MUSIC THERAPY OF PREMATURE NEONATES:ACHIEVEMENTS AND PROSPECTS

Abstract


Research of effects of music on premature infants has been performed since 1970 th. The vast majority of investigations have revealed essential positive effects of music on various physiological indices of infants. During the previous 40 years, music therapy has developed from simple acoustic stimulation of a neonate to complex types of musical and psychotherapeutical interventions directed not only at an infant, but also at caregivers (primary at a mother) in order to support bonding of the dyad, disconnected by perinatal stress and long-term hospitalization in a NICU. In spite of multiple works about music therapy of neonates, a couple of aspects still require further research. Unfortunately, in the domestic literature we have succeeded to find relatively few reports about music therapy of neonates, whereas in several foreign clinics this method has already been included in the routine clinical practice. Possibly, “the acoustical mama-therapy” could appear optimal in domestic neonatal units.

Введение Сегодня все больше внимания уделяют совершенствованию методик выхаживания недоношенных детей. Это связано как с максимальной уязвимостью недоношенного новорождённого, которого H. Als называет «перемещённым плодом» за незрелость физиологических механизмов, позволяющих адаптироваться к внешней среде [1], так и с увеличением доли недоношенных детей с экстремально низкой массой тела и соответствующей патологией. Цель использования этих методик - помочь новорожденному ребёнку (особенно недоношенному) успешнее адаптироваться к внеутробным условиям существования путем снижения перинатального стресса, что подразумевает, в т.ч., нивелирование «акустического стресса», обусловленного как лишением привычной для него внутриутробной акустической среды, так и возникновением новой «механизированной» акустической среды стационара. Важную роль в поддержании стресса играет и нарушение взаимоотношений мать-ребёнок [2]. Основным терапевтическим средством, позволяющим, по данным многих авторов, существенно улучшить состояние ребёнка, является музыкотерапия. Под «музыкой» в широком смысле слова в литературе понимается любое акустическое лечебное воздействие. Так, F.J. Schwartz и R. Ritchie называют записанную акустическую среду беременной женщины «внутриутробной музыкой» [3]. Возможно, корректнее было бы говорить об «акустической терапии» или «акустической поддержке» недоношенных детей [2]. Вместе с тем, у «музыки» как терапевтического средства есть кардинальное отличие от просто шума. Шум представляет собой хаотичный, непредсказуемый набор звуков, не имеющий постоянной основной тональности, что воспринимается нервной системой как стрессор. Музыка же, по выражению C.K. Madsen и C.H. Madsen, представляет собой сочетание «звуков и тишины, выразительно организованных во времени» [4, 5]. Развитие музыкотерапии недоношенных новорождённых детей Впервые музыку для выхаживания новорождённых предполагал использовать ещё Д.О. Отт в начале ХХ века, однако по организационным причинам ему не удалось это осуществить [6]. Первые исследования значения акустической поддержки в неонатологии появились лишь в 1971 г., когда V. Katz и M. Segall параллельно опубликовали две статьи про акустическую стимуляцию недоношенных детей [7-9]. В развитии музыкальной терапии недоношенных детей можно выделить 3 основных этапа: 1) развитие простой рецептивной музыкотерапии (проигрывание ребёнку различных видов записанной музыки); 2) появление сложных видов рецептивной музыкотерапии; 3) развитие активной музыкотерапии, направленной на диаду «мать-ребёнок» [10]. В конце 70-х гг. ХХ века началось активное изучение физиологических реакций недоношенных детей на воздействие музыки, которое продолжается и сегодня. Так появилась рецептивная музыкотерапия, направленная на ребёнка. В 1982 году H. Als была разработана более общая теория реактивности новорождённых - «модель синактивной организации поведенческого развития», описывающая единство функционирования различных субсистем новорождённого (автономной, двигательной, регулирующей поведенческое состояние и обеспечивающей внимание и взаимодействие) в ответ на благоприятное и неблагоприятное внешнее воздействие (т.