Dependence of the company's legal personality from the personality of its shareholder as a trend of legislation and law enforcement practice

Full Text

Введение Теория юридического лица находится в постоянном развитии и взаимодействии с экономической жизнью общества. Смена экономического строя неизбежно влечет изменения форм ведения экономической деятельности. С момента возникновения первых человеческих коллективов как форм взаимодействия людей в сфере обмена, позже оформившихся в договорные формы ведения экономической деятельности, затем товариществ, обладающих отдельными чертами правосубъектности, трансформировавшихся в разветвленную сеть различных организационно-правовых форм предпринимательства связь между коллективом и личностью, входящей в него, сохранялась. В рыночной экономике корпоративные формы ведения бизнеса зачастую являются «маской», за которой скрываются фигуры конечных выгодоприобретателей-физических лиц. С переходом экономики России к рыночным отношениям стали востребованы корпоративные формы ведения бизнеса. Их имплементация в российское законодательство привела к появлению тех же проблем, с которыми столкнулись страны, в которых эти формы прошли свое становление, в частности речь идет о злоупотреблении участниками корпоративными правами, использование «маски» юридического лица в интересах участника. Эти проблемы наложились на твердо устоявшееся и закрепленное в законодательстве убеждение о самостоятельности юридического лица и ограниченной ответственности его участника. Вышесказанное стало причиной применения в судебной практике доктрин снятия корпоративной вуали, привлечения к ответственности бенефициарного собственника. Развитие теории юридического лица в зарубежном праве Несмотря на то, что в древнеримскую эпоху не существовало понятия самостоятельной юридической личности, именно тогда начал закладываться признак, который сегодня мы называем имущественной обособленностью. Это выражалось в таких формулировках, закрепленных в Дигестах, как «все принадлежащее корпорации не принадлежит отельным членам»1и «если мы что-нибудь должны корпорации, то мы не должны ее отдельным членам; того, что должна корпорация, не должны ее отдельные члены» (D 3.4.7.1)2. Товарищества, как прообразы современных обществ в древнеримскую эпоху имели договорную природу. Со временем договор товарищества, под влиянием модели корпорации публичного права трансформировался в корпорацию частного права - товарищество как правосубъектную форму, сохраняя его договорные черты, такие как ответственность товарищей по обязательствам и объединение лиц. Научный фундамент к выделению корпоративной формы участия граждан в осуществлении экономической деятельности был заложен в зарубежной и отечественной теории юридической личности. Становление юридических лиц как явлений правовой действительности сопровождалось научным осмыслением этого процесса, в связи с чем формировались различные теории юридического лица: теория персонификации (папа Инокентий, Савиньи), органическая теория (Безелер, Блунчли, Гирке), теория целевого имущества (Бринц, Беккер), должностная теория (Гельдер, Дюги, Гойхбарг) и другие3. С их помощью осмысление юридического лица как абстрактной категории происходило через постижение категорий бесхозяйного имущества, лежачего наследства, бессубъектных прав, цели и воли в праве. Глубинная проблема, на решение которой были направлены все эти теории заключалась в том, что за любым юридическим лицом в конечном итоге стояли физические лица или государство, что порождало проблему самостоятельности юридической личности. В европейской правовой системе юридическая личность все более абстрагировалась от личности участников, приобретая самостоятельность, в англо-американской системе корпорация оставалась, прежде всего, коллективом лиц. Как справедливо отмечает в своем диссертационном исследовании Д.