Risk of harmful use of a particular type of psychoactive substance in adolescents with conduct disorders

Abstract


The purpose of the study was a statistical evaluation of the role of clinical and anamnestic data for the risk of a particular type of substances use with the harmful effects in adolescents with conduct disorders. Were studied 293 adolescents with a diagnosis of “Conduct disorder” and comorbid diagnoses “Harmful substance use” (mean age - 15,3 ± 0,1 years). Patients were divided into 4 groups. 1 subgroup comprised 89 patients with comorbid diagnosis of “Harmful opioid use”. 2 subgroup comprised 95 patients with comorbid diagnosis of “Harmful inhalant use”. 3 subgroup comprised 57 patients with comorbid diagnosis of “Harmful alcohol drinking”. 4 subgroup consisted of 52 patients with comorbid diagnosis of “Harmful stimulant use”. The result was obtained by logistic regression equation to calculate the risk of supplies to the patients particular clinical subgroup on the basis of statistically significant variables (anamnestic data). For the harmful opioid use subgroup is: “Family history of substance abuse on the one line”, “Schooling program for masses”, status “Is not working/not learning”, “Living with a partner”. For the harmful inhalant use subgroup is: status “Is not working/not learning”, “Living in a boarding school”, “Escape from the house (or boarding)/temporary accommodation in a shelter”. For the harmful alcohol drinking subgroup is: “Half family”, “Correctional school program”, “Supporting school program”, status “Student school”, status “Is not working/not learning“ (negative contribution to the result variable prediction), “Living in a boarding school”. For the harmful stimulant use subgroup is: “Useful family history”, ”Orphan or the parent(s) deprived of their rights” (negative contribution to the result variable prediction), status “Is not working/not learning” (negative contribution to the result variable prediction), “Escape from the house (or boarding)/temporary accommodation in a shelter”, “Living with a partner”.

