О некоторых проблемах состязательности на досудебных стадиях уголовного судопроизводства, в том числе связанных с участием в деле лиц, обладающих публично-правовой неприкосновенностью
- Авторы: Романенко НВ1
-
Учреждения:
- Уральский государственный юридический университет
- Выпуск: Том 3, № 2 (2016)
- Страницы: 232-237
- Раздел: Статьи
- URL: https://journals.eco-vector.com/2410-7522/article/view/18190
- DOI: https://doi.org/10.17816/RJLS18190
- ID: 18190
Цитировать
Полный текст
Аннотация
В статье рассматриваются особенности реализации принципа состязательности на досудебных стадиях производства по уголовному делу. Проблемные моменты акцентируются на ситуациях с участием в деле лиц, обладающих публично-правовой неприкосновенностью.
Ключевые слова
Полный текст
У головное судопроизводство России, как и лю- бое другое судопроизводство, объявлено со- стязательным в силу ч. 3 ст. 123 Конституции РФ. Возведение состязательности в ранг конститу- ционного принципа является одним из следствий горизонтального разделения властей, выделения судебной власти в самостоятельную ветвь, наделе- ния ее гарантиями независимости и освобождения от какой-либо официальной идеологии. Воспроиз- веденный в ст. 15 Уголовно-процессуального кодекса РФ1, этот принцип придал нормативную силу теории разделения процессуальных функций в уголовном судопроизводстве: «Функции обвинения, защиты и разрешения уголовного дела отделены друг от друга и не могут быть возложены на один и тот же орган или одно и то же должностное лицо. Суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты. Суд созда- ет необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав». Заметим, что такое положение в отечествен- ном уголовном судопроизводстве существовало далеко не всегда: до периода судебных реформ 1864 г. уголовное производство традиционно рас- сматривалось как производство полицейское, следственное, направленное на поиск и установ- ление изобличающей доказательственной базы, а потому состязательность со стороной защиты, которая старалась помешать следователю осу- ществлять все необходимые процессуальные дей- ствия, в этом процессе считалась недопустимой2. 1 Уголовно-процессуальный кодекс РФ от 18 декабря 2001 г. № 174-ФЗ (далее - УПК РФ). 2 Великая реформа: к 150-летию Судебных уставов: в 2 т. Т. II: Устав уголовного судопроизводства / под ред. Л.В. Го- ловко. М.: Юстицинформ, 2014. СПС «Гарант». Закрепленный в Уставе уголовного судопроиз- водства 1864 г., принцип состязательности был ис- ключен из советского уголовно-процессуального законодательства вследствие смены экономиче- ской формации, стоящих перед государством задач и новой идеологии, подчиненной идеям уничто- жения всякой эксплуатации человека человеком, полного устранения деления общества на классы и водворения социализма3. Борьба с преступностью в таких условиях была приоритетным направлени- ем государства, а потому ее обязаны были вести все без исключения правоохранительные органы, в т.ч. и суд, а рядовые граждане - помогать им в этом. В частности, на суд, наряду с прокурором, следова- телем и органами дознания, была возложена обя- занность в пределах своей компетенции возбудить уголовное дело в каждом случае обнаружения при- знаков преступления, принять все предусмотрен- ные законом меры кустановлению события престу- пления, лиц, виновных в совершении преступле- ния, и к их наказанию. При производстве уголов- ного дела суд, равно как и органы дознания, следо- ватель и прокурор, был обязан выявлять причины и условия, способствовавшие совершению престу- пления, и принимать меры к их устранению. Отказ прокурора от обвинения не освобождал суд от обя- занности продолжать разбирательство дела и раз- решить на общих основаниях вопрос о виновности или невиновности подсудимого4. Как справедливо отмечается Н.В. Азаренком, «это было обусловле- но высокой социальной целью, поставленной пар- тией перед системой правоохранительных орга- 3 Ст. 3, 7, 9 Конституции РСФСР 1918 г. // Чистяков О.