Е. Быканов, изначально появившаяся гораздо позднее имущественной обособленности модель ограниченной ответственности сопровождалась запретом участия компании в другом юридическом лице, запретом создавать компанию одного лица при сохранении правила «что имущество корпорации было вне зоны доступа кредиторов самого участника (из его семейных споров, личного банкротства)»4. Таким образом и имущество компании было защищено от притязаний кредиторов учредителя, и имущество учредителя было защищено от притязаний кредиторов. Эти правила защищали инвесторов. Однако позднее все указанные ограничения были сняты законодательно. Это привело к злоупотреблениям со стороны участников и послужило причиной возникновения различных теорий проникающей ответственности, защищающих интересы кредиторов. Однако трансформация юридической личности в самостоятельную и в европейских правопорядках осуществлялась постепенно. Так, Общий свод законов Прусских государств 1794 г. закреплял за обществом режим общей собственности. Это не было общество с ограниченной ответственностью в его классическом понимании, но его прототип5. Следует отметить, что в основу самостоятельности личности юридического лица была положена идея раздельности имущества юридического лица и имущества его членов (участников). Из этого обстоятельства позже вытекает идея самостоятельности имущественной ответственности. Таким образом процесс обособления имущества, установления самостоятельной имущественной ответственности осуществлялся постепенно. Современное понимание юридического лица установилось не сразу. Общества с ограниченной ответственностью были призваны исключить полную имущественную ответственность его участников. Этим отличалась эта организационно-правовая форма от полных товариществ. Они создавались в целях обособления имущества и ограничении ответственности учредителей (участников), защиты их интересов от злоупотреблений кредиторов в процедурах взыскания долгов (например, по праву Германии Gesellschaft mit beschränkter Haftung, GmbH). Однако в процессе модернизации корпоративного права Германии в 2008 году в параграф 9а Закона об обществах с ограниченной ответственностью включены нормы об ответственности участников по обязательствам общества6. Организационно-правовая форма товарищества с ограниченной ответственностью была воспринята европейскими правопорядками. А затем трансформировалась в отечественную доктрину и законодательство. В англо-американском праве доминирует подход согласно которому юридическое лицо не признается разумным существом, оно не способно понимать смысл закона, не имеет воли на которую можно воздействовать посредством угрозы наказания. Поэтому адресуя указания корпорации, закон говорит только с человеческими существами, которые ее составляют или контролируют. И хотя на самом деле ответственность может быть возложена на юридическое лицо, таким образом закон использует юридическое лицо как связующее звено с людьми, которые действуют от имени корпорации7. Корпоративное отношение в свою очередь представляет собой правовую форму, опосредующую участие (членство) в корпорации8. Формирование отечественной теории юридического лица В тоже время в российском дореволюционном праве четкого деления на юридические лица-объединения лиц и объединения капиталов не производилось и также использовались термины «товарищество», «компания», «общество» перекочевавшие в отечественный юридический лексикон под влиянием немецкого и англо-американского права. Однако, несомненно, существовали отечественные аналоги данных правовых моделей ведения экономической деятельности гражданами, основанные на нормах обычного права, которые практически не изучены отечественной правовой наукой, например, складничество, складные торги. С.А. Тальчиков, С.О. Шаляпин отмечают, что, «товарищество» - термин, которым данные объединения стали именоваться в XVII - XVIII вв., то есть значительно позже, чем они появились в действительности. Складничество понималось как объединение лиц и имущества для совместного ведения какого-либо дела9. Именным Указом от 27 октября 1699 г. № 1706 «О составлении купцами, как и в других Государствах, торговых компаний, о расписании городов по торговым делам на провинции, с подчинением малых городов главному Провинциальному городу и о причислении к слободам разночинцев, имеющих промыслы»10 купцам предложено осуществлять торговлю образуя компании. Манифестом Александра I «О дарованных купечеству новых выгодах, отличиях, преимуществах и новых способах к распространению и усилению торговых предприятий»11 от 1 января 1807 г. № 22418 утверждалось, что купечеству рекомендовано торговать в организационной форме товарищества (полного и на вере). К концу XIX века постепенно вырисовывается определение юридического лица определяется как самостоятельного искусственного субъекта права, созданного с определенной целью, отличного от физического лица (решение кассационного департамента Правительствующего Сената N 246 от 12 ноября и 10 декабря 1880 г.)12. Уже при составлении Свода законов Российской Империи в Устав торговый13был включен раздел второй «О торговом товариществе», в котором выделялись четыре их вида: полные, на вере, акционерные общества и товарищества на паях, артельные товарищества (ст. 77-79). Кроме того, в дореволюционной доктрине закладываются идеи самостоятельности юридической личности14. Становление понятия юридического лица происходило через сравнение его характеристик с признаками физического лица как субъекта права. Анализируя раздел «О торговом товариществе» Устава торгового 1903 г. В.