Initiation and Consideration of a Criminal Case of Private Prosecution under Art. 116.1 of the Criminal Code of the Russian Federation: Problems of Legal Regulation and Judicial Practice, Directions for Improving Criminal Procedure Legislation

Full Text

Введение Одним из важнейших принципов правовой регламентации правоотношений является принцип правовой определенности. Как неоднократно отмечал Конституционный Суд РФ противоречивость, неясность и неоднозначность правовых норм и институтов препятствуют единообразному уяснению и применению норм права, ослабляют гарантии конституционных прав и свобод, и потому нарушают требования Конституции РФ [1, 2]. Уголовное судопроизводство, осуществляемое по факту выявления признаков общественно-опасного деяния и сопряженное с ограничением прав и свобод участников производства по уголовному делу, также требует такого правового регулирования, которое соответствует принципу правовой определенности, и таким образом исключает пробельность и двусмысленность норм о процедуре производства по уголовному делу [3, c. 99; 4, c. 449] и правовом статусе его участников [5, c. 415]. Анализ действующего уголовно-процессуального законодательства и практики его применения позволяет сделать вывод о наличии проблемы, связанной с неопределенностью процедуры возбуждения уголовного дела частного обвинения по ст. 116.1 УК РФ [6] и связанной с этим противоречивостью судебной практики рассмотрения данной категории уголовных дел. Проанализируем данную проблему и направления ее решения в настоящей статье. Реформирование института частного обвинения, связанное с введением административной юрисдикции за совершение преступления, предусмотренного ст. 116 УК РФ Появление рассматриваемой проблемы в уголовном судопроизводстве стало следствием ряда взаимосвязанных реформ, начавшихся с введения в 2011 г. в уголовном праве института административной преюдиции. В соответствии с предложением Президента РФ Д.А. Медведева, выссказанном в Послании Федеральному Собранию от 12 ноябр 2009 г.: «шире использовать административную преюдицию, т.е. привлекать к уголовной ответственности в случае неоднократного совершения административного правонарушения» [7], количечество таких составов в УК РФ увеличилось с 2 до 15. Федеральным законом от 3 июля 2016 г. № 326-ФЗ [8], принятым на основании проекта, внесенного Верховным Судом РФ, институт уголовной ответственности за побои был реформирован: во-первых, побои, совершенные впервые и без обстоятельств, повышающих их общественную опасность, были декриминализированы и перенесены в ст. 6.1.1 КоАП РФ [9]; во-вторых, в УК РФ осталась уголовная ответственность за квалифицированный состав побоев (побои из хулиганских побуждений и по мотивам расовой, национальной и т.п. ненависти и вражды, ранее закрепленные в ч. 2 ст. 116 УК РФ), который нашел закрепление в ст. 116 УК РФ; в-третьих, побои с административной преюдицией были выделены в ст. 116.1 УК РФ. Данный состав отнесен к числу дел частного обвинения и заменил в ч. 2 ст. 20 УПК РФ [10] ч. 1 ст. 116 УК РФ [11, c. 63]. Дальнейшие законодательные изменения были обусловлены правовой позицией Конституционного Суда РФ [12], о том, что расследование и рассмотрение в судебном разбирательстве уголовных дел о преступлениях с административной преюдицией требует доказывания в том числе всех юридически значимых обстоятельств совершения административного правонарушения, которое в совокупности с повторным аналогичным деянием составляет состав уголовно-наказуемого деяния. При этом ранее вынесенное судебное решение о привлечении к административной ответственности не имеет преюдициального значения и установленные в соответствии с КоАП РФ факты подлежат повторному доказыванию уже в рамках уголовного судопроизводства. Они могут оспариваться стороной защиты, должны доказываться стороной обвинения и устанавливаться судом в ходе публичного судебного разбирательства. К моменту принятия данного решения на основании ч. 1, 3 ст. 23.1 КоАП РФ дела о побоях по ст. 6.1.1 КоАП РФ рассматривали либо мировые судьи, либо судьи районных судов. Так, например, в ситуации совершения данного административного правонарушения К., признававшего свою вину, подтверждающего обстоятельства, изложенные в протоколе об административном правонарушении, мировой