The effect methylglyoxal on acute lung injury induced by influenza A(H1N1)PDM09 in mice

Cover Page

Abstract


The aim of the article. To study of the effect of 2-oxopropanal (methylglyoxal) on virus-induced acute lung injury.

Materials and methods. The study was performed on adult female outbred mice. Methylglyoxal administered subcutaneously at a dose of 50 mg/kg/day to mice for 14 days prior to infection. The pandemic influenza virus A(H1N1)pdm09 was used for modeling viral infection at a dose of 0.75 LD50. Hematology, pathomorphological and histological studies were performed on 4, 7 and 14 days post infection. Level of lung injury was performed by semi-quantitative method.

Results. Methylglyoxal induced 2-fold increase of mortality and lung lesion area (р < 0.05). The structural changes in lung tissue had inflammatory character. These changes had progressive character. The ratio of neutrophiles/lymphocytes was increased by 2.5 times on average in infected animals (р < 0.05 compared to intact animals).

Conclusion. Methylglyoxal aggravated acute lung injury in mice by inducing structural changes in tissue and increased mortality level.


Введение

Известно, что в период эпидемий и пандемий число больных с тяжелыми осложнениями гриппа, нередко несовместимыми с жизнью, резко возрастает, несмотря на широкое применение противовирусных препаратов и сопутствующую патогенетическую и симптоматическую терапию [1, 2]. Одним из тяжелых осложнений гриппозной инфекции является острое повреждение легких (ОПЛ). Независимо от этиологии основной причиной, приводящей к развитию ОПЛ у 55 % пациентов, служит прямое воздействие цитопатогенного фактора на эндотелий легочных капилляров и альвеолярный эпителий [3–5]. При гриппозной инфекции в основе патогенеза ОПЛ в первую очередь лежит повреждение эпителия альвеолярной мембраны [6]. Наряду с непосредственным цитопатогенным эффектом вируса гриппа на альвеолоциты значительную роль в развитии дополнительного повреждения легочной паренхимы играет воспаление, одним из индукторов которого являются конечные продукты гликирования (КПГ) [7, 8]. Основной внутриклеточный предшественник КПГ — метилглиоксаль — образуется в результате неферментативного гидролиза конечных продуктов гликолиза, а также перекисного окисления липидов [9]. На настоящий момент повреждающая роль КПГ наиболее хорошо изучена в патогенезе осложнений такого социально значимого заболевания, как сахарный диабет [10–13]. В то же время их вклад в развитие ОПЛ при вирусной инфекции выяснен не в полной мере. В связи с вышеизложенным целью данной работы являлось изучение влияния метилглиоксаля на течение ОПЛ у мышей при экспериментальном заражении вирусом гриппа A/H1N1/pdm09.

Материалы и методы

Эксперименты выполнены на восьминедельных беспородных мышах-самках (n = 110), полученных из ФГУП «Питомник лабораторных животных «Рапполово» РАН (пос. Рапполово, Ленинградская область). Все манипуляции осуществляли в соответствии с директивой 2010/63/EU Европейского парламента и совета Европейского союза по охране животных, используемых в научных целях (Rus-LASA, 2012).

С целью моделирования вирусной инфекции использовали штамм вируса гриппа A(H1N1)pdm09, полученный из рабочей коллекции ФГБУ «НИИ гриппа им. А.А. Смородинцева» Минздрава России. LD50 штамм вируса гриппа определяли по методике Рида – Менча на 20 мышах-самках [14]. Расчетная величина LD50 вируса гриппа составила 10–3,4 в десятикратном разведении. Вирусная природа ОПЛ была подтверждена с помощью постановки реакции гемагглютинации. Легкие инфицированных животных гомогенизировали в физиологическом растворе. Гомогенат центрифугировали, отбирали супернатант, который вводили в аллантоисную полость куриных эмбрионов и инкубировали при 36 °C в течение 48 часов. Перед забором аллантоисной жидкости яйца охлаждали при температуре +4 °C в течение 3–4 часов. К забранному биоматериалу добавляли эквивалентный объем 1 % взвеси эритроцитов в физиологическом растворе. Присутствие вирусных частиц в материале было подтверждено образованием характерного зонтика [15].

