Administrative Responsibility for Public Actions Aimed to Discredit the Use of the Armed Forces of the Russian Federation

Full Text

Введение Население весьма часто активно реагирует на различные процессы, происходящие в государстве, в том числе и в форме совершения публичных действий или организованного проведения публичных мероприятий. Безусловно, подобная обратная реакция представителей общественности имеет важное значение для государственной деятельности, поскольку именно посредством вышеназванных проявлений может быть установлена реальная эффективность тех или иных государственных механизмов. Однако не всегда публичные действия и мероприятия имеют правомерные цели, подобный формат воздействия на общественное мировоззрение может использоваться и в преступных целях. В настоящее время Российская Федерация оказалась в весьма сложной геополитической ситуации, возникшей из-за обострившегося конфликта с Украиной на постсоветском пространстве, а проводимая в настоящее время специальная военная операция в Донбассе вызвала бурную реакцию всего мирового сообщества. Помимо разнообразных санкций, принятых в отношении российского государства, многие зарубежные страны и их компании принимают активное участие в процессах создания и распространения заведомой ложной информации о реальной ситуации со специальной операцией в Донбассе. Информационные войны, ведущиеся в настоящее время против Российской Федерации, порождают массу негативных последствий и на территории российского государства, когда те или иные ложные сведения ошибочно воспринимаются населением за реальные факты, что в итоге способствует нагнетанию социальной атмосферы [10, с. 84]. В контексте заявленной проблематики следует отметить, что в настоящее время распространилась противоправная практика, направленная на дискредитацию использования Вооруженных Сил РФ. Поднятая в рамках представленного исследования проблема является совершенно новой для правовой науки, поскольку ответственность за подобное противоправное поведение была введена лишь в марте 2022 года. В связи с этим, а также в условиях нерешенности конфликта с Украиной и геополитической напряженности, формирующейся в отношении Российской Федерации, видится необходимым подробнее исследовать административную ответственность за публичные действия, направленные на дискредитацию использования Вооруженных Сил РФ. Историко-правовые аспекты введения административной ответственности за публичные действия, направленные на дискредитацию использования Вооруженных Сил РФ Политика любого государства предполагает комплексное регулирование не только внутренних вопросов, но и внешних аспектов взаимодействия с иными участниками международных отношений. В данном контексте принципиальное значение приобретают различные аспекты государственной и национальной безопасности, обеспечение которых является приоритетным направлением функционирования любой современной страны. С одной стороны, в настоящее время в условиях глобализации активизировалось международное сотрудничество в различных сферах, а с другой - все чаще поднимаются вопросы государственного суверенитета и необходимости невмешательства во внутренние дела государств. Процесс использования вооруженных сил целиком и полностью относится к компетенции государств, однако современное мировое сообщество способно оказывать отдельное влияние на соответствующие действия посредством принятия различных нормативно-правовых актов. Так, весьма справедливым видится ограничение отдельных средств и методов ведения войны с учетом необходимости защиты населения любой территории, на которой возникают вооруженные конфликты. Однако, несмотря на стремление современных государств исключать ситуации вооруженных конфликтов, они по-прежнему возникают в межгосударственной практике. В данном контексте каждая из воюющих сторон придерживается собственной политики использования вооруженных сил, которая объективно обуславливается реальной необходимостью вооруженных действий в каждой конкретной ситуации [8, с. 50]. Сложившаяся геополитическая обстановка на Донбассе с 2014 года вызывает тревогу международного сообщества, однако реального разрешения указанная ситуация не получила и на протяжении последних 8 лет на данной территории постоянно продолжались вооруженные нападения на мирное население. В вышеназванных условиях, в том числе из-за полного игнорирования Минских соглашений по урегулированию конфликтной ситуации, 24 февраля 2022 года Президентом Российской Федерации В.