е. систему саморегуляции) [11]. Таким образом, возникло понимание значения комплексной оценки физиологических реакций ребёнка в ответ на то или иное воздействие, включая музыку. Было проведено множество исследований, в которых авторы, используя различные способы, методы и параметры акустического воздействия на новорождённых разной степени недоношенности и оценивая различные показатели (характеристики сердечного ритма, изменение поведения ребёнка, переносимость боли, частоту дыхательных движений, показатели газообмена, весовые прибавки, потребление калорий, основной обмен, прирост окружности головы, частоту пробуждений и эпизодов беспокойства, длительность госпитализации), как правило, получали положительные результаты. У новорождённых статистически достоверно улучшались показатели гемодинамики, дыхания и оксигенации крови, поведение их становилось более спокойным, уменьшалась двигательная активность, увеличивалась общая продолжительность сна, с преобладанием медленного сна, существенно повышались весовые прибавки, потребление калорий, повышалась эффективность кормлений и активность сосания, ребёнок лучше взаимодействовал с родителями [3, 8, 12-21]. Вместе с тем, следует отметить, что в различных работах варьировал объём выборки (так, в исследовании J. Caine N=52 [12], J.S. Chapman N=153 [14], a C.M. da Silva - всего N=12 [16]); различалась методика проведения музыкотерапии (вплоть до использования для стимуляции музыки, выбранной самой матерью, и громкости, которую своим поведенческим ответом «выбирал» ребёнок [20]), а иногда вообще детально не описана; изучались различные эффекты (большинство авторов изучали поведенческие состояния или кардиореспираторные показатели, в то время как, например, прибавки веса рассматривались в значительно меньшем числе работ [12, 19]). Влияние музыки на болевую реакцию и чрезмерную ажитацию у детей было темой некоторых исследований с 2000 г. Результаты показали, что музыка способна ослаблять реакцию на острое воздействие стрессора (например, медицинские процедуры). Как правило, исследовали укол в пятку, поскольку эта процедура является наиболее частым болезненным вмешательством, проводимым недоношенным детям в стационаре. Однако эти результаты можно распространить и на другие стрессогенные или болезненные процедуры [22, 23]. В некоторых работах также отмечено увеличение темпов прироста окружности головы и ускорение моторного и психоречевого развития в катамнезе [3, 13, 24]. В двух исследованиях изучали долгосрочное влияние музыки на поведение матери и развитие ребёнка в возрасте 5 месяцев, 20 месяцев и 6 лет [7, 25]. Результаты показали значительное увеличение продолжительности грудного вскармливания и улучшение самочувствия матерей, а также существенное ускорение моторного и речевого развития у детей. В ряде исследований изучали долгосрочные эффекты ритмического музыкально-терапевтического воздействия на недоношенных. В литературе имеются данные о том, что ритмическое воздействие звуков, имитирующих дыхание, издаваемых плюшевыми игрушечными медведями («дышащих медведей») приводит к улучшению паттерна сна у детей в возрасте 5 недель [10, 26], а ритмическое воздействие вместе с покачиванием кроватки и звуками бьющегося сердца улучшают психическое развитие к 24 месяцам жизни [10, 27]. Таким образом, отмечается улучшение функционирования всех субсистем организма [11]. В итоге дети раньше выписывались из стационара, что, помимо медицинского, давало значительный экономический эффект [3, 28]. Двойное рандомизированное контролируемое исследование оценило влияние музыки (инструментальная версия «Колыбельной» Брамса) на биоэлектрическую активность головного мозга, по данным электроэнцефалограммы, у 20 неврологически здоровых новорождённых, начиная с 32-й недели гестации. Результатом исследования была тенденция к «более различимым» (лучше сформированным) циклам сон-бодрствование у детей, находившихся под влиянием музыки [10, 29] В 2002 году J.M. Standley опубликовал мета-анализ результатов 10 исследований, изучавших вклад музыки в физиологические, физические и поведенческие изменения у недоношенных детей. Был определён суммарный эффект от проведения музыкотерапии, который, по результатам работ различных авторов, составил от 0,49 до 1,95 условных единиц (по Cohen, 1988). Размер общего эффекта, по данным мета-анализа, составил 0,83 условные единицы и оказался статистически значимым. По данной шкале, размер эффекта d=0,2 считается малым эффектом, d=0,5 - средним, а d=0,8 - выраженным эффектом [30]. Также опубликовано несколько систематических обзоров работ по исследованию музыкотерапии недоношенных детей [10]. С 1998 года F.J. Schwartz и R. Ritchie начали применять музыкотерапию в клинической практике в Пьедмонтском госпитале Атланты (США) посредством длительного воспроизведения пациентам различных акустических феноменов с помощью CD-каруселей. Те же авторы сформулировали предпочтительные характеристики музыкального воздействия на новорождённых: музыка должна быть простой, содержать мягкие ритмы, плавные и лирические мелодии, простые гармоники и иметь мягкий оттенок. Лучше всего этим характеристикам удовлетворяли колыбельные песни, классическая