В экспериментах по изучению влияния метилглиоксаля на течение ОПЛ животные были разделены на три группы: 1-я группа — интактные животные (n = 10); 2-я группа — инфицированные мыши, получавшие плацебо (n = 40); 3-я группа — инфицированные мыши, получавшие метилглиоксаль (n = 40). Вируссодержащий материал вводили интраназально в дозе, равной 0,75 расчетной величины LD50, или 10–3,5 в десятикратном разведении. Метилглиоксаль (Sigma-Aldrich, США) вводили в дозе 50 мг/кг/сут подкожно (п/к) в течение двух недель до инфицирования [16].

Забор крови для гематологического исследования осуществляли в эппендорфы с ЭДТА и анализировали по следующим параметрам: количество лейкоцитов, лейкоцитарная формула. Количество лейкоцитов определяли на автоматическом гематологическом анализаторе Abacus Junior Vet, лейкоцитарную формулу — в окрашенном по Романовскому – Гимзе мазке крови при микроскопировании. Макроскопическое и гистологическое исследование проводили на 4, 7 и 14-е сутки либо после смерти животного в ходе эксперимента. Ход гистологического исследования: подготовка фиксирующих жидкостей, отбор материала во время вскрытия, фиксация материала, вырезание кусочков фиксированного материала, уплотнение обезвоживанием кусочков и заливка в парафин, резка блоков на санном микротоме, окраска парафиновых срезов (гематоксилином и эозином), просмотр гистологических препаратов, описание препаратов, микрофотосъемка, изготовление отпечатков.

Степень поражения легочной ткани оценивали согласно методике, предложенной American Thoracic Society [17] и заключающейся в подсчете баллов согласно табл. 1 в 20 полях при увеличении ×400. Степень поражения оценивали по формуле

Степень поражения=(20·A)+(14·B)+(7·C)+(7·D)+(2·E)кол-во просмотренных полей·100

при этом учитывали параметры (A, B, C, D, E), указанные в табл. 1.

 

Таблица 1 / Table 1

Оценка значимости гистологических показателей поражения легких в баллах

Lung injury scoring system by histological parameters

Параметры

Количество баллов на одно поле

0

1

2

A. Нейтрофилы в альвеолах

1–5

>5

B. Нейтрофилы в интерстиции

1–5

>5

C. Гиалиновые мембраны

1

>1

D. Наличие белкового дебриса в воздушном пространстве

1

>1

E. Утолщение альвеолярной перегородки

< ×2

×2–4

> ×4

Примечание: × – кратность утолщения.

 

Оценку статистической значимости различий проводили при помощи программы Graphpad Prism 7. Для регистрируемых количественных переменных рассчитывали параметры описательной статистики, характеризующие данные по каждой группе. Параметры описательной статистики включали: среднее значение параметра в группе (Mean), стандартное отклонение средней (Std. Dev), стандартная ошибка (Std. Err, ± m), 25-й и 75-й процентили. Отличия между выборками оценивали с помощью непараметрических критериев Краскела – Уоллиса и Манна – Уитни. Данные в таблицах представлены в виде среднего (M) и его ошибки (± m). Для попарного сравнения выживаемости применяли лог-ранговый тест с учетом поправки Бонферрони. Динамика выживаемости представлена в виде кривых Мантела – Кокса. Различия считали статистически значимыми при p < 0,05.

Результаты и обсуждение

На 40 животных из 2-й и 3-й групп (по 20 особей в группе) была изучена клиническая картина течения патологии и динамика летальности в течение всего периода наблюдения. Полученные данные представлены на рис. 1.

 

Рис. 1. Процент выживания животных в течение опыта. 1-я группа — интактные мыши; 2-я группа — инфицированные мыши, получавшие NaCl 0,9 %; 3-я группа — инфицированные мыши, получавшие метилглиоксаль, * р > 0,05 в сравнении с интактными животными, # р > 0,05 в сравнении c инфицированными мышами, получавшими NaCl 0,9 %

Fig. 1. Percent survival during experiment. 1st group — intact mice, 2nd group — infected mice treated with NaCl 0.9%, 3rdgroup — infected mice treated with methylglyoxal. * р > 0,05 compared to intact mice, # р > 0,05 compared to infected mice treated with NaCl 0.9%

 

Гибель животных, получавших метилглиоксаль (3-я группа), наступала в период с 7-го по 12-й день с момента инфицирования, в группе сравнения — с 8-го по 11-й день соответственно. Общая летальность в течение периода наблюдения у животных из 3-й группы составила 70 %, что значимо превышало значение данного показателя по сравнению с животными из 2-й группы — 35 % (p < 0,05). Клиническая картина, предшествующая гибели животных, характеризовалась снижением двигательной активности и мышечного тонуса, отсутствием реакции на внешние раздражители, неопрятностью шерстного покрова, прогрессирующим падением массы тела, снижением температуры в среднем на три градуса и увеличением глубины экскурсии грудной клетки.

