ECONOMIC STRUCTURES OF THE ENEOLITHIC POPULATION OF THE TRANS-URAL (BASED ON MATERIALS FROM PEAT-BOG SITES)


Cite item

Abstract

The Trans-Ural region is located on the eastern slopes of the Ural Mountains within the boundaries of two physiographic countries - the Ural highlands and the West-Siberian plain, and crosses several natural and climatic zones. About 60 peat-bog sites of the Mesolithic - Early Iron Age period are known in this area. The Eneolithic periodization and chronology is based on a series of 14С dates (4000-2500 BC) obtained from various categories of sources and stratigraphic analysis data. During the Eneolithic period the Trans-Ural population had a mixed economy of the subsistence harvesting type with the core branches of the economy including domestic crafts, stone flaking, pottery, woodworking, bone and metal working, hunting, fishing, and harvesting.

Full Text

Введение Зауралье расположено на восточном склоне Уральских гор, в пределах двух физико-географических стран - Уральской горной и Западно-Сибирской равнинной, занимает несколько природно-климатических зон со специфическим рельефом, геологией и гидрографией. Большая протяженность Зауралья в меридиональном направлении, различия в высотных отметках определяют разнообразие климатических условий, особенности и возраст болото- и торфообразования в северных и южных, горных и равнинных районах. В Зауралье известно более 60 торфяниковых памятников эпохи мезолита - позднего бронзового века, около 9300-1300 гг. до н.э. Культурные слои энеолита, маркируемые материалами шувакишской, липчинской и аятской культуры, обнаружены практически на всех памятниках, периодизация и хронология которых устанавливается по серии 14С дат, полученных по разным категориям источников, стратиграфическим показателям, коррелируемым с палеоклиматической моделью позднего атлантического - раннего суббореального периодов. Нижняя граница эпохи энеолита очерчивается около 4000 г. до н.э., верхняя - определена по началу бытования комплексов раннего бронзового века - около 2500 г. до н.э.1 В атлантический период 9-6 тыс. кал. л.н. (8-5 тыс. 14С л.н.) в Зауралье произрастали смешанные лиственно-хвойные леса с участием широколиственных древесных растений. Климат был умеренно теплым, в первую половину периода - относительно сухим, во вторую - более мягким и влажным. В некоторых частях озер начался процесс заболачивания и торфонакопления. Аридизация климата на рубеже атлантического и суббореального периодов привела к заболачиванию более глубоких центральных частей палеоозер или к окончательному заболачиванию водоемов. Климатические условия первой половины суббореального периода, 4,2-5,8 тыс. кал. л.н. (4,7-3,8 тыс. 14С л.н.) характеризуются как умеренно теплые, более влажные и мягкие по сравнению с концом атлантического периода. Произрастали сосново-еловые и елово-сосновые леса с пихтой и примесью липы, ильма, дуба2. Материалы и исследования Для памятников шувакишского, липчинского и аятского типа характерна глиняная посуда баночной формы с округлым, реже уплощенным дном (рис. 1, 7-12). Емкости шувакишского типа орнаментировались крупным гребенчатым, «гусеничным», «рамчатым» и «веревочным» штампами, которыми нанесены горизонтально-линейные композиции. Для сосудов липчинского типа характерны накольчато-отступающая техника декорирования и сложные композиции узора. Аятский тип керамики орнаментирован гребенчатым штампом средних размеров, которым наносились горизонтальные пояса, заполненные геометрическими фигурами. Характер каменной индустрии эпохи энеолита Зауралья реконструируется в комплексе с материалами береговых памятников, т.