музыка, «внутриутробная» музыка», женский голос и их сочетания. При этом «внутриутробная музыка» оказалась особенно эффективной при выхаживании механически вентилируемых, возбудимых недоношенных детей со сниженным уровнем оксигенации. По-видимому, это связано с тем, что «внутриутробная музыка», представляющая собой записанную с передней брюшной стенки беременной женщины внутриутробную акустическую среду, позволяет не только замаскировать шумы акустической среды стационара, но и восполнить младенцу ту среду, которой его преждевременно лишили. В 2007 году вышла их статья, обобщающая десятилетний опыт клинического применения музыкотерапии у недоношенных детей [3]. В этой статье описывается не только терапевтический, но и экономический эффект от использования музыки в терапевтических целях. Если в 80-90-х годах ХХ века в исследованиях использовали, в основном, записанную музыку, то с началом ХХI века возникли более сложные методы рецептивной музыкотерапии. Важными предпосылками для их развития послужили следующие факторы: 1) накопленный опыт успешного применения музыкотерапии для выхаживания недоношенных детей; 2) формирование новой специальности - музыкотерапевта (сочетающего в себе музыкальное образование с базовыми знаниями в неонатологии, возрастной психологии и обладающего музыкальнотерапевтическими и психотерапевтическими навыками) - и постепенное введение данных специалистов в штатное расписание больниц (прежде всего, частных медицинских центров); 3) обоснование «диалоговой концепции», согласно которой музыкотерапия должна превращаться из пассивного прослушивания ребёнком музыки в вокальный «диалог» музыкотерапевта, ребёнка, а также его окружения (прежде всего, матери). Диалоговая концепция, основанная на представлениях об интуитивной родительской компетентности, была разработана научной школой H. Papoušek и M. Papoušek. По мнению учёных, родители имеют врожденную программу поведения, комплементарную поведенческому репертуару младенца, позволяющую устанавливать раннее успешное взаимодействие с ним. На основании этого супругами Papoušek была создана теоретическая модель для программ раннего вмешательства в форме диалоговой и ориентированной на коммуникацию терапии. Компенсаторная стимуляция, включающая музыкальные элементы, предложенная в виде диалога, имеет сразу два преимущества. С одной стороны, она позволяет обеспечить тонкое согласование деятельности музыкотерапевта и родителей в соответствии с актуальным состоянием ребенка и его сигналами обратной связи. С другой стороны, музыкальная терапия влияет на уровень родительского стресса и депрессии. Она может пробудить интуитивную родительскую готовность к взаимодействию с ребенком [31]. Диалоговая концепция дала мощный импульс не только к развитию рецептивной, но и к созданию импровизационной и рекреативной музыкотерапии, легших в основу активной музыкотерапии. В 2013 году M. Nöcker-Ribaupierre на основании накопленного международного опыта опубликовала методические рекомендации по проведению музыкотерапии [10], в которых описывает следующие виды сложной рецептивной музыкотерапии: 1) Музыка и мультимодальная стимуляция - вмешательство сочетает в себе мягкое гудение или пение колыбельных с тактильной, зрительной и вестибулярной стимуляцией для стимуляции неврологического развития, повышения толерантности ребёнка к стимуляции и повышения его гомеостатического потенциала. 2) Ненутритивное сосание, подкреплённое музыкой - использование колыбельных как условно-рефлекторное подкрепление сосания путём применения технологии «колыбельных, включаемых соской-пустышкой» (pacifier-activated lullaby, PAL). Cосание ребёнком соски-пустышки запускает проигрывание колыбельной, таким образом формируется положительное подкрепление сосания музыкой. В последующем ребёнок активнее сосёт даже без подкрепления. 3) Дыхательная биосинхронизация - создание звуков, подобных внутриутробным (посредством использования музыкальных инструментов, записи «шума моря» и пр.), синхронизированных с дыханием ребёнка, с целью замещения преждевременно утраченной внутриутробной акустической среды. 4) Пение как биосинхронизация - голосовое отражение музыкотерапевтом поведения ребенка, соответствующее его потребностям («вокальный диалог»), и таким образом обеспечение ему ощущение внимания и поддержки. 5) Средовая музыкотерапия - использование живой музыки для решения проблемы с шумом в стационаре и создания более спокойной, приятной и безопасной окружающей среды. 