On the Issue of Assessing the Social Impact of Social Entrepreneurship

Full Text

Введение Социальное предпринимательство является важным социально значимым институтом, поскольку, помимо цели извлечения прибыли, такая предпринимательская деятельность направлена на решение тех или иных острых социальных проблем. В настоящее время этот институт хорошо известен и российскому праву. Длительное время велись дискуссии вокруг принятия федерального закона, закрепляющего правовые основы социального предпринимательства. Различные версии данного нормативного акта обсуждались несколько лет, основной причиной столь затянувшегося процесса стало отсутствие единого понимания социального предпринимательства, и, как следствие, трудности с формированием универсального определения. В результате в 2019 году такое определение все же было закреплено1. В соответствии с абзацем 8 статьи 3 Федерального закона от 24 июля 2007 г. № 209-ФЗ «О развитии малого и среднего предпринимательства в Российской Федерации»2 (далее - Федеральный закон об МСП) социальным предпринимательством была признана предпринимательская деятельность, направленная на достижение общественно полезных целей, способствующая решению социальных проблем граждан и общества и осуществляемая в соответствии с условиями, предусмотренными частью 1 статьи 24.1 указанного Федерального закона. Таким образом, социальное воздействие социального предпринимательства было поставлено во главу угла. Однако данное обстоятельство никоим образом не переводит социальное предпринимательство в ранг «квазипредприни-мательства». Сущность социального предпринимательства Как известно, любая предпринимательская деятельность априори оказывает какое-либо воздействие на социальную среду. Общеизвестны социальные «профиты» от осуществления предпринимательской деятельности: создание дополнительных рабочих мест; увеличение числа граждан, чьи доходы обеспечивают им достойное существование; снижение уровня безработицы; увеличение числа налогоплательщиков, что позитивно сказывается на состоянии государственного бюджета; активная работа т.н. «социальных лифтов» и т.п. Поэтому крайне важно понимать специфику социального предпринимательства, которая заключается в ее нацеленности на достижение определенной общественно полезной цели, как обязательного требования, предъявляемого к данному виду деятельности, закрепленному законодательством Российской Федерации. В то же время, социальное предпринимательство необходимо отличать от смежных с ним явлений, но не тождественных ему: например, от социальной ответственности бизнеса, оказания социальных услуг, государственно-частного партнерства в социальной сфере, благотворительной деятельности и др. Опираясь на нормы, регулирующие деятельность социальных предприятий, можно выделить следующие виды социального предпринимательства: 1) субъект малого и среднего предпринимательства (далее - МСП) обеспечивает занятость определенных категорий граждан (социально уязвимых категорий граждан); 2) субъект МСП обеспечивает реализацию производимых данными категориями граждан товаров, работ, услуг; 3) субъект МСП производит товары, работы, услуги для указанных категорий граждан; 4) субъект МСП осуществляет деятельность, направленную на достижение общественно полезных целей и способствующую решению социальных проблем общества3. Вот с четким определением этого последнего вида и возникают проблемы, поскольку законодательство не дает четкого понимания того, что является «общественно полезными целями» и «решением социальных проблем общества». Российское законодательство о социальном воздействии Следует отметить, что в нормативные акты федерального уровня термин «социальное воздействие» уже включен. Так, на уровне Правительства Российской Федерации получили закрепление такие понятия как «проекты социального воздействия» и «социально значимые эффекты»4. Еще в 2019 году Правительство Российской Федерации инициировало внедрение программы пилотной апробации проектов социального воздействия в субъектах Российской Федерации. Первым из таких регионов стала Республика Саха (Якутия), которая с 2019 (по 2022 год) проводит подобный проект, направленный на повышение образовательных результатов учащихся школ, на территории муниципального района «Хангаласский улус»5. При этом постановлением Правительства РФ от 21 ноября 2019 г. № 1491 определяется, что социальным эффектом проекта признается «результат… выраженный в положительном изменении состояния и (или) жизненных условий социальных бенефициаров, характеризующемся количественными и качественными показателями, установленными в паспорте проекта». В отношении полученных результатов предусматривается проведение независимой оценки, по результатам которой осуществляется финансирование проекта6. Однако, по странному стечению обстоятельств, для субъектов социального предпринимательства не устанавливается обязательность подтверждать социальное воздействие своей деятельности. Справедливости ради заметим, что Минэкономики России был разработан акт, устанавливающий порядок признания субъекта МСП социальным предпринимателем (далее - Порядок)7, однако данный документ не закрепляет обязанности подтверждения социального воздействия деятельности предпринимателя. В частности, абзац 5 пункта 2 данного Порядка указывает, что предоставление отчета о социальном воздействии является правом, а не обязанностью субъекта предпринимательской деятельности, направляющего документы для включения в реестр. Таким образом, непредставление данного документа не лишает его возможности быть включенным в реестр социальных предпринимателей. В то же время, данный Порядок в некоторых случаях частично позволяет оценить вклад предпринимателя в решение определенных социальных проблем. Так, в случае, если субъект МСП обеспечивает занятость лиц с инвалидностью или иных граждан социально уязвимых категорий либо реализует производимую ими или для них продукцию, то при подтверждении данной деятельности, в соответствии с указанным Порядком, предоставляются следующие документы: 1) копия штатного расписания; 2) сведения о численности и заработной плате указанных категорий граждан; 3) копии трудовых договоров работников; 4) сведения о доле доходов, полученных от указанной деятельности и др. В таких случаях, действительно, количественные показатели могут дать представление о вкладе предпринимателя в решение проблемы высокого уровня безработицы среди граждан с инвалидностью, бывших выпускников организаций для детей-сирот или иных трудноустраиваемых категорий граждан. Однако такие простые решения существуют не для каждого социального