Патоморфологическое исследование погибших животных из обеих опытных групп показало наличие кровоизлияния в обоих легких, достигающее 90–100 % от всей площади органа. Гистологическое исследование выявило наличие генерализованного альвеолярного отека и десквамации эпителиальной ткани. Наблюдались субтотальные и тотальные кровоизлияния в альвеолах и бронхах, большое количество гиалиновых мембран и инфильтратов в стенках альвеол. Данные изменения были отмечены как в верхних, так и в нижних отделах легких.

В параллельном эксперименте, на оставшихся 20 животных из каждой опытной группы, было проведено морфологическое и гистологическое исследование легких, а также проанализированы гематологические показатели. На 4-е и 7-е сутки после инфицирования по четыре особи из 2-й и 3-й групп подвергали плановой эвтаназии и производили забор биологического материала. Отбор животных при этом основывался на клинической картине, предшествующей гибели и описанной выше. На 14-е сутки были забраны легкие мышей из 1-й группы (интактные животные) и выживших животных из 2-й и 3-й групп.

На 4-е сутки эксперимента у мышей из обеих опытных групп (2-я и 3-я) площадь поражения легочной паренхимы составила 35,00 ± 5,27 и 76,75 ± 8,04 % (р < 0,05 по отношению ко 2-й группе) общей площади легких соответственно. Гистологическое исследование легких животных из 2-й группы выявило повреждение альвеолоцитов и эпителия бронхов, сопровождавшееся десквамацией клеток, оголением базальной мембраны и инициацией процесса образования гиалиновых мембран. В просвете альвеол отмечались скопления альвеолярных макрофагов. Наблюдались очаги альвеолярного отека, локальные кровоизлияния в альвеолы и мелкие очаги ателектазов. У животных из 3-й группы гистологические изменения ткани легких характеризовались наличием выраженной смешанно-клеточной воспалительной инфильтрации с формированием микроскопической картины острой бронхопневмонии. В целом гистологическая картина ОПЛ у инфицированных животных из обеих опытных групп носила однонаправленный характер. Однако степень выраженности изменений в группе животных, получавших метилглиоксаль, была значимо выше, чем у животных из группы сравнения, что определялось количеством клеточных инфильтратов в альвеолах и их стенках, а также степенью отечных проявлений. Так, суммарная полуколичественная оценка поражения легких у инфицированных мышей, получавших плацебо и метилглиоксаль, составила 0,43 ± 0,01 и 0,57 ± 0,02 балла (р < 0,05 по отношению к группе сравнения) соответственно, а общее значение показателей, характеризующих собственно воспалительный процесс (содержание нейтрофилов и толщина альвеолярных стенок), — 0,32 ± 0,01 и 0,42 ± 0,01 балла (р < 0,05 по отношению к группе сравнения).

На 7-е сутки после инфицирования площадь поражения легочной паренхимы у животных из 2-й и 3-й групп составила 75,00 ± 5,00 и 87,50 ± 5,00 % соответственно. Гистологическое исследование легких животных из 2-й группы показало присутствие гиалиновых мембран и увеличение толщины межальвеолярных перегородок. Наблюдались кровоизлияния в альвеолах, ателектазы, клеточные инфильтраты в периваскулярных пространствах и «опеченение» легкого (формирование геморрагической пневмонии). Одновременно с проявлениями, характерными для воспалительного процесса, отмечались признаки очаговой пролиферации соединительнотканных клеток с тенденцией к замещению легочной паренхимы фиброзной тканью. В свою очередь, у животных, получавших метилглиоксаль, изменения легочной паренхимы носили более выраженный характер, в частности, за счет показателей толщины альвеолярных стенок, количества гиалиновых мембран, отеков в альвеолах и бронхах, ателектазов и клеточных инфильтратов в альвеолах и альвеолярной стенке, признаков циркуляторных нарушений, очагов геморрагической пневмонии и фибротизации. Суммарная полуколичественная оценка поражения легких составила 0,66 ± 0,02 и 0,75 ± 0,01 балла (р < 0,05 по отношению к группе сравнения) у животных из 2-й и 3-й групп соответственно, а общее значение показателей, характеризующих собственно воспалительный процесс, — 0,51 ± 0,02 и 0,59 ± 0,01 балла (2-я и 3-я группы соответственно).