6) Диалоговое пение - использование пения, направленного на ребёнка, для стимуляции взаимодействия между ребёнком и родителями. Параллельно с развитием рецептивной, начала формироваться концепция активной музыкотерапии, рассматривающей младенца как часть диады «мать-ребёнок» и нацеленной, прежде всего, на мать. Матери недоношенных детей («недоношенные матери» по Zimmer M.L. [32]) ни физиологически, ни психологически не готовы к рождению ребёнка и склонны к развитию посттравматического стрессового расстройства. Для женщины преждевременные роды - это ситуация неожиданного физического и эмоционального отчуждения от своего ребёнка. Более того, такие матери испытывают чувство вины и депрессии, грусти, отсутствия чувства собственного достоинства и страх за жизнь и развитие младенца. Эти чувства создают барьер, затрудняющий формирование позитивных эмоциональных связей с новорождённым [10, 33]. Новорождённый же имеет развитый «эмоциональный интеллект» [3], формирующийся на протяжении всей беременности, сначала на основании гуморальных связей и затем подкрепляемый условно-рефлекторно. Он не понимает смысл сказанных матерью слов, но хорошо чувствует её эмоциональный посыл. Таким образом, формируется замкнутый круг, при котором стресс матери поддерживает стресс ребёнка, что нарушает функционирование всех его субсистем, изменяя, в том числе, и его реакцию на мать, это в свою очередь усиливает стресс матери и не даёт сформировать ей адекватную реакцию на ребёнка. В итоге мать не только оказывается не в состоянии взаимодействовать с ребёнком, понимать его реакции и отвечать на них, но и физически устаёт от ухода за «проблемным» ребёнком. В дальнейшем формируются небезопасные типы привязанности, что не просто разобщает диаду, но и косвенно нарушает развитие ребёнка, «соматизирующего» психологические расстройства. Работы, посвящённые значимости терапевтического воздействия музыки на мать для оздоровления её ребёнка, появились с самого начала XXI века. В них исследовали процесс кормления, самочувствие матери, её эмоциональные реакции и способность справиться со стрессом, взаимодействие матери с ребёнком и формирование привязанности, время, проводимое совместно с ребёнком, а также способность матери петь ребёнку. В 2012 году основатель одного из важнейших направлений активной музыкотерапии - креативной музыкотерапии - F. Halsbeck опубликовал интегративный обзор литературы, посвящённой «музыкотерапии недоношенного ребёнка и его родителей» [34]. Проанализировав 43 статьи, посвящённых различным видам музыкотерапии недоношенных детей за 1970-2010 гг., автор, с одной стороны, отмечает доказанное положительное воздействие музыки на состояние ребёнка и его матери, с другой - подчёркивает, что изучены преимущественно краткосрочные поведенческие (положительный результат в 18 работах) и физиологические (преимущественно описано улучшение сатурации - в 12 и сердечного ритма - в 10 работах) эффекты воздействия на ребёнка, в то время как долгосрочные эффекты музыкотерапии, тонкие физиологические механизмы музыкального воздействия на ребёнка, а также активная музыкотерапия изучены относительно слабо (хотя и имеются работы со статистически достоверным улучшением грудного вскармливания, снижением материнской тревожности, облегчением взаимодействия матери с ребёнком, и даже есть катамнестическое исследование состояния матерей через 5 месяцев после выписки). Автор также отмечает, что в некоторых работах исследователи предостерегают от чрезмерной стимуляции младенца и рекомендуют исключительно профессиональное использование музыкально-терапевтического воздействия. Согласно методическим рекомендациям M. Nöcker-Ribaupierre, выделяют импровизационную и рекреативную музыкотерапию [10], которые по своей сути преимущественно относятся к активной музыкотерапии. К импровизационной музыкотерапии относят: - креативную музыкотерапию для недоношенных детей и их родителей - интерактивное импровизационное музыкальное общение с ребёнком, с постепенным вовлечением в процесс и его родителей, что помогает им почувствовать себя более сильными, уверенными в себе и способствует налаживанию их взаимосвязи с ребёнком; - превентивный подход к посттравматическим расстройствам посредством мобилизации ресурсов нервной системы (PATTERNS) - метод музыкальной психотерапии, направленной на ребёнка и его родителей. Под рекреативной музыкотерапией подразумевают использование записанного голоса матери для акустической поддержки ребёнка, что позволяет младенцу частично восстановить утраченную материнскую среду, а матери - заочно общаться с ребёнком. Этот метод наиболее эффективен для недоношенных с 26-й недели гестации, длительно находящихся в отделении интенсивной терапии и разлучённых с матерью. M. Nöcker-Ribaupierre называет этот метод «семейным мостом» [10]. Он сочетает в себе музыкальную терапию с психотерапией, направлен как на ребёнка, так и на мать и способствует формированию связи между ними, несмотря на физическое разделение диады. Данный