к. ассортиментный набор изделий, обнаруженных на торфяниковых стоянках, специфичен3. Отмечено существование двух традиций расщепления камня: преимущественно пластинчатый характер в шувакишских и отщеповый - в липчинских комплексах. В аятских памятниках доля пластин-заготовок уменьшается, формируется плитчато-отщеповый характер каменной индустрии. Населению Зауралья эпохи энеолита было известно более 40 разновидностей минералов и горных пород. Наблюдается поиск оптимального типа заготовки и ее использование для определенной категории орудий. Орудия для производства орудий выполнены в основном из плитчатого и слюдистого кварцита, гранита, песчаника. Режущие, колющие, скребущие инструменты и наконечники стрел - преимущественно из кремнистых, яшмовидных, халцедоновых, отчасти - сланцевых пород, которые использовались в основном для производства рубящих орудий. Почти все грузила - из амфиболитового и серицитового сланца, кварцита, гранита и талька. Характерны призматические, конусовидные и торцовые нуклеусы (рис. 1, 1-6). Найдены обломки шлифованных орудий, отщепы с ретушью, наконечники стрел, грузила, шлифовальные плиты и абразивные инструменты (рис. 2). Для оформления орудий чаще всего использовалось ретуширование: преимущественно краевое одностороннее на режущих, колющих и скребущих орудиях. Наконечники стрел листовидной, лавролистной, иволистной, треугольной формы, немногочисленны пятиугольные, шлифованные и кельтеминарского типа выполнены на отщепах и плитках камня, обработаны в основном двусторонней ретушью. Сверление камня зафиксировано на подвесках и перфорированных дисках, грузила изготовлялись методом оббивки, реже - пикетажа. Орудия охоты представлены наконечниками стрел и боласами - изделиями округлой или подовальной формы, выполненными на крупных гальках и кусках (рис. 3, 6). Орудия рыболовства - грузила - плитчатые изделия ромбическо-овальной формы со следами минимальной подработки по периметру. Встречены грузила округлой формы, обработанные по периметру сколами, и грузила округлой или прямоугольной формы со сверлиной в центре - перфорированные диски. Найдены грузила подпрямоугольной или овальной формы с опоясывающим по периметру желобком (рис. 2, 4-6; 3, 7, 8). Характерны рубящие орудия подпрямоугольной и клиновидной формы овального, подтреугольного, реже - трапециевидного и восьмиугольного сечения (рис. 2, 7-10). Свидетельства меднолитейного производства представлены единичными находками - проволока, которой были скреплены обломки деревянной ложки, и скобки с проволокой на скульптуре лосихи, обнаруженные на VI Разрезе Горбуновского торфяника, два ножа листовидной формы - на стоянке Разбойничий Остров4. Выплавку металла маркируют находки фрагментов керамики со следами ошлаковки и единично - каплями меди. В качестве тиглей могли использоваться крупные обломки сосудов либо небольшие целые емкости. Косвенным подтверждением распространения металлических орудий являются изделия из дерева и камня, изготовленные этими инструментами. Деревообработка. На торфяниковых памятниках Зауралья обнаружены заготовки, обломки и готовые изделия из различных пород деревьев, коры сосны и березы. Найдены стволы без и со следами обработки - колья, части настилов; многочисленные ветки, как правило, без следов обработки. На VI Разрезе зафиксированы деревянные сооружения из стволов, досок и вертикально вбитых кольев, возможно - площадки с навесами или без них и настилы в виде нешироких дорожек. В эпоху энеолита и в бронзовом веке, около 4000-1500-1300 гг. до н.э., они, вероятно, использовались как культовые, о чем свидетельствуют найденные рядом деревянные антропоморфные, зооморфные и орнитоморфные скульптуры. На поселении Шигирское А и стоянке Разбойничий Остров зафиксированы настилы, проложенные от берегового поселения к водоему, состоящие из параллельно сложенных стволов, иногда укрепленных вертикальными кольями. В котловинной, удаленной от береговых поселений части Горбуновского торфяника обнаружены настилы, которые могли быть фрагментами дорог и/или производственными площадками. Они сопровождаются малым количеством артефактов, как правило, связанных с рыболовством, отдельными фрагментами керамики, веслами, кольями и т.