предпринимателя. Показатели эффективности социального воздействия Как уже было сказано выше, в ряде случаев возникают проблемы с отнесением субъекта предпринимательской деятельности к числу социальных предпринимателей. Напомним, что в соответствии с пп.4 п.1 статьи 24.1 Федерального закона об МСП социальным предприятием признается субъект малого или среднего предпринимательства, осуществляющий деятельность, направленную на достижение общественно полезных целей и способствующую решению социальных проблем общества в определенных сферах деятельности, в том числе, в области организации отдыха и оздоровления детей; культурно-просветительской деятельности (включая деятельность частных музеев, театров, библиотек, домов культуры, и др.); оказания услуг, направленных на сохранение и защиту самобытности, культуры и традиций народов Российской Федерации. При этом доля доходов от осуществления такой деятельности должна составлять не менее 50% в общем объеме доходов субъекта МСП. В отношении указанных случаев Порядок предусматривает представление: 1) сведений об осуществлении деятельности (указанной выше); 2) справки о доле доходов, полученных заявителем от осуществления деятельности. При этом не совсем понятно, какие, указанные в первом пункте, сведения могут адекватно оценить вклад в достижение общественно полезных целей в этих и иных указанных сферах деятельности. Данный Приказ содержит форму данного документа, которая, по сути, предусматривает только указание кода ОКВЭД и объема выручки от реализации продукции. Таким образом, при оценке социального воздействия или, проще говоря, вклада социального предпринимателя в достижение общественно-полезных целей, предлагается отталкиваться от финансового показателя (доля доходов от осуществляемой деятельности) и формального отнесения деятельности к той или иной сфере. В качестве примера приведем организацию «Альтуризм», действующую в сфере туризма и способствующую развитию малых городов и деревень. Ее деятельность направлена на формирование проактивного сознания жителей небольших уникальных населенных пунктов. Еще один пример - Галерея «Белая лошадь», занятая просветительской деятельностью в сфере экологии и изобразительного искусства и создающая арт-объекты из бытовых и промышленных отходов. В процессе реализации таких уникальных проектов невозможно измерить уровень социального воздействия обычными количественными показателями, и, значит, требуются дополнительные способы оценки, которые позволят оценить вклад указанных организаций в решение острых социальных проблем нашей страны: вырождение деревень, загрязнение бытовыми и промышленными отходами и т.д. Оценка должна осуществляться на основании соответствующих интегративных показателей, показателей корреляции и т.п. Но на основании каких показателей оценивается, например, уровень социального воздействия театров или библиотек? Исходя из буквального толкования, можно предположить, что любая культурно-просветительская деятельность может быть признана социальным предпринимательством, если доля доходов предпринимателя при этом ограничена указанными выше нормативами. Представляется, что это все же не соответствует определению социального предпринимательства, закрепленному в Федеральном законе о МСП, и, в том числе, целям социального предпринимательства. Отметим, что в смежных сферах, в частности, в области оценки социальных программ некоммерческих организаций разработано множество инструментов (методологий) оценки социального воздействия, как в практике российских организаций, и особенно, в зарубежной практике. Следует особо подчеркнуть, что закрепленная в вышеупомянутом Приказе структура отчета о социальном воздействии предполагает получение необходимых требований о социальной проблеме, решение которой предполагается в ходе указанной деятельности, а также способы решения данной социальной проблемы. Такая информация позволит оценить реальный вклад в решение общественно значимой проблемы. В связи с этим целесообразно закрепить в указанном Порядке обязательность представления такого отчета при подаче заявления о включении в реестр социальных предприятий. Какие же критерии можно использовать для определения степени того самого социального воздействия с тем, чтобы, основываясь на них, отнести предпринимательскую деятельность к социальному предпринимательству? В настоящей статье назовем лишь определенный ряд из них применительно к некоторым сферам социального предпринимательства. Если речь идет о деятельности по организации отдыха и оздоровления детей, то предлагаем ввести следующие показатели: - общее число таких благополучателей за отчетный период; - доля детей из семей в трудной жизненной ситуации; детей, оставшихся без попечения родителей; - удельный вес детей, страдающих теми или иными заболеваниями; - географические особенности мест отдыха и число поездок; - степень комфорта при проживании; - качество медицинского обслуживания. Если речь идет о деятельности культурно-просветительских учреждений, то целесообразно учитывать степень сокращения т.н. «социального дефицита»: организацию деятельности театров и библиотек в труднодоступных территориях, продажу билетов на спектакли по ценам ниже рыночных, число бесплатных акций в таких учреждениях и т.п. К универсальным критериям (видов социального предпринимательства) можно отнести число филиалов в разных регионах, количество франшиз, отсутствие юридических претензий со стороны контрольно-надзорных органов государства и др. Выводы Итак, приведенный выше анализ свидетельствует, что в отношении некоторых видов социального предпринимательства, «очевидные» количественные показатели будут достаточны для оценки степени социального воздействия (например, трудоустройство определенных категорий граждан или производство продукции, оказание услуг для таких граждан). В то же время, существуют виды социального предпринимательства, степень социального воздействия которых сложно оценить лишь на основе таких показателей. Эта проблема наглядно свидетельствует о том, что действующее законодательство не содержит достаточного набора критериев адекватного измерения социального воздействия в предпринимательской сфере. Поднятая проблема требует дальнейшего исследования, важность ее решения не вызывает никаких сомнений, так как, повторяя слова Нобелевского лауреата Макса Планка, «существует только то, что можно измерить».

About the authors

Margarita Sergeevna Netesova

Institute of State and Law of the Russian Academy of Sciences

Email: netesova@inbox.ru
Junior researcher Moscow, Russian Federation

References

Supplementary files