The effectiveness of different regimens of testosterone gel therapy in men with androgen deficiency

Cover Page

Abstract


The results of androgen replacement therapy with the appointment of a transdermal gel with testosterone in patients with androgen deficiency were presented. 90 men with testosterone deficiency (<12 nmol/L) and impaired erectile function were observed. The average age of patients was 58 ± 5.2 years. Patients were divided into 3 groups. Patients of the 1st (control) group underwent basic behavioral therapy, the 2nd group received basic therapy with testosterone gel for a dose of 50 mg, the 3rd group received basic therapy with testosterone gel at a dose of 100 mg. The duration of treatment was 6 months. The use of testosterone in the form of a transdermal gel led to a significant increase in the content of total testosterone in both patients of the 2nd (50 mg) and 3rd groups (100 mg). A dose-dependent effect was noted, in patients of the 3rd group the level of testosterone was significantly higher than in patients 2nd group. An increase in testosterone was accompanied by a decrease in FSH and LH levels.


Full Text

Андрогенный дефицит у мужчин является одной из важных проблем урологии, который характеризуется относительным или абсолютным недостатком свободного тестостерона и проявляется развитием ряда урологических заболеваний и метаболических нарушений [1]. Низкий уровень андрогенов вызывает нарушение сексуальной функции и фертильности, изменение метаболизма костной и мышечной ткани, а также приводит к психоэмоциональным нарушениям и проблемам социальной адаптации [2, 3]. Снижение содержания тестостерона в сочетании с клиническими симптомами гипогонадизма наблюдаются у 2,1–5,7 % мужчин в возрасте 40–79 лет [4, 5]. Частота андрогенного дефицита оценивается в 11,7–12,3 случаев на 1000 человек [6, 7].

По данным Массачусетского исследования пожилых мужчин, снижение уровня биодоступного тестостерона происходит уже к 30–35 годам — на 1–2 % каждый год. Содержание общего тестостерона снижается, начиная с возраста 50–55 лет — на 0,8–1,6 % в год. Разницу в уровнях фракций тестостерона можно объяснить увеличением с возрастом содержания секс-стероид-связывающего глобулина (СССГ) на 1,5 % в год, что и является причиной снижения концентрации тестостерона в крови [8].

Диагностика андрогенного дефицита основана на определении в плазме крови содержания общего тестостерона (в норме — более 12 нмоль/л) и уровня гонадотропинов (фолликулостимулирующего (ФСГ) и лютеинизирующего (ЛГ) гормонов). Концентрация общего тестостерона менее 8 нмоль/л, сниженный или повышенный уровень гонадотропинов в сочетании с выраженной клинической симптоматикой позволяют диагностировать гипогонадотропный или гипергонадотропный гипогонадизм. Когда клиническая симптоматика гипогонадизма выраженная, а уровень общего тестостерона находится в пределах 8–12 нмоль/л, необходимо определение СССГ с дальнейшим расчетом уровня свободного тестостерона (в норме — более 250 пмоль/л) [9].

Следует помнить, что концентрация тестостерона в крови изменяется в зависимости от циркадных ритмов: пиковый уровень гормона в норме приходится на 4 часа утра и значительно снижается к вечеру [10, 11]. Поэтому содержание тестостерона исследуют в пробах крови, полученных в утренние часы и натощак. На уровень тестостерона могут влиять и такие факторы, как эмоциональный фон, питание, уровень физической нагрузки, а также сопутствующие урологические заболевания, в том числе воспалительного характера, что надо учитывать при диагностике заболевания [10, 12].

У мужчин со стабильно низким уровнем тестостерона и симптомами андрогенного дефицита при отсутствии противопоказаний рекомендуется проведение андроген-заместительной терапии, целью которой является восстановление уровня тестостерона до физиологических пределов. Результаты проведенных метаанализов показывают, что заместительная терапия тестостероном неэффективна, когда его содержание 12 нмоль/л (3,5 нг/мл) и выше, и наоборот, регистрируются положительные результаты лечения при уровне тестотестерона ниже 12 нмоль/л и особенно при тяжелых формах гипогонадизма (<8 нмоль/л) [13, 14].

В настоящее время широкое распространение получила андроген-заместительная терапия с использованием препаратов тестостерона в форме трасндермальных гелей, что связано с меньшим количеством побочных эффектов и удобством применения [10, 15]. При этом необходимо учитывать, что тестостерон-заместительная терапия отрицательно влияет на сперматогенез, вплоть до развития азооспермии [16].

Цель исследования — определение эффективности различных режимов терапии тестостерон-гелем у мужчин с андрогенным дефицитом.

МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ

В исследовании приняли участие 90 мужчин с дефицитом тестостерона (<12 нмоль/л) и наличием эректильной дисфункции различной степени тяжести. Средний возраст пациентов составил 58 ± 5,2 года, значения антропометрических показателей — масса тела 92 ± 5 кг, окружность талии — 102 ± 3,6 см. Все пациенты прошли осмотр уролога-андролога, был проведен анализ крови с определением уровня общего тестостерона, СССГ, пролактина, ЛГ, ФСГ, тиреотропного гормона (ТТГ), а также простатспецифического антигена (ПСА) и гематокрита. В исследование не были включены пациенты с онкологическими и эндокринными заболеваниями, хронической обструктивной болезнью легких, а также злоупотребляющие алкогольными и наркотическими средствами.

Пациенты были разделены на 3 группы по 30 человек. Пациентам 1-й (контрольной) группы была назначена базовая поведенческая терапия — занятие спортом и соблюдение диеты, 2-й группы — базовая терапия совместно с тестостерон-гелем для наружного применения в дозе 50 мг, 3-й группы — базовая терапия с тестостерон-гелем в дозе 100 мг. В качестве исходных значений показателей крови принимались данные, полученные в ходе визита 1. Последующая оценка проводилась на втором визите через 6 мес.

Статистическая обработка данных осуществлялась с помощью программы MSExel 11.0 и IBM SPSS Statistics 21.0, применяли методы параметрической (t-критерий Cтьюдента) статистики. При оценке достоверности выявленных различий между средними значениями выборок рассчитывали параметр р, вероятность справедливости нулевой гипотезы была принята равной р < 0,05.

РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЙ

До начала лечения уровень половых гормонов у пациентов 1, 2 и 3-й групп были практически одинаковыми. В ходе визита 2 (через 6 мес. после начала терапии) отмечались существенные изменения показателей (см. таблицу).

 

Динамика результатов лабораторных исследований у больных 1, 2 и 3-й групп (n = 90)

The dynamics of the laboratory results in patients of the 1st, 2nd and 3rd groups (n = 90)

Показатели

Визит 1

Визит 2

1-я группа (n = 30)

2-я группа (n = 30)

3-я группа (n = 30)

1-я группа (n = 30)

2-я группа (n = 30)

3-я группа (n = 30)

Общий тестостерон, нмоль/л

6,7 ± 1,3

6,5 ± 1,0

6,7 ± 1,2

7,6 ± 1,4#

10,5 ± 1,0*#

14,7 ± 1,2**#

СССГ, нмоль/л

53,3 ± 17,5

55,7 ± 18,4

53,6 ± 17,8

53,2 ± 17,7

55,4 ± 17,4

53,5 ± 17,6

ФСГ, мЕд/л

5,5 ± 1,0

5,6 ± 1,1

5,9 ± 1,1

4,5 ± 1,0#

4,2 ± 1,0#

4,0 ± 1,0#

ЛГ, мЕд/л

4,8 ± 1,2

4,9 ± 1,2

5,0 ± 1,3

3,8 ± 1,1#

3,5 ± 1,0#

3,3 ± 1,0#

Пролактин, мЕд/л

268,1 ± 86,7

268,5 ± 92,4

266,1 ± 86,2

271,2 ± 85,6

267,4 ± 90,2

268,6 ± 88,2

ПСА нг/мл

2,1 ± 0,7

2,2 ± 0,9

2,0 ± 0,7

2,2 ± 0,8

2,1 ± 1,0

1,9 ± 0,8

Примечание. СССГ — секс-стероид-связывающий глобулин, ФСГ — фолликулостимулирующий гормон, ЛГ — лютеинизирующий гормон, ПСА — простатспецифический антиген. * различия с 1-й группой достоверны (p < 0,05). ** различия с 1-й и 2-й группами достоверны (p < 0,05). # различия со значениями на визите 1 достоверны (p < 0,05).

 

В ходе оценки лабораторных показателей у пациентов 1-й (контрольной) группы на визите 2 по сравнению с визитом 1 было выявлено достоверное (р < 0,05) снижение содержания в крови ФСГ и ЛГ на 1,0 мЕд/л от первоначального уровня гормона в крови. Тестостерон по окончании терапии стал выше на 0,9 нмоль/л, что также является достоверно значимым. Уровни пролактина, ПСА и СССГ в свою очередь изменялись незначительно.

При оценке эффективности проводимой терапии у пациентов 2-й группы, получавших базовую терапию совместно с 50 мг тестостерон-геля, наблюдалось достоверное снижение уровня ФСГ и ЛГ во время визита 2 на 1,4 мЕд/л (p < 0,05). У мужчин 3-й группы после окончания лечения было выявлено значимое повышение общего тестостерона на 8,0 нмоль/л, снижение содержания ФСГ и ЛГ через 6 мес. снизилось на 1,9 и 1,7 мЕд/л соответственно.