д. Изделия из дерева представлены средствами передвижения, бытовой утварью, орудиями охоты и рыболовства, скульптурами. Средства передвижения. На Шигирском торфянике была найдена долбленая лодка, которая не сохранилась. На памятниках эпохи энеолита и раннего бронзового века Зауралья обнаружено около 150 фрагментов целых цельных и существенно меньше (11-12 экз.) составных весел5. Составные весла состоят из двух частей - лопасти с короткой ручкой и рукояти, концы которых срезаны на клин, оформлены желобками или насечками, с помощью которых происходило крепление. Цельные изделия длиной 120-130 см с лопастью овальной формы длиной 50-60 см, с закругленным краем рукояти (рис. 4, 4-8). Менее характерно оформление навершия в виде реалистичной или стилизованной головы водоплавающей птицы, редко - головы зверя (рис. 4, 1, 2). На поселении Шувакиш I обнаружено весло с рисунком на лопасти, выполненным черной краской (рис. 4, 3), и составное весло (5 130± 45 л.н. (АА-86211) или 4040-3800 гг. до н.э.)6. На VI Разрезе найден полоз саней сложной конструкции (5070±60 л.н. (АА-86208) или 3970-3710 гг. до н.э.) и полозья саней, состоящие из двух скрепленных между собой досок (5090±40 л.н. (АА-98079) или 3970-3790 гг. до н.э.). Деревянная посуда представлена в основном обломками - ложками, ковшами и черпаками (рис. 5, 4-7), блюдами, дуршлагами, крышками, берестяными емкостями (рис. 5, 1-3) и фрагментами орнаментированных берестяных изделий7. Многочисленные рейки со следами срезов и заострений, обломки рукоятей, фрагменты дощечек, веслообразные поделки и пр., обнаруженные на памятниках, возможно, являлись составными частями каких-то изделий и/или конструкций. Деревообработка была традиционным видом деятельности со сложившимися приемами обработки. Фиксируется рубка, раскол, резание, строгание и скобление, долбление, сверление, гнутье и заглаживание древесины; соединение деталей с помощью шипов, клиньев или ременной вязки. Распространение металлических орудий, вероятно, повысило качество и скорость изготовления деревянных предметов. Изделия из кости немногочисленны, представлены биконическим и обломком трудноопределимого наконечника стрелы, теслом, проколками, подвеской и однорядным гарпуном (рис. 6). Топография расположения памятников, остеологический материал и специализированный инвентарь указывают на значительную роль рыболовства в хозяйственной структуре населения Зауралья в этот период. Судя по близости, порой - тождественности способов лова, известных по этнографическим и археологическим источникам, рыболовство выступает в качестве относительно статичной отрасли. Инструментарии и способы лова, возникнув и специализировавшись в древности, на протяжении тысячелетий не претерпели существенных изменений. Инновации коснулись материала, из которого изготавливались орудия лова, появления в связи с этим отдельных типов рыболовных снарядов, корректировки сроков добычи и видового состава ихтиофауны, обусловленных природно-климатическими изменениями. Успех промысла определялся знанием биологии рыб, зависел от состояния экосистемы. Эти факторы лежали в основе выбора наиболее рационального способа лова, типа рыболовного сооружения, времени и места его установки8. Судя по циклу промысловой деятельности обских угров рыболовство в эпоху энеолита могло быть почти круглогодичной отраслью хозяйства9. Среди промыслового инвентаря торфяниковых памятников преобладают грузила и поплавки, присутствуют наконечники стрел, гарпуны и остроги. Основная масса рыбы добывалась, вероятно, запорами и ловушками типа котцов и вершей. На поселении Шувакиш I отмечено скопление дранок длиной более 100 см, шириной 1-2 см, соединенных в четырех местах - вероятно, фрагменты верши конической формы. Есть упоминание о верше длиной 75-100 см, изготовленной из дранки, обнаруженной на VI Разрезе Горбуновского торфяника10. Остатки сетей на памятниках Зауралья пока не обнаружены. Однако имеются косвенные свидетельства их использования: находки кусочков веревок и крапивного волокна, наличие грузил и поплавков. Деревянные стержни длиной до 40 см (рис. 7, 1), судя по этнографическим данным, могли быть составными частями простых сетей. Узкие дощечки длиной 15 см с подтреугольными краями использовались для вязания сетей (рис. 7, 3), а с развилкой на конце (рис. 7, 2), аналогичные обнаруженным