сосудистой патологии у лиц молодого возраста с использованием психотропных препаратов и визуально-аудиального метода коррекции. 3. При выборе метода комплексного лечения нужно исходить с позиции возможных побочных эффектов от применения фармакологических препаратов.

A S Partsernyak

Military Medical Academy named after S.M. Kirov

G A Proshyai

Military Medical Academy named after S.M. Kirov

S A Partsernyak

City hospital №15, Saint-Petersburg, Russia; Northwestern State Medical university named after I.I. Mechnikov

M A Aflitonov

City hospital №15, Saint-Petersburg, Russia; Northwestern State Medical university named after I.I. Mechnikov

A N Mironenko

City hospital №15, Saint-Petersburg, Russia; Northwestern State Medical university named after I.I. Mechnikov

A A Topanova

Northwestern State Medical university named after I.I. Mechnikov

  1. Оганов Р.Г., Ольбинская Л.И., Смулевич А.Б., Дробижев М.Ю., Шальнова С.А., Погосова Г.В. Депрессии и расстройства депрессивного спектра в общемедицинской практике. Результаты программы КОМПАС // Кардиология. - 2004. - № 1. - P. 48-54.
  2. Watanabe H., Shiomi H., Nakatsuma K., Morimoto T., Taniguchi T., Furukawa Y. et al. Clinical Efficacy of Thrombus Aspiration on 5-Year Clinical Outcomes in Patients With ST-Segment Elevation Acute Myocardial Infarction Undergoing Percutaneous Coronary Intervention // Journal of the American Heart Association Cardiovascular and Cerebrovascular Disease. - 2015. - Vol.4. - № 6. - P. 35-40.
  3. Sepanlou S.G., Sharafkhah M., Poustchi H., Malekzadeh M.M., Etemadi A., Khademi H. Hypertension and mortality in the Golestan Cohort Study: A prospective study of 50 000 adults in Iran // Journal of Human Hypertension. - 2015. - Vol. 6. - № 11. - P. 43-54.
  4. Шурыгин М.Г., Шурыгина И.А. Фактор роста фибробластов как стимулятор ангиогенеза при инфаркте миокарда // Бюллетень ВСНЦ СО РАМН. - 2010. - № 6. - Т. 30. - С. 89-92.
  5. Dutchak P.A., Katafuchi T., Bookout A.L., Choi J.H., Yu R.T., Mangelsdorf D.J. et al. Fibroblast growth factor-21 regulates PPARγ activity and the antidiabetic actions of thiazolidinediones // Cell. - 2012. - Vol.3. - № 148. - P. 556- 67.
  6. Fisher F.M., Chui P.C., Antonellis P.J., Bina H.A., Kharitonenkov A., Flier J.S. et al. Obesity is a fibroblast growth factor 21 (FGF21)-resistant state // Diabetes. - 2010. - Vol. 59. - № 11. - P. 81-9.
  7. Woo Y. C., Xu Aimin, Wang Yu, Lam Karen S. L. Fibroblast Growth Factor 21 as an Emerging Metabolic Regulator // Clin Endocrinol. - 2013. - Vol. 78. - № 4. - P. 489 - 496.
  8. Anderson G., Maes M. Bipolar disorder: role of immune-inflammatory cytokines, oxidative and nitrosative stress and tryptophan catabolites. // Current Psychiatry Reports. -2015. - Vol. 17. - № 2. - P. 8.

Views

Abstract - 113

PDF (Russian) - 81

PlumX

Refbacks

  • There are currently no refbacks.

Copyright (c) 2015 Partsernyak A.S., Proshyai G.A., Partsernyak S.A., Aflitonov M.A., Mironenko A.N., Topanova A.A.

Creative Commons License
This work is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 International License.