Email this article Morphofunctional features of the myocardium in patients with severe obstructive sleep apnea syndrome and their dynamics during continuous positive airway pressure therapy
- Authors: Ekimov V.V.1, Kuchmin A.N.1, Galaktionov D.A.1, Galova E.P.1, Pukhova U.D.1
-
Affiliations:
- Military Medical Academy of S.M. Kirov
- Issue: Vol 24, No 4 (2022)
- Pages: 651-658
- Section: Original Study Article
- Submitted: 22.09.2022
- Accepted: 13.10.2022
- Published: 04.01.2023
- URL: https://journals.eco-vector.com/1682-7392/article/view/111018
- DOI: https://doi.org/10.17816/brmma111018
- ID: 111018
Cite item
Full Text
Abstract
This paper presents the echocardiographic morphofunctional parameters of the myocardium of patients suffering from severe obstructive sleep apnea syndrome and their dynamics before and after treatment with the help of the “SYNAP” apparatus by creating a constant positive pressure on inspiration during sleep. All patients were divided into two groups: the experimental group suffering from severe obstructive sleep apnea syndrome and the control group without cardiovascular and respiratory diseases. After echocardiography, the experimental group underwent a course of continuous constant positive pressure on inspiration during sleep. The symptoms of severe obstructive sleep apnea syndrome were determined by the presence of daytime drowsiness, loud snoring, witnessed breathing interruptions, or awakenings due to shortness of breath or suffocation, in the presence of at least 30 obstructive respiratory complications (apnea, hypopnea, or excitement associated with respiratory effort) in 1 h of sleep. In the experimental group, remodeling of heart chambers was observed, manifested mainly by an increase in the volume of the left atrium, dilatation of the right ventricle, and development of myocardial hypertrophy of the left and right ventricles. The systolic function of the right ventricle and the diastolic dysfunction of the right and left ventricles decreased, and the systolic pressure in the pulmonary artery increased. A course of continuous constant positive inhalation pressure during sleep in the experimental group led to reverse remodeling of the heart chambers and improvement of the systolic function of the myocardium of both ventricles. A 3-month course of continuous constant positive pressure on inspiration during sleep led to a persistent decrease in systolic pressure in the pulmonary artery. The constant application of continuous, constant positive pressure on inhalation during sleep can prevent the progression of systolic and diastolic abnormalities and reverse these changes in the initial stages before serious structural changes can develop.
Full Text
ВВЕДЕНИЕ
Синдром обструктивного апноэ во сне (СОАС) характеризуется развитием транзиторной частичной (гипопноэ) или полной (апноэ) обструкции верхних дыхательных путей, наступающими во время сна человека [1]. СОАС представляет собой серьезную медицинскую проблему, часто ассоциирующуюся с различными кардиальными и некардиальными осложнениями [2–5]. В настоящее время вырос научный интерес к проблеме СОАС и его осложнений в связи с появлением современных методик их раннего выявления и возможностей их ранней коррекции путем неинвазивной вентиляции легких.
Длительное течение СОАС вследствие повторяющейся гипоксемии, перегрузки давлением может приводить к развитию симптоматической артериальной гипертензии, нарушения ритма сердца, сердечной недостаточности с сохранением или снижением фракции выброса левого желудочка [6–9]. Своевременное применение СИПАП-терапии (СИПАП — транслитерация английской аббревиатуры CPAP (Continuous Positive Airway Pressure), которая расшифровывается как «непрерывное давление дыхательных путей», является высокоэффективным средством лечения и профилактики сердечно-сосудистых осложнений у данной категории лиц и находит все более широкое применение [10–16].
Цель исследования — оценка изменений эхокардиографических показателей у больных, страдающих СОАС тяжелой степени, и их динамики при проведении СИПАП-терапии.
МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ
Исследование выполнено на базе клиники пропедевтики внутренних болезней с 2015 по 2022 г. В исследовании принимали участие 95 пациентов в возрасте 45–74 лет, проходящих стационарное обследование и лечение. Для проведения сравнительного анализа в опытную группу включили 48 пациентов, страдающих СОАС тяжелой степени, в контрольную группу — 47 пациентов без СОАС. Критериями исключения из исследования являлись наличие у пациентов бронхообструктивных заболеваний легких, клинически манифестной ишемической болезни сердца, перенесенных острых нарушений мозгового кровообращения. В начале исследовательской программы все пациенты дали письменное согласие на добровольное участие в обследованиях.
Кардиореспираторное мониторирование проводилось с помощью комбинированного монитора фирмы «Инкарт» (Санкт-Петербург). Регистрировались следующие показатели: 12 электрокардиографических отведений, спирографические каналы, оценка дыхательных усилий посредством реопневмограммы. Если по каналу спирографа наблюдалось уменьшение амплитуды дыхания на 50% и более в течение более 10 с, а сатурация крови снижалась от исходной более чем на 3%, то такое состояние расценивалось как гипопноэ. Апноэ определялось как полное прекращение дыхательного потока, визуализируемое на канале спирографа, продолжительностью свыше 10 с.
Индекс апноэ-гипопноэ (ИАГ) рассчитывался по числу эпизодов апноэ и/или гипопноэ в течение первого часа сна. В случаях, если ИАГ был > 30 усл. ед., течение заболевания расценивалось как тяжелое и пациенту предлагалось проведение СИПАП-терапии с помощью аппарата «СИПАП» путем создания постоянного положительного давления на вдохе в период сна пациