The influence of clinical and laboratory characteristics on psycho-emotional status in patients with endometriosis and infertility

Cover Page

Abstract


Background. The investigations of clinical, laboratory, psycho-emotional characteristics in patients with endometriosis and infertility are very actuality, because it’s results help to improve the prepare woman for infertility overcome.

Purpose — study the influence of clinical, laboratorycharacteristics of endometriosis on psycho-emotional status in patients with infertility.

Materials and methods. The psycho-emotional status estimated with using Spilberger-Chanin and Bek tests (71 patients). The levels of gonadotropic and steroid hormones in serum determined with method of immune-ferment analysis.

Results. The reactive anxiety was show in 67,4%, personal anxiety — in 11,6%, light depression — in 39,5% woman. There were estimate factors, which influence on psycho-emotional status in patients with endometriosis and infertility: duration of infertility and not effective from previously treatment, algomenorea, dispaneuria, low level of AMH and hormonal disorders, which connect with clinical symptoms of endometriosis.

Conclusion. The estimation psycho-emotional status and psychological support will conduce to optimization of infertility overcoming women with endometriosis and infertility.


Актуальность

Согласно уставу ВОЗ здоровье — это состояние полного физического, душевного и социального благополучия, а не только отсутствие болезней и физических дефектов [1]. В этой связи особое значение приобретают подходы ведения пациентов с учетом их психоэмоционального статуса. Из различных форм переживания чувств (эмоции, аффекты, настроения, стрессы, страсти) складывается эмоциональная сфера человека [2]. При патологических состояниях психоэмоциональный фон играет немаловажную роль [3].

Одной из особенностей, характеризующих психоэмоциональный статус, является тревожность, связанная с эмоциональной реакцией на опасность. У каждого человека существует свой оптимальный или желательный уровень тревожности — это так называемая полезная тревожность. Различают тревожность как личностное свойство (личностная тревожность) и как состояние — реактивная тревожность [4]. Нарушения реактивной и личностной тревожности, депрессия отмечаются при ряде гинекологических заболеваний [3].

Эндометриоз встречается у 12–60 % женщин [5]. По некоторым данным, до 50 % женщин с эндометриозом страдают бесплодием [6]. Бесплодный брак создает для большинства женщин психологический и социальный дискомфорт. Эндометриоз клинически проявляется бесплодием [7], болями во время менструаций и во время полового акта, нарушением менструального цикла [8, 9]. Трудоемкость процессов обследования и лечения, необходимость применения гормональной терапии, вызывающей перепады настроения, эмоциональные расстройства, могут сказываться на психоэмоцио нальном состоянии этих пациенток [10, 11].

В литературе практически отсутствуют работы по изучению психоэмоционального статуса у женщин с бесплодием, обусловленным эндометриозом, и влияния клиническо-лабораторных показателей при эндометриозе на уровень тревожности и проявления депрессии. Исследования в данном направлении позволят оптимизировать подготовку пациенток с эндометриозом и бесплодием к преодолению бесплодия.

Целью настоящего исследования стало изуче ние психоэмоционального статуса женщин с бесплодием, обусловленным генитальным эндометриозом, и выявление зависимости его от клинических и лабораторных характеристик этих пациенток.

Материал и методы

Обследована 71 женщина с генитальным эндометриозом и бесплодием. Критериями включения в исследуемую группу женщин были репродуктивный возраст, отсутствие беременностей при регулярной половой жизни в течение 1 года и больше, диагностированный эндометриоз I, II, III стадий. Критерием исключения из исследуемой группы была IV стадия эндометриоза. Стадирование эндометриоза производилось согласно классификации, предложенной Американским обществом по репродуктивной медицине в 1979 г. и пересмотренной в 1996 г., которая основана на подсчете общей площади и глубины эндометриоидных очагов с использованием балльной системы с учетом клинико-морфологических особенностей.