И. Конституция РСФСР 1918 г. 2-е изд., перераб. М.: Зер- цало-М, 2003. СПС «Гарант». 4 Ст. 3, 21, 248 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР от 27 октября 1960 г. нов, - ликвидировать преступность. Ее достиже- ние требовало от общества и государства макси- мальной концентрации и слаженности, … следова- тель и судья работали в единой “связке”, каждый на своем этапе производства был полноправным “хо- зяином” уголовного дела. Борьба с преступностью в форме розыска позволяла государству контролиро- вать данное социальное явление и сдерживать его в разумных пределах»5. Начало «второй жизни» состязательности в уголовном судопроизводстве России было зало- жено Концепцией судебной реформы 1992 г., кото- рая переориентировала главную цель уголовного судопроизводства с искоренения преступности на защиту прав и свобод человека (впоследствии эта цель была поставлена во главу угла новой Консти- туции РФ 1993 г.). Организация судопроизводства на принципах состязательности, равноправия сторон, презумпции невиновности подсудимого была провозглашена в качестве одного из важней- ших направлений судебной реформы6. Говоря о содержании состязательности, мы должны отметить, что ряд ученых7 включают в число его обязательных условий равноправие сторон. Не отрицая очевидной взаимообуслов- ленности указанных принципов, полагаем, од- нако, что каждый из них имеет самостоятельное процессуальное содержание. Вполне возможно бессостязательное равноправие сторон, а также состязание равного участника уголовного судо- производства с неравным, когда одна из сторон имеет ряд количественных или качественных преимуществ, льгот и преференций в процессу- альном статусе. Отсюда вполне справедливым видится мнение о том, что «состязательность воз- можна и при отсутствии принципа равноправия либо его ущербности… но какая это будет состя- зательность? При отсутствии равноправия сто- рон состязательность будет ущербной»8. То есть оба этих принципа могут существовать вне зави- симости один от другого, хотя в идеале, конечно же, должны присутствовать одновременно. В числе же обязательных условий, необходимых для возможности реализации принципа состяза- 5 Азаренок Н.В. К вопросу о типе современного рос- сийского уголовного процесса. Российский юридический журнал. № 3. 2010, май-июнь. 6 Пункт 3 Постановления Верховного Совета РСФСР от 24 октября 1991 г. № 1801-1 «О Концепции судебной рефор- мы в РСФСР». 7 См., напр.: Гуев А.Н. Постатейный комментарий к Уго- ловно-процессуальному кодексу РФ. Специально для си- стемы ГАРАНТ, 2010. СПС «Гарант»; Комментарий к Уго- ловно-процессуальному кодексу РФ / отв. ред. Д.Н. Козак, тельности в уголовном процессе, можно выделить, по крайней мере, два. Во-первых, «триединство» участников, т.е. наличие двух противоборствующих сторон перед третьей, разрешающей их спор: «поле- мика хороша тогда, когда есть кто-то третий, который может ее оценить и высказаться относительно право- ты доводов одной и другой стороны»9. Во-вторых, для реализации состязательности необходима бес- пристрастность, незаинтересованность этой самой третьей стороны, отсутствие у нее какой-либо другой функции, кроме функции разрешения уголовно-пра- вового спора, а отсюда - ее определенная пассив- ность в проведении следствия. Как справедливо было отмечено И.Л. Петрухиным, «активная роль суда в исследовании доказательств - достояние инквизи- ционного процесса. В состязательном же судопроиз- водстве исследование доказательств производят сто- роны, а судья лишь следит, чтобы при этом не нару- шался процессуальный регламент»10. «Следственное начало, в отличие от состязательного, состоит в том, что … судья можетсовершитьопределенныедействия в рамках производства по уголовному делу независи- мо от инициативы какой-либо из сторон, он полно- стью самостоятелен»11. УПК РФ приводит определение понятия сто- рон в п. 45 ст. 5, наделяя их противоборствующими конкурирующими функциями обвинения и защи- ты, и