Оценивая эффективность применяемых видов терапии, можно сделать следующие выводы. Уровень тестостерона повышался у всех испытуемых, но неодинаково. У больных 1-й группы по сравнению с пациентами 2-й и 3-й групп результаты лечения были наименьшими: почти в 1,3 раза ниже, чем во 2-й группе, и почти в 2 раза меньше, чем в 3-й группе. У пациентов 3-й группы уровень тестостерона оказался выше, чем во 2-й группе, на 4,2 нмоль/л (p < 0,05). Уровень ФСГ у пациентов 1-й (контрольной) группы после лечения оказался выше на 0,3 и 0,5 мЕд/л по сравнению с результатами во 2-й и 3-й группах, что свидетельствует о большей ароматизации тестостерона. Различие в содержании ФСГ в крови во 2-й и 3-й группах после лечения (0,2 мЕд/л) статистически недостоверно. Подобная тенденция у наблюдаемых пациентов отмечена и для уровня ЛГ.

В процессе лечения мы не отметили у наблюдаемых пациентов во всех группах достоверного изменения содержания СССГ, пролактина и ПСА.

Таким образом, применение тестостерона в форме трансдермального геля привело к достоверному повышению содержания общего тестостерона как у пациентов 2-й (50 мг), так и 3-й группы (100 мг). Отмечена дозозависимость эффекта — у больных 3-й группы уровень тестостерона оказался достоверно выше. Увеличение содержания тестостерона сопровождалось снижением уровней ФСГ и ЛГ.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Результаты исследования свидетельствуют об эффективности назначения тестостерона в форме трансдермального геля в дозах 50 и 100 мг. Применение тестостерон-геля в течение 6 мес. сопровождалось дозозависимым увеличением уровня общего тестостерона в крови наблюдаемых пациентов.

About the authors

Andrey V. Kuzmenko

N.N. Burdenko Voronezh State Medical University of the Ministry of Healthcare of the Russian Federation

Author for correspondence.
Email: kuzmenkoav09@yandex.ru

Russian Federation, Voronezh

Doctor of Medical Science, Professor, Head, Department of Urology

Timur A. Gyaurgiev

N.N. Burdenko Voronezh State Medical University of the Ministry of Healthcare of the Russian Federation

Email: tima001100@mail.ru

Russian Federation, Voronezh

Candidate of Medical Science, Associate Professor, Department of Urology

Yulia Yu. Bakutina

N.N. Burdenko Voronezh State Medical University of the Ministry of Healthcare of the Russian Federation

Email: yul.bakutina@yandex.ru

Russian Federation, Voronezh

Student

Alena Yu. Zarubayco

N.N. Burdenko Voronezh State Medical University of the Ministry of Healthcare of the Russian Federation