Оценку психоэмоционального статуса проводили с помощью теста Спильбергера – Ханина, определяющего, насколько уровень тревожности данного человека отличается от индивидуального уровня полезной тревоги, и шкалы Бека, показывающей степень тяжести проявлений депрессии. Тест Спилбергера – Ханина состоит из 40 утверждений, и пациентки должны были отметить выбранный ответ. Показатели тревожности подсчитывали по формуле, и в зависимости от суммы набранных баллов тревожность оценивали как низкую, умеренную и высокую.

Шкала Бека (опросник из 21 категории с 4–5 утверждениями для каждой категории, соответствующими специфическим проявлениям депрессии) использовалась для оценки наличия депрессии у данной пациентки. Пациентки выбирали утверждение, которое наиболее точно отражало их самочувствие, образ мыслей и настроение. В зависимости от набранных баллов оценивали степень тяжести проявлений депрессии.

Статистический анализ полученных результатов проведен при помощи методов описательной статистики, сравнения совокупностей по количественным признакам с использованием параметрического и непараметрического анализа (критерий Манна – Уитни). Взаимосвязь признаков определяли путем подсчета коэффициента линейной корреляции Пирсона (r). Критический уровень достоверности принимали равным 0,05.

Полученные результаты и их обсуждение

Средний возраст обследованных женщин составил 34,1 ± 1,8 года.

Распределение их по возрасту показало, что женщин в возрасте 18–25 лет было 14 (19,7 %), в возрасте 26–30 лет — 22 (30,9 %), 31–35 лет — 28 (39,4 %), 36–40 лет — 7 (9,8 %) пациенток.

Частота соматической патологии у женщин с эндометриозом и бесплодием была следующей: заболевания желудочно-кишечного тракта наблюдались у 26 (36,4 %), пиелонефрит в анамнезе — у 12 (17,4 %), анемия легкой и средней степени — у 18 (25,4 %), диагностированный пальпаторно диффузный нетоксический зоб, не влияющий на гормональную активность по результатам лабораторных исследований, — у 16 (22,5 %) пациенток.

Средний возраст менархе у обследованных женщин составил 12,8 ± 0,3 года. Анализ менструального цикла показал, что альгоменорея отмечена у 40 (56,3 %), обильные менструации — у 25 (35,2 %), пройоменорея — у 21 (29,6 %) пациентки. Мажущие кровянистые выделения до и после менструаций отметили 25 (34,5 %) пациенток. Болевой синдром, не связанный с менструацией, отметили 23 (32,3 %), диспареунию — 48 (67,6 %) пациенток.

Женщин с первичным бесплодием (53–75 %) было в 3 раза больше, чем с вторичным (18–25 %). Длительность бесплодия до 5 лет имели 20 (28,2 %) женщин, более 5 лет — 51 (71,8 %) обследованная. Распределение пациенток по степени тяжести эндометриоза показало, что у 7,1 % женщин диагностирована I стадия, у 40,8 % — II стадия, у 52,1 % — III стадия эндометриоза.

Содержание гонадотропных гормонов (ФСГ и ЛГ) было в пределах нормы у всех обследованных женщин. Гиперпролактинемия обнаружена у 29 (40,8 %) женщин, гиперэстрогенемия — у 33 (46,5 %). Уровень прогестерона был снижен у 36 (50,7 %) пациенток. Среди обследованных женщин уровень эстрадиола находился в пределах лабораторной нормы у 38 (53,5 %), абсолютная гиперэстрогенемия диагностирована у 33 (46,5 %), относительная гиперэстрогенемия — у 23 (32,4 %) пациенток. У пациенток со II и III степенями тяжести эндометриоза среднее содержание эстрадиола в сыворотке крови (126,8 ± 28,3 нг/л) было выше, чем у пациенток с I степенью эндометриоза (87,4 ± 31,5 нг/л).

