The Information Component of the Data of Operational Investigative Activities in Proving Criminal Cases

Full Text

ВВЕДЕНИЕ Вопросы использования в доказывании по различным категориям уголовных дел полученной информации в результате оперативно-розыскной деятельности (далее ОРД) обсуждаются в научной литературе достаточно продолжительное время [1, 2, 4, 5, 6]. Ранее уже отмечалось, что «понимание уголовно-процессуальных отношений включает в себя уверенность в строгой процессуальной форме, что влечет за собой отграничение оперативно-розыскной деятельности от предварительного расследования, т.е. деятельности по установлению обстоятельств преступления в процессуальной форме от непроцессуальной» [3, с. 318], но, при всём этом, указанные два вида тесно взаимосвязаны между собой, и сведения, полученные в рамках оперативных мероприятий становятся предметом использования уголовно-процессуальной сферы при доказывании обстоятельств совершения преступления. Такая взаимосвязь разрушает представление о монополии собирания доказательств, именно собирания, в узком смысле этого слова, т.к. следственные органы используют некоторые данные уже собранные и зафиксированные документально сотрудниками оперативных подразделений при производстве оперативно-розыскных мероприятий, в качестве доказательств. В статье 89 уголовно-процессуального кодекса РФ установлено предписание, запрещающее использовать результаты оперативно-розыскной деятельности в качестве доказательств, в случае не соответствия требованиям указанного закона, но как показывает практика, такое предписание было внесено явно без необходимого учета возможности реализации данной правовой нормы в возникающих правоотношениях ОРД и уголовного процесса, тем самым делая её не дееспособной, в связи с чем возникает проблема законного использования сведений полученных при осуществлении оперативно-розыскной деятельности. При этом, следует обратить внимание на значение информационной составляющей получаемой в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий, т.к. не все данные, полученные оперативным путем могут участвовать в формировании доказательств по уголовному делу. Информационная составляющая в сведениях, полученных в рамках оперативно-розыскной деятельности В небезызвестном постановлении Конституционного Суда № 18-О от 04 февраля 1999 года, отмечается что «…собирание, проверка и оценка доказательств возможны лишь в порядке, предусмотренном уголовного процессуальным законом, а результаты оперативно-розыскной деятельности являются не доказательствами, а лишь сведениями об источниках тех фактов, которые, будучи полученными с соблюдением требований Федерального закона "Об оперативно - розыскной деятельности", могут стать доказательствами только после закрепления их надлежащим процессуальным путем, а именно на основе соответствующих норм уголовно - процессуального закона…»1. Указанное постановление не взирая на его статус, фактически остается голословным, т.к. практика применения судами результатов оперативно-розыскной деятельности строиться на признании таковых доказательствами. Так, например в приговоре Ленинского районного суда г. Краснодара по уголовному делу № 1-375/2-17 по ч.3 ст.290, ч.3 ст.159, ч.1 ст.292 (17 эпизодов) УК РФ, анализируя представленные в судебном заседании доказательства, суд указывает - «…что результаты оперативно-розыскных действий могут быть положены в основу приговора, поскольку они получены, закреплены и легализованы в соответствии с требованиями закона, при этом, результаты оперативно-розыскного мероприятия свидетельствуют о наличии умысла на совершение преступления, сформировавшегося независимо от деятельности сотрудников оперативного подразделения, а также о проведении подсудимой подготовительных действий, направленных на совершение преступления, что подтверждено вышеперечисленными доказательствами»2. В данном случае можно отметить гносеологическое сходство сведений, полученных непроцессуальным путем и сведений, получаемых в порядке ст. 74 УПК РФ, которые становятся доказательствами по уголовному делу и на их основе суд, прокурор, следователь, дознаватель в порядке, определенном УПК РФ, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу. Представляется, что данная ситуация возможна в связи с одинаковой направленностью действий как сотрудников оперативных подразделений, так и следственных органов на установление обстоятельств совершения преступления, но в некоторых случаях познавательный процесс сотрудников оперативных подразделений побуждает на уяснение отличительных признаков конкретного преступления и позволяет совершать действия при провидении оперативно-розыскных мероприятий на фиксирование, документирование преступных действий лиц и (или) лица до возбуждения уголовного дела. Следует отметить, что получаемая информация в ходе осуществления непроцессуальных действий оперативными подразделениями может составлять абсолютно разные сведения о факте совершения преступления, что вызывает необходимость разграничивать такие данные по их информационной составляющей, т.