Email: alenazarubaiko@yandex.ru

Russian Federation, Voronezh

Student

References

  1. Salonia A, Rastrelli G., Hackett G, et al. Paediatric and adult-onset male hypogonadism. Nat Rev Dis Primers. 2019;5(1):38. https://doi.org/10.1038/s41572-019-0087-y.
  2. Nieschlag E, Behre H, Nieschlag S. Andrology: male reproductive health and dysfunction. 3rd edn. Heidelberg: Springer-Verlag. 2010. https://doi.org/10.1007/978-3-540-78355-8_11.
  3. Ибишев Х.С., Гусова З.Р., Черный А.А. и др. Взаимосвязь дефицита тестостерона и эректильной дисфункции (обзор литературы) // Поликлиника. – 2014. – № 5(1). – С. 81–84. [Ibishev KhS, Gusova ZR, Chernyi AA, et al. Vzaimosvyaz’ deficita testosterona i erektil’noj disfunkcii (obzor literatury). Poliklinika. 2014;(5-1):81-84. (In Russ.)]
  4. Wu FC, Tajar A, Beynon JM, et al. Identification of late-onset hypogonadism in middle-aged and elderly men. N Engl J Med. 2010;363(2):123-135. https://doi.org/10.1056/NEJMoa0911101.
  5. Zarotsky V, Huang MY, Catman W, et al. Systematic literature review of the risk factors, comorbidities, and consequences of hypogonadism in men. Andrology. 2014;2(6):819-834. https://doi.org/10.1111/andr.274.
  6. Haring R, Volzke H, Steveling A, et al. Low serum testosterone levels are associated with increased risk of mortality in a population-based cohort of men aged 20-79. Eur Heart J. 2010; 31(12):1494-1501. https://doi.org/10.1093/eurheartj/ehq009.
  7. Araujo AB, Dixon JM, Suarez EA, et al. Clinical review: Endogenous testosterone and mortality in men: a systematic review and meta-analysis. J Clin Endocrinol Metab. 2011;96(10):3007-2019. https://doi.org/10.1210/jc.2011-1137.
  8. Mohr BA, Guay AT, O’Donnell AB, McKinlay JB. Normal, bound and nonbound testosterone levels in normally ageing men: results from the Massachusetts Male Ageing Study. Clin Endocrinol (Oxf). 2005; 62(1):64-73. https://doi.org/10.1111/j.1365-2265.2004.02174.x.
  9. Аль-Шукри С.Х., Боровец С.Ю., Торопов В.А. Нарушение сперматогенеза и исходы вспомогательных репродуктивных технологий при различных формах гипогонадизма // Урологические ведомости. – 2016. – Т. 6. – № 1. – C. 21–28. [Al-Shukri SKh, Borovets SYu, Toropov VA. Violation of spermatogenesis and outcomesof assisted reproductive technologies in various forms of hypogonadism. Urologicheskie vedomosti. 2016;6(1):21-28. (In Russ.)]. https://doi.org/10.17816/uroved621-28.
  10. Кузьменко А.В., Кузьменко В.В., Гяургиев Т.А. Хронобиологические особенности различных режимов терапии тестостерон-гелем у мужчин с андрогендефицитом // Урология. – 2018. – № 4. – С. 88–95. [Kuzmenko AV, Kuzmenko VV, Giaurgiev TA. Chronobiological features of different regimens of testosterone-gel therapy in men with androgendeficiency. Urologiia. 2018;(4): 88-95 (In Russ.).] https://doi.org/10.18565/urology.2018.4.88-95.
  11. Кузьменко А.В., Кузьменко В.В., Гяургиев Т.А., Баранников И.И. Хронобиологический статус больных с хроническим простатитом на фоне аденомы простаты // Системный анализ и управление в биомедицинских системах. – 2017. – Т. 16. – № 3. – С. 513–316. [Kuzmenko AV, Kuzmenko VV, Giaurgiev TA, Barannikov II. Chronobiological status of patients with chronic prostatitis on the background of prostate adenoma. System analysis and management in biomedical systems. 2017;16(3):513-316 (In Russ.).]
  12. Калинина С.Н., Кореньков Д.Г., Фесенко В.Н. Лечение сперматологических нарушений и оксидативного стресса после перенесенных репродуктивно значимых заболеваний, вызванных инфекциями, передающимися половым путем // Урологические ведомости. – 2018. – Т. 8. – № 4. – C. 5–15. [Kalinina SN, Korenkov DG, Fesenko VN. Treatment of spermatologic disorders and oxidative stress after reproductively significant diseases caused by sexually transmitted infection. Urologicheskie vedomosti. 2018;8(4):5-15. https://doi.org/10.17816/uroved845-15.
  13. Corona G, Giagulli VA, Maseroli E, et al. Therapy of endocrine disease: Testosterone supplementation and body composition: results from a meta-analysis study. Eur J Endocrinol. 2016;174(30):R99-116. https://doi.org/10.1530/EJE-15-0262.
  14. Corona G, Rastrelli G, Morgentaler A, et al. Meta-analysis of Results of Testosterone Therapy on Sexual Function Based on International Index of Erectile Function Scores. Eur Urol. 2017;72(6): 1000-1011. https://doi.org/10.1016/j.eururo.2017.03.032.
  15. Винаров А.З., Спивак Л.Г., Рохликов И.М. и др. Влияние терапии тестостероном (1 % трансдермальный гель) на качество жизни мужчин с андрогенодефицитом в условиях рутинной клинической практики: 6-месячное наблюдательное исследование // Андрология и генитальная хирургия. – 2016. – Т. 17. – № 4. – С. 59–67. [Vinarov AZ, Spivak LM, Rochlikov IM, et al. Influence of testosterone therapy (1 % transdermal gel) on the quality of life of men with androgen deficiency in routine clinical practice: 6-month observational study. Andrology and genital surgery. 2016;17(4):59-67. (In Russ.)]
  16. Корнеев И.А., Зассеев Р.Д. Азооспермия после применения тестостерона в форме геля // Урологические ведомости. – 2017. – Т. 7. – № 2. – C. 31–33. [Korneyev IA, Zasseev RD. Azoospermia after testosterone gel treatment. Urologicheskie vedomosti. 2017;7(2): 31-33 (In Russ.)]. https://doi.org/10.17816/uroved7231-33.

Statistics

Views

Abstract - 35

PDF (Russian) - 9

Cited-By


PlumX


Copyright (c) 2020 Kuzmenko A.V., Gyaurgiev T.A., Bakutina Y.Y., Zarubayco A.Y.

Creative Commons License
This work is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 International License.

This website uses cookies

You consent to our cookies if you continue to use our website.

About Cookies