У 49 (69 %) женщин с генитальным эндометриозом и бесплодием выявлена нормо гонадотропная овариальная недостаточность, у 22 (31 %) — нормальная овариальная функция. Результаты мониторинга фолликула показали, что среди женщин с овариальной недостаточностью у 36 (73,5 %) имела место недостаточность лютеиновой фазы, у 13 (26,5 %) — анову ляция.

Оценка психоэмоционального статуса пациенток с бесплодием и эндометриозом показала, что среди обследованных женщин до начала обследования и разработки плана преодоления бесплодия личная тревожность выявлена у 8 (11,6 ± 4,9 %), реактивная тревожность — у 48 (67,4 ± 7,1 %), депрессия легкой степени — у 21 (39,5 ± 7,5 %) пациентки.

На фоне личной тревожности реактивная тревожность была более выражена — у всех пациенток с личной тревожностью имела место реактивная тревожность умеренной и тяжелой степеней.

Распределение женщин по степени тяжести реактивной тревожности представлено на рисунке 1.

 

Рис. 1. Удельный вес пациенток с различной степенью тяжести реактивной тревожности

 

Среди пациенток с реактивной тревожностью длительность бесплодия более 5 лет отмечена у 40 (83 %), меньше 5 лет — у 8 (17 %), альгоменорея — у 32 (66,7 %), боль во время полового акта — у 39 (81 %) женщин (рис. 2). Реактивная тревожность пациенток с длительностью бесплодия более 5 лет (34–85 % женщин) была умеренной и высокой. Только у 6 (15 %) женщин с длительным бесплодием диагностирована легкая степень реактивной тревожности. Эти данные подтверждают, что определяющее значение в степени изменения психоэмоционального статуса женщин с эндо метриозом имеет длительность бесплодия. Более половины женщин с длительным бесплодием отметили неэффективность предыдущих обращений к врачам.

 

Рис. 2. Частота клинических проявлений эндометриоза у женщин с реактивной тревожностью

 

Более половины женщин с реактивной тревожностью (66 %) имели первичное бесплодие — установлено у 37 пациенток. Вторичное бесплодие отмечено у 19 (34 %) пациенток с реактивной тревожностью.

Анализ гормонального фона пациенток с проявлениями реактивной тревожности (48 женщин) продемонстрировал, что гипер эстрогенемия выявлена в 44 (91,75 %), гипопрогестеронемия — в 29 (60,4 %), гиперпро лактинемия — в 29 (60,4 %) случаях. У всех пациенток с проявлениями депрессии диагностированы изменения уровней эстрадиола, прогестерона, пролактина. Полученные данные подтверждают, что гормональные изменения также влияют на состояние психоэмоционального статуса пациенток с эндометриозом.

Среднее содержание антимюллерова гормона (АМГ) у женщин основной группы (2,01 ± 0,54 нг/мл) было достоверно ниже, чем у женщин контрольной группы (3,69 ± 0,69 нг/мл) (p < 0,05). Среди обследованных женщин низкие значения АМГ (меньше 1,0 нг/мл) диагностированы у 23 (32,4 %) пациенток. Среди женщин с низким овариальным резервом 18 пациенткам установлен диагноз «эндометриоидные кисты яичников», 3 — «аденомиоз», 2 — «перитонеальный эндометриоз».

Среди обследованных пациенток с низким содержанием АМГ 7 женщин были в возрасте 26–30 лет, 12 — в возрасте 31–35 лет, 4 — в возрасте 36–40 лет. При сравнении уровней АМГ в возрастных подгруппах 26–30 и 31–35 лет установлено отсутствие статистически значимых различий (U-критерий Манна – Уитни равен 49; критическое значение — 18; 49 > 18; p > 0,05). Сравнение уровней АМГ в возрастных подгруппах 26–30 и 36–40 лет выявило достоверно значимое (р < 0,05) снижение данного показателя в старшей возрастной группе (U-критерий Манна – Уитни равен 2, критическое значение U-критерия Манна – Уитни при заданной численности сравниваемых групп составляет 3; 2 ≤ 3). Полученные данные подтверждают, что функциональный резерв яичников снижается с возрастом. У женщин с эндометриозом и бесплодием, как правило, уходят годы на обследование и лечение основ ного заболевания, длительность бесплодного брака увеличивается, а шансы наступления бере менности с возрастом снижаются за счет истощения овариального резерва. В связи с этим установленный диагноз эндометриоза у женщин с бесплодием является показанием для дальнейшего ведения таких женщин в усло виях центров ЭКО.