раскрывает состав их участников в гл. 6 и 7. Процессуальное положение третьего участника - суда - регламентировано в гл. 5. Эти нормы логич- но соответствуют положениям о состязательности, закрепленным в ст. 15 УПК РФ, однако характеризу- ют в полной мере лишь судебные стадии уголовно- го судопроизводства. Во-первых, участие суда в досудебных стади- ях производства по уголовному делу «фрагмен- тарно и единично»12: суд присутствует только при осуществлении функции судебного кон- троля за действиями органов предварительно- го расследования (ст. 125-125.1 УПК РФ) или для принятия решения о производстве определен- ных следственных действий и мероприятий в рамках ст. 108-109, 165 УПК РФ. Вполне допусти- ма ситуация, когда суда на досудебных стадиях не будет вовсе (если, например, будет отсутство- вать необходимость в избрании суровых мер пресечения, производстве обысков в жилище, если действия следователя или дознавателя не будут обжаловаться и пр.). То есть «какая-либо полемика на стадии предварительного рассле- дования отсутствует - ее нет потому, что ее не- кому слушать»13. Е.Б. Мизулина. 2-е изд., перераб. и доп. М., 2004. С. 94; Печегин Д.А. Проблема сочетания состязательных и след- ственных начал при производстве по уголовному делу: поиск решения на примере международного уголовного суда. Законодательство. № 2. 2015, февраль и др. 8 Кронов Е.В. О реализации принципов состязательно- сти и равноправия сторон в уголовном процессе России. Журнал российского права. 2008. № 2. СПС «Гарант». 9 Кронов Е.В. Указ. соч. 10 Петрухин И.Л. Реформа уголовного правосудия в Рос- сии не завершилась. Законодательство. 2006. № 3. С. 69-70. 11 Печегин Д.А. Указ. соч. 12 Кронов Е.В. Указ. соч. 13 Там же. Во-вторых, следователь не может быть лицом беспристрастным, он всегда заинтересован в об- винительном исходе дела, потому что относится к стороне обвинения14. Досудебное производст- во - это своеобразная исследовательская дея- тельность, направленная на формирование об- винительной доказательственной базы с совер- шенно четкими однотипными задачами: найти подозреваемого, изобличить и доказать его вину. Эта деятельность в силу исключительной пу- бличности уголовного процесса осуществляется от имени государства и в интересах государтсва (наряду с интересами потерпевшего), различны- ми органами (следователем, дознавателем, про- курором) и в разных формах (предварительного расследования, оперативно-розыскной деятель- ности, поддержания при необходимости обвини- тельной позиции в суде, надзора за законностью решений, принимаемых органами, осуществля- ющими предварительное расследование). Имен- но этими органами и в этих формах достигается первая цель уголовного судопроизводства, ука- занная в ст. 6 УПК РФ: защита прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений и уголовное преследование. Все же утверждения о том, что, отказываясь от обвине- ния, прекращая дело, собирая доказательства не только уличающие, но и оправдывающие, следо- ватель осуществляет защитную функцию, прямо противоречат не только положениям УПК РФ, но и здравому смыслу: у следователя в ситуации со- стязания с самим собой неизбежно психическое раздвоение личности. Полагаем, что иллюзия возможной состяза- тельности внутри самой стороны обвинения по- рождена закрепленной в ч. 2 ст. 6 УПК РФ фразой, что отказ от уголовного преследования невинов- ных, освобождение их от наказания, реабилита- ция каждого, кто необоснованно подвергся уго- ловному преследованию в той же мере отвечают назначению уголовного судопроизводства, что и уголовное преследование и назначение винов- ным справедливого наказания. Считаем необхо- димым подчеркнуть, что сам следователь оправ- дывающие доказательства не ищет и не соби- рает, а лишь приобщает к делу доказательства, собранные стороной защиты. И делает это он отнюдь не с целью защиты, а лишь в силу воз- ложенных на него как на руководителя процес- са организационно-распорядительных полно- мочий - только