Таким образом, в результате сравнительной гистологической оценки повреждения легких в динамике (4-е и 7-е сутки после инфицирования) у животных из обеих опытных групп был установлен прогредиентный характер течения смоделированной патологии. Анатомические повреждения легких и уровень летальности при этом у животных, получавших метилглиоксаль, значимо превышали таковые у животных из группы сравнения.

Результаты патоморфологического и гистологического исследования (выжившие животные из обеих опытных групп, подвергнутые плановой эвтаназии), проведенного на 14-е сутки после инфицирования, свидетельствовали о наличии выраженной тенденции к замещению легочной паренхимы фиброзной тканью. Легкие приобрели серый оттенок, а их структура стала плотной и менее эластичной. Наряду с этим имело место снижение количества кровоизлияний в альвеолах и бронхах, гиалиновых мембран и нейтрофилов в альвеолах и альвеолярной стенке. Достоверных различий в уровне повреждения легких в исследуемых группах не было.

Полученные при гистологическом исследовании данные представлены на рис. 2.

 

Рис. 2. Паренхима легких опытных мышей. Окраска гематоксилином и эозином, увеличение ×40 и ×400. a — интактные мыши; b — 2-я группа на 4-е сутки; c — 3-я группа на 4-е сутки; d — 2-я группа на 7-е сутки; e — 3-я группа на 7-е сутки; f — 2-я группа на 14-е сутки; g — 3-я группа на 14-е сутки

Fig. 2. Lung parenchyma of mice. Hematoxylin and eosin staining, magnification ×40 and ×400. a — intact mice; b — 2nd group on 4th day; c — 3rd group on 4th day; d — 2nd group on 7th day; e — 3rd group on 7th day; f — 2nd group on 14th day; g — 3rd group on 14th day

 

Анализ гематологических показателей (табл. 2) продемонстрировал, что у животных из обеих опытных групп значимо (р < 0,05 по отношению к интактным животным) изменился индекс нормального соотношения «нейтрофилы/лимфоциты»: 0,21 ± 0,02 у интактных животных, 0,61 ± 0,07 и 0,69 ± 0,11 на 4-е сутки и 0,54 ± 0,09 и 0,55 ± 0,04 на 7-е сутки эксперимента (2-я и 3-я группы соответственно). Так как значимых межгрупповых различий по данному показателю выявлено не было, то изменение данного индекса, обусловленное нейтрофилезом и лимфопенией, в первую очередь служит маркером собственно гриппозной инфекции. Аналогичные данные были получены M. Preusse et al. [18] при инфицировании мышей вирусами гриппа штаммов A/PuertoRico/8/1934 (H1N1). Снижение же содержания свободно циркулирующих лейкоцитов (значимо на 7-е сутки у животных из группы, получавшей метилглиоксаль) на фоне описанных микроскопических изменений в легких, скорее всего, было обусловлено их миграцией из периферической крови в очаг воспаления.

 