судья судебного участка Сандовского района Тверской области, опираясь на протокол, объяснения К. и потерпевшей Ф. назначил административное наказание в виде административного штрафа в размере 5 тыс. руб. [13] Если же по делу об административном правонарушении, предусмотренном ст. 6.1.1 КоАП РФ, проводилось административное расследование, оно относилось к подсудности районных судов. В таком порядке, например, было рассмотрено дело в отношении Л. В качестве доказательств, подтверждающих побои, суд использовал протокол об административном правонарушении, рапорты сотрудников полиции, протоколы опросов очевидцев правонарушения, акт судебно-медицинского освидетельствования и другие доказательства, полученные в ходе административного расследования [14]. С учетом данных особенностей подсудности дел об административных правонарушениях по ст. 6.1.1 КоАП РФ при рассмотрении уголовного дела по ст. 116.1 УК РФ мировой судья вынужден был, осуществляя проверку наличия законных оснований для привлечения ранее к административной, а теперь к уголовной ответственности, фактически оценивать законность и обоснованность своего решения или по отдельным делам даже решения районного судьи, ранее принятого в отношении об подсудимого. Обративший внимание на данную проблему Верховный Суд РФ справедливо счел, что такая ситуация недопустима, она противоречит принципу инстанционности и мешает мировому судье объективно и беспристрастно рассмотреть уголовное дело [15]. Внесенный Верховным Судом РФ законопроект предлагал отнести все уголовные дела с административной преюдицией к подсудности районных судов. После принятия Федерального закона от 27 декабря 2018 г. № 509-ФЗ [16] ст. 116.1 УК РФ была отнесена к подсудности районного суда, что в итоге и сформировало проблему неурегулированности порядка возбуждения и рассмотрения уголовного дела частного обвинения по данной статье. Противоречивость уголовно-процессуального законодательства заключается в следующем: а) часть 2 ст. 20 УПК РФ относит ст. 116.1 УК РФ к делам частного обвинения; б) порядок возбуждения и рассмотрения дел частного обвинения в соответствии со ст. 147, 318-323 УПК РФ урегулированы только применительно к деятельности мировых судей, а ч. 1 и 2 ст. 31 УПК РФ относят ст. 116.1 УК РФ к подсудности районных судов. Невозможность применения положений гл. 41 УПК РФ к районным судам обусловлена не только названием главы, указывающим на возможность ее применения только мировыми судьями по делам, им подсудным, но и ч. 6, 8 ст. 318, ч. 1, 6 ст. 321 УПК РФ, всеми частями ст. 319, 320, 322 УПК РФ, в нормах которых прямо было указано на полномочия мирового судьи при рассмотрении дел частного обвинения. Сразу после изменения подсудности уголовных дел по ст. 116.1 УК РФ мировые судьи обоснованно перестали принимать заявления по данному делу частного обвинения, ссылаясь на положения федерального закона, отнесшего данные дела к подсудности районных судов [17]. Противоречивость судебной практики рассмотрения уголовных дел о преступлениях, предусмотренных ст.116.1 УК РФ В районных же судах стала формироваться противоречивая правоприменительная практика. Рассмотрим три основных подхода, выявленных при анализе судебных решений. 1) Районные суды отказывают в принятии заявлений по делу частного обвинения, ссылаясь на неурегулированность процедуры возбуждения уголовного дела частного обвинения применительно к районным судам. Так, например, в Новомосковский городской суд Тульской области из ОМВД России по г. Новомосковску поступил материал проверки КУСП по факту причинения Н.А.А. телесных повреждений П. и заявление П. о привлечении Н.А.А. к уголовной ответственности по ст. 116.1 УК РФ. Судья городского суда возвратил данный материал в ОМВД России по г. Новомосковск, указав, что процедура возбуждения и рассмотрения уголовных дел частного обвинения детально регламентирована в соответствующих статьях гл. 41 УПК РФ, в том числе в ч. 1 ст. 318 УПК РФ, которая регламенитрует обязанности мирового судьи. Общий порядок рассмотрения уголовных дел в районных судах, предусмотренный разделом 9 УПК РФ, подобных процедур не предусматривает. Изменения, согласно которым порядок, предусмотренный гл. 41 УПК РФ, распространяется и на районные суды, в законодательство не внесены. С учетом этого пробела, а