C- and Sr-isotope chemostratigraphy and Pb–Pb age of carbonaceous sediments of the vorogovka group (neoproterozoic), northwestern Yenisei ridge

Cover Page

Abstract


C- and Sr-isotope record is received and Pb–Pb age is determined from carbonaceous sedimentary rocks of Vorogovka Group in the type section at Vorogovka River, northwestern Yenisei Ridge. The sequence of the group consists of the Severnaya Rechka, Mutnina and Sukhaya Rechka Formations that fill a large trough, and lithological and textural features indicate the rapid sedimentation. Most carbonaceous rocks are presented by limestones with low Fe/Sr and Mn/Sr relations and average δ18O value –6.0 ± 1.6‰ V-PDB indicating the well-preserved isotope systems of the rocks. 87Sr/86Sr relations and δ13С values vary within narrow limits as 0.70816–0.70826 and –1.4…+0.8‰ for upper Severnaya Rechka limestones and as 0.708180.70829 and +1.0…+2.0‰ for Sukhaya Rechka limestones, respectively. Pb–Pb isochronous age of carbonaceous rocks of the Severnaya Rechka Formation is 580 ± 40 Ma (MSWD = 1.4), and of Sukhaya Rechka Formation is 565 ± 90 Ma (MSWD = 1.1). Judging from chemostratigraphical and isotope-geochronological data, the forming of limestone sediments of Vorogovka Group could occur at 580–550 Ma ago, that corresponds to the Late Vendian or the Late Ediacaran. The endurance of accumulation of Vorogovka Group likely not exceeded 10–15 Myr. Vorogovka Trough differed in the type of sedimentation from other Late Vendian marginal troughs at the southwestern Siberian Platform, and formed independently from them.


ВВЕДЕНИЕ

Вороговская серия представлена мощной (до 4 км) сероцветной терригенно-карбонатной толщей в северо-западной части Енисейского кряжа (Николаев, 1924). Первоначально эти отложения в ранге свиты были отнесены к нижнему кембрию (Семихатов, 1962). В дальнейшем их возраст был пересмотрен, и вороговскую серию на основании региональных корреляций отнесли к байкальскому горизонту верхней части верхнего рифея (Хоментовский и др., 1972; Решения…, 1983). В таком виде вороговская серия фигурирует на официальных геологических картах (Качевский и др., 1998; Государственная…, 2010), где сопоставляется с чингасанской серией, распространенной восточнее в Тейско-Чапском прогибе.

В отличие от многих позднедокембрийских толщ юго-западной окраины Сибирского кратона, для вороговской серии характерно широкое распространение известняков при почти полном отсутствии доломитов. В то же время в ней отсутствуют красноцветные обломочные породы и эвапориты. В отложениях серии широко развиты оползневые и ритмично-слоистые текстуры, указывающие на склоновые обстановки и высокую скорость осадконакопления. В сочетании с анализом площадного распространения, это позволило реконструировать вороговский осадочный бассейн как авлакоген, развивавшийся на западной (в современных координатах) окраине Сибирского кратона (Советов, Благовидов, 1996).

 

Рис. 1. Фрагмент геологической карты северо-западной части Енисейского кряжа и расположение изученных разрезов в нижнем течении р. Вороговка (Качевский и др., 1998, с дополнениями). 1 – осадочные и интрузивно-метаморфические образования рифея; 2–4 – вороговская серия: 2 – северореченская свита, 3 – мутнинская свита, 4 – сухореченская свита; 5 – отложения верхов венда и кембрия (лебяжинская свита и эвенкийская серия); 6 – мезозойские и кайнозойские отложения; 7 – тектонические нарушения; 8 – положение изученных разрезов: а – приустьевая часть р. Вороговка, б – р. Вороговка выше устья р. Мутнина.

 

Отсутствие достоверных геохронологических и палеонтологических данных о возрасте вороговской серии затрудняло реконструкцию ее положения в ряду позднедокембрийских осадочных бассейнов вдоль юго-западной окраины кратона. Согласно первым Sr-хемостратиграфическим данным, возраст карбонатных пород серии предполагался “не древнее позднего венда”, что допускало отнесение отложений к верхнему венду или даже к низам кембрия (Постников и др., 2008). С другой стороны, грубообломочные породы в основании вороговской серии недавно было предложено рассматривать как тиллиты (Sovetov, Le Heron, 2016), что позволяло относить вороговскую серию к криогению (635–720 млн лет) Международной стратиграфической шкалы (МСШ).

 

Рис. 2. Литологическая колонка и изотопно-геохимические характеристики отложений вороговской серии в нижнем течении р. Вороговка. 1 – известняки; 2 – доломиты; 3 – конглобрекчии; 4 – конгломераты и гравелиты; 5 – песчаники; 6 – алевролиты, 7 – аргиллиты; 8 – оолитовые карбонатные породы; 9 – биоламинитовые карбонатные породы; 10 – отложения кутукасской серии верхнего рифея. mt – мутнинская свита, svr – северореченская свита

 

Целью настоящей работы было комплексное геохимическое, C- и Sr-хемостратиграфическое и Pb–Pb изотопно-геохронологическое изучение осадочных карбонатных пород вороговской серии, что позволило получить первые данные о возрасте отложений серии, расширить представления о вариациях δ13С и отношениях 87Sr/86Sr в слагающих ее породах и на этой основе уточнить стратиграфическое положение вороговской серии и ее геодинамическую позицию в тектонической структуре Енисейского кряжа.

СТРАТИГРАФИЯ И ОБСТАНОВКИ ОСАДКОНАКОПЛЕНИЯ

Вороговская серия выделяется на северо-западе Енисейского кряжа на правобережье р. Енисей на территории от р. Порожная на севере до р. В. Сурниха на юге (рис. 1). Наиболее представительные и мощные разрезы серии расположены в нижнем течении р. Вороговка и неоднократно описаны ранее (Семихатов, 1962; Хоментовский и др., 1972; Советов, Благовидов, 1996 и др.) (рис. 2). К югу и востоку мощность отложений существенно сокращается (Государственная…, 2010). В составе серии выделяются (снизу вверх) северореченская, мутнинская и сухореченская свиты.

Северореченская свита с размывом и угловым несогласием залегает на метаморфизованных вулканогенно-осадочных образованиях, выделяемых в качестве киселихинской и отравихинской свит кутукасской серии (Качевский и др., 1998; Государственная…, 2010). С этими толщами ассоциируют породы основного и ультраосновного состава с U–Pb возрастом циркона 682 ± 13 млн лет (Кузьмичев и др., 2008). Из линзы миндалекаменных базальтов в поле развития тектонически рассланцованных пород киселихинской толщи получена U–Pbдатировка по цирконам 572 ± 7 млн лет (Лиханов, Ножкин, 2018). Нижняя часть северореченской свиты (рис. 2) сложена гравелитами и конгломератами с грубой косой и мульдовидной слоистостью, которые могли выполнять русла потоков и каналов. По мнению Ю.К. Советова и Д. Ле Херона, эти плохо сортированные грубообломочные породы можно интерпретировать как диамиктиты ледникового происхождения (Sovetov, Le Heron, 2016). Однако этот вывод не подтверждается нашими наблюдениями. Вверх по разрезу грубообломочные осадки быстро сменяются песчаниками и алевролитами, слагающими среднюю часть свиты. Верхняя часть северореченской свиты представлена пачкой серых и черных алевролитов и аргиллитов мощностью 100 м, которые вверх по разрезу сменяются разнообразными известняками (глинистыми, песчанистыми, фитолитовыми и строматолитовыми) мощностью до 250 м. На отдельных уровнях отмечается доломитизация, приуроченная к горизонтам биогенных строматолитовых известняков (рис. 3). Общая мощность северореченской свиты в нижнем течении р. Вороговка по оценкам разных авторов составляет от 800 до 1300 м (Семихатов, 1962; Государственная…, 2010). Такой разброс связан с неполной обнаженностью и общей дислоцированностью разреза.

Переход к вышележащей мутнинской свите постепенный и выражается в увеличении силикокластического обломочного материала в карбонатных породах. Основная по мощности часть мутнинской свиты представлена флишевыми ритмично-слоистыми зеленовато-серыми полимиктовыми песчаниками. В верхней части свиты наблюдается постепенный переход к известнякам сухореченской свиты. Мощность мутнинской свиты в изученном районе составляет около 800–900 м.