Таблица 2 / Table 2

Гематологические показатели животных в течение эксперимента

Animal hematological parameters during experiment

Показатели

Экспериментальные группы (n = 4) и сроки исследования

1-я группа

4-е сутки

7-е сутки

14-е сутки

2-я группа

3-я группа

2-я группа

3-я группа

2-я группа

3-я группа

Лейкоциты, 109

8,05 ± 0,31

9,29 ± 0,56

8,95 ± 0,76

6,16 ± 0,60

5,12 ± 0,59*

7,22 ± 0,74

9,00 ± 0,70

Сегментоядерные нейтрофилы, %

16,25 ± 1,13

31,25 ± 1,38*

33,00 ± 2,50*

28,00 ± 2,50*

30,25 ± 2,38*

26,25 ± 1,69*

27,00 ± 1,50*

Палочкоядерные нейтрофилы, %

0,25 ± 0,19

2,75 ± 0,63

3,50 ± 1,00

3,75 ± 1,13

2,50 ± 0,75

1,00 ± 0,50

1,25 ± 0,69

Эозинофилы, %

1,75 ± 0,63

5,50 ± 1,00

5,25 ± 0,63

4,25 ± 1,19

3,25 ± 0,88

4,25 ± 1,19

3,00 ± 0,75

Базофилы, %

0,50 ± 0,25

0,25 ± 0,19

0,25 ± 0,19

0,25 ± 0,19

0,25 ± 0,19

Лимфоциты, %

79,00 ± 1,75

57,25 ± 3,13*

55,00 ± 3,00*

60,75 ± 2,38*

60,75 ± 2,38*

66,60 ± 1,75

65,75 ± 3,44

Моноциты, %

2,25 ± 0,19

3,00 ± 0,25

3,25 ± 0,19

3,00 ± 0,75

3,00 ± 0,75

2,50 ± 0,50

3,00 ± 1,00

Примечание. * р > 0,05 в сравнении с интактными животными.

 

На 14-е сутки после инфицирования индекс соотношения «нейтрофилы/лимфоциты» составил 0,42 ± 0,03 и 0,43 ± 0,06 во 2-й и в 3-й группах соответственно, а значимых отличий в показателе содержания лейкоцитов и лимфоцитов у опытных животных по сравнению с интактными особями не было. В то же время относительное содержание нейтрофилов продолжало оставаться повышенным.

Заключение

Оценка влияния внутриклеточного предшественника КПГ метилглиоксаля на течение ОПЛ позволила установить, что он усугубляет структурные нарушения в легочной ткани у мышей, инфицированных вирусом гриппа A/H1N1/pdm09, и повышает летальность опытных животных по сравнению с животными из контрольной группы. С учетом ранее полученных данных о роли предшественников КПГ в формировании провоспалительного ответа при различных патологических состояниях [19, 20], скорее всего, выявленное негативное действие метилглиоксаля в условиях данного эксперимента может быть связано с усилением гликолиза в очаге воспаления (легочная ткань). Выявленное в ходе исследования изменение индекса нормального соотношения «нейтрофилы/лимфоциты» свидетельствовало о наличии гриппозной инфекции и не было напрямую связано с действием предшественника КПГ.

Полученные данные могут являться основанием для изучения эффективности фармакологических зондов, способствующих инактивации процесса накопления предшественников КПГ, с целью повышения эффективности лечения тяжелой гриппозной инфекции.

Список сокращений

КПГ — конечные продукты гликирования; ОПЛ — острое повреждение легких; ЭДТА — этилендиаминтетрауксусная кислота; LD50 — средняя смертельная (летальная) доза.

Andrei G. Aleksandrov

Smorodintsev Research Institute of Influenza

Author for correspondence.
Email: forphchemistry@gmail.com
ORCID iD: 0000-0001-9212-3865

Russian Federation, Saint Petersburg

a graduate student in the Laboratory of Drug Safety

Tatiana N. Savateeva-Lyubimova

Smorodintsev Research Institute of Influenza

Email: drugs_safety@mail.ru
ORCID iD: 0000-0003-4516-3308

Russian Federation, Saint Petersburg

Professor, MD, PhD in Medicine, Leading Researcher in the Laboratory of Drug Safety