на поселении Сарнате11, - для крепления сети при вязке12. Поплавками на сетях или составными частями приспособлений для гона рыбы в сети служили, возможно, деревянные диски округлой или подпрямоугольной формы с отверстием в центре, которые имеют широкий круг аналогий в торфяниковых памятниках эпохи мезолита - раннего металла России, Дании и Финляндии. О применении вершей и сетей свидетельствуют многочисленные грузила и поплавки. Грузила - кибасы (рис. 3, 4, 5) были характерны и для населения эпохи неолита - раннего бронзового века европейской части России, Латвии, Литвы, Белоруссии13. Поплавки - изделия из сосновой коры овальной или трапециевидной формы с отверстием, смещенным к узкому краю, и изделия трапециевидной формы с округленными краями и двумя отверстиями (рис. 7, 5). Широко распространены трубчатые поплавки из кусков скрученной бересты (рис. 3, 1-3; 7, 4), которые обнаружены и на памятниках Прибалтики, Верхнего Поволжья, на северо-востоке Европейской части России14. Рыболовные крючки на памятниках эпохи энеолита Зауралья неизвестны. Возможно, составной частью крючка мог служить небольшой тальковый стержень (поселение Шувакиш I), в Шигирской коллекции присутствуют костяные рыболовные крючки, датировка которых неясна. Занятие охотой в эпоху энеолита иллюстрируется специализированными орудиями из камня - наконечниками стрел, боласами, изделиями для переработки охотничьей добычи (скребки, проколки, ножи и т.д.); из дерева - луками, древками стрел и стрелами. Остеологический материал представлен костями лося, северного оленя, косули, медведя, лисицы, бобра, некрупных млекопитающих и птиц. Основными объектами мясной охоты были крупные копытные, своеобразие биологии которых связано с ежегодными миграциями с западного на восточный склон Урала. Промысел, возможно, проводился в активной и пассивной форме ямами, ловушками, засеками и устройствами типа городьбы. На писаницах Зауралья, которые датируются эпохой энеолита, запечатлены сцены охоты на крупных копытных. Некоторые изображения трактуются как ямы-ловушки и загороди. Остеологический материал и специализированный инвентарь - некоторые типы каменных и деревянные наконечники стрел (рис. 8, 1-6), древки стрел (рис. 8, 7), гарпунов и дротиков; луки и боласы, а также ряд сюжетов на писаницах Урала свидетельствуют об охоте населения эпохи энеолита на боровую и водоплавающую птицу. Наличие наконечников стрел предполагает использование населением Зауралья луков. Однако их находки немногочисленны. Почти целый лук, датировка которого неясна, обнаружен на Шигирском торфянике; на VI Разрезе найдены обломки маленьких луков (рис. 8, 8). Богатейшая флора Урала, этнографические и лингвистические данные15, археологические источники16 дают основания предполагать существенную роль собирательства в структуре хозяйства. Заключение Таким образом, в эпоху энеолита у населения Зауралья фиксируется комплексное хозяйство присваивающего типа, основными отраслями которого были обработка камня, глины, дерева, кости и металла, домашние промыслы, охота, рыболовство и собирательство. Соотношение различных отраслей хозяйства на протяжении IV - начала II тыс. до н.э. не было статичным. Такие компоненты хозяйственной деятельности, как камне- и деревообработка, производство глиняной посуды были более консервативны, адаптированы к местным источникам сырья, регламентированы традициями. Определенные изменения в этих отраслях в эпоху энеолита вызваны внедрением технических новшеств - медных орудий труда, определены культурными трансформациями. Более динамичны охота и рыболовство, на развитие которых помимо технических и культурных инноваций оказывали влияние природно-климатические изменения. Основу мировоззренческих представлений энеолитического населения Зауралья составляли промысловые, солярно-лунарные и культы антропо- зооморфных прародителей, которые близки мифологическим образам охотников и рыболовов лесной зоны Восточной Европы и Западной Сибири, менее сопоставимы с сюжетами изобразительного искусства населения степной и лесостепной зоны.
×