Проблема предпочтения употребления конкретного вида психоактивного вещества (ПАВ) у пациентов с различными клиническими предиспозициями является не до конца разработанной в современной возрастной наркологии [1, 3, 4, 7]. Существует много подходов к пониманию природы предпочтения личностью определенного вида ПАВ. В целом считается, что такой выбор связан с клиническим действием вещества, мотивами его употребления, структурой личности и др. [4, 7]. К числу внешних и внутренних факторов, определяющих предпочтение, относятся личностные предиспозиции, патопластические влияния, микросоциальное окружение, средовые воздействия и пр. [8, 9]. Различные виды ПАВ обладают разной наркогенностью (аддиктивным потенциалом, т. е. способность вызывать зависимость), что объясняет разнообразие сроков формирования клинических проявлений заболевания, его прогноза, характера и тяжести последствий наркотизации. Для объяснения выбора того или иного ПАВ в отечественной литературе традиционно рассматривалась характерологическая структура пациента. Так, у гипертимных типов акцентуации и психопатии при общей склонности к «групповому» употреблению, описывалось предпочтение стимуляторов; но для них также могут быть привлекательны алкоголь, гашиш, летучие растворители. Для эпилептоидного типа характерным является употребление алкоголя и летучих растворителей. Истероидный тип обнаруживает большую склонность к использованию стимуляторов, опиоидов, транквилизаторов, гашиша, в меньшей мере - галлюциногенов и ингалянтов. Наименьшая специфичность в отношение предпочтения того или иного ПАВ отмечена у неустойчивого типа [4]. Риск приобщения пациента к конкретному виду ПАВ рассматривается как стадийный процесс. Путь приобщения к ПАВ может быть моно- и полисубстантным. Как закономерное явление рассматривается так называемый «поисковый» полинаркотизм, характеризующийся пробой различных веществ с целью «коллекционирования» ощущений и выявления наиболее подходящего из них [1]. В целом вначале подростки больше используют легальные ПАВ - табак, алкоголь, ингалянты. В дальнейшем отмечается закономерный переход к нелегальным наркотическим средствам, главным из которых является марихуана [6]. Представление о предпочтении определенных ПАВ как динамическом процессе базируется на теории экскалации («трамплина»), согласно которому употребление «менее вредных» веществ является своеобразными входными воротами для последующего использования ПАВ, обладающих выраженных аддиктивным потенциалом и тяжелыми медико-социальными последствиями употребления [3]. В связи со сказанным весьма спорным является разделение наркотиков на «легкие» и «тяжелые». В то же время во многих вышеупомянутых источниках неоднократно подчеркивается, что выбор того или иного вещества в значительной степени обусловлен такими факторами, как его доступность, условия жизни пациента, влияние компании сверстников и др., что определяет, в конечном счете, социально-демографический «портрет» потребителя конкретного вида ПАВ [1, 3, 4, 7, 8]. Актуальной и практически важной с профилактической точки зрения является оценка степени риска употребления конкретных ПАВ у пациентов с поведенческими расстройствами, диагнозом, имеющим выраженную коморбидность с подростковыми аддиктивными нарушениями [2, 10, 11]. Целью исследования была статистическая оценка роли клинико-анамнестических данных для прогнозирования риска употребления конкретного вида ПАВ с вредными последствиями (ВП) у подростков с расстройствами поведения. Материла исследования Обследовано 293 пациента подросткового возраста с ведущим диагнозом «Расстройство поведения» (рубрики F90-F91) и сопутствующим диагнозом «Употребление ПАВ с ВП» (рубрики F 1х.1). Возраст пациентов составил 12-17 лет (средний возраст - 15,3 ± 0,1 года). Среди обследованных было 150 мальчиков-подростков и 143 девочки-подростка. Пациенты были разделены на 4 подгруппы. 1-ю подгруппу составили 89 пациентов с сопутствующим диагнозом «Употребление опиоидов с ВП» (F 11.1). 2-ю подгруппу - 95 пациентов с сопутствующим диагнозом «Употребление летучих растворителей с ВП» (F 18.1). В 3-ю подгруппу вошли 57 пациентов с сопутствующим диагнозом «Употребление алкоголя с ВП» (F 10.1). 4-ю подгруппу составили 52 пациента с сопутствующим диагнозом «Употребление стимуляторов с ВП» (F 15.1). Методы исследования: клинико-анамнестический, статистический. Для прогнозирования принадлежности пациента к одной из 4 клинических подгрупп на основании статистически значимых анамнестических данных был использован метод логистической регрессии. Он представляет собой вариант множественной регрессии, при которой в качестве зависимой используется дихотомическая переменная, имеющая 2 возможных значения и символизирующая принадлежность или непринадлежность объекта к определенной группе (ответы по типу «да» или «нет»). Предикторы (независимые переменные) также представлены в бинарном виде [5]. Результаты исследования Ниже приводятся результаты логистической регрессии для каждой из клинических подгрупп. Во всех случаях использовался метод пошагового включения (отношение правдоподобия), предполагающий введение в уравнение наибольшего числа переменных с сохранением их статистической значимости по критерию Вальда. Так, для подгруппы употребления опиоидов с ВП (табл. 1) отобраны переменные, введенные на шаге 4. Из таблицы 1 видно, что достоверному уровню значимости соответствуют переменные «Отягощенная наследственность наркологическими заболеваниями по одной линии» (В = 3,269, р < 0,001), «Школьное обучение по массовой программе» (B = 3,226, р < 0,001), статус «Не работает/не учится» (В = 2,057, р < 0,001), «Совместное проживание с партнером» (В = 4,935, р < 0,001). Константа регрессионного уравнения составила -21,453. Таким образом, формула (1) уравнения регрессии для подгруппы употребления опиоидов с ВП имеет следующий вид: Р = 1 ⁄ (1 + e21,453 ∙ e-3,269 ∙ x1 ∙e -3,226 ∙ x2 ∙e-2,057∙x3 ∙e-4,935∙x4) (1), где Р - вероятность принадлежности к группе (принимает значения в диапазоне от 0 до 1); 21,453 - константа регрессионного уравнения; -3,269 - коэффициент регрессии для переменной «Отягощенная наследственность наркологическими заболеваниями по одной линии»; -3,226 - коэффициент регрессии для переменной «Школьное обучение по массовой программе»; -2,057 - коэффициент регрессии для переменной статус «Не работает/не учится»; -4,935 - коэффициент регрессии для переменной «Совместное проживание с партнером»; х1 - значение переменной «Отягощенная наследственность наркологическими заболеваниями по одной линии»; х2 - значение переменной «Школьное обучение по массовой программе»; х3 - значение переменной статус «Не работает/не учится»; х4 - значение переменной «Совместное проживание с