В. Путиным было принято решение о проведении специальной военной операции в Донбассе, целями которой выступают демилитаризация и денацификация Украины для защиты населения, в том числе и российских граждан, проживающих на соответствующих территориях [1]. Несмотря на то, что подобная специальная военная операция является не уникальной в своем роде и другие государства в различных условиях проводили весьма схожие военные вторжения, преследуя цель быстрого урегулирования конфликтов и устранения обстоятельств, нарушающих права, свободы и законные интересы населения, а также представляющие угрозы международному миру и правопорядку, ситуация с российской специальной операцией весьма неоднозначно оценивается в настоящее время. Существенной особенностью сложившейся обстановки является то, что на фоне созданной международной напряженности осуществляется активное информационное воздействие на граждан российского государства, с целью дискредитации политического и правового курса России и принятых управленческих решений, в том числе, в части введения войск на территорию Донбасса и Украины. Учитывая тот факт, что подобное воздействие на мировоззрение общественности может иметь весьма масштабные негативные последствия для стабильности российского государства, весьма своевременным представляется внесение поправок в административное и уголовное законодательство, предусматривающих ответственность за деяния, направленные на дискредитацию Вооруженных Сил РФ. Административно-правовая характеристика публичных действий, направленных на дискредитацию использования Вооруженных Сил РФ С 4 марта 2022 года КоАП РФ был дополнен ст. 20.3.3, предусматривающей ответственность за публичные действия, направленные на дискредитацию использования Вооруженных Сил Российской Федерации в целях защиты интересов Российской Федерации и ее граждан, поддержания международного мира и безопасности или исполнения государственными органами Российской Федерации своих полномочий в указанных целях [4]. В рамках представленного научного исследования видится целесообразным дать подробную административно-правовую характеристику составу указанного правонарушения. В первую очередь отметим, что объектом рассматриваемого правонарушения выступают общественный порядок и общественная безопасность, которые нарушаются в процессе совершения действий, предусмотренных диспозицией ст. 20.3.3 КоАП РФ. В данном контексте представляется весьма справедливым достаточно широкое определение объекта правонарушения, поскольку различные способы его совершения приводят к многообразным общественным последствиям, начиная от распространения негативных мировоззрений в обществе и заканчивая побуждением к совершению иных правонарушений и преступлений, что в целом отрицательно отражается на стабильном функционировании государства. Объективная сторона рассматриваемого правонарушения заключается в совершении публичных действий, которые имеют ярко выраженную специфическую направленность. Так, публичные действия подпадут под квалификацию по ст. 20.3.3 КоАП РФ в случае их направленности на: - дискредитацию использования Вооруженных Сил РФ не в произвольных целях, а для защиты прав и свобод российских граждан и государства в целом, а также содействия поддержанию международного мира и правопорядка (сюда же относятся публичные призывы к воспрепятствованию вышеназванного целенаправленного использования Вооруженных Сил РФ); - дискредитацию исполнения государственными органами РФ своих полномочий за пределами территории российского государства в вышеназванных целях, если эти действия не содержат признаков уголовно наказуемого деяния, ответственность за которое предусмотрена ст. 280.3 УК РФ [9, с. 56]. В данном контексте весьма справедливым представляется акцентирование внимания российским законодателем непосредственно на публичном характере указанной противоправной деятельности, поскольку подобный формат может иметь совершенно непредсказуемые по объему негативные общественные последствия, так как невозможно предсказать реакцию представителей населения на подобные публичные действия. Говоря о субъекте анализируемого правонарушения важно отметить, что ст. 20.3.3 КоАП РФ предусматривает возможность привлечения к ответственности за публичные действия, направленные на дискредитацию Вооруженных Сил