также общего правила о том, что аналогия уголовно-процессуального закона в Российской Федерации не применяется, судья делает вывод о том, что процедура возбуждения и рассмотрения уголовных дел о преступлениях, предусмотренных ст. 116.1 УК РФ, в районных судах законодательно не урегулирована [18]. Аналогичную позицию занял Краснодарский краевой суд при проверке в апелляционной инстанции постановление Курганинского районного суда Краснодарского края от 1 августа 2019 г., которым возбуждено уголовное дело путем принятия к производству судьи районного суда заявления частного обвинителя по ст. 116.1 УК РФ. Отменяя решение суда первой инстанции, Краснодарский краевой суд указал на отсутствие у районного суда предусмотренных законом полномочий возбуждать уголовные дела частного обвинения. Дело было направлено на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе суда со стадии принятия заявления частного обвинителя [19]. 2) Районные суды принимают заявление по делу частного обвинения и рассматривают его с применением норм гл. 41 УПК РФ, применяя их по аналогии. Нюксенский районный суд Вологодской области принял от М.А.В. заявление о возбуждении дела частного обвинения, назначил судебное заседание, привлек в качестве подсудимого Л.В.Г. Поскольку в судебном заседании частный обвинитель М.А.В. просила прекратить уголовное дело в отношении Л.В.Г. за примирением с подсудимым, а подсудимый выразил свое согласие на прекращение уголовного дела частного обвинения за примирением с потерпевшей, суд со ссылкой на ч. 2 ст. 20 и ст. 25 УПК РФ прекратил уголовное дело [20]. Помимо применения порядка возбуждения мировым судьей уголовного дела частного обвинения по аналогии, обратим внимание еще и на допущенное судьей районного суда смешение двух разных оснований прекращения уголовного дела, которые законодатель в ч. 5 ст. 319 УПК РФ разделяет. Прекращение уголовного дела по ч. 2 ст. 20 УПК РФ не требует дополнительных условий (кроме добровольного согласия частного обвинителя и подсудимого), которые предусмотрены ст. 25 УПК РФ (ст. 76 УК РФ). Также суд, с одной стороны, сослался на ст. 25 УПК РФ, но процессуальные издержки без какого-либо обоснования взыскал не с подсудимого, а федерального бюджета, что противоречит ч. 1, 6, 9 ст. 132 УПК РФ. 3) Уголовные дела частного обвинения возбуждаются и расследуются органами дознания органов внутренних дел в соответствии с ч. 4 ст. 20, ч. 3 ст. 318 УПК РФ и далее поступают с обвинительным актом в районный суд, где рассматривается без ссылок на главу 41 УПК РФ. В таком порядке, например, было рассмотрено Яльчикским районным судом Чувашской Республики уголовное дело 1-К-8/2020 в отношении И.А.Н., совершившего побои несовершеннолетнего. Он было возбуждено не в порядке возбуждения дел частного обвинения, а дознавателем, с согласия прокурора, и перешло в категорию дел частно-публичного обвинения и рассмотрено районным судом с участием государственного обвинителя и законного представителя потерпевшего. Особенности рассмотрения дел частного обвинения в данном случае правомерно не применялись [21]. Большое число судебных решений выносится районными судами по ст. 116.1 УК РФ без указания в тексте приговора, в каком порядке возбуждалось уголовное дело частного обвинения, с указанием на участие частного обвинителя и с рассмотрением встречного заявления, но без каких-либо ссылок на нормы гл. 41 УПК РФ. В таком порядке Алтайский районный суд Республики Хакасия рассмотрел материалы уголовного дела частного обвинения в отношении Л.Д.А. и К.К.Ю. (подал встречное заявление). Приговором суда Л.Д.И. признан виновным по ст. 116.1 УК РФ, К.К.Ю. оправдан с признанием права на реабилитацию. В качестве доказательств суд использовал также полученные в ходе предварительного расследования протоколы осмотра места происшествия, заключения судебно-медицинских экспертиз [22]. Ртищевский районный суд Саратовской области 2 октября 2020 г. осудил по ст. 116.1 УК РФ Е.Д.