Сухореченская свита сложена преимущественно известняками, часто глинистыми и запесоченными, с прослоями и линзами песчаников и внутриформационных конгломератов. Для отложений свиты характерны текстуры деформации осадка, оползания и русла каналов. Линзы и прослои грубообломочных пород в основном встречаются в верхней части свиты. Общая мощность свиты в разрезе приустьевой части р. Вороговка достигает 2200 м. Свита несогласно перекрывается отложениями лебяжинской свиты верхов венда–нижнего кембрия (Семихатов, 1962). Во всех других районах контакт с более молодыми отложениями описывается как тектонический (Государственная…, 2010).

Обстановки осадконакопления вороговской серии детально реконструированы в работах Ю.К. Советова с соавторами (Советов, Благовидов, 1996; Sovetov, Le Heron, 2016). Отложения вороговской серии формировались в грабенообразном прогибе (авлакогене), располагавшемся на краю эпиплатформенного бассейна и открытом в сторону моря на запад в современных координатах. В раннесеверореченское время флювиальные и оползневые образования начальной стадии заложения прогиба быстро сменялись склоновыми и дельтовыми фациями, которые в позднесеверореченское время переходили в обстановки мелководной карбонатной платформы. Мутнинское время отвечает стадии углубления бассейна и переходу к обстановкам основания континентального склона. Сухореченское время соответствует замедлению прогибания, постепенному заполнению бассейна и переходу к мелководному карбонатному шельфу, на который эпизодически продолжал поступать обломочный материал с бортов прогиба.

 

Рис. 3. Соотношения δ13С–δ18O, Mg/Ca–δ18O, Fe/Sr–87Sr/86Sr и Mn/Sr–87Sr/86Sr для карбонатных осадочных пород вороговской серии. 1 – северореченская свита, известняки; 2 – северореченская свита, доломиты; 3 – мутнинская свита; 4 – сухореченская свита.

 

Максимальный возраст вороговской серии определяется ее залеганием с размывом на вулканогенных породах исаковского комплекса с минимальным возрастом около 680 млн лет (Kuzmichev, Sklyarov, 2016). Что касается верхнего возрастного предела, то преобладавшая точка зрения, что сухореченская свита в ряде разрезов перекрыта вендскими отложениями чапской серии, в последнее время вызывает у нас серьезные сомнения. Так, в разрезе по р. Вороговка у устья р. М. Северная на известковистых алевролитах сухореченской свиты с угловым несогласием залегает толща желтовато-серых доломитов, ранее относимая к подъемской свите (Качевский и др., 1998; Государственная…, 2010). Однако в ней нами найдены мелкораковинные остатки Cambrotubulus cf. decurvatus, встречающиеся не ниже самых верхов венда, что указывает на принадлежность этих отложений не к подъемской свите нижнего венда, а к лебяжинской свите, которая относится к самым верхам венда и нижнему кембрию (Кочнев, Карлова, 2010). Таким образом, минимально возможный возраст отложений вороговской свиты – древнее подошвы кембрия Общей стратиграфической шкалы России (ОСШР), датируемой около 535 млн лет (Стратиграфический…, 2006).

МАТЕРИАЛ И МЕТОДИКА

Опробование произведено в 2003 г. из стратотипических разрезов вороговской серии в нижнем течении р. Вороговка. Разрез ВК-3, в котором обнажена верхняя часть северореченской свиты и низы мутнинской свиты, расположен по левому берегу р. Вороговка в 0.8–2.3 км выше устья р. Мутнина (рис. 1). Разрез ВН-15 и надстраивающий его разрез ВН-14, в которых обнажаются верхняя часть мутнинской свиты и сухореченская свита, находятся по обоим берегам р. Вороговка от ее устья до впадения р. Сухая. Средний интервал отбора составлял около 8–10 м в разрезе ВК-3 и 40–50 м в разрезах ВН-14 и ВН-15 (рис. 2). После визуальной отбраковки образцов из разрезов ВН-14 и ВН-15 было использовано около половины изначально отобранных проб. В коллекции из разреза ВК-3 измельченный материал был получен высверливанием из наименее измененных участков распиленного образца.

Определение содержания Ca, Mg, Fe, Mn и Sr в образцах карбонатных пород северореченской свиты проведено в Лаборатории изотопно-аналитических методов Института геологии и минералогии СО РАН (ИГМ СО РАН, Новосибирск), а в образцах пород мутнинской и сухореченской свит – в Ресурсном центре методов анализа состава вещества Санкт-Петербургского государственного университета (РЦ МАСВ СПбГУ, Санкт-Петербург). Образцы (100–150 мг) растворялись в 1N растворе HCl при слабом нагревании. Измерение концентраций элементов проведено на масс-спектрометре с индуктивно-связанной плазмой Element II (ИГМ СО РАН) и на атомно-эмиссионном спектрометре ICPE-9000 (РЦ МАСВ СПбГУ). Погрешность определения 5%.

Изучение изотопного состава С и О в карбонатах проведено с использованием комплекса аппаратуры корпорации Thermoelectron, включающего масс-спектрометр Delta V Advantageи установку Gas-Bench-II (Геологический институт РАН, Москва). Пробы и стандарты KH-2, C-O-1 и NBS-19 разложены в H3PO4 при 50°С. Точность определения δ13С и δ18O составляет ±0.1‰ и ±0.2‰ соответственно.

Изучение Rb–Sr систематики карбонатных пород проведено с использованием ступенчатого растворения, включавшего предварительную обработку навески образца (около 100 мг) 0.01N раствором HCl при комнатной температуре и последующее растворение в 1N соляной кислоте (Кузнецов и др., 2005, 2008). Содержания Rb и Sr в обогащенной карбонатной фракции определены масс-спектрометрическим методом изотопного разбавления с применением смешанного индикатора 87Rb + 84Sr. Изотопный состав Sr измерялся на многоколлекторном масс-спектрометре Triton TI. Средние значения 87Sr/86Sr в стандартных образцах NIST SRM 987 и EN-1 составляли в период работы соответственно 0.710284 ± 0.000005 (2σсредн., n = 38) и 0.709210 ± 0.000005 (2σсредн., n = 16). Поправка на возраст измеренного отношения 87Sr/86Sr в большинстве образцов была менее 0.00001, из-за высокой концентрации Sr и очень низкого содержания Rb. Только в восьми образцах северореченской свиты эта поправка составила 0.00001.

При изучении U–Pb систематики известняков проводилась предварительная химическая обработка образцов в 0.03N HCl, что позволило удалить до 1–2% поверхностных загрязнений и вторичных карбонатных генераций. Далее образцы растворялись в 1N HCl при комнатной температуре. Раствор каждой фракции делился на две аликвоты: одна для определения изотопного состава Pb, другая для определения содержания U и Pb с добавлением смешанного индикатора 235U + 208Pb (Овчинникова и др., 1998, 2012). Изотопный состав Pb и содержания U и Pb измеряли на многоколлекторном масс-спектрометре Triton TI с Re-лентами. Параметры изохрон вычисляли с использованием программы ISOPLOT (Ludwig, 2003). Погрешности, использованные при вычислении возраста, определялись с учетом измерения серии соответствующих образцов и стандарта NIST SRM 981. Средние погрешности измерения отношений 206Pb/204Pb и 207Pb/204Pb составляли для сухореченской свиты 0.070 и 0.080 соответственно, а для северореченской свиты 0.100 и 0.117 соответственно.