РФ, физических, должностных и юридических лиц. Таким образом, вне зависимости от правового статуса конкретного лица, в случае допущения с его стороны противоправных действий, составляющих объективную сторону правонарушения, КоАП РФ определен соразмерный объем правовых последствий для всех вышеназванных лиц. Субъективная сторона рассматриваемого правонарушения характеризуется умышленной формой вины, поскольку лицо, совершая публичное действие определенной направленности, четко осознает его содержание и желает распространить свои противоправные взгляды. За совершение анализируемого правонарушения действующее административное законодательство предусматривает административный штраф, размер которого напрямую зависит от субъекта правонарушения. Так, для граждан размер административного штрафа определяется в размере 30 - 50 тыс. руб., для должностных лиц 100 - 200 тыс. руб., для юридических лиц 350 - 500 тыс. руб. Существенные различия в суммах штрафов также представляются оправданными, поскольку в зависимости от субъекта отличается и общественная опасность совершенных им деяний. Кроме того, ст. 20.3.3 КоАП РФ предусматривает ответственность за те же деяния, но совершенные несколько с более конкретными промежуточными целями, в качестве которых следует выделить призывы, побуждающие к проведению несанкционированных публичных мероприятий, а равно создающие угрозу причинения вреда частным и публичным интересам. Закрепление указанной связи публичных действий с их потенциальными возможностями увеличения масштабов до несанкционированных публичных мероприятий представляется весьма справедливым, поскольку последние представляют существенную угрозу не только правам, свободам и законным интересам личности, но и крайне негативно отражаются на стабильности функционирования и развития государства в целом. Однако, несмотря на больший масштаб негативных последствий, российский законодатель по-прежнему останавливается на наказании в виде административного штрафа, но больших размеров (граждане 50 - 100 тыс. руб., должностные лица 200 - 300 тыс. руб., юридические лица - 500 тыс. - 1 млн. руб.) [5, с. 110]. Таким образом, на основе проведенного анализа следует отметить, что диспозиция ст. 20.3.3 КоАП РФ предусматривает весьма широкое содержание. Однако учитывая сравнительно недавнее введение указанной административно-правовой нормы, к настоящему моменту еще не появилось ярко выраженных проблем, требующих совершенствования указанной статьи. Актуальные вопросы, возникающие в процессе привлечения к административной ответственности по ст. 20.3.3 КоАП РФ Несмотря на то, что анализируемая административно-правовая норма была введена около двух месяцев назад, к настоящему моменту имеется весьма масштабная практика привлечения к ответственности по ст. 20.3.3 КоАП РФ. Так, например, Кировский районный суд Иркутска назначил штрафы в 30 и 35 тыс. рублей соответственно двум местным жителям за то, что они выступали с лозунгами, дискредитирующими Вооруженные Силы РФ на несанкционированном публичном мероприятии [3]. Кроме того, в настоящее время по анализируемой статье достаточно часто квалифицируются действия лиц, стоящих в одиночных пикетах с плакатами, содержащими антивоенные надписи. Важно отметить, что с момента начала специальной операции России в Донбассе, символика в поддержу или, наоборот, против данных действий российского государства достаточно часто стала использоваться не только в рамках публичных мероприятий, но и в обыденной жизни люди размещают военные и антивоенные лозунги на своих вещах, машинах, местах работы и др. Так, например, 30 марта в Санкт-Петербурге суд оштрафовал на 45 тысяч рублей по ч. 1 ст. 20.3.3 КоАП гражданина, поводом чего стало антивоенное сообщение, нанесенное краской на спину пальто [7]. Среди наиболее распространенных ситуаций привлечения к ответственности по ст. 20.3.3 КоАП РФ следует также выделить действия лиц, которые они совершают на различных интернет-ресурсах, в том числе в социальных сетях, мессенджерах и др. В данном контексте принципиальное значение имеет публичный формат подобных публикаций, который признается в случае доступности информации неограниченному кругу лиц, как, например, размещение соответствующих сведений в открытом сообществе, или же информация, которая пересылается закрытому кругу лиц, например, распространение сведений в специальных чатах и др. Анализ практики привлечения к ответственности