The Reality of the Threat and Its Role for the Correct Qualification of Extortion and Attempted Fraud Committed Using Information and Communication Networks

Cover Page

Cite item

Full Text

Abstract

The article discusses the problems associated with determining the reality of the threat and its role for the correct qualification of extortion and attempted fraud committed using information and communication networks (hereinafter referred to as ICS). To date, in the practical activities of the employees of the preliminary investigation bodies, there is ambiguity in determining the reality of the threat when qualifying the actions of an attacker demanding money or other property-related actions from the victim. The differentiation of these actions depends on the reality of the threat and its assessment.

The purpose of the study: to propose a rule for the qualification of extortion and attempted fraud committed using ICS, related to the definition of the reality of the threat.

Research methods: to study the reality of the threat and its significance in the qualification of extortion and attempted fraud committed using ICS, a survey method was used (20 employees of the preliminary investigation bodies of Ufa, Republic of Bashkortostan were interviewed); an analysis method was used to establish criteria for the reality of the threat.

Key findings: The reality of the threat is essential in distinguishing extortion and attempted fraud committed using information and communication networks. The use of ICS by criminals when transmitting a threat makes it difficult to assess its reality, and therefore, in practice, the threat is considered as a method of deception and is initiated as an attempt at fraud.

Full Text

ВВЕДЕНИЕ

Изучением реальности как признака угрозы в теории уголовного права России занимались многие исследователи. Так, одним из первых был Г.К. Костров, который в 1970 году в своей диссертации «Уголовно-правовое значение угрозы» наиболее детально рассмотрел «реальность» в качестве обязательного признака угрозы. Он считал, что угроза является реальной, даже если она объективно неосуществима, поскольку она способна воздействовать на психику потерпевшего1. Отличается понимание реальности угрозы, данное М.А. Ефимовым, подразумевающим под ней наличие у виновного возможности её осуществления2. Аналогичного подхода придерживался Н.В. Стерехов, считая, что под реальностью угрозы необходимо понимать «наличие условий, при которых угроза может быть осуществима»3. Напротив, исследователи Л.Д. Гаухман и С.В. Максимов придерживались такой позиции, что под реальностью угрозы понимается восприятие ее потерпевшим в качестве осуществимой4.

В законодательстве впервые основания реальности угрозы были представлены в Уголовном кодексе Российской Федерации (далее – УК РФ) 1960 года в ст. 207 «угроза убийством, причинением тяжких телесных повреждений или уничтожением имущества путем поджога, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы». В действующем УК РФ 1996 г. говорится о необходимости наличия оснований опасаться осуществления выраженной угрозы только в ст. 119 УК РФ.

ОСНОВНАЯ ЧАСТЬ

Дискуссионным и неоднозначно трактуемым, как в теории, так и в практической деятельности является проблема определения критериев реальности угрозы.

Так, Л.В. Сердюк критериями определения реальности угрозы называет следующие объективные признаки: серьезность причин, вызвавших угрозу; внешняя активность угрозы; наличие возможности осуществления угрозы виновным; обстоятельства, характеризующие личность виновного, а также обстоятельства, характеризующие способ угрозы и факторы, влияющие на нее5. Аналогично объективные признаки реальности угрозы выделял А.В. Кузнецов6:

  • обстоятельства, которые сопутствуют совершению угрозы (место, время, обстановка совершения деяния);
  • обстоятельства, которые характеризуют поведение угрожающего (систематическое преследование);
  • обстоятельства, характеризующие личность угрожающего (бурные проявления злобы; систематическое пьянство; прежние судимости за насильственные преступления; психическое состояние).

Также объективные критерии угрозы (объективные основания ее опасения) выделялись Э.Ф. Побегайло. К признакам реальности угрозы исследователь относил: конкретную форму проявления угрозы и сопутствующую ей конкретную ситуацию (время, место, способ, обстановка, личность виновного)7. Данного мнения придерживались также Н.К. Семернев и К.Л. Акоев8.