А. Лаптев приходит к выводу, что «корпорации того периода рассматривались исключительно как объединения лиц и не представляли собой «обезличенный коллективный капитал» наподобие публичных корпораций (например, Роснефть, Газпром или ПАО «Сбербанк»)15. Этот подход продолжает сохраняться и в англо-американской системе права. Благодаря такому пониманию корпорации применение различных теорий проникающей ответственности видится органичным, не нарушающим основные принципы построения теории юридической личности в правовой системе. По нашему мнению, теория самостоятельности юридической личности, имущественной обособленности и самостоятельной ответственности окончательно сформировалась в советский период. Причиной тому стала необходимость научного обоснования в доктрине и законодательстве основных постулатов социалистической экономики, в частности запрета частной собственности на средства производства. К такому выводу приводит анализ изменений советского законодательства. В период становления советской власти в ГК РСФСР 1922 г. закреплялось определение юридических лиц как объединения лиц (ст. 276), что приближало их к современному пониманию термина «корпорация». А.В. Габов16 полагает, что именно в период действия Кодекса 1922 года начинает создаваться теория юридического лица, выдвигаются различные объяснения его сущности с учетом особенностей государственного участия в экономической жизни17. Позднее, в ГК РСФСР 1964 г. юридическими лицами признавались организации (ст. 23). На смену определению юридического лица как объединения лиц пришел обезличенный термину «организация». Советская теория юридического лица развивалась в связи с особенностями советского общественного строя и организации планового хозяйства самостоятельно, поскольку буржуазные теории не могли объяснить сути хозяйственных операций в плановой экономике18. Разработанная в раннюю советскую эпоху теория коллектива, утратила актуальность в связи с окончательным огосударствлением экономики на более поздних сроках существования советского государства и плановой экономической системы хозяйствования. С.Н. Братусь указывал, что советское государство в отличие от буржуазного государства само является хозяйствующим субъектом, а государственные предприятия, будучи органами хозяйственного управления, являются вместе с тем, организациями, на которые возложена непосредственная хозяйственная деятельность19. Теория самостоятельности юридического лица, усиленная признаками обособленности имущества юридического лица и его самостоятельной ответственности закрепившись в советской доктрине, перекочевала затем в российскую. Разгосударствление экономики в перестроечный и постперестроечный период трансформирует законодательство об организационно-правовых формах юридического лица. Утверждается Постановление Совмина СССР от 19.06.1990 № 590 «Об утверждении положения об акционерных обществах и обществах с ограниченной ответственностью и положения о ценных бумагах». Товарищества с ограниченной ответственностью получают свой правовой статус с принятием Закона РСФСР от 25.12.1990 № 445-1 «О предприятиях и предпринимательской деятельности»20 (утратил силу с 01.07.200221). Сами положения о товариществах с ограниченной ответственностью фактически прекратили действовать с принятием Федерального закона от 30.11.1994 № 52-ФЗ «О введении части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»22, в ст. 6 закрепившей невозможность создания юридических лиц в формах, не предусмотренных Гражданским кодексом РФ и применении по аналогии норм об обществах с ограниченной ответственностью к товариществам с ограниченной ответственностью. Таким образом, косвенно организационно правовая форма общества с ограниченной ответственностью и товарищества с ограниченной ответственностью были признаны эквивалентными. Определение юридического лица как организации оставлено в ст. 48 принятого ГК РФ из советского права. С принятием Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»23, товарищества с ограниченной ответственностью преобразуются в общества и производственные кооперативы. В