метод, на наш взгляд, является наиболее перспективным, поскольку при небольших затратах ресурсов он потенциально даёт хороший результат. Трудные вопросы музыкотерапии Несмотря на доказанную эффективность музыкотерапии в отношении недоношенных новорождённых детей, в литературе можно найти достаточно много нерешённых вопросов и противоречий. Так, в ряде работ достоверный эффект музыкотерапии не был получен, а иногда результат был противоположным ожидаемому [8, 20, 35]. Частично это может быть объяснено условиями стимуляции [35] или воздействием дополнительных внешних неучтённых факторов, особенно в работах с небольшим объёмом выборки. Дискутабельным остаётся вопрос об оптимальных параметрах стимуляции. Несмотря на рекомендованный для неонатальных стационаров Американской академией педиатрии (AAP) и Национальным согласительным комитетом среднечасовой эквивалентный уровень интенсивности звука в 45-50 дБ по шкале громкости А, с пиками до 65 дБ [36], некоторые авторы предлагают начинать стимуляцию пациентов со среднего уровня интенсивности звука 75 дБ и максимальными подъёмами до 80 дБ, а дальше корригировать (в сторону снижения) интенсивность звука исходя из реакции ребёнка [3]. При этом, однако, авторы, к сожалению, не публикуют исследование безопасности такого подхода. Поэтому, даже с учётом большей физиологичности музыки по сравнению с хаотическими звуками, мы осторожно оцениваем целесообразность данного подхода. Как уже отмечалось выше, методика проведения простой рецептивной музыкотерапии также варьирует. Особенно сложен вопрос, какие из технических устройств предпочтительнее применять для стимуляции недоношенных новорождённых детей. Некоторые авторы используют для этого головные наушники [8, 21], мотивируя тем, что звук при этом не будет искажаться. Мы же считаем такой подход небезопасным, поскольку существует риск повреждения слухового аппарата младенца узконаправленной звуковой волной, тем более, что работ, доказывающих безопасность такой методики, нам не встречалось. Что касается более сложных методов музыкотерапии, то выбор конкретной методики, инструментов и параметров стимуляции зависит уже больше от опыта музыкотерапевта и конкретной клинической ситуации. Важно учитывать и парамедицинские факторы, например психологическое состояние матери, отношение к различным вариантам процедуры её и других родственников, финансовое положение и культурно-религиозные особенности семьи. Тем не менее, учитывая большое количество проведённых исследований с положительным результатом на протяжении более двух десятков лет и результаты мета-анализов, можно говорить об эффективности и относительной безопасности музыкотерапии недоношенных новорождённых детей. В некоторых клиниках созданы методические рекомендации по проведению музыкотерапии. Заключение К сожалению, музыкотерапия по настоящее время так и не была внедрена в отечественное здравоохранение. Пока известны лишь отдельные попытки использования её в клинической практике у доношенных детей в стабильном соматическом состоянии [37]. Очевидно, что важным условием для внедрения метода в широкую клиническую практику в России является его доступность и простота, поскольку в настоящее время в стране нет ни сертифицированных специалистов по музыкальной терапии, для чего потребовалось бы их длительное и дорогостоящее обучение за рубежом, ни дополнительных ставок для их трудоустройства, ни законодательной базы, которая регулировала бы их работу. Предпочтительной является несложная и неинвазивная безопасная сестринская процедура. Возможно, в учреждениях, оказывающих медицинскую помощь новорождённым, оптимальным будет использование сочетания записанной «внутриутробной музыки» будущей матери (её физиологических звуков и шумов, слышимых в матке) с её голосом, записанным пренатально или постнатально. А.С. Иова предложил назвать данный вид терапевтического воздействия «акустической мама-терапией», которая является персонализированным, практически неинвазивным, относительно дешёвым и простым в использовании методом. Под его руководством в Санкт-Петербурге была создана специализированная медико-техническая группа [2]. Основная цель работы этой группы - создание простой и доступной компьютеризированной видеоакустической системы, рассчитанной на средний медицинский персонал. Тем не менее, достаточно сложным может быть этап работы с матерью, для которого необходимо привлечение психотерапевта. Данный специалист важен не только для психологической коррекции самой матери, но косвенно он воздействует на всю диаду, поскольку музыка несёт в себе эмоциональный компонент, который даже недоношенный новорождённый ребёнок способен улавливать. Важно, чтобы музыка снижала, а не повышала стресс у младенца.