ИЗОТОПНО-ГЕОХИМИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА КАРБОНАТНЫХ ПОРОД ВОРОГОВСКОЙ СЕРИИ

Северореченская свита. Карбонатные породы северореченской свиты представлены серыми известняками со скрытозернистой, оолитовой, биоламинитовой, реже мелко- и среднекристаллической структурой. Алюмосиликатная примесь (от 1.4 до 15.7%) представлена в основном рассеянными зернами кварца алевритовой, песчаной, иногда до гравийной размерности. Среди 18 изученных образцов (табл. 1, рис. 3б), пятнадцать являются известняками (Mg/Ca < 0.07) и три – известковистыми доломитами (Mg/Ca = 0.37–0.44). Содержание Mn в карбонатной части породы варьирует от 74 до 638 мкг/г, а Fe от 158 до 5577 мкг/г. В известняках отмечаются высокие содержания Sr от 577 до 3450 мкг/г, тогда как в известковистых доломитах количество стронция понижается до 129–197 мкг/г. Отношения Fe/Sr и Mn/Sr в большинстве известняков не превышают соответственно 1 и 0.2 (табл. 1, рис. 3в, 3г). Повышенные значения этих отношений приурочены к горизонтам доломитизации (обр. ВК-3/9, ВК-3/28 и ВК-3/29). Таким образом, основная часть образцов по геохимическим характеристикам пригодны для оценки изотопного состава С и Sr в палеобассейне (Подковыров и др., 1998; Семихатов и др., 2004; Кузнецов и др., 2014).

 

Таблица 1. Химический и С- и Sr-изотопный состав карбонатных пород вороговской серии

Номер образца

Mощность, м

%

н.о.

Mg, %

Mn, мкг/г

Fe, мкг/г

Sr, мкг/г

Rb, мкг/г

Mg/Ca

Mn/Sr

Fe /Sr

δ13C,

PDB

δ18O,

PDB

87Sr/86Sr

Сухореченская свита

ВН-14/1

2291

13.2

0.8

310

3660

1920

0.08

0.023

0.16

1.91

1.9

–5.9

0.70820

ВН-14/3

2193

12.1

0.6

375

4870

2135

0.11

0.015

0.18

2.28

1.9

–5.9

0.70824

ВН-14/5

2139

17.2

0.8

505

4720

1564

0.09

0.022

0.32

3.02

1.7

–7.3

0.70827

ВН-14/7

2085

19.4

0.7

705

4920

  

0.021

  

1.6

–7.5

 

ВН-14/11

1983

20.5

0.3

560

5950

2482

0.16

0.007

0.23

2.40

1.6

–5.3

0.70826

ВН-14/13

1905

6.8

0.1

330

1590

2656

0.07

0.003

0.12

0.60

1.7

–4.8

0.70818

ВН-14/15

1851

6.1

0.1

135

2430

2790

0.06

0.002

0.05

0.87

1.8

–4.9

0.70819

ВН-15/1

1850

13.7

0.4

205

3730

  

0.010

  

1.6

–5.4

 

ВН-15/2

1826

9.5

0.3

175

3360

2745

0.13

0.008

0.06

1.22

1.7

–4.6

0.70822

ВН-15/4

1752

11.4

0.1

290

3890

2798

0.15

0.003

0.10

1.39

1.8

–5.0

0.70822

ВН-15/6

1706

11.0

0.2

190

3540

2717

0.12

0.005

0.07

1.30

1.5

–5.0

0.70821

ВН-15/10

1633

16.1

0.3

185

4970

2480

0.16

0.007

0.07

2.00

1.2

–5.2

0.70828

ВН-15/12

1571

4.7

0.1

78

1250

2390

0.08

0.002

0.03

0.52

1.4

–4.8

0.70821

ВН-15/18

1423

11.1

0.1

355

2880

2079

0.17

0.002

0.17

1.39

1.7

–5.0

0.70824

ВН-15/22

1337

9.0

0.2

215

2370

2421

0.14

0.005

0.09

0.98

1.7

–4.9

0.70821

ВН-15/26

1247

9.8

0.1

130

2850

2476

0.18

0.003

0.05

1.15

1.6

–5.1

0.70824

ВН-15/30

1155

5.2

0.1

105

2100

2650

0.06

0.002

0.04

0.79

2.0

–4.9

0.70820

ВН-15/34

1039

11.0

0.1

175

4060

2859

0.14

0.002

0.06

1.42

1.4

–5.1

0.70824

ВН-15/39

910

12.0

1.1

255

3740

2676

0.18

0.030

0.10

1.40

1.3

–5.3

0.70826

ВН-15/43

800

13.1

0.3

280

5880

2284

0.15

0.010

0.12

2.57

1.1

–5.4

0.70828

ВН-15/46

726

10.1

0.4

345

4000

2603

0.19

0.010

0.13

1.54

1.1

–5.0

0.70826

ВН-15/52

591

13.3

0.4

305

4700

2501

0.12

0.012

0.12

1.88

1.2

–6.2

0.70828

ВН-15/55

491

14.0

0.4

280

5960

2581

0.16

0.011

0.11

2.31

1.4

–5.2

0.70827

ВН-15/58

389

9.5

0.3

150

2370

2380

0.13

0.008

0.06

1.00

1.7

–5.8

0.70824

ВН-15/59

349

14.8

0.3

230

3750

2229

0.19

0.009

0.10

1.68

1.0

–6.2

0.70827

Мутнинская свита

ВН-15/61

297

30.6

0.9

335

5530

1493

0.42

0.030

0.22

3.70

0.8

–7.1

0.70838

ВН-15/64

223

19.1

0.5

353

6710

2060

0.28

0.015

0.17

3.26

0.7

–6.0

0.70826

ВН-15/69

123

21.3

0.5

770

7730

2327

0.22

0.014

0.33

3.32

0.7

–7.3

0.70829

ВН-15/71

58

32.7

0.1

450

9920

  

0.003

  

0.9

–7.1

 

ВН-15/73

1

28.7

0.9

725

6860

1679

0.26

0.029

0.43

4.09

0.3

–8.5

0.70844

Северореченская свита

ВК-3/30

303

5.0

3.1

306

523

362

0.20

0.070

0.85

1.44

–1.1

–10.1

0.70816

ВК-3/29

297

2.8

12.5

612

730

129

0.32

0.441

4.74

5.67

–0.2

–9.4

ВК-3/28

291

3.3

11.3

310

1128

197

0.23

0.373

1.57

5.73

–0.2

–9.8

ВК-3/26

281

 

0.1

–8.1

ВК-3/25

276

 

–1.4

–5.4

ВК-3/24

272

4.2

0.49

210

1093

1382

0.78

0.010

0.15

0.79

–0.6

–4.0

0.70824

ВК-3/23

267

 

0.5

–8.9

ВК-3/22

260

7.3

0.23

122

1996

3000

0.79

0.005

0.04

0.67

0.3

–5.0

0.70823

ВК-3/20

244

 

0.2

–4.9

 

ВК-3/19

232

12.9

0.36

114

2365

3237

1.66

0.008

0.04

0.73

0.5

–5.7

0.70825

ВК-3/18

224

7.4

0.34

128

1162

1936

0.63

0.007

0.07

0.60

–0.1

–5.4

0.70826

ВК-3/17

215

4.7

0.32

153

728

1880

0.15

0.007

0.08

0.39

–0.2

–4.7

0.70821

ВК-3/16

202

4.7

0.29

242

2435

2870

0.82

0.006

0.08

0.85

0.2

–4.6

0.70824

ВК-3/15

189

3.8

0.26

74

1586

3340

0.51

0.005

0.02

0.47

0.2

–5.9

0.70823

ВК-3/14

176

15.7

0.40

309

5577

3019

1.51

0.008

0.10

1.85

0.0

–5.5

0.70822

ВК-3/13

164

11.8

0.34

202

3860

2760

0.62

0.007

0.07

1.40

0.2

–5.5

0.70823

ВК-3/12

151

10.1

0.48

638

5024

3450

0.45

0.010

0.18

1.46

–0.2

–7.1

0.70818

ВК-3/10

104

1.4

0.53

130

158

743

0.08

0.010

0.18

0.21

–0.4

–8.6

0.70819

ВК-3/9

91

1.7

12.1

463

1024

130

0.22

0.424

3.56

7.88

–0.1

–10.0

ВК-3/8

81

 

0.1

–4.2

ВК-3/7

69

6.3

0.67

228

1733

577

1.83

0.014

0.40

3.00

–0.1

–3.8

ВК-3/6

57

 

0.0

–5.9

ВК-3/5

48

9.2

0.48

429

2589

1387

1.43

0.010

0.31

1.87

–0.3

–4.5

ВК-3/4

40

 

0.1

–5.2

ВК-3/3

31

 

0.8

–8.5

ВК-3/2

24

4.8

0.20

47

1276

4420

0.59

0.004

0.01

0.29

0.7

–4.6

0.70822

ВК-3/1

0

 

0.4

–5.4

Примечание. Положение образцов указано от основания разреза ВК-3 для северореченской свиты и от основания разреза ВН-15 для верхней части мутнинской свиты и сухореченской свиты.