партнером». Сравнение прогнозируемых значений зависимой переменной, рассчитанной по уравнению регрессии, и фактически наблюдаемых значений модели для подгруппы употребления опиоидов с ВП представлено в таблице 2. При определении прогнозируемой величины вычисляется вероятность для каждого объекта и на ее основании (больше или меньше 0,5) делается вывод о принадлежности или не принадлежности к группе. Чувствительность модели составила - 93,3 %. То есть в этом проценте случаев, согласно построенной модели, выявляется принадлежность пациента к клинической подгруппе употребления опиоидов с ВП. Специфичность модели составила - 90,7 %, т. е. в этом проценте случаев выявляется принадлежность к другим клиническим подгруппам с помощью рассматриваемой модели. Положительная прогностическая значимость, характеризующая долю истинно положительных результатов, составила 81,4 %. Отрицательная прогностическая значимость, характеризующая долю истинно отрицательных результатов, составила 96,9 %. В целом для 91,5 % пациентов результат прогноза оказался верным. Для построения уравнения логистической регрессии подгруппы употребления летучих растворителей с ВП были отобраны переменные, введенные на шаге 3 (табл. 3). Достоверному уровню значимости соответствовали такие переменные, как статус «Не работает и не учится» (В = 2,094, р = 0,006), «Проживание в интернате» (B = 2,994, р = 0,001), «Побег из дома (или интерната)/временное проживание в приюте» (В = 2,737, р = 0,001). Константа регрессионного уравнения равна -11,266. Формула (2) уравнения регрессии для подгруппы употребления летучих растворителей с ВП имеет следующий вид: Р = 1 ⁄ (1 + e11,266 ∙ e-2,094∙x1 ∙ e-2,994∙x2 ∙e-2,737 ∙ x3) (2), где Р - вероятность принадлежности к группе (принимает значения в диапазоне от 0 до 1); 11,266 - константа регрессионного уравнения; -2,094 - коэффициент регрессии для переменной «Статус «не работает и не учится»; -2,994 - коэффициент регрессии для переменной «Проживание в интернате»; -2,737 - коэффициент регрессии для переменной «Побег из дома (или интерната)/временное проживание в приюте»; х1 - значение переменной статус «Не работает и не учится»; х2 - значение переменной «Проживание в интернате»; х3 - значение переменной «Побег из дома (или интерната)/временное проживание в приюте». Чувствительность модели для подгруппы употребления летучих растворителей с ВП составила - 74,7 % (таблица 4). Ее специфичность - 88,9 %. Положительная прогностическая значимость - 76,3 %. Отрицательная прогностическая значимость - 88,0 %. Для 84,3 % пациентов результат прогноза оказался верным. Для построения уравнения логистической регрессии подгруппы употребления алкоголя с ВП были отобраны переменные, введенные на шаге 6. Их перечень представлен в табл. 5. Формула (3) уравнения регрессии для подгруппы употребления алкоголя с ВП имеет следующий вид: P = 1 ⁄ (1 + e41,516 ∙ e-3,182 ∙ x1 ∙ e-3,479 ∙ x2 ∙ e-10,907 ∙ x3 ∙ ∙ e-4,617 ∙ x4 ∙ e5,966 ∙ x5 ∙ e-7,3 ∙ x6) (3), где Р - вероятность принадлежности к группе (принимает значения в диапазоне от 0 до 1); 41,516 - константа регрессионного уравнения; -3,182 - коэффициент регрессии для переменной «Неполная семья»; -3,479 - коэффициент регрессии для переменной «Коррекционная школьная программа»; -10,907 - коэффициент регрессии для переменной «Вспомогательная школьная программа»; -4,617 - коэффициент регрессии для переменной статус «Школьник»; 5,966 - коэффициент регрессии для переменной статус «Не работает и не учится»; -7,300 - коэффициент регрессии для переменной «Проживание в интернате»; х1 - значение переменной «Неполная семья»; х2 - значение переменной «Коррекционная школьная программа»; х3 - значение переменной «Вспомогательная школьная программа»; х4 - значение переменной статус «Школьник»; х5 - значение переменной статус «Не работает и не учится»; х6 - значение переменной «Проживание в интернате». Данные о чувствительности, специфичности, положительной и отрицательной прогностической значимости модели для подгруппы употребления алкоголя с ВП представлены в таблице 6. Для построения уравнения логистической регрессии подгруппы употребления стимуляторов с ВП были отобраны переменные, введенные на шаге 5 (перечень представлен в таблице 7). Формула (4) уравнения регрессии для подгруппы употребления стимуляторов с ВП имеет следующий вид: P = 1 ⁄ (1 + e12,107 ∙ e-4,163 ∙ x1 ∙ e3,174 ∙ x2) ∙ ∙ e2,809 ∙ x3 ∙ e -4,093 ∙ x4 ∙ e -5,303 ∙ x5) (4), где Р - вероятность принадлежности к группе (принимает значения в диапазоне от 0 до 1); 12,107 - константа регрессионного уравнения; -4,163 - коэффициент регрессии для переменной «Наследственность наркологическими заболеваниями не отягощена»; 3,174 - коэффициент регрессии для переменной «Сирота или родитель (и) лишены прав»; 2,809 - коэффициент регрессии для переменной статус «Не работает и не учится»»; -4,093 - коэффициент регрессии для переменной «Побег из дома (или интерната)/временное проживание в приюте»; -5,303 - коэффициент регрессии для переменной «Совместное проживание с партнером»; х1 - значение переменной «Наследственность наркологическими заболеваниями не отягощена»; х2 - значение переменной «Сирота или родитель (и) лишены прав»; х3 - значение переменной статус «Не работает и не учится»; х4 - значение переменной «Побег из дома (или интерната)/временное проживание в приюте»; х5 - значение переменной «Совместное проживание с партнером». Данные о чувствительности, специфичности, положительной и отрицательной прогностической значимости модели для подгруппы употребления алкоголя с ВП представлены в таблице 8. Заключение В результате исследования получены формулы уравнений логической регрессии, включающие значимые предикторы, необходимые для предсказания употребления пациентами с расстройствами поведения конкретного вида ПАВ. Каждая из рассмотренных клинических подгрупп характеризуется своим набором анамнестических данных (предикторов), на основании которых можно рассчитать вероятность принадлежности к ней пациентов. Коэффициенты регрессии для некоторых переменных имеют отрицательные значения, что говорит об отрицательном «вкладе» этих переменных в значение вероятности принадлежности к подгруппе. Параметры, на основании которых можно рассчитать ту или иную разновидность аддиктивного поведения у подростков, безусловно, не ограничиваются указанными анамнестическими переменными. Как отмечалось выше, к таковым можно отнести также структуру личности, особенности когнитивных процессов и др. Однако используемые в настоящей работе анамнестические данные, как правило, хорошо известны, основаны на бинарном принципе (наличие/отсутствие признака) и не предполагают двоякой трактовки, что позволяет успешно использовать предлагаемую модель на практике.