Другие исследователи придерживаются позиции оценивания реальности угрозы с учетом субъективного фактора. Так, ряд авторов считают, что о реальности угрозы можно говорить, только если она четко осознается потерпевшим, воздействуя при этом на его психику. К примеру, субъективные критерии угрозы (осознанность наступления угрозы, наличие внешних условий, внешняя решимость причинения вреда), выделялись Н.В. Стереховым и И. Ноем9. По мнению, В.И. Ткаченко разрешение вопроса о реальности угрозы должно сопровождаться субъективным представлением потерпевшего об ее осуществлении10.

Таким образом, систематизация научных мнений относительно оценки реальности угрозы позволяет говорить о двух ее критериях: объективном и субъективном, каждый из которых включает ряд оценочных признаков.

Однако более предпочтительным с учетом мнений ученых является сочетание субъективных и объективных критериев, которые отражают способность преступного поведения виновного воздействовать на психику потерпевшего. Данные виды критериев взаимно дополняют друг друга и тем самым позволяют установить реальность угрозы и избежать ошибок при квалификации преступлений, нуждающихся в ее оценки. Только при наличии данных критериев можно говорить о реальности угрозы.

Определение реальности как признака угрозы в уголовном праве необходимо при квалификации таких составов преступлений, как угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью (ст. 119 УК РФ), угроза в связи с осуществлением правосудия или производством предварительного расследования (ст. 296 УК РФ). Данное отмечается в УК РФ, Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.09.2012 № 19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление», Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 17.12.2015 № 56 «О судебной практике по делам о вымогательстве (статья 163 УК РФ)», Определение Конституционного Суда РФ от 19.01.2021 №2-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Овчинникова Николая Васильевича на нарушение его конституционных прав частью первой статьи 119 УК РФ».

Реальность как признак угрозы включена в объективную сторону не только насильственных преступлений, но и имущественных (ст. 163 УК РФ вымогательство). Обязательным признаком угрозы как способа совершения вымогательства является ее реальность, то есть потерпевший должен иметь основания для опасения такой угрозы, однако в ст. 163 УК РФ прямо на это не указано, вместе с тем в ППВС РФ №56 отмечено, что «угроза, которой сопровождается требование при вымогательстве, должна восприниматься потерпевшим как реальная, то есть у него должны быть основания опасаться осуществления этой угрозы»11. Использование в судебной практике, не закрепленной в уголовном законодательстве формулировки «реальные основания», свидетельствует о преобладании объективных факторов, которые сопровождают угрозу, над субъективными факторами. При этом термин «опасаться» в законе указывает на субъективную оценку угрозы.

В настоящее время органы предварительного расследования и судебные органы при квалификации вымогательств руководствуются положениями, изложенными в ППВС РФ № 56. Данное постановление содержит разъяснения касательно каждого вида угрозы, содержащегося в ст. 163 УК РФ. Угроза при вымогательстве должна сопровождаться незаконным требованием имущества и восприниматься потерпевшим как реальная. При этом конкретных разъяснений относительно субъективных и объективных критериев угрозы, в том числе ее реальности, а также формы, в которую должны облекаться угрозы, в рассматриваемом постановлении не отмечены.

Отсутствие разъяснений способствует формированию разных подходов к квалификации имущественных преступлений, в объективной стороне которых присутствуют угрозы.

Опрос 20 следователей г. Уфы, проводимый в 2023 году, показал, что в отсутствии реальности угрозы требования действий имущественного характера квалифицируются как покушение на мошенничество.

В отличие от мошенничества, вымогательство не связано с обманом и получением имущества незаконным путем. Действия, которые могут быть признаны вымогательством, включают угрозы, принуждение, насилие, запугивание, направленные на получение имущественной выгоды. Однако в практической деятельности возникают случаи сочетания обмана и угрозы при совершении имущественных преступлений, когда угроза в отсутствие признака реальности является способом обмана. Это способствует возникновению проблемы разграничения вымогательства и покушения на мошенничество. Так, например, на сегодняшний день увеличились преступления, связанные с обманом потерпевших относительно сбоя «системы предоставления интимных услуг» с последующей угрозой применения насилия близким, распространения сведений, касающихся пользования данными услугами12. Практические работники по таким фактам возбуждают уголовные дела по ч.3 ст. 30 ч.1 ст. 159 УК РФ (покушение на мошенничество).