 

Изотопный состав Sr изучен в 13 образцах известняков, охватывающих практически весь карбонатный интервал в верхней части северореченской свиты. Отношение 87Sr/86Sr в этих образцах лежит в узком интервале 0.70816–0.70826 (рис. 3в, 3г). Значения δ13С в карбонатных породах северореченской свиты также варьируют в узком диапазоне от –1.4 до +0.8‰ V-PDB и в целом близки к 0 (рис. 2, 3а). В доломитизированных образцах значения δ13С практически не отличаются от таковых в соседних известняках. Значения δ18O в большинстве образцов лежат в пределах –5…–8‰ V-PDB, при отклонениях до –10.1 и до –3.8‰. Пониженные значения δ18O отчетливо тяготеют к доломитизированным образцам (рис. 3б).

Сухореченская и мутнинская свиты. Карбонатные породы этого стратиграфического интервала представлены серыми и коричнево-серыми известняками с примесью зерен кварца и обломков пород песчано-алевритовой размерности. Известняки мелкозернистые, слоистые, биоламинитовые, иногда обломочные. Все 30 изученных образцов представлены известняками (Mg/Ca = 0.002–0.03). Содержание нерастворимого остатка высокое и составляет 4.7–20.5% для сухореченской свиты и 19.1–32.7% для мутнинской свиты (табл. 1, рис. 3б). Концентрация Mn в известняках варьирует от 78 до 770 мкг/г. Содержание Fe (1250–9920 мкг/г) в известняках коррелирует с количеством нерастворимого остатка. Это указывает на присутствие железа в оксидно-гидроксидной примеси. Содержания Sr в известняках (1493–2859 мкг/г) являются очень высокими в сравнении с докембрийскими осадочными карбонатными породами (Kuznetsov et al., 2013, 2017). Отношение Mn/Sr в известняках сухореченской свиты лежит в интервале 0.03–0.32, а в известняках мутнинской свиты равно 0.17–0.43 (табл. 1, рис. 3г). Отношение Fe/Sr в известняках сухореченской свиты составляет 0.5–3.0, а в известняках мутнинской свиты 3.3–4.1 (рис. 3в). Среди изученных известняков, двадцать пять образцов в полной мере удовлетворяют критериям сохранности С- и Sr-изотопных систем (Кузнецов и др., 2014).

Отношение 87Sr/86Sr в наименее измененных образцах сухореченской свиты варьирует от 0.70818 до 0.70828, а в одном образце из мутнинской свиты это отношение равно 0.70826 (рис. 2, 3в, 3г). Значения δ13С в известняках сухореченской свиты лежат в узком интервале между +1.0 и +2.0‰, что на 1–2‰ выше, чем в известняках нижележащей северореченской свиты (рис. 2, 3а). На границе сухореченской и мутнинской свит наблюдается отчетливое понижение δ13С до +0.7‰. Значения δ18O в известняках сухореченской и мутнинской свит лежат в интервале от –8.5 до –4.6‰ V-PDB, составляя в среднем около –6‰.

Таким образом, геохимические и изотопные характеристики карбонатных пород вороговской серии в сочетании с седиментологическими наблюдениями дают основание считать, что эти отложения формировались в обстановках прямой связи с открытым морем при солености, близкой к нормальной. Позднедиагенетическая перекристаллизация пород, за исключением отдельных интервалов доломитизации в нижней части разреза, не привела к изменению первичных С- и Sr-изотопных характеристик осадочных карбонатных пород. Значения δ13С в изученной осадочной последовательности лежат в пределах –1.4…+2.0‰ с отчетливым возрастанием вверх по разрезу (рис. 2). Изотопные отношения 87Sr/86Sr в трех свитах вороговской серии очень выдержанны и варьируют в достаточно узком диапазоне 0.70816–0.70828.

Pb–Pb ВОЗРАСТ КАРБОНАТНЫХ ПОРОД ВОРОГОВСКОЙ СЕРИИ

Изучение U–Pb систематики известняков проведено в восьми наименее измененных образцах из северореченской свиты и в девяти образцах из сухореченской свиты. Выбранные образцы удовлетворяют строгим геохимическим критериям (Mn/Sr < 0.2, Fe/Sr < 3), указывающим на отсутствие эпигенетической перекристаллизации известняков (Кузнецов и др., 2005, 2008). Концентрации Pb в образцах лежат в интервале 0.17–2.01 мкг/г, а U – 0.15–0.27 мкг/г (табл. 2), что согласуется с содержанием этих элементов в докембрийских осадочных карбонатных породах (Овчинникова и др., 1998, 2012; Семихатов и др., 2003; Kuznetsov et al., 2013). Отношение 206Pb/204Pb в известняках северореченской свиты незначительно выше, чем в известняках сухореченской свиты – 21.632–38.283 против 19.807–25.555. В отличие от этого, отношение 208Pb/204Pb в образцах северореченской свиты ниже, чем в образцах сухореченской свиты – 38.015–38.961 против 38.833–40.044. Это отражает небольшое различие в геохимических условиях формирования карбонатных осадков двух свит, что, в свою очередь, подтверждает разное время осадконакопления.

Рассчитанное значение возраста для известняков северореченской свиты равно 580 ± 40 млн лет (СКВО = 1.4), а для известняков сухореченской свиты 565 ± 90 млн лет (СКВО = 1.1). Высокая погрешность, особенно в случае пород сухореченской свиты, вызвана небольшой вариацией отношения 206Pb/204Pb в образцах (рис. 4).

 

Таблица 2. U–Pb данные для карбонатных пород вороговской серии

Номер образца

U,

мкг/г

Pb,

мкг/г

206Pb/ 204Pb

207Pb/ 204Pb

208Pb/ 204Pb

Сухореченская свита

ВН-15/2

0.691

23.651

15.899

39.669

ВН-15/6

0.759

22.532

15.842

40.044

ВН-15/12

0.270

0.723

21.933

15.800

38.833

ВН-15/18

0.186

1.043

22.220

15.808

38.592

ВН-15/22

0.224

1.338

21.248

15.759

38.861

ВН-15/30

0.196

0.498

25.555

16.022

39.127

ВН-15/34

0.209

1.295

20.767

15.738

39.015

ВН-15/39

0.257

2.010

19.807

15.681

39.079

ВН-15/58

-

0.768

23.113

15.868

39.218

Северореченская свита

ВК-3/2

0.234

0.362

38.283

16.728

38.961

ВК-3/12

0.192

0.466

25.190

15.948

38.015

ВК-3/13

0.148

0.666

24.278

15.883

38.660

ВК-3/14

0.207

1.119

21.632

15.737

38.222

ВК-3/18

33.233

16.408

38.715

ВК-3/19

0.175

0.642

26.805

16.038

38.661

ВК-3/22

0.234

0.171

38.028

16.709

38.892

ВК-3/24

28.421

16.155

38.236

Примечание. Средние погрешности измерения отношений 206Pb/204Pb и 207Pb/204Pb в серии соответствующих образцов и стандарта NIST SRM 981 для сухореченской свиты равны 0.070 и 0.080 соответственно, а для северореченской – 0.100 и 0.117 соответственно.

 

ВОЗРАСТНЫЕ ОГРАНИЧЕНИЯ  ВОРОГОВСКОЙ СЕРИИ

Полученные Pb–Pb возрасты осадочных известняков северореченской и сухореченской свит являются первыми прямыми датировками отложений вороговской серии. Даже с учетом ошибки определений, эти возрасты 580 ± 40 и 565 ± 90 млн лет исключают отнесение вороговской серии к рифею ОСШР (Семихатов и др., 2015) и криогению МСШ, верхняя возрастная граница которого составляет 635 млн лет. Неопределенность геохронологического возраста серии может быть существенно снижена на основании С- и Sr-изотопной хемостратиграфии карбонатных пород и с учетом возраста перекрывающих и подстилающих толщ.