Arman A. Muzhikyan

Smorodintsev Research Institute of Influenza

Email: vetdiagnostics.spb@gmail.com
ORCID iD: 0000-0002-7093-0014

Russian Federation, Saint Petersburg

PhD in Veterinary Sciences, Leading Researcher in the Laboratory of Drug Safety

  1. Грипп у взрослых: методические рекомендации по диагностике, лечению, специфической и неспецифической профилактике / Под ред. А.Г. Чучалина, Т.В. Сологуб. – СПб.: НП-Принт, 2014. – 192 с. [Gripp u vzroslykh: metodicheskie rekomendatsii po diagnostike, lecheniyu, spetsificheskoy i nespetsificheskoy profilaktike. Ed. by A.G. Chuchalin, T.V. Sologub. Saint Petersburg: NP-Print; 2014. 192 p. (In Russ.)]
  2. Киселев О.И. Пандемии начала XXI века. Грипп птиц и пандемия «свиного» гриппа H1N1 2009 г. – СПб.: Фолиант, 2016. – 368 с. [Kiselev OI. Pandemii nachala XXI veka. Gripp ptits i pandemiya “svinogo” grippa H1N1 2009 g. Saint Petersburg: Foliant; 2016. 368 p. (In Russ.)]
  3. Чурляев Ю.А., Вереин М.Ю., Кан С.Л., и др. Острый респираторный дистресс-синдром при тяжелой черепно-мозговой травме // Общая реаниматология. – 2009. – Т. 5. – № 2. – С. 21–26. [Churlyaev YA, Verein MY, Kan SL, et al. Acute respiratory distress syndrome in severe brain injury. General Reanimatology. 2009;5(2):21-26. (In Russ.)]. https://doi.org/10.15360/1813-9779-2009-2-21.
  4. Фастова И.А., Губанова Е.И. Синдром острого повреждения легких при экспериментальном перитоните // Вестник новых медицинских технологий. – 2012. – Т. 19. – № 2. – С. 114–117. [Fastova IA, Gubanova EI. Acute lungs injury syndrome in experimental peritonitis. Journal of new medical technologies. 2012;19(2):114-117. (In Russ.)]
  5. Росстальная А.Л., Сабиров Д.М., Акалаев Р.Н., и др. Острое повреждение легких: спорные вопросы и нерешенные проблемы (обзор литературы) // Журнал им. Н.В. Склифосовского Неотложная медицинская помощь. – 2016. – № 3. – С. 66–72. [Rosstalnaya AL, Sabirov DM, Akalaev RN, et al. Acute lung injury: issues and remaining challenges (a literature review). Neotlozhnaia meditsinskaia pomoshch’. 2016;(3):66-72. (In Russ.)]
  6. Short KR, Kroeze EJBV, Fouchier RAM, Kuiken T. Pathogenesis of influenza-induced acute respiratory distress syndrome. Lancet Infect Dis. 2014;14(1):57-69. https://doi.org/10.1016/s1473-3099(13)70286-x.
  7. Kim KM, Jung DH, Jang DS, et al. Puerarin suppresses AGEs-induced inflammation in mouse mesangial cells: a possible pathway through the induction of heme oxygenase-1 expression. Toxicol Appl Pharmacol. 2010;244(2):106-113. https://doi.org/10.1016/j.taap.2009.12.023.
  8. Byun K, Yoo Y, Son M, et al. Advanced glycation end-products produced systemically and by macrophages: A common contributor to inflammation and degenerative diseases. Pharmacol Ther. 2017;177:44-55. https://doi.org/10.1016/j.pharmthera.2017.02.030.
  9. Singh R, Barden A, Mori T, Beilin L. Advanced glycation end-products: a review. Diabetologia. 2001;44(2):129-146. https://doi.org/10.1007/s001250051591.
  10. Балаболкин М.И. Роль гликирования белков, окислительного стресса в патогенезе сосудистых осложнений при сахарном диабете // Сахарный диабет. – 2002. – Т. 5. – № 4. – С. 8–16. [Balabolkin MI. Rol’ glikirovaniya belkov, okislitel’nogo stressa v patogeneze sosudistykh oslozhneniy pri sakharnom diabete. Diabetes mellitus. 2002;5(4):8-16. (In Russ.)]. https://doi.org/10.14341/DM200248-16.
  11. Ahmed N, Thornalley PJ. Роль конечных продуктов гликирования в патогенезе осложнений сахарного диабета // РМЖ. – 2009. – Т. 17. – № 9. – С. 642–650. [Ahmed N, Thornalley PJ. Rol’ konechnykh produktov glikirovaniya v patogeneze oslozhneniy sakharnogo diabeta. RMZh. 2009;17(9):642-650. (In Russ.)]
  12. Подачина С.В. Роль блокаторов конечного гликирования белков в формировании неврологических осложнений сахарного диабета // Фарматека. – 2011. – № 16. – С. 37–42. [Podachina SV. Role of glycation end-products blockers in the development of neurologic complications of diabetes mellitus. Farmateka. 2011;(16):37-42. (In Russ.)]
  13. Спасов A.A., Соловьева О.А., Кузнецова В.А. Гликирование белков при сахарном диабете и возможности его фармакологической коррекции (обзор) // Химико-фармацевтический журнал. – 2017. – Т. 51. – № 6. – C. 3–7. [Spasov AA, Solov’eva OA, Kuznetsova VA. Protein glycation during diabetes mellitus and the possibility of its pharmacological correction (Review). Pharmaceutical chemistry journal. 2017;51(6):3-7. (In Russ.)]
  14. Урбах В.Ю. Статистический анализ в биологических и медицинских исследованиях. – М.: Медицина, 1975. – 296 с. [Urbakh VY. Statisticheskiy analiz v biologicheskikh i meditsinskikh issledovaniyakh. Moscow: Meditsina; 1975. 296 p. (In Russ.)]
  15. Ожередова Н.А., Веревкин М.Н., Светлакова Е.В. Общая вирусология: Методические указания. – Ставрополь: АГРУС, 2013. – 50 с. [Ozheredova NA, Verevkina MN, Svetlakov EV. Obshchaya virusologiya: Metodicheskie ukazaniya. Stavropol’: AGRUS; 2013. 50 p. (In Russ.)]
  16. Golej J, Hoeger H, Radner W, et al. Oral administration of methylglyoxal leads to kidney collagen accumulation in the mouse. Life Sci. 1998;63(9):801-807. https://doi.org/10.1016/s0024-3205(98)00336-1.
  17. Matute-Bello G, Downey G, Moore BB, et al. An official American Thoracic Society workshop report: features and measurements of experimental acute lung injury in animals. Am J Respir Cell Mol Biol. 2011;44(5):725-738. https://doi.org/10.1165/rcmb.2009-0210ST.
  18. Preusse M, Schughart K, Wilk E, et al. Hematological parameters in the early phase of influenza A virus infection in differentially susceptible inbred mouse strains. BMC Res Notes. 2015;8:225. https://doi.org/10.1186/s13104-015-1195-8.
  19. Di Loreto S, Caracciolo V, Colafarina S, et al. Methylglyoxal induces oxidative stress-dependent cell injury and up-regulation of interleukin-1beta and nerve growth factor in cultured hippocampal neuronal cells. Brain Res. 2004;1006(2):157-167. https://doi.org/10.1016/j.brainres.2004.01.066.
  20. Baig MH, Jan AT, Rabbani G, et al. Methylglyoxal and Advanced Glycation End products: Insight of the regulatory machinery affecting the myogenic program and of its modulation by natural compounds. Sci Rep. 2017;7(1):5916. https://doi.org/10.1038/s41598-017-06067-5.