перечисленных законах сохранялся такой признак юридического лица как ограниченная ответственность участника. Несмотря на становление в банкротном законодательстве термина «контролирующее лицо должника», до недавнего времени этот признак казался непоколебимым. По одному из дел в рамках банкротства общества с ограниченной ответственностью Федеральная налоговая служба обратилась с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности детей контролирующего лица должника, которым была подарена часть имущества, которая, по мнению ФНС подлежала включению в конкурсную массу. В удовлетворении этих требований было отказано апелляционной и кассационной инстанциями, Верховный Суд РФ в части привлечения детей к субсидиарной ответственности направил спор на новое рассмотрение (Определение 305-ЭС19-13326). После повторного рассмотрения дети были привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника - общества подконтрольного родителям в сумме более 93 млн.руб (Определение Арбитражного Суда г. Москвы от 27.10.2020 по делу № А 40-131425/16-30-203Б)24. Такое подход привлечения к ответственности по обязательствам общества не только контролирующего лица должника, но и членов его семьи, в том числе детей, говорит о трансформирующем организационно-правовую форму общества с ограниченной ответственностью тренде. Он отражает несоответствие организационно-правовой формы юридического лица его реальным признакам, в частности неограниченной ответственности участника. Выводы Теории самостоятельности юридической личности были восприняты дореволюционными правоведами из доктрины немецкого права, позднее они были обогащены советской юридической наукой, что было обусловлено особенностями советского экономического строя. Изменения в экономической системе, возрождение частной собственности на средства производства привели к трансформации модели юридической личности, за которой все чаще стала замечаться физическая личность участника, использующего юридическую личность как «маску». Так, в российском праве стали популяризоваться идеи корпорации как объединения лиц и получили различные доктрины проникающей ответственности. Получила развитие идея юридического лица как формы осуществления экономической деятельности гражданами, коллективного предпринимательства25, а следовательно, несамостоятельности юридического лица от личности его участника. Развитие законодательства о субсидиарной ответственности учредителей вывело на новый виток развития законодательство об обществах. Возрастающая роль конечного выгодоприобретателя в деятельности общества - его участника не может игнорироваться. Практика борьбы со злоупотреблениями показывает со всей убедительностью, что конечным интересом юридического лица является интерес его участников. Это означает что участие как форма осуществления экономической деятельности гражданами требует дальнейшего изучения. Заключение Если субъект имущественного оборота самостоятельно вступает в непосредственные правоотношения с иными лицами, то участник (член) корпорации, выбравший для себя опосредованное (через корпорацию) участие в обороте, вступает в правоотношения с корпорацией. Такое участие может иметь имущественный (обязанность участвовать в образовании имущества корпорации), а также неимущественный характер (посредством реализации права на участие в управлении делами корпорации и права получения информации о ее деятельности)26. Наследием советской правовой системы стала концепция самостоятельности личности юридического лица, выражающейся в классических признаках (имущественная обособленность, самостоятельная ответственность, организационное единство, выступление в качестве истца и ответчика в суде от собственного имени). Эти признаки не подвергались сомнению. Причиной востребованности в отечественной юриспруденции выработанных зарубежной доктриной теорий проникающей ответственности стали злоупотребления ограниченной ответственностью участниками в нарушение интересов кредиторов юридического лица. В российское законодательство было имплементировано понятие корпорации, субсидиарной ответственности контролирующих лиц, бенефициарных собственников, стала применяться теории снятия корпоративных покровов.

About the authors

Marietta Damirovna Shapsugova

Institute of State and Law of the Russian Academy of Sciences

Email: shapsugova@gmail.com
PhD(Law), Assoc. Prof., Senior Researcher of the Sector of Business and Corporate Law of the Institute of State and Law Moscow, Russia

References

Supplementary files