Пациентки с эндометриоидными кистами яичников были распределены на три подгруппы: 23 (45,1 %) женщины имели небольшую кисту (d < 4 см) в одном яичнике, у 18 (35,3 %) женщин диагностирована киста диаметром больше 4 см в одном яичнике, у 10 (19,6 %) — кисты диаметром меньше 4 см в обеих яичниках. Уровень АМГ в сыворотке крови пациенток с эндометриоидными кистами яичников зависел от степени тяжести и распространения эндометриоза: низкие значения АМГ определены у 5 (21,7 ± 8,6 %) пациенток 1-й подгруппы, у 9 (50 ± 11,8 %) пациенток 2-й подгруппы, у 4 (40 ± 15,5 %) пациенток 3-й подгруппы.

При сравнении уровней АМГ в 1-й (n = 5) и 2-й (n = 9) подгруппах непараметрическим методом установлено, что U-критерий Манна – Уитни равен 5,5 при критическом его значении 7 (5,5 ≤ 7; р < 0,05). При сравнении уровней АМГ во 2-й (n = 9) и 3-й (n = 4) подгруппах не выявлено достоверно значимого различия (U-критерий Манна – Уитни равен 6,5 при критическом значение 4; 6,5 > 4; p > 0,05).

При помощи корреляционного анализа содержания АМГ в сыворотке крови и размеров эндометриоидных кист яичников была обнаружена обратная связь между этими показателями (r = –0,5; n = 51). Среди обследованных женщин низкие значения АМГ (меньше 1,0 нг/мл) диагностированы у 23 (32,4 %) пациенток. У всех пациенток с низкими значениями АМГ выявлена реактивная тревожность высокой (6 женщин — 26,1 %) и средней (17 женщин — 73,95 %) степеней. Установлена отрицательная корреляционная зависимость (r = –0,63; n = 71) между содержанием АМГ в сыворотке крови и уровнем реактивной тревожности (балльная оценка).

Таким образом, фактором, обусловливающим психоэмоциональный статус, служит такое клиническое проявление генитального эндомет риоза, как бесплодие, в особенности первичное и длительное, чему способствует неэффективность предыдущих обращений к врачам. Гормональные изменения в организме женщин с эндометриозом и бесплодием, а также низкий уровень АМГ связаны с клиническими проявлениями генитального эндомет риоза и такими характеристиками бесплодия, как первичность, вторичность, длительность, влияющими, по нашим данным, на психоэмоциональный статус женщины.

Farangis R. Ishan-Khodzhaeva

Scientific Research Institute of Obstetrics, Gynecology and Perinatology, Ministry of Health and Social Protection of Population of the Republic of Tajikistan