е. из всей совокупности полученных сведений, выделять такие, которые являются фактическим данными прямо подтверждающими какие-либо обстоятельства, подлежащие доказыванию по уголовному делу, ведь по своей сущности, это уже готовые «будущие доказательства», но сформированные в рамках ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» и поэтому требующие процессуального оформления для их закрепления в качестве таковых, путем проверки и оценки согласно уголовно-процессуального закона, что достигается в ходе своеобразного компромисса, на что обращает внимание проф. А.Е. Чечетин, отмечая что, «В подавляющем большинстве судебных актов, присылаемых заявителями, всякого рода справки, акты, рапорты, протоколы, составленные по результатам ОРД, прямо называются доказательствами, подтверждающими вину подсудимого» [11, с.88]. Следует отметить, что не все представляемые оперативными должностными лицами материалы являются результатом их собственной познавательной деятельности. Как мы уже ранее отмечали, предметы или ранее составленные документы (будущие вещественные доказательства или иные документы) попадают в материалы проведенной оперативными средствами проверки уже в готовом, окончательном виде, также, как и подобные объекты в рамках уголовно-процессуальных доказательств [3, 320-321]. ВЫВОДЫ Необходимо разделять данные полученные в рамках ФЗ «Об ОРД», т.к. не редко сведениями устанавливающим те или иные обстоятельства по уголовному делу, является информация, полученная также в готовом виде без проведения познавательных оперативно-розыскных мероприятий, например, из государственного органа (налоговая инспекция, пенсионный фонд и т.п.), и которая в дальнейшем может являться доказательством по уголовному делу, но фактически к деятельности оперативных подразделений не имеющей никакого отношения. Такие сведения должны включаться в процесс доказывания в соответствии со ст. 74 УПК РФ, в рамках которой должностное лицо следственного органа изучая представленные ему сведения принимает решение о признании и приобщении (либо отказывает в этом) их к уголовному делу в качестве вещественных доказательств или иных документов. Другим важным обстоятельством, которое следует учитывать при определении информационной составляющей полученных сведений при провидении оперативно-розыскных мероприятий, будет являться возможность их дублирования, но уже в рамках следственных действий. Если в ходе проведения таких оперативно-розыскных мероприятий как опрос, было получено объяснение физического лица, то в рамках уголовного дела показания подозреваемого, обвиняемого, свидетеля или потерпевшего вполне способны составить полноценные доказательства с учетом процессуальный формы. Поэтому необходимо обратить внимание на разграничение оперативно информации, которое нам представляется следующим образом: 1. Сведения, сформированные в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий и представляющие собой задокументированные на материальных носителях следы криминального деяния, готовые для использования в качестве доказательств в уголовном процессе; 2. Сведения, полученные в ходе оперативно-розыскных мероприятий, отражающие следы криминального деяния, или (и) отражающие источник таких следов. ЗАКЛЮЧЕНИЕ Таким образом, на наш взгляд информационная составляющая собранных и сформированных сведений оперативно-розыскной деятельности, как готового, годного с точки зрения требований уголовно-процессуального законодательства к применению в уголовном судопроизводстве, имеет важное значение и позволяет определить каким образом её не только возможно, но и необходимо использовать. 1 Определение Конституционного Суда РФ от 04.02.1999 г. № 18-О «По жалобе граждан М.Б. Никольской и М.И. Сапронова на нарушение их конституционных прав отдельными положениями Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности РФ» // СПС «КонсультантПлюс». 2 Приговор по делу № 1-375/2-17 от 11 июля 2017 года // ГАС РФ «Правосудие»

About the authors

Alexander Evgenievich Vitovtov

East-Siberian Institute of the Ministry of Internal Affairs of Russia

Email: 629.76@mail.ru
Cand.sci.(Law), Associate Professor of the Department of Operational Investigative Activities and Special Equipment in the Department of Internal Affairs Irkutsk, Russia

References

Supplementary files