E L Dumov

North-Western State Medical University named after I.I. Mechnikov

M Nöcker-Ribaupierre

Free München Music Center (Freies Musikzentrum München), Germany

N V Andrushchenko

North-Western State Medical University named after I.I. Mechnikov

A S Iova

North-Western State Medical University named after I.I. Mechnikov

  1. Als, H. Reading the premature infant. / H. Als / In: Goldson E., ed. Nurturing the premature infant: developmental interventions in the neonatal intensive care nursery. New York: Oxford University Press, 1999. - P. 18-85.
  2. Думов, Е.Л. Акустический стресс у недоношенных новорождённых: причины возникновения и методы коррекции / Е.Л. Думов, M. Nöcker-Ribaupierre, Н.В. Андрущенко, А.С. Иова // Вестник Северо-Западного государственного медицинского университета им. И.И. Мечникова. - 2014. - Том 6. - №2. - с. 101-109.
  3. Schwartz, F.J. Music listening in neonatal intensive care units / F.J. Schwartz, R. Ritchie // Dileo Draft Music in the NICU. - 2007. - URL: http://www.transitionsmusic.com/Final_version_Dileo.html
  4. Madsen, C.K. Experimental research in music (3rd ed.) / C.K. Madsen, C.H. Madsen. / Raleigh N.C.: Contemporary Publishing Company of Raleigh, Inc., 1997. - 114 p.
  5. Gooding, L.F. Using music therapy protocols in the treatment of premature infants: An introduction to current practices. / L.F. Gooding // The Arts in Psychotherapy. - 2010. - Vol. 37. - P. 211-214.
  6. Сайт ФГБНУ «НИИ акушерства, гинекологии и репродуктологии им. Д.О. Отта». http://www.ott.ru/ru/history
  7. Katz, V. Auditory stimulation and developmental behavior of the premature infant / V. Katz // Nursing Research. - 1971. - Vol. 20. - P. 196-201.
  8. Nathan, L.M. Noise levels in a neonatal intensive care unit in the Cape metropole / L.M. Nathan, S.K. Tuomi, A.M. Müller, G.F. Kirsten // South African Journal of Child Health. - 2008. - Vol. 2. - №2. - P. 50-54.
  9. Segall, M. The relationship between auditory stimulation and heart rate response of the premature infant / M. Segall. - The American Nurses’ Association, Seventeenth Nursing Research Conference Report, Kansas City, 1971. - P. 119-125.
  10. Nöcker-Ribaupierre, M. Premature Infants. / M. Nöcker-Ribaupierre / In: Bradt J., ed. Guidelines for Music Therapy in Pediatric Care. Barcelona Publishers, 2013. - P. 66-115.
  11. Als, H. Toward a synactive theory of development: Promise for the assessment and support of infant individuality / H. Als // Infant Mental Health Journal. - 1982. - Vol. 3. - №4. - P. 229-243.
  12. Caine, J. The effects of music on the selected stress behaviors, weight, caloric and formula intake, and length of hospital stay of premature and low birth weight neonates in a newborn intensive care unit / J. Caine // The Journal of Music Therapy. - 1991. - Vol.28. - P. 180-192.
  13. Cassidy, J.W. The effect of decibel level of music stimuli and gender on head circumference and physiological responses of premature infants in the NICU / J.W. Cassidy // The Journal of Music Therapy. - 2009 Fall. - Vol. 46. - №3. - P. 180-190.