About the authors

N. M Chairkina

Institute of History and Archaeology, Ural Branch of RAS

Email: chair_n@mail.ru
Ekaterinburg, Russia

References

  1. Chairkina N., Kuzmin Y. & Hodgins G. Radiocarbon Chronology of the Mesolithic, Neolithic, Aeneolithic, and Bronze Age Sites in the Trans-Urals (Russia): A General Framework. Radiocarbon. 2017. 59 (2). P. 505-518.
  2. Антипина Т.Г., Панова Н.К., Чаиркин С.Е., Чаиркина Н.М., Шакаев Б.А. Динамика природной среды голоцена по данным комплексного исследования торфяниковых памятников Горбуновского торфяника и у озера Ельничное (Среднее Зауралье) // XX Уральское археологическое совещание. Ижевск, 2016. С. 353-356 @@ Панова Н.К. История озер и растительности в центральной части Среднего Урала в поздне- и послеледниковое время // Охранные археологические исследования на Среднем Урале. Екатеринбург: Банк культурной информации, 2001. Вып. 4. С. 48-59.
  3. Чаиркина Н.М. Энеолит Среднего Зауралья. Екатеринбург: Изд-во Урал. гос. ун-та, 2005. С. 200-206.
  4. Старков В.Ф. Новые раскопки на Горбуновском торфянике // Археологические открытия 1979 года. М.: Наука, 1980. С. 172-173 @@ Чаиркина Н.М. Энеолит Среднего Зауралья. Екатеринбург: Изд-во Урал. гос. ун-та, 2005. С. 152. Рис. 38.
  5. Kashina E.A. & Chairkina N.M. Wooden Paddles from Trans-Urals and from Eastern and Western European Peat-Bog Sites // Archaeology, Ethnology & Anthropology of Eurasia. 45/2 (2017). P. 97-106.
  6. Chairkina N., Kuzmin Y., Burr G. Chronology of the perishables: first AMS 14C dates of wooden artefacts from Aeneolithic - Bronze Age waterlogged sites in the Trans-Urals, Russia // Antiquity. 2013. V. 87. P. 418-429.
  7. Кашина Е.А., Чаиркина Н.М. Орнаментированные берестяные изделия из VI Разреза Горбуновского торфяника // Археология, этнография и антропология Евразии. 2012. № 1 (49). С. 41-48 @@ Погорелов С.Н. Культовая деревянная посуда из торфяниковых памятников Среднего Зауралья // Вопросы археологии Урала. Екатеринбург: Изд-во Урал. ун-та, 2002а. Вып. 24. С. 151-164 @@ Погорелов С.Н. Деревянная посуда из торфяниковых памятников Среднего Урала // Уральский исторический вестник. 2002б. № 8. С. 123-141 @@ Чаиркина Н.М. Энеолит Среднего Зауралья. Екатеринбург: Изд-во Урал. гос. ун-та, 2005. С. 216-218.
  8. Чаиркина Н.М. Энеолит Среднего Зауралья. Екатеринбург: Изд-во Урал. гос. ун-та, 2005. С. 225-232.
  9. Кулемзин В.М., Лукина Н.В. Васюганско-ваховские ханты в конце XIX - начале XX в. Этнографические очерки. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1977. 225 с. @@ Мартынова Е.П. Очерки истории и культуры хантов. Ин-т этнологии и антропологии РАН. М., 1998. 235 с. (Новые исследования по этнологии и антропологии) @@ Соколова З.П. Ханты и манси: взгляд из XXI в. М.: Наука, 2009. 756 с. @@ Федорова Е.Г. Рыболовы и охотники бассейна Оби: проблемы формирования культуры хантов и манси. СПб.: Европейский Дом, 2000. 336 с.
  10. Раушенбах В.М. Среднее Зауралье в эпоху неолита и бронзы. М.: Госкультпросветиздат, 1956. (Тр. ГИМ. Вып. 29). С. 117.
  11. Ванкина Л.В. Торфяниковая стоянка Сарнате. Рига: Изд-во «Зинатне», 1970. Табл. XXV, 3.
  12. Раушенбах В.М. Среднее Зауралье в эпоху неолита и бронзы. М.: Госкультпросветиздат, 1956. (Тр. ГИМ. Вып. 29). С. 24, 123.
  13. Ванкина Л.В. Торфяниковая стоянка Сарнате. Рига: Изд-во «Зинатне», 1970. С. 60 @@ Римантене Р.К. Озерное рыболовство и морская охота в каменном веке Литвы // Рыболовство и морской промысел в эпоху мезолита - раннего металла в лесной и лесостепной зоне Восточной Европы. Л.: Наука, 1991. С. 76-77 @@ Чернявский М.М. Исследования неолитических поселений Кривинского торфяника // Древности Белоруссии. Докл. к конф. по археологии Белоруссии. Март 1969. Минск, 1969. С. 71-88.
  14. Янитс Л.Ю. Поселение эпохи неолита и раннего металла в приустье р. Эмайыги (Эстонская ССР). Таллин: Акад. наук Эстонской ССР, 1959. С. 202 @@ Буров Г.М. Археологические находки в старичных торфяниках бассейна Вычегды // Советская ареология. 1966. № 1. С. 171. Ванкина Л.В. Торфяниковая стоянка Сарнате. Рига: Изд-во «Зинатне», 1970. С. 94 @@ Загорска И.А. Рыболовство и морской промысел в каменном веке на территории Латвии // Рыболовство и морской промысел в эпоху мезолита - раннего металла в лесной и лесостепной зоне Восточной Европы. Л.: Наука, 1991. С. 59-60 @@ Козырева Р.В. Рыболовство и морской промысел на Северо-Востоке европейской части СССР // Рыболовство и морской промысел в эпоху мезолита - раннего металла в лесной и лесостепной зоне Восточной Европы. Л.: Наука, 1991. С. 227-228 @@ Крайнов Д.А. Рыболовство у неолитических племен Верхнего Поволжья // Рыболовство и морской промысел в эпоху мезолита - раннего металла в лесной и лесостепной зоне Восточной Европы. Л.: Наука, 1991. С. 144-147 @@ Римантене Р.К. Озерное рыболовство и морская охота в каменном веке Литвы // Рыболовство и морской промысел в эпоху мезолита - раннего металла в лесной и лесостепной зоне Восточной Европы. Л.: Наука, 1991. С. 73-75.
  15. Хайду П. Уральские языки и народы М.: Прогресс, 1985. С. 147.
  16. Раушенбах В.М. Среднее Зауралье в эпоху неолита и бронзы. М.: Госкультпросветиздат, 1956. (Тр. ГИМ. Вып. 29). С. 120-121.

Copyright (c) 2021 Chairkina N.M.

Creative Commons License
This work is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 International License.

This website uses cookies

You consent to our cookies if you continue to use our website.

About Cookies