Author for correspondence.
Email: marhabo1958@mail.ru

Tajikistan, Dushanbe

doctor of Obstetric Department

  1. https://ru.wikipedia.org/wiki/Здоровье (дата обращения 15.02.2017).
  2. Хьелл Л., Зиглер Д. Теории личности. — СПб.: Питер, 2007. [Kh’ell L, Zigler D. Teorii lichnosti. Saint Petersburg: Piter; 2007. (In Russ.)]
  3. Клиническая психология / Под ред. Н.Д. Творогов. — М.: ПЕР СЭ, 2007. [Tvorogov ND, red. Klinicheskaya psikholo giya. Moscow: PER SE; 2007. (In Russ.)]
  4. Спилбергер Ч.Д., Ханин Ю.Л. Исследование тревожности // Диагностика эмоционально-нравственного развития / Под ред. И.Б. Дерманова. — СПб.: Питер, 2002. — С. 124–126. [Spilberger ChD, Khanin YuL. Issledovanie tre vozhnosti. Diagnostika emotsional’no-nravstvennogo razvitiya / Ed by I.B. Dermanova. Saint Petersburg: Piter; 2002. P. 124-126. (In Russ.)]
  5. Гинекология от пубертата до постменопаузы: практическое руководство для врачей / Э.К. Айламазян, В.В. Потин, М.А. Тарасова и др. — М.: МЕДпресс, 2004. [Ailamazian EK, Potin VV, Tarasova MA, et al. Gynecology from puberty to postmenopause: a practical guide for physicians. Moscow: MEDpress-inform Publ.; 2004. (In Russ.)]
  6. Cheewadhanaraks S. Cumulative recurrence rates of endometriosis-associated pain after long-term intramuscular depot medroxyprogesterone acetate therapy. J Med Assoc Thai. 2013;96(2):140-3.
  7. Ярмолинская М.И., Денисова В.М. Значение эндомет риоза в патогенезе бесплодия // Журнал акушерства и женских болезней. — 2013. — № 6. — С. 67–77. [Yarmolin skaya MI, Denisova VM. Importance of genital endometriosis in pathogenesis of infertility. Journal of Obstetrics and Women’s Diseases. 2013;(6):67-77. (In Russ.)]
  8. Айламазян Э.К., Толибова Г.Х., Траль Т.Г., и др. Особенности экспрессии рецепторов половых стероидных гормонов, провоспалительных маркеров и ингибитора циклинзависимой киназы p16ink4a в эндометрии при наружном генитальном эндометриозе // Журнал акушерства и женских болезней. — 2016. — Т. LXV. — № 3. — С. 4–11. [Aylamazyan EK, Tolibova GKh, Tral TG, et al. The features of the expression of sex steroids hormone receptors, pro-inflammatory markers and cyclin-dependent kinase inhibitor protein p16ink4a in endometrium at external genital endometriosis. Journal of Obstetrics and Women’s Diseases. 2016;LXV(3):4-11. (In Russ.)]. doi: 10.17816/JOWD6534-11.
  9. Дубоссарская З.М. Дифференциальная лечебная тактика при сочетанной доброкачественной патологии гениталий, сопровождающейся синдромом хронической тазовой боли // Здоровье женщины. — 2012. — № 6(72). — С. 132–136. [Dubossarskaya ZM. Differentsial’nayalechebnaya taktika pri sochetannoy dobrokachestvennoy patologii genitaliy, soprovozhdayushcheysya sindromom khronicheskoy tazovoy boli. Women’s Health. 2012;6(72):132-136. (In Russ.)]
  10. Яковенко Е.М., Яковенко С.А. Современные методы преодоления бесплодия. — Казань: ТАТМЕДИА, 2015. [Yako venko EM, Yakovenko SA. Sovremennye metoda preodoleniya besplodiya. Kazan’: TATMEDIA; 2015. (In Russ.)]
  11. Giudice LC, Evers JLH, Healy DL. Endometriosis: science and practice. N.Y.: Wiley-Blackwell; 2012. doi: 10.1007/s13224-014-0565-9.

Supplementary files

Supplementary Files Action
1. Fig. 1. Specific gravity of patients with different degree of reactive anxiety View (71KB) Indexing metadata
2. Fig. 2. The frequency clinical symptoms of endometrioses in women with reactive anxiety View (31KB) Indexing metadata

Views

Abstract - 374

PDF (Russian) - 219

Cited-By


PlumX


Copyright (c) 2018 Ishan-Khodzhaeva F.R.

Creative Commons License
This work is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 International License.

This website uses cookies

You consent to our cookies if you continue to use our website.

About Cookies