 

Рис. 4. График отношений 207Pb/204Pb и 206Pb/204Pb для известняков северореченской (а) и сухореченской (б) свит.

 

Вороговская серия в нескольких разрезах с угловым несогласием перекрывается лебяжинской свитой, резко отличающейся своим доломитовым составом. Нами это несогласие наблюдалось в среднем течении р. Вороговка у устья р. Мал. Северная (Кочнев, Карлова, 2010). В приустьевой части р. Вороговка по правобережью р. Енисей угловое несогласие между вороговской серией и лебяжинской свитой описано М.А. Семихатовым (1962). В более южных разрезах, по рекам Исаковка, Столбовая и Нижняя Сурниха доломиты лебяжинской свиты залегают на различных уровнях вороговской серии (сухореченская и мутнинская свиты) без углового несогласия, но с несомненным перерывом (Семихатов, 1962; Сараев, 2015). Возраст основания лебяжинской свиты установлен по находкам в ее базальных слоях мелкораковинных остатков, встречающихся не ниже зоны Purella antiqua самой верхней части венда (Кочнев, Карлова, 2010; Гражданкин и др., 2015). Основание лебяжинской свиты и ее возрастных аналогов хорошо прослеживается вдоль всей южной окраины Сибирского кратона как уровень, с которого карбонатное осадконакопление становится преобладающим (Решения…, 1983; Сараев, 2015). Возраст этой границы близок к подошве томмотского яруса нижнего кембрия ОСШР и, скорее всего, не превышает 530–535 млн лет. Таким образом, отчетливая смена типа осадконакопления, сопровождающаяся несогласием, указывает на крупный перерыв между накоплением вороговской серии и началом формирования базальных отложений нижнего кембрия.

Большинство карбонатных разрезов венда (эдиакария) как Сибирского кратона, так и других регионов мира характеризуются крупными аномалиями изотопного состава углерода в карбонатных осадочных породах (Семихатов и др., 2004; Покровский и др., 2006, 2015; Halverson et al., 2010; Saltzman, Thomas, 2012). В частности, интервал 565–580 млн лет, к которому тяготеют полученные Pb–Pb возрасты вороговской серии, включает крупнейшую глобальную негативную С-изотопную аномалию Шурам-Вонока (Halverson et al., 2010). Околонулевые или слабо положительные значения δ13С более характерны для нижнего кембрия (рис. 5). Однако слабо положительные значения δ13С, зафиксированные в вороговской серии, наблюдаются и около 600 млн лет назад, а также непосредственно выше и ниже аномалии Шурам-Вонока, соответственно в интервалах 550–560 и 570–580 млн лет. Похожие значения δ13С наблюдаются в кембрии, но помещение в этот стратиграфический интервал вороговских карбонатов противоречит данным о достаточно длительном перерыве между лебяжинской свитой нижнего кембрия и верхними свитами вороговской серии.

Отсутствие крупных позитивных и негативных аномалий δ13С в разрезе вороговской серии в сочетании со свидетельствами высокой интенсивности осадконакопления приводит к важному выводу о том, что длительность формирования этой осадочной толщи не превышала 10–15 млн лет. В противном случае С-изотопные события венда, зафиксированные в разрезах юго-восточной части Сибирского кратона (Семихатов и др., 2004; Покровский и др., 2006, 2015), также имели бы отражение в отложениях вороговской серии, которая формировалась в обстановках открытого шельфа и в связи с Мировым океаном.

Другой возможный вариант интерпретации С-изотопных данных заключается в том, что нижнюю часть разреза вороговской серии можно принять как лежащую ниже С-изотопной аномалии Шурам-Вонока, а верхнюю часть в объеме сухореченской свиты отнести к уровню, лежащему выше этой аномалии. В этом случае длительность накопления всей серии может достигать 40–50 млн лет. Однако против этого свидетельствуют данные стронциевой изотопной хемостратиграфии. Значения 87Sr/86Sr около 0.7081–07083 наблюдаются в эдиакарских (вендских) морских карбонатных осадочных породах моложе 580 млн лет в нескольких возрастных интервалах. В частности, такие значения могут встречаться как в средней части эдиакария (около 580 млн лет), так и в конце эдиакарского периода (560–541 млн лет). Кроме того, близкие к полученным отношения 87Sr/86Sr известны в томмотском ярусе ОСШР или в ярусе 2 (Stage 2) МСШ (Семихатов и др., 2003; Покровский и др., 2006; Halverson et al., 2010; Kuznetsov et al., 2013, 2017). В более молодых морских карбонатных осадках отношение 87Sr/86Sr возрастает до 0.7083–0.7090 (Кузнецов и др., 2014) и понижается до 0.7081–0.7082 только в позднем ордовике. Ордовикские отложения на западе Сибирской платформы хорошо изучены, отделены от докембрийских отложений мощной (до нескольких километров) осадочной последовательностью кембрия, поэтому корреляцию с ними вороговской серии можно исключить (Государственная…, 2010). Точно так же приходится исключить томмотский возраст вороговской серии, поскольку этот стратиграфический уровень на северо-западе Енисейского кряжа представлен лебяжинской свитой (см. выше). Таким образом, анализ Sr-хемостратиграфических данных показывает, что наиболее вероятный возраст отложений вороговской серии может быть оценен как пограничный между ранним и поздним вендом ОСШР – 580–555 млн лет. Однако с учетом С-изотопных данных оценка может быть сдвинута к верхней части этого интервала – 560–555 млн лет.

Среди других данных о возрасте вороговской серии необходимо упомянуть находки органостенных микрофоссилий в тонкообломочных отложениях средней части северореченской свиты и верхней части мутнинской свиты, а также находки известковых водорослей и возможной скелетной проблематики в верхней части северореченской свиты (разрез ВК-3) (Постников и др., 2008). Большинство из указанных форм микрофоссилий являются проходящими из рифея, однако часть из них появляется в позднем венде, что не противоречит хемостратиграфическим и геохронологическим выводам. То же самое можно сказать о микробиалитах и проблематичных скелетных остатках (Семихатов, 1962;  Постников и др., 2008), поскольку среди них нет таких, которые однозначно ограничивали бы возраст вмещающих отложений немакит-далдынским горизонтом или кембрием ОСШР.

 

Рис. 5. Оценка возраста вороговской серии по изотопно-геохимическим данным. Серое поле – средние значения δ13С по (Saltznman, Thomas, 2012). Пунктирная линия – средние значения 87Sr/86Sr по (Кузнецов и др., 2014). Стрелками показаны возможные положения вороговской серии на сводных кривых.

 

Полученные нами оценки возраста вороговской серии согласуются с результатами датирования обломочных цирконов. Так, возраст самого молодого кластера из базальных слоев северореченской свиты составляет 584 ± 3 млн лет (Вишневская и др., 2017). Таким образом, по всему комплексу геологических данных возраст вороговской серии может быть ограничен интервалом 580–555 млн лет. Отложения серии формировались в позднем венде после оледенения Гаскье (580 млн лет назад) и после позднеэдиакарского С-изотопного события Шурам-Вонока. Более вероятно, что отложение всей серии происходило между 550 и 560 млн лет назад, а длительность ее формирования не превышала 10–15 млн лет.