потому, что безосновательно по ходатайству защитника «следственные дей- ствия, результат которого вполне может поло- мать его стройную линию обвинения»15, вполне логично и оправданно. Распоряжение обвине- нием на досудебных стадиях, которое ведет к прекращению уголовного преследования или уголовного дела, всегда вынужденно, это скорее акт бессилия следователя, а не акт его доброй воли: в каких-то случаях следователь вынужден прекратить уголовное преследование из-за не- целесообразности его продолжения (например, вследствие истечения сроков давности уголов- ного преследования, примирения сторон, дея- тельного раскаяния лица, совершившего пре- ступление), в каких-то его прямо обязывает со- вершить такие действия уголовно-процессуаль- ный закон (например, при получении отказа в даче согласия на уголовное преследование лица, обладающего публично-правовой неприкосно- венностью, при издании акта амнистии и пр.). В-третьих, характеризуя состязательность, следует говорить не столько о сторонах, сколько о власти, которая стоит (или не стоит) за ними. Сторона защиты властью не обладает вообще - это следует и из Закона об адвокатуре16, и из норм гл. 7 УПК РФ, которые не предоставляют ей ни одного полномочия давать обязательные распоряжения стороне обвинения, требовать их исполнения и привлекать к ответственности за их неисполнение. В досудебных стадиях власть полностью принадлежит органам предваритель- ного расследования, представляющим власть ис- полнительную, однако при переходе рубежа, раз- деляющего досудебное и судебное производство, они эту власть теряют: власть становится судеб- ной. «Момент перехода уголовного дела из до- судебного производства в судебное служит гра- ницей, которая означает смену власти, а вместе с ней и смену процессуального режима»17. Смена процессуального режима влечет смену многих процессуальных принципов: гласности вместо тайны следствия, сочетания коллеги- альности и единоличного рассмотрения вместо односторонней монополии следователя, процес- суального равенства перед судом одинаковых в своем безвластии сторон. По-разному проводят- ся следственные (гл. 24-27 УПК РФ) и судебные (гл. 37 УПК РФ) действия. Только на судебных стадиях в условиях сменившейся системы прин- ципов появляется и только судом реализуется вторая цель уголовного судопроизводства, заотказать стороне защиты в их приобщении он не вправе, рискуя навлечь обжалование своих действий руководителю следственного отдела, прокурору или в суд. В силу этого отмечаемое на практике нежелание следователя проводить 14 Мы не имеем в виду здесь случаи его прямой заинтере- сованности, служащие основанием для отвода в силу ст. 61 УПК РФ. 15 Кронов Е.В. Указ. соч. 16 Федеральный закон от 31 мая 2002 г. № 63-ФЗ «Об ад- вокатской деятельности и адвокатуре в Российской Феде- рации». 17 Лазарева В.А. Проблемы реализации состязательно- сти в уголовном процессе России; Александров А.С., Бой- ков А.Д., Ведерникова О.Н. и др. Уголовное судопроизвод- ство: теория и практика / под ред. Н.А. Колоколова. М.: Изд-во «Юрайт», 2015. С. 228. крепленная в ст. 6 УПК РФ: защита личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод. Как справедливо отмечается С.Б. Россинским, «впол- не естественно, что факторы, обусловленные со- временной концепцией реализации судебной власти, просто не могут не отразиться на процес- суальных особенностях действий, предусмотрен- ных гл. 37 УПК РФ»18. Однако непоследовательная логика законодателя, отождествившего в п. 56 ст. 5, ч. 1 ст. 15 УПК РФ досудебное и судебное про- изводство по уголовному делу, породило недо- понимание относительно присутствия состяза- тельности на досудебных стадиях производства по уголовному делу, и практические вопросы по применению этих норм. Следует установить как факт, как объектив- ную данность, признаваемую большинством ученых19, что принцип состязательности не при- сущ современному досудебному уголовному процессу, он по-прежнему, остается розыскным, состязательность