  14. Chapman, J.S. The relationship between auditory stimulation and gross motor activity of short-gestation infants / J.S. Chapman // Research in Nursing and Health. - 1978. - Vol. 1. - P. 29-36. doi: 10.1002/nur.4770010107
  15. Collins, S.K. Music therapy in the neonatal intensive care unit / S.K. Collins, K. Kuck // Neonatal Network. - 1991. - Vol. 9. - №6. - P. 23-26.
  16. Da Silva, C.M. Physiological responses of preterm newborn infants submitted to classical music therapy / C.M. da Silva [et al.] // Revista Paulista de Pediatria. - 2013. Vol. 31. - №1. - P. 30-36.
  17. Doheny, L. Exposure to biological maternal sounds improves cardiorespiratory regulation in extremely preterm infants. / L. Doheny [et al.] // The Journal of Maternal-Fetal and Neonatal Medicine. - 2012. - Vol. 25. - №9. - P. 1591-1594.
  18. Keith, D.R. The effects of music listening on inconsolable crying in premature infants / D.R Keith, K. Russell, B.S. Weaver // The Journal of Music Therapy. - 2009 Fall. - Vol. 46. - №3. - P. 191-203.
  19. Cevasco, A.M. Effects of the pacifier activated lullaby on weight gain of premature infants / A.M. Cevasco, R.E. Grant // The Journal of Music Therapy. - 2005 Summer. - Vol. 42. - №2. - P. 123-139.
  20. Blumenfeld, H. Does a mother singing to her premature baby affect feeding in the neonatal intensive care unit? / H. Blumenfeld, L. Eisenfeld // Clinical Pediatrics. - 2006 Jan-Feb. - Vol. 45. - №1. - P. 65-70.
  21. Alipour, Z. Effects of music on physiological and behavioral responses of premature infants: a randomized controlled trial / Z. Alipour [et al.] // Complementary Therapies in Clinical Practice. - 2013 Aug. - Vol. 19. - №3. - P. 128-132. doi: 10.1016/j.ctcp.2013.02.007. Epub 2013 May 9.
  22. Butt, M.L. Music modulates behavior of premature infants following heel lance / M.L. Butt, B.S. Kisilevsky // Canadian Journal of Nursing Research. - 2000. - Vol. 31. - №4. - P. 17-39.
  23. Cignacco, E. The efficacy of non-pharmacological interventions in the management of procedural pain in preterm and term neonates. A systematic literature review / E. Cignacco [et al.] // European Journal of Pain. - 2007 Feb. - Vol. 11. - №2. - P. 139-152. Epub 2006 Apr 3.
  24. Logan, B. Infant Outcomes of a Prenatal Stimulation Pilot Study / B. Logan // Prenatal and Perinatal Psychology Journal. - 1991. - Vol. 6. - №1. P. 7-31.
  25. Nöcker-Ribaupierre, M. Short and longterm effects of the maternal voice on the behaviors of very low birth weight infants and their mothers as a basis for the bonding process / M. Nöcker-Ribaupierre / In: Pratt, R.R., Grocke, D. (Eds): MusicMedicine 3. The University of Melbourne, Victoria/ Au., 1999. - P. 153-161.
  26. Ingersoll, E.W. The breathing bear: effects on respiration in premature infants / E.W. Ingersoll, E.B. Thoman // Physiology and Behavior. - 1994 Nov. - Vol. 56. - №5. - P. 855-859.