РЕГИОНАЛЬНАЯ КОРРЕЛЯЦИЯ И ТЕКТОНИКА

В пределах Сибирской платформы отложения с возрастом около 550–560 млн лет с определенной степенью условности относятся к тирскому региональному горизонту (Стратиграфия…, 2005) либо соответствуют перерыву между тирским и даниловским горизонтами внутренних районов платформы. Карбонатные отложения улунтуйской свиты байкальской серии Прибайкалья, Pb–Pb возраст которых равен 560 ± 30 млн лет (Kuznetsov et al., 2013), не являются стратиграфическими аналогами вороговской серии, поскольку отличаются по составу, мощности и высоким значениям δ13С (+5…+7‰; Хабаров, Пономарчук, 2005). Вероятными возрастными аналогами вороговской серии могут являться старореченская свита Прианабарья (около 560 млн лет; Горохов и др., 2010) или усть-юдомская свита Учуро-Майского региона (550 ± 20 млн лет; Семихатов и др., 2003). Однако значения δ13С в карбонатных породах названных свит заметно ниже (–4…0‰; Kaufman et al., 1996; Семихатов и др., 2004), чем в вороговской серии. Корреляция старореченской свиты с тирским горизонтом на основе их положения в разрезе и близкого состава практически не вызывает сомнений (Стратиграфия…, 2005; Голубкова и др., 2010). Тирский горизонт на Сибирской платформе отвечает эпохе низкого стояния уровня моря. В это время во внутренних ее частях появились изолированные бассейны с повышенной соленостью и отложением эвапоритов (Мельников, 2018), одновременно в краевых прогибах на юге накапливались мощные терригенные толщи за счет активного сноса кластического материала с внешних орогенов вдоль юго-западной окраины Сибирского кратона (Верниковский и др., 2009). Подобные обстановки осадконакопления отличаются от реконструированных для вороговской серии (Sovetov, LeHeron, 2016), которая отлагалась в условиях нормальной солености и более высоких скоростей седиментации.

 

Рис. 6. Схема корреляции вендских отложений Енисейского кряжа. Сhn – чингасанская серия, Форт. – фортунский ярус, Кембр. – кембрий, Нижн. – нижний, Нем.-далд. – немакит-далдынский ярус, Томм. – томмотский ярус. Названия свит приведены без слова “свита”.

 

Возможная корреляция вороговской серии с другими вендскими осадочными последовательностями краевых прогибов юго-запада Сибирской платформы (рис. 6) показывает, что, несмотря на их соседство в современной тектонической структуре Енисейского кряжа, эти толщи формировались в осадочных бассейнах, слабо или не сообщавшихся между собой на ранних стадиях заполнения. Сопоставление вороговской серии с чингасанской серией Тейско-Чапского прогиба, предлагавшееся ранее (Хоментовский, 2007; Государственная…, 2010), вряд ли может быть приемлемо, так как чингасанская серия по геохронологическим и изотопно-геохимическим данным имеет возраст не моложе 670–750 млн лет (Ножкин и др., 2007; Покровский и др., 2012; Priyatkina et al., 2016). Подъемская свита чапской серии характеризуется умеренно отрицательными значениями δ13С и минимальным отношением 87Sr/86Sr 0.7076, позволяющими относить ее к раннему венду (Покровский и др., 2012), что также древнее вороговской серии. В расположенном южнее Нижнеангарском прогибе на нижнем протерозое–рифее с несогласием залегает тасеевская серия, которая, судя по минимальным возрастам обломочных цирконов, моложе 600 млн лет (Вишневская и др., 2015). В средней части тасеевской серии из прослоев осадочных биоламинитовых доломитов получены значения δ13С –8…–12‰, позволяющие сопоставлять этот уровень с жуинской серией Патомского прогиба и с глобальной негативной С-изотопной аномалией Шурам-Вонока (Кочнев и др., 2016). И в Тейско-Чапском, и в Нижнеангарском прогибах осадконакопление, в отличие от Вороговского авлакогена, продолжалось относительно непрерывно вплоть до начала кембрия (островная, иркинеевская, лебяжинская свиты). Таким образом, развитие осадочных систем в краевых прогибах в основном определялось локальной тектонической обстановкой и лишь в периоды высокого стояния уровня моря – влиянием эвстатических колебаний.

В свете полученных свидетельств поздневендского возраста вороговской серии не исключено, что ее возможные стратиграфические и фациальные аналоги вблизи западной окраины Сибирского кратона следует искать на юго-востоке Западно-Сибирской плиты (рис. 6). Например, в Предъенисейском осадочном бассейне описаны мощные, преимущественно карбонатные толщи позднего венда и кембрия (Конторович и др., 2008; Гражданкин и др., 2015). В частности, на западном продолжении Вороговского прогиба в скв. Восток-3 к позднему венду отнесены преимущественно доломитовые пойгинская и котоджинская свиты, содержащие в том числе сходный с вороговской серией комплекс микробиалитов (Гражданкин и др., 2015). С другой стороны, отложения котоджинской и особенно пойгинской свит формировались в обстановках стабильного шельфа и передового склона на удалении от источников силикокластического материала, основным поставщиком которого в это время мог служить Енисейский кряж. Ввиду отсутствия опубликованных данных по изотопным характеристикам вендских карбонатных отложений, вскрытых в скв. Восток-3, более детальная корреляция этих толщ с вороговской серией северо-запада Енисейского кряжа пока не представляется возможной.

ВЫВОДЫ

  1. Большинство карбонатных пород северореченской, мутнинской и сухореченской свит представлено известняками, а терригенная примесь состоит из обломков кварца и полевых шпатов. Высокие содержания стронция и низкие отношения Mn/Sr и Fe/Sr, отсутствие корреляции между δ13С и δ18O указывают на то, что карбонаты не имеют значимых эпигенетических изменений и пригодны для оценки первичных изотопных характеристик осадочного бассейна.
  2. Значение δ13С в известняках верхней части северореченской свиты колеблются между –1‰ и +1‰ V-PDB. В нижней части мутнинской свиты значения δ13С составляют +0.3…+1‰, несколько возрастая в сухореченской свите до +1.7…+2‰. Значения δ18O в известняках вороговской серии изменяются в пределах –10…–3‰ V-PDB, что характерно для слабоизмененных карбонатных осадочных пород позднего докембрия. Отношения 87Sr/86Sr в известняках вороговской серии лежат в узких пределах 0.70816–0.70826.
  3. Первые прямые Pb–Pb определения возраста известняков вороговской серии показывают, что возраст карбонатных осадков северореченской свиты равен 580 ± 40 млн лет, а сухореченской свиты 565 ± 90 млн лет. Даже с учетом аналитической погрешности вороговская серия относится к венду ОСШР или к эдиакарию МСШ.
  4. Полученные геохронологические данные в сочетании с C- и Sr- хемостратиграфическими исследованиями и с анализом геологических данных позволяют сделать вывод о том, что отложения вороговской серии сформировались за относительно короткое время, не превышающее 10–15 млн лет. Наиболее вероятно, что формирование этой осадочной последовательности происходило 555–560 млн лет назад, что отвечает позднему венду ОСШР.
  5. Вороговский прогиб формировался как авлакоген, осадочные системы которого имели ряд особенностей: большая мощность, высокие скорости седиментации, преимущественно известняковый состав карбонатных пород и нормальная соленость. Это своеобразие коренным образом отличает Вороговский прогиб от одновозрастных краевых прогибов юго-западной и южной окраины Сибирской платформы и указывает на существенное влияние локальных тектонических условий на строение и состав развитых здесь осадочных последовательностей, по сравнению с эвстатическими колебаниями.

Источники финансирования. Тематика исследований скоординирована с Программой фундаментальных научных исследований РАН № 19 (темы №№ 0153-2018-0009, 0135-2016-0017 и 331-2016-021). Изучение изотопного состава Sr и определение Pb–Pb изохронного возраста карбонатных пород проведено при поддержке гранта РФФИ № 17-05-00418. Изучение изотопного состава С и О осуществлялось в соответствии с планом НИР ГИН РАН и при поддержке гранта РФФИ № 16-05-00487. Геохимическое изучение карбонатных пород проведено при поддержке гранта РНФ № 17-17-01241. Химический анализ карбонатных пород проведен с использованием оборудования РЦ МАСВ Научного парка СПбГУ.