же сторон является основой судебных стадий. Полагаем, что с учетом истори- ческого постоянства розыскного типа досудебно- го уголовного судопроизводства его внутренней согласованности и жизнеспособности можно доверять. Это повод для давно назревшей кор- ректировки норм УПК РФ, в частности, ч. 1 ст. 15, которая должна выглядеть так: «Судебное произ- водство по уголовному делу осуществляется на основе состязательности сторон». Данная фор- мулировка положит конец множеству дискуссий, приведет УПК РФ в соответствие с положениями теории разделения властей, концептуальными различиями между исполнительной и судебной властью, признает в полной мере розыскную природу предварительного расследования в це- лях максимального соблюдения прав всех участ- ников уголовного судопроизводства. Однако в рамках отмеченных выше проблем- ных моментов хотелось бы акцентировать вни- мание на еще одном срезе реализации состяза- тельности на досудебных стадиях. Он касается тех случаев, когда в уголовно-процессуальное единоборство с властными органами вступают лица, сами облеченные властью - более того, когда для них предусмотрен особый порядок рас- смотрения дел (гл. 52 УПК РФ), обусловленный гарантиями должностного иммунитета или пу- блично-правовой неприкосновенности. Этими лицами являются члены Совета Федерации, де- 18 Россинкий С.Б. Понятие и сущность следственных дей- ствий в уголовном судопроизводстве: дискуссия продолжа- ется. Законы России: опыт, анализ, практика. № 2. 2015. 19 Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РФ / науч. ред. В.Т. Томин, М.П. Поляков. 3-е изд., перераб. и доп. М.: Изд-во «Юрайт», 2009; Соловьев.С. Состязательность путем революции? Новая адвокатская газета. № 17. 2015, сен- тябрь; Азаренок Н.В. Указ. соч.; Кронов Е.В. Указ. соч.; Лаза- рева В.А. Указ. соч.; Печегин Д.А. Указ. соч., и др. путаты Государственной Думы, судьи, а также, в определенных случаях, прокуроры, адвокаты и другие «отдельные категории лиц». Во-первых, порядок возбуждения уголовных дел в отношении них усложнен, следователь са- мостоятельно решить этот вопрос не может. Об- ладая достаточной совокупностью доказательств, свидетельствующих о совершении преступления лицом «отдельной категории», он должен - в за- висимости от категории лица - инициировать соответствующее обращение Председателя След- ственного комитета РФ, Генерального прокурора РФ, получение согласия Совета Федерации, Госу- дарственной Думы, Конституционного Суда РФ, квалификационной коллегии судей. Сама по себе трудоемкость и длительность данной процедуры не способствует скорейшей защите прав потер- певших, кроме того, как показывает практика20, крайне редко Генеральный прокурор РФ (пред- седатель Следственного комитета РФ), получив- ший по своему представлению отказ, обращается повторно, обжалует его или каким-либо образом добивается лишения соответствующего лица не- прикосновенности. Во-вторых, нормы законодательства21 говорят о недопустимости задержания, ареста, обыска, а также личного досмотра отдельных категорий лиц, предусматривают невозможность привле- чения их к уголовной или административной от- ветственности, налагаемой в судебном порядке, их заключения под стражу и допроса без согла- сия определенных органов. Отсылочная норма ч. 5 ст. 450 УПК РФ говорит о необходимости по- лучения «согласия суда, указанного в ч. 1 ст. 448», в то время как в ч. 1 ст. 448 УПК РФ не указан ни один «суд» (в том значении, которое ему прида- ется ФКЗ «О судебной системе РФ»), который бы принимал подобные решения. Заметим также, что большинство из перечисленных выше дей- ствий является следственными, а следственные действия, как справедливо отмечается В.А. Се- менцовым, являются «основным и наиболее эф- фективным способом собирания доказательств, именно с помощью следственных действий чаще 20 О практике реализации указанных норм мы писали в отдельной работе. См.: Бозров В.М., Романенко Н.