  27. Barnard, K.E. The impact of temporally patterned stimulation on the development of preterm infants / K.E. Barnard, H.L. Bee // Child Development. - 1983 Oct. - Vol. 54. - №5. - P. 1156-1167.
  28. Peczeniuk-Hoffman, S.A. Music Therapy in the NICU: Interventions and Techniques in Current Practice and a Survey of Experience and Designation Implications / S.A Peczeniuk-Hoffman // Western Michigan University. Master’s Theses. Paper 93. - 2012.
  29. Olischar, M. The influence of music on aEEG activity in neurologically healthy newborns ≥32 weeks' gestational age. / M. Olischar [et al.] // Acta Paediatrica. - 2011 May. - Vol. 100. - №5. - P. 670-675. doi: 10.1111/j.1651-2227.2011.02171.x. Epub 2011 Mar 1.
  30. Standley, J.M. A meta-analysis of the efficacy of music therapy for premature infants / J.M. Standley // Journal of Pediatric Nursing. - 2002 Apr. - Vol. 17. - №2. - P. 107-113.
  31. Papoušek, M. Vorwort / M. Papoušek / In: Nöcker-Ribaupierre M., Hg. Hören - Brücke ins Leben. Musiktherapie mit früh- und neugeborenen Kindern. Forschung und klinische Praxis. 2. Auflage. Wiesbaden: Reichert, 2012. - S. 13-15.
  32. Zimmer M.L. Zu frühgeborene Kinder haben «zu frühgeborene Mütter». Praktische Erfahrungen mit Frühgeborenen und ihren Müttern beim Einsatz der Auditiven Stimulation mit Mutterstimme / M.L. Zimmer / In: Nöcker-Ribaupierre M., Hg. / Hören - Brücke ins Leben. Musiktherapie mit früh- und neugeborenen Kindern. Forschung und klinische Praxis. 2. Auflage. - Wiesbaden: Reichert, 2012. - S. 145-161.
  33. Jotzo, M. Helping parents cope with the trauma of premature birth: an evaluation of a trauma-preventive psychological intervention / M. Jotzo, C.F. Poets // Pediatrics. - 2005. - Vol. 115. - №4. - P. 915-919.
  34. Halsbeck, F.B. Music therapy for premature infants and their parents: An integrative review / F.B. Halsbeck // Nordic Journal of Music Therapy. - 2012. - Vol. 21. - №3. - P. 203-226.
  35. Johnston, C.C. Recorded maternal voice for preterm neonates undergoing heel lance / C.C. Johnston, F. Filion, A.M. Nuyt // Advances in Neonatal Care. - 2007 Oct. - Vol. 7. - №5. - P. 258-266.
  36. Knutson, A.J. Acceptable noise levels for neonates in the neonatal intensive care unit. A Capstone Project submitted in partial fulfillment of the requirements for the degree of: Doctor of Audiology / A.J. Knutson. - Washington University School of Medicine Program in Audiology and Communication Sciences, 2013. - 52 p.
  37. Диагностика и комплексная реабилитация перинатальной патологии новорождённых / под ред. Г.В. Яцык. - М.: Издательство «Педиатрь», 2012. - 156 с.

Views

Abstract - 179

PDF (Russian) - 205

PlumX

Refbacks

  • There are currently no refbacks.

Copyright (c) 2015 Dumov E.L., Nöcker-Ribaupierre M., Andrushchenko N.V., Iova A.S.

Creative Commons License
This work is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 International License.