B. B. Kochnev

Trofimuk Institute of Petroleum Geology and Geophysics SB RAS; Novosibirsk State University

Author for correspondence.
Email: KochnevBB@ipgg.sbras.ru

Russian Federation, Novosibirsk

A. B. Kuznetsov

Institute of Precambrian Geology and Geochronology RAS

Email: KochnevBB@ipgg.sbras.ru

Russian Federation, Saint-Petersburg

B. G. Pokrovsky

Geological Institute RAS

Email: KochnevBB@ipgg.sbras.ru

Russian Federation, Moscow

D. R. Sitkina

Institute of Precambrian Geology and Geochronology RAS

Email: KochnevBB@ipgg.sbras.ru

Russian Federation, Saint-Petersburg

Z. B. Smirnova

Institute of Precambrian Geology and Geochronology RAS

Email: KochnevBB@ipgg.sbras.ru

Russian Federation, Saint-Petersburg

  1. Верниковский В.А., Казанский А.Ю., Матушкин Н.Ю. и др. Геодинамическая эволюция складчатого обрамления и западная граница Сибирского кратона в неопротерозое: геолого-структурные, седиментологические, геохронологические и палеомагнитные данные // Геология и геофизика. 2009. Т. 50. № 4. С. 502–519.
  2. Вишневская И.А., Летникова Е.Ф., Прошенкин А.И. и др. Изотопная стратиграфия карбонатных пород шунтарской свиты Енисейского кряжа и U–Pb датирование детритовых цирконов из подстилающих и перекрывающих отложений // Эволюция осадочных процессов в истории Земли. Материалы 8-го Всероссийского литологического совещания (Москва, 27–30 октября 2015 г.). М.: РГУ нефти и газа им. М.И. Губкина, 2015. Т. II. С. 34–36.
  3. Вишневская И.А., Летникова Е.Ф., Прошенкин А.И. и др. Вороговская серия венда Енисейского кряжа: хемостратиграфия и данные U–Pb-датирования детритовых цирконов // Докл. АН. 2017. Т. 476. № 3. С. 311–315.
  4. Голубкова Е.Ю., Раевская Е.Г., Кузнецов А.Б. Нижневендские комплексы микрофоссилий Восточной Сибири в решении стратиграфических проблем региона // Стратиграфия. Геол. корреляция. 2010. Т. 18. № 4. С. 3–27.
  5. Горохов И.М., Семихатов М.А., Турченко Т.Л. и др. Rb–Sr геохронология вендских аргиллитов старореченской свиты (Анабарский массив, Северная Сибирь) // Стратиграфия. Геол. корреляция. 2010. Т. 18. № 5. С. 16–27.
  6. Государственная геологическая карта Российской Федерации масштаба 1:1 000 000 (третье поколение). Серия Ангаро-Енисейская. Лист Р-46 – Северо-Енисейский. Объяснительная записка. СПб.: Картографическая фабрика ВСЕГЕИ, 2010. 470 с.
  7. Гражданкин Д.В., Конторович А.Э., Конторович В.А. и др. Венд Предъенисейского осадочного бассейна (юго-восток Западной Сибири) // Геология и геофизика. 2015. Т. 56. № 4. С. 718–734.
  8. Качевский Л.К., Качевская Г.И., Грабовская Ж.М. и др. Геологическая карта Енисейского кряжа масштаба 1:500 000. Ред. Мкртычьян А.К., Шерман М.Л. Красноярск: Красноярскгеолсъемка, 1998.
  9. Контоpович А.Э., Ваpламов А.И., Гpажданкин Д.В. и др. Разрез венда восточной части Западно-Сибирской плиты (по материалам бурения параметрической скважины Восток-3) // Геология и геофизика. 2008. Т. 49. № 12. С. 1238–1247.
  10. Кочнев Б.Б., Карлова Г.А. Новые данные по биостратиграфии немакит-далдынского яруса венда юга Сибирской платформы // Стратиграфия. Геол. корреляция. 2010. Т. 18. № 5. С. 28–41.
  11. Кочнев Б.Б., Покровский Б.Г., Кузнецов А.Б. Изотопно-геохимическая характеристика, корреляция и возраст чистяковской свиты венда юга Енисейского кряжа // Корреляция алтаид и уралид: магматизм, метаморфизм, стратиграфия, геохронология, геодинамика и металлогения. Материалы 3-й Международной научной конференции. Новосибирск: ИГМ СО РАН, 2016. С. 109–110.
  12. Кузнецов А.Б., Овчинникова Г.В., Крупенин М.Т. и др. Формирование и преобразование карбонатных пород и сидеритовых руд бакальской свиты нижнего рифея (Южный Урал): Sr-изотопная характеристика и Pb–Pb возраст // Литология и полезн. ископаемые. 2005. № 3. С. 227–249.
  13. Кузнецов А.Б., Овчинникова Г.В., Семихатов М.А. и др. Sr изотопная характеристика и Pb–Pb возраст карбонатных пород саткинской свиты, нижнерифейская бурзянская серия Южного Урала // Стратиграфия. Геол. корреляция. 2008. Т. 16. № 2. C. 16–34.
  14. Кузнецов А.Б., Семихатов М.А., Горохов И.М. Возможности стронциевой изотопной хемостратиграфии в решении проблем стратиграфии верхнего протерозоя (рифея и венда) // Стратиграфия. Геол. корреляция. 2014. Т. 22. № 6. С. 3–25.
  15. Кузьмичев А.Б., Падерин И.П., Антонов А.В. Позднерифейский Борисихинский офиолитовый массив (Енисейский кряж): U–Pb возраст и обстановка формирования // Геология и геофизика. 2008. Т. 49. № 12. С. 1175–1188.
  16. Лиханов И.И., Ножкин А.Д. Геохимия, обстановки формирования и возраст метавулканитов Исаковского террейна Енисейского кряжа – индикаторы ранних этапов эволюции Палеоазиатского океана // Геохимия. 2018. № 4. С. 308–320.
  17. Мельников Н.В. Венд-кембрийский соленосный бассейн Сибирской платформы (стратиграфия, история развития). Изд. 2-е, доп. Новосибирск: СНИИГГиМС, 2018. 177 с.
  18. Николаев И.Г. Годовой отчет о геологических исследованиях в северо-западной части Енисейского горного округа за 1923 г. // Изв. Сиб. отд. Геол. комитета. 1924. Т. 3. Вып. 5.
  19. Ножкин А.Д., Постников А.А., Наговицин К.Е. и др. Чингасанская серия неопротерозоя Енисейского кряжа: новые данные о возрасте и условиях формирования // Геология и геофизика. 2007. Т. 48. № 12. С. 1307–1320.
  20. Подковыров В.Н., Семихатов М.А., Кузнецов А.Б. и др. Изотопный состав карбонатного углерода в стратотипе верхнего рифея (каратавская серия Южного Урала) // Стратиграфия. Геол. корреляция. 1998. Т. 6. № 4. С. 3–19.
  21. Покровский Б.Г., Буякайте М.И. Геохимия изотопов С, О и Sr в неопротерозойских карбонатах юго-западной части Патомского палеобассейна, юг Средней Сибири // Литология и полезн. ископаемые. 2015. № 2. С. 159–186.
  22. Покровский Б.Г., Мележик В.А., Буякайте М.И. Изотопный состав С, О, Sr и S в позднедокембрийских отложениях патомского комплекса, Центральная Сибирь. Сообщение 1. Результаты, изотопная стратиграфия и проблемы датирования // Литология и полезн. ископаемые. 2006. № 5. С. 1–26.
  23. Покровский Б.Г., Буякайте М.И., Кокин О.В. Геохимия изотопов С, О, Sr и хемостратиграфия неопротерозойских отложений севера Енисейского кряжа // Литология и полезн. ископаемые. 2012. № 2. С. 197–220.
  24. Постников А.А., Терлеев А.А., Кузнецов А.Б. и др. Вороговская серия Енисейского кряжа (новые геологические и изотопно-геохимические данные) // Геодинамическая эволюция литосферы Центрально-Азиатского складчатого пояса (от океана к континенту). Материалы совещания. Вып. 6. Иркутск: ИЗК СО РАН, 2008. Т. 2. С. 53–55.
  25. Решения Всесоюзного стратиграфического совещания по докембрию, палеозою и четвертичной системе Средней Сибири. Часть 1 (верхний протерозой и нижний палеозой). Новосибирск: СНИИГГиМС, 1983. 215 с.
  26. Сараев С.В. Литолого-фациальная характеристика усольской свиты (нижний кембрий) и ее возрастных аналогов Предъенисейского осадочного бассейна Западной Сибири // Геология и геофизика. 2015. Т. 56. № 6. С. 1173–1188.
  27. Семихатов М.А. Рифей и нижний кембрий Енисейского кряжа. М.: Изд-во АН СССР, 1962. 242 с.
  28. Семихатов М.А., Овчинникова Г.В., Горохов И.М. и др. Pb–Pb изохронный возраст и Sr-изотопная характеристика верхнеюдомских карбонатных отложений (венд Юдомо-Майского прогиба, Восточная Сибирь) // Докл. АН. 2003. Т. 393. № 1. С. 83–87.
  29. Семихатов М.А., Кузнецов А.Б., Подковыров В.Н. и др. Юдомский комплекс стратотипической местности: С-изотопные хемостратиграфические корреляции и соотношение с вендом // Стратиграфия. Геол.корреляция. 2004. Т. 12. № 5. С. 3–28.
  30. Семихатов М.А., Кузнецов А.Б., Чумаков Н.М. Изотопный возраст границ общих стратиграфических подразделений верхнего протерозоя (рифея и венда) России: эволюция взглядов и современная оценка// Стратиграфия. Геол. корреляция. 2015. Т. 23. № 6. С. 16–27.
  31. Советов Ю.К., Благовидов В.В. Шельфовое осадконакопление на поздней стадии развития Вороговского прогиба (Енисейский кряж) // Геология и геофизика. 1996. Т. 37. № 4. С. 45–51.
  32. Стратиграфический кодекс России. Издание 3-е. СПб.: Изд-во ВСЕГЕИ, 2006. 96 с.
  33. Стратиграфия нефтегазоносных бассейнов Сибири. Рифей и венд Сибирской платформы и ее складчатого обрамления. Ред. Мельников Н.В. Новосибирск: Гео, 2005. 428 с.
  34. Овчинникова Г.В., Васильева И.М., Семихатов М.А. и др. U–Pb систематика карбонатных пород протерозоя: инзерская свита стратотипа верхнего рифея (Южный Урал) // Стратиграфия. Геол. корреляция. 1998. Т. 6. № 4. С. 20–31.
  35. Овчинникова Г.В., Кузнецов А.Б., Васильева И.М. и др. U–Pb возраст и Sr-изотопная характеристика надтиллитовых известняков неопротерозойской цаганоломской свиты, бассейн р. Дзабхан, Западная Монголия // Стратиграфия. Геол. корреляция. 2012. Т. 20. № 6. С. 28–40.
  36. Хабаров Е.М., Пономарчук В.А. Изотопы углерода в верхнерифейских отложениях байкальской серии Западного Прибайкалья: стратиграфические следствия // Геология и геофизика. 2005. Т. 46. № 10. С. 1019–1037.
  37. Хоментовский В.В. Верхний рифей Енисейского кряжа // Геология и геофизика. 2007. Т. 48. № 9. С. 921–933.
  38. Хоментовский В.В., Шенфиль В.Ю., Якшин М.С., Бутаков Е.П. Опорные разрезы отложений верхнего докембрия и нижнего кембрия южной окраины Сибирской платформы. М.: Наука, 1972. 356 с.
  39. Halverson G.P., Wade B.P., Hurtgen M.T., Barovich K.M. Neoproterozoic chemostratigraphy // Precambrian Res. 2010. V. 182. P. 337–350.
  40. Kaufman A.J., Knoll A.H., Semikhatov M.A. et al. Integrated chronostratigraphy of Proterozoic–Cambrian boundary beds in the western Anabar region, northern Siberia // Geol. Magazine. 1996. V. 133. P. 509–533.
  41. Kuzmichev A.B., Sklyarov E.V. The Precambrian of Transangaria, Yenisey Ridge (Siberia): Neoproterozoic microcontinent, Grenville-age orogen, or reworked margin of the Siberian Craton? // J. Asian Earth Sci. 2016. V. 115. P. 419–441.
  42. Kuznetsov A.B., Ovchinnikova G.V., Gorokhov I.M. et al. Age constraints on the Neoproterozoic Baikal Group from combined Sr isotopes and Pb–Pb dating of carbonates from the Baikal type section, southeastern Siberia // J. Asian Earth Sci. 2013. V. 62. P. 51–66.
  43. Kuznetsov A.B., Bekker A., Ovchinnikova G.V. et al. Unradiogenic strontium and moderate-amplitude carbon isotope variations in early Tonian seawater after the assembly of Rodinia and before the Bitter Springs Excursion // Precambrian Res. 2017. V. 298. P. 157–173.
  44. Ludwig K.R. User’s manual for Isoplot/Ex, version 3.00, a geochronological toolkit for Microsoft Excel // Berkeley Geochronology Center. Spec. Publ. 2003. № 4. 72 p.
  45. Priyatkina N., Khudoley A.K., Collins W.J. et al. Detrital zircon record of Meso- and Neoproterozoic sedimentary basins in northern part of the Siberian Craton: characterizing buried crust of the basement // Precambrian Res. 2016. V. 285. P. 21–38.
  46. Saltzman M.R., Thomas E. Carbon isotope stratigraphy // The Geologic Time Scale. V. 1. Elsevier, 2012. P. 207–232.
  47. Sovetov J.K., Le Heron D. Birth and evolution of a Cryogenian basin: glaciation, rifting and sedimentation in the Vorogovka Basin, Siberia // Sedimentology. 2016. V. 63. P. 498–522.