В. Ра- венство представителей власти перед законом и судом в уголовном процессе: монография. М.: Изд-во «Юрлитин- форм», 2015. С. 95-110. 21 См.: ч. 2 ст. 1.4 КоАП РФ, п. 4 ст. 16 Закон РФ от 26 июня 1992 г. № 3132-I «О статусе судей в Российской Федерации» (далее - Закон РФ о статусе судей), ч. 4, 5 ст. 19 Федераль- ного закона от 8 мая 1994 г. № 3-ФЗ «О статусе члена Совета Федерации и статусе депутата Государственной Думы Фе- дерального Собрания Российской Федерации» (далее - За- кон о статусе члена СФ и депутата ГД), ст. 42 Федерального закона от 17 января 1992 г. № 2202-I «О прокуратуре Рос- сийской Федерации», ст. 13 Федерального закона от 6 октя- бря 1999 г. № 184-ФЗ «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Фе- дерации» и пр. всего обнаруживаются, изымаются и приобща- ются к уголовному делу доказательства»22. Для некоторых категорий установлены огра- ничения на переквалификацию деяния, которая может повлечь ухудшение их положения23, а так- же на передачу завершенного расследованием уголовного дела в суд24. Обоснованность данных норм вызывает серьезные сомнения, посколь- ку, во-первых, в них не указаны процедуры по- лучения согласия на осуществление указанных действий, не предусмотрена возможность обжа- лования полученного отказа; во-вторых, в них не решена судьба уголовного дела, в отношении которого принят отказ в передаче в суд или в переквалификации деяния; в-третьих, они на- рушают логику рассуждений соответственно Государственной Думы, Совета Федерации или квалификационной коллегии судей, единожды позволивших инициировать уголовное пресле- дование своего коллеги (со всей тяжестью ответ- ственности, которая предусмотрена законом за совершенное им деяние), - а затем неожиданно передумавших. «Привыкший» к процессуальной самосто- ятельности и свободе усмотрения, следователь сталкивается с ограничением своих дискреци- онных полномочий вторжением в уголовно-про- цессуальную деятельность конституционно-пра- вовых интересов - а именно ими объясняются установленные для неприкосновенных лиц пре- ференции25. Как отмечалось выше, уголовно-процессуаль- ный конфликт (как следствие конфликта уголов- но-правового) - это противоборство интересов обвиняемого (вместе со следователем) и потер- певшего (вместе с защитником). Однако состя- зание следователя с обвиняемым в отмеченных выше случаях переходит в иную плоскость: из сферы частных интересов оно перемещается в су- губо публичную, т.е. разворачивается конфликт государственных интересов в полном смысле этого слова. Интересы раскрытия преступления и изобличения неприкосновенного преступника становятся с одной стороны, интересы защиты субъекта, выполняющего особые государствен- ные функции - с другой, и с обеих сторон стоят интересы государства. Стремясь удовлетворить 22 Семенцов В.А. О соотношении следственных и иных процессуальных действий, предназначенных для собира- ния доказательств. Законы России: опыт, анализ, практи- ка. № 2. 2015. 23 Пункт 3 ст. 16 Закона о статусе судей. 24 Часть 5 ст. 19 Закона о статусе члена СФ и депутата ГД. 25 Постановление Конституционного Суда РФ от 20 фев- раля 1996 г. № 5-П «По делу о проверке конституционно- сти положений частей первой и второй статьи 18, статьи 19 и части второй статьи 20 Федерального закона от 8 мая 1994 года «О статусе депутата Совета Федерации и статусе депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации». оба этих интереса одновременно, оно зачастую не находит разумного баланса конституционных и уголовно-процессуальных интересов. Следова- тель, уступая давлению «гарантий более высоко- го уровня», предвидя чрезмерно сложный и бес- перспективный порядок получения согласия на снятие неприкосновенности, нередко полностью отказывается от каких-либо действий, направ- ленных не только на собирание доказательств, но и на преследование неприкосновенного лица во- обще. Зачастую это становится единственно воз- можным вариантом решения, которое остается ему принять. С учетом того, что сам потерпевший каки- ми-либо