по ст. 20.3.3 КоАП РФ наглядно демонстрирует отдельные спорные ситуации, когда признание публичности совершаемых действий носит неоднозначный характер. В данном контексте правоведы отмечают недопустимость в рамках квалификации соответствующих деяний, нарушать иные права и свободы человека. Особенно актуальным представляется вопрос о возможности критического анализа происходящих в настоящее время ситуаций в публичном формате. Выводы Важно отметить, что институт ответственности имеет важнейшее значение для борьбы с распространением противоправного поведения различной направленности на территории российского государства. С одной стороны, в рамках реализации указанного института, лицам, признанным виновными в совершении правонарушений и преступлений, назначается справедливое и соразмерное наказание, с другой - институт ответственности играет особую роль в профилактико-предупредительной деятельности, где потенциальная перспектива правовых последствий в виде наказаний выступает своего рода сдерживающим фактором для лиц, задумывающихся о совершении тех или иных противоправных деяний. Однако в современной правовой литературе достаточно часто акцентируется внимание на неэффективности административной ответственности за отдельные правонарушения, поскольку в сравнении с уголовной ответственностью, предусмотренные действующим законодательством санкции не содействуют исправлению лиц, привлеченных к административной ответственности, что в целом, в итоге, приводит к повторному совершению правонарушений и преступлений [2, с. 18]. Подобная позиция представляется весьма ошибочной, поскольку общественная опасность правонарушений напрямую влияет на объем санкций, предусмотренных конкретными административно-правовыми нормами. Кроме того, весьма эффективным представляется регулирование ответственности за одни и те же деяния в зависимости от специфики их совершения и объема наступивших негативных последствий одновременно в рамках административного и уголовного законодательства. Примером подобного эффективного регулирования выступает комплексное введение ответственности за публичные действия, направленные на дискредитацию использования Вооруженных Сил РФ [6, с. 11]. Сложившаяся к настоящему моменту практика привлечения к ответственности по ст. 20.3.3 КоАП РФ весьма неоднозначна, поскольку, с одной стороны, многие частные действия действительно можно квалифицировать по вышеназванной административно-правовой норме, с другой - к настоящему моменту отсутствуют разъяснения компетентных органов по особенностям привлечения к ответственности за данные правонарушения, что в будущем может привести к произволу со стороны правоохранительных органов. Учитывая сравнительно недавнее введение анализируемой административно-правовой нормы, видится целесообразным разъяснить особенности привлечения к ответственности по ст. 20.3.3 КоАП РФ. Наиболее приемлемой формой данного разъяснения видится практика Президиума Верховного Суда РФ. Кроме того, требуется активизация информирования населения о нововведениях административного законодательства. Заключение В сложившейся геополитической ситуации весьма своевременным представляется введение административной ответственности за публичные действия, направленные на дискредитацию использования Вооруженных Сил РФ. Однако правоприменительная практика по заявленной проблематике демонстрирует весьма неоднозначные ситуации, когда совершение данных правонарушений и процессы привлечения к ответственности по ст. 20.3.3 КоАП РФ носят политизированный характер. В данном контексте представляется весьма перспективным дальнейшее изучение существующей практики и выработка соответствующих методических рекомендаций с целью исключения необоснованного ограничения прав и свобод человека.

About the authors

Alexander Sergeevich Dugenets

«Research Institute of the Federal Penitentiary Service» (FKU Research Institute of the Federal Penitentiary Service of Russia)

Email: dugenets@rambler.ru
Dr.Sci.(Law), Professor, Honored Lawyer of the Russian Federation, Chief Researcher Moscow, Russia

Natalya Gennadyevna Kanunnikova

North Caucasus Institute for Advanced Studies (branch) of the Krasnodar University of the Ministry of Internal Affairs of Russia

Email: natali6977@yandex.ru
Cand.Sci.(Law), Associate Professor, Head of the State and Civil Law Disciplines Department Nalchik, Russia

References

Supplementary files