Supplementary files

Supplementary Files Action
1. Fig. 1. Fragment of the geological map of the north-western part of the Yenisei Ridge and the location of the studied sections in the lower reaches of the r. Vorogovka (Kachevsky et al., 1998, with additions). 1 - sedimentary and intrusive-metamorphic formations of Riphean; 2–4 - the Vorogovskaya series: 2 - the North Korechenskaya suite, 3 - the Mutninskaya suite, 4 - the Sukhorechenskaya suite; 5 - sediments of the upper Vendian and Cambrian (Lebyazhinsk suite and Evenki series); 6 - Mesozoic and Cenozoic deposits; 7 - tectonic disturbances; 8 - the position of the studied cuts: a - the mouth part of the river. Vorogovka, b - p. Vorogovka above the mouth of the river. Mutnina. View (408KB) Indexing metadata
2. Fig. 2. Lithological column and isotope-geochemical characteristics of deposits of the Vorogovsky series in the lower reaches of the river. Vorogovka. 1 - limestone; 2 - dolomites; 3 - conglobreccia; 4 - conglomerates and gravelites; 5 - sandstones; 6 — siltstone; 7 — mudstones; 8 - Oolitic carbonate rocks; 9 - biolaminite carbonate rocks; 10 - deposits of the Kutukas series of the Upper Riphean. mt - Mutninskaya suite, svr - North Korechenskaya suite View (255KB) Indexing metadata
3. Fig. 3. Relations δ13С – δ18O, Mg / Ca – δ18O, Fe / Sr –87Sr / 86Sr, and Mn / Sr – 87Sr / 86Sr for carbonate sedimentary rocks of the Vorogovskaya series. 1 - North Korechenskaya Formation, limestone; 2 - North Korechenskaya Formation, dolomites; 3 - Mutninskaya suite; 4 - Sukhorechenskaya suite. View (63KB) Indexing metadata
4. Fig. 4. The graph of the 207Pb / 204Pb and 206Pb / 204Pb relations for the Severkorechenskaya (a) and Sukhorechenskaya (b) suite limestones. View (35KB) Indexing metadata
5. Fig. 5. Estimation of the age of the Vorogovskaya series using isotope-geochemical data. The gray field is the average δ13С values according to (Saltznman, Thomas, 2012). The dashed line is the mean values of 87Sr / 86Sr (Kuznetsov et al., 2014). The arrows indicate the possible positions of the Vorogovskaya series on pivotal curves. View (66KB) Indexing metadata
6. Fig. 6. The correlation scheme of the Vendian sediments of the Yenisei Ridge. Сhn - Chingassan series, Fort. - Fortune tier, Cambrian. - Cambrian, Lower. - lower, Nem-dald. - Nemakit-Daldinsky stage, Tomm. - Tomot tier. The names of the suites are given without the word “suite”. View (125KB) Indexing metadata

Views

Abstract - 26

PDF (Russian) - 20

Cited-By


PlumX

Refbacks

  • There are currently no refbacks.

Copyright (c) 2019 Russian academy of sciences

This website uses cookies

You consent to our cookies if you continue to use our website.

About Cookies