Severin Vyacheslavovich Grechanyi

St. Petersburg State Pediatric Medical University

Email: svgrechany@mail.ru
MD, PhD, Associate Professor, Head. Department of Psychiatry and Addiction

  1. Битенский В. С., Херсонский Б. Г., Дворяк С. В., Глушков В. А. Наркомании у подростков. Киев: Здоров’я; 1989.
  2. Гречаный С. В. Клинико-психологическая характеристика мотивов употребления психоактивных веществ подростками. Педиатр. 2015; 6 (2): 16-20.
  3. Егоров А. Ю. Возрастная наркология. СПб.: Дидактика Плюс; 2002.
  4. Личко А. Е., Битенский В. С. Подростковая наркология. Л.: Медицина; 1991.
  5. Наследов А. Д. Математические методы психологического исследования. Анализ и интерпретация данных: учебное пособие. 3 изд. СПб.: Речь; 2008.
  6. Профилактика употребления психоактивных веществ в молодежной среде: памятка для медицинских работников. Брест; 2005.
  7. Пятницкая И. Н., Найденова Н. Г. Подростковая наркология. М.: Медицина; 2002.
  8. Ревзин В. Л., Зобнев В. М., Гречаный С. В. Особенности токсикоманического поведения подростков и психокоррекционная работа с ними. В кн.: Звартау Э. Э., ред. Ингалянты: сборник научных трудов. СПб.: Изд-во СПбГМУ; 2005: 257-265.
  9. Сиволап Ю. П., Савченков В. А. Злоупотребление опиоидами и опиоидная зависимость. М.: Медицина; 2005.
  10. Dalsgaard S., Mortensen P. B., Frydenberg M., Thomsen P. H. ADHD, stimulant treatment in childhood and subsequent substance abuse in adulthood - a naturalistic long-term follow-up study. Addictive behavior. 2014; 39 (1): 325-328.
  11. Groenman A. P., Oosterlaan J., Rommelse N., Franke B., Roeyers H., Oades R. D., Sergeant J. A., Buitelaar J. K., Faraone S. V. Substance use disorders in adolescents with attention deficit hyperactivity disorder: a 4-year follow-up study. Addiction. 2013; 108 (8): 1503-1511.

Views

Abstract - 1650

PDF (Russian) - 265

Cited-By


PlumX


Copyright (c) 2015 Grechanyi S.V.

Creative Commons License
This work is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 International License.

This website uses cookies

You consent to our cookies if you continue to use our website.

About Cookies