А. До направления дела в суд, заявление подавалось на имя начальника полиции, была назначена и проведена судебно-медицинская экспертиза. В приговоре ссылки на гл. 41 УПК РФ отсутствуют: судебное разбирательство по делу частного обвинения проводилось по общим нормам уголовного судопроизводства [23]. В научной литературе предлагаются различные решения данной проблемы. С. В. Тетюев считает, что единственно возможный вариант устранения данного противоречия - это исключение ст. 116.1 УК РФ из категории дел частного обвинения и включение ее в число дел частно-публичного обвинения. До внесения данных изменений по мнению ученого районные суды, как и мировые судьи не имеют права рассматривать их по правилам судопроизводства дел частного обвинения, а поступившие заявления необходимо направлять начальнику органа дознания для возбуждения уголовного дела в обычном порядке [24, c. 29]. Еще более радикальное решение проблемы предлагают И. Г. Смирнова, М. Ю. Шадрин: по их мнению, необходимо существенно реформировать институт частного обвинения вплоть до его полного упразднения. В обоснование данного тезиса положен анализ множества проблем правового регулирования данного института и практических сложностей в защите прав граждан при производстве по делам частного обвинения, в том числе низкую востребованность среди граждан, что подтверждается уменьшением числа подаваемых заявлений по делам частного обвинения [25]. Соглашаясь с обоснованностью критического анализа, возразим лишь против последнего довода. На наш взгляд, снижение количества подаваемых заявлений обусловлено комплексом факторов, в том числе и небрежностью законодателя в регламентации порядка производства по делам частного обвинения, а также низкими санкциями за совершение преступлений, например, за побои по ст. 116.1 УК РФ подсудимый может получить несколько тысяч рублей штрафа, что явно не стимулирует потерпевшего использовать данный затратный по времени способ наказания преступника. Предлагаются и варианты совершенствования процедуры возбуждения уголовного дела частного обвинения по ст. 116.1 УК РФ. Например, И. В. Головинская, М. Ж. Поликарпова считает, что для решения проблемы необходимо дополнить ч. 2 ст. 20 УПК РФ нормой о том, что дела по ст. 116.1 УК РФ рассматриваются судьей районного суда по правилам гл. 41 УПК РФ [26]. Л.Ш. Муллануров, Т.М. Нуриев предлагают распространить на районных судей регламентированный ст. 318 УПК РФ порядок принятия к своему производству заявления о возбуждении уголовного дела частного обвинения [27, c. 59]. Поддерживая данные предложения считаем необходимым обратить внимание на то, что рассматриваемая проблема комплексная и касается как этапа возбуждения уголовного дела частного обвинения по ст. 116.1 УК РФ, так и стадии подготовки к судебному заседанию и судебного разбирательства. Таким образом, необходимо в ч. 2 ст. 20 УПК РФ включить норму о том, что уголовное дело о преступлении, предусмотренном ст. 116.1 УК РФ, возбуждается и рассматривается районным судом в порядке, установленном гл. 41 УПК РФ. Выводы До внесения данных изменений единственно законным вариантом возбуждения уголовного дела по ст. 116.1 УК РФ является подача заявления в территориальные органы внутренних дел со ссылкой на ч. 4 ст. 20 УПК РФ (отсутствие возможности защитить свои права и законные интересы путем подачи заявления по делу частного обвинения в районный суд, к подсудности которого это дело отнесено ст. 31 УПК РФ). Для обоснования правомерности такого порядка возбуждения уголовного дела потерпевший или его законный представитель вправе сослаться на изложенную в статье практику отказа районных судов в приеме заявлений по делу частного обвинения по ст. 116.1 УК РФ. Заключение Выявленная в статье пробельность действующего уголовно-процессуального законодательства в части регламентации порядка возбуждения и рассмотрения дела частного обвинения по ст. 116.1 УК РФ фактически препятствует обращению в суд и самостоятельной защите прав потерпевшим.

About the authors

Elena Ivanovna Shigurova

National Research Mordovia State University

Email: shigurova_elena@mail.ru
Cand.Sci.(Law), Associate Professor, Associate Professor of the Department of Criminal Procedure, Justice and Prosecutorial Supervision Saransk, Russia

Alexander Viktorovich Shigurov

Middle-Volga Institute (branch) of the All-Russian State University of Justice (RPA of the Ministry of Justice of Russia)

Email: arshigurov@mail.ru
Cand.Sci.(Law), Associate Professor, Head of the Department of Criminal Procedural Law and Criminalistics of the Faculty of Law Saransk, Russia

References

Supplementary files