В данном случае, представляется, что положения ППВС № 56 о реальности угрозы при вымогательстве и разграничении вымогательства с покушением на мошенничество являются неполными, поскольку ППВС № 56 оставил без внимания вопрос о степени конкретизации угрозы и обстоятельств, позволяющие сделать вывод о реальности угрозы, передаваемого посредством ИКС, а также правило разграничения вымогательства и покушения на мошенничество.

По нашему мнению, п.6 ППВС № 56 необходимо дополнить тем, что оценкой реальности угрозы является субъективный и объективный критерий. Субъективный критерий характеризуется восприятием потерпевшим угрозы как опасной для жизни, причиняющей вред имуществу, чести и достоинству. При этом угроза может быть доведена до потерпевшего различными способами, в том числе и с помощью средств массовой информации или информационно-телекоммуникационной сети (включая сеть «Интернет»). Объективный критерий оценки реальности угрозы устанавливается с учетом обстоятельств, характеризующих обстановку, в которой потерпевшему угрожают, личность угрожающего, субъективное восприятие угрозы, совершения каких-либо конкретных демонстративных действий (свидетельствующие о знании определенной информации о потерпевшем и обладании физической возможностью совершения данных действий). Таким образом, можно будет закрепить критерии установления реальности угрозы.

Как было сказано выше, в отсутствии реальности угрозы требования действий имущественного характера квалифицируются как покушение на мошенничество. В связи с чем, в п. 10 3 абзаца Постановления Пленума Верховного суда РФ № 56 необходимо разъяснить, что при решении вопроса об отграничении покушения на мошенничество от вымогательства, судам следует учитывать, что при мошенничестве угроза, не воспринимаемая потерпевшим как реальная, становится способом обмана.

ВЫВОДЫ

Таким образом, необходимо сделать следующие выводы:

  1. Реальность как признак угрозы должна подвергаться оценке не только при насильственных, но при имущественных преступлениях (ст.163 УК РФ).
  2. Реальность угрозы имеет существенное значение для разграничения вымогательства и покушения на мошенничество, совершаемых с использованием информационно-коммуникационных сетей. Использование преступниками ИКС при передачи угрозы затрудняет оценку ее реальности, в связи с чем, угроза судебно-следственной практике рассматривается в качестве способа обмана.
  3. В п.6 Постановления Пленума Верховного суда РФ (далее – ППВС РФ) от 17 декабря 2015 г. №56 56 необходимо внести дополнительное разъяснение относительно субъективных и объективных критериев реальности угрозы, а в 3-й абзац п.10 дополнение о том, что при решении вопроса об отграничении покушения на мошенничество от вымогательства, судам следует учитывать, что при мошенничестве угроза, не воспринимаемая потерпевшим как реальная, становится способом обмана.

 

***

1 Костров Г.К. Уголовно-правовое значение угрозы : диссертация… кандидата юридических наук : 12.00.00 / Г.К. Костров. – М., 1970. – С. 58-64.

2 Ефимов М.А. Борьба с преступлениями против общественного порядка, общественной безопасности и здоровья населения / М.А. Ефимов. – Минск, 1971. – С. 56.

3 Стерехов Н.В. Ответственность за угрозу по советскому уголовному праву (вопросы теории и практики). Автореф. дис. … кандидат юрид. наук. Свердловск, 1972. С. 6-7.

4 Гаухман Л.Д., Максимов С.В. Ответственность за преступления против собственности. 2-е изд., испр. М.: АО «Центр ЮрИнфоР», 2001. С. 35-36.