властными полномочиями в уголовном процессе не обладает, данное явление неизбежно влечет нарушение его прав от деяний, совершен- ных неприкосновенными представителями вла- сти. Это один из вариантов той самой «ущерб- ной состязательности», вызванной неравенством противоборствующих участников судопроиз- водства. Основной смысл состязательности - опровергнуть позицию оппонента, «разбив» его доказательственную базу своей, более сильной доказательственной базой - оказывается ис- каженным. Доказательственная база оказыва- ется несобранной, следователь лишается своего главного «оружия», позиция оппонента оказы- вается не опровергнутой, не подтвержденной, а сам «поединок сторон», едва начавшись, тут же заканчивается не победой или поражением сто- роны обвинения или стороны защиты, а вмеша- тельством более высоких интересов. Нередко это приводит к злоупотреблениям неприкосновен- ными субъектами, знающими о невозможности их задержания и об ограниченной возможности производства в отношении них иных процессу- альных действий, своими гарантиями, предо- ставляемыми им их статусом. На наш взгляд, состязательность в таком ва- рианте не способствует цели уголовного пре- следования неприкосновенных лиц, виновных в совершении преступлений, назначения им справедливого наказания, а также защиты прав и законных интересов лиц и организаций, потер- певших от их преступных деяний. Более того, со- вокупность данных норм, помимо принципа со- стязательности, нарушает принципы процессу- альной экономии, непрерывности производства по делу, его завершенности и исполнимости, не- отвратимости наказания и равенства всех перед законом и судом. Полагаем, что это тоже один из поводов ре- формирования уголовно-процессуального за- конодательства и института публично-правовой неприкосновенности в ключе более тесной взаи- мосвязи конституционных и уголовно-процессу- альных норм.×
Список литературы
- Бозров В.М., Романенко Н.В. Равенство представителей власти перед законом и судом в уголовном процессе: монография. М.: Изд-во «Юрлитинформ», 2015. 167 с.
- Великая реформа: к 150-летию Судебных уставов: в 2 т. Т. II: Устав уголовного судопроизводства / под ред. Л.В. Головко. М.: Юстицинформ, 2014. СПС «Гарант».
- Чистяков О.И. Конституция РСФСР 1918 г. 2-е изд., перераб. М.: Зерцало-М, 2003. СПС «Гарант».
- Азаренок Н.В. К вопросу о типе современного российского уголовного процесса. Российский юридический журнал. № 3. 2010, май-июнь.
- Гуев А.Н. Постатейный комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РФ. Специально для системы ГАРАНТ, 2010. СПС «Гарант».
- Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РФ / отв. ред. Д.Н. Козак, Е.Б. Мизулина. 2-е изд., перераб. и доп. М., 2004. С. 94.
- Печегин Д.А. Проблема сочетания состязательных и следственных начал при производстве по уголовному делу: поиск решения на примере международного уголовного суда. Законодательство. № 2. 2015, февраль.
- Кронов Е.В. О реализации принципов состязательности и равноправия сторон в уголовном процессе России. Журнал российского права. 2008. № 2.
- Петрухин И.Л. Реформа уголовного правосудия в России не завершилась // Законодательство. 2006. № 3. С. 69-70.
- Александров А.С., Бойков А.Д., Ведерникова О.Н. и др. Уголовное судопроизводство: теория и практика / под ред. Н.А. Колоколова. М.: Изд-во «Юрайт», 2015. С. 228.
- Россинкий С.Б. Понятие и сущность следственных действий в уголовном судопроизводстве: дискуссия продожается. Законы России: опыт, анализ, практика. № 2. 2015.
- Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РФ / науч. ред. В.Т. Томин, М.П. Поляков. 3-е изд., перераб. и доп. М.: Изд-во «Юрайт», 2009;
- Соловьев. С. Состязательность путем революции? Новая адвокатская газета. № 17. 2015, сент.
- Семенцов В.А. О соотношении следственных и иных процессуальных действий, предназначенных для собирания доказательств. Законы России: опыт, анализ, практика. № 2. 2015.
Дополнительные файлы
![](/img/style/loading.gif)