Supplementary files

Supplementary Files Action
1. Fig. 1. Percent survival during experiment. 1st group — intact mice, 2nd group — infected mice treated with NaCl 0.9%, 3rdgroup — infected mice treated with methylglyoxal. * р > 0,05 compared to intact mice, # р > 0,05 compared to infected mice treated with NaCl 0.9% View (48KB) Indexing metadata
2. Fig. 2. Lung parenchyma of mice. Hematoxylin and eosin staining, magnification ×40 and ×400. a — intact mice; b — 2nd group on 4th day; c — 3rd group on 4th day; d — 2nd group on 7th day; e — 3rd group on 7th day; f — 2nd group on 14th day; g — 3rd group on 14th day View (1MB) Indexing metadata
3. Fig. 2. Lung parenchyma of mice. Hematoxylin and eosin staining, magnification ×40 and ×400. a — intact mice; b — 2nd group on 4th day; c — 3rd group on 4th day; d — 2nd group on 7th day; e — 3rd group on 7th day; f — 2nd group on 14th day; g — 3rd group on 14th day View (460KB) Indexing metadata

Views

Abstract - 46

PDF (Russian) - 2

Cited-By


PlumX

Refbacks

  • There are currently no refbacks.

Copyright (c) 2019 Aleksandrov A.G., Savateeva-Lyubimova T.N., Muzhikyan A.A.

Creative Commons License
This work is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 International License.

This website uses cookies

You consent to our cookies if you continue to use our website.

About Cookies