5 Сердюк Л.В. Насилие: криминологическое и уголовно-правовое исследование // Под ред. заслуженного деятеля науки РФ, докт. юрид. наук, профессора С.П. Щербы. М.: ООО Издательство «Юрлитинформ», 2002.

6 Кузнецов А.В. Усилить борьбу с угрозами убийством, нанесением тяжких телесных повреждений или уничтожением имущества // Советская юстиция. 1964. № 16. С. 7.

7 Уголовно-правовые средства предупреждения тяжких преступлений против личности : Учеб. пособие / Э. Ф. Побегайло, В. П. Ревин; Акад. МВД СССР. Москва : Акад. МВД СССР, 1989. С. 45.

8 Российское уголовное право. Особенная часть / Под ред. М.П. Журавлёва и С.И. Никулина. - М., 1998. – С. 65.

9 Стерехов Н.В. Ответственность за угрозу по советскому уголовному праву (вопросы теории и практики) дис. ... кандидат юрид. наук. Свердловск,1972.

10 Ткаченко В.И. Угроза как уголовно-правовая категория // Следователь. 2000. № 6. С. 8.

11 О судебной практике по делам о вымогательстве: постановление Пленума Верховного Суда РФ от 17 декабря 2015 г. № 56 [Электронный ресурс]. - URL: http:// www. consultant.ru/document/cons_ doc_LAW_190790/

12 См. например. URL: https://18.мвд.рф/news/item/28425667/

×

About the authors

Eliza D. Alexandrova

Management Academy of the Ministry of Internal Affairs of Russia

Author for correspondence.
Email: safina.eliza2016@yandex.ru

Adjunct of the training of scientific and scientific-pedagogical personnel Faculty, Department of Criminal Policy

Russian Federation, Moscow

References

  1. Gaukhman L.D., Maximov S.V. Responsibility for crimes against property. 2nd ed., ispr. M.: JSC "Center Yurinfor", 2001. 310 p.
  2. Efimov M.A. Fight against crimes against public order, public safety and public health / M.A. Efimov. – Minsk, 1971. 234 p.
  3. Commentary to the Criminal Code of the Russian Federation (article by article) / G. N. Borzenkov, A.V. Brilliantov, A.V. Galakhova [et al.]; ed. V. M. Lebedev. 13th ed., reprint. and additional M. : Yurayt, 2013.
  4. Kostrov G.K. The criminal legal significance of the threat : dissertation ... Candidate of Legal Sciences : 12.00.00 / G.K. Kostrov. – M., 1970. 292 p.
  5. Kuznetsov A.V. Strengthen the fight against threats of murder, grievous bodily harm or destruction of property // Soviet justice. 1964. No. 16. 3 p.
  6. Russian criminal law. Special part / Edited by M.P. Zhuravlev and S.I. Nikulin. - M., 1998. 495 p.
  7. Serdyuk L.V. Violence: criminological and criminal law research // Edited by Honored Worker of Science of the Russian Federation, doct. jurid. of Sciences, Professor S.P. Shcherba. M.: LLC Publishing House "Yurlitinform", 2002. 377 p.
  8. Sterekhov N.V. Responsibility for a threat under Soviet criminal law (issues of theory and practice). Autoref. dis. ... cand. jurid. sciences'. Sverdlovsk, 1972. 24 p.
  9. Sterekhov N.V. Responsibility for a threat under Soviet criminal law (questions of theory and practice) dis. ... cand. jurid. sciences'. Sverdlovsk, 1972. 218 p.
  10. Tkachenko V.I. Threat as a criminal-legal category // Investigator. 2000. No. 6. 4 p.
  11. Criminal-legal means of preventing serious crimes against the person: Textbook / E. F. Pobegailo, V. P. Revin; Akad. Ministry OF Internal Affairs OF the USSR. Moscow : Akad. Ministry OF Internal Affairs OF the USSR, 1989. 78 p.

Supplementary files

Supplementary Files
Action
1. JATS XML
Download

Copyright (c) 2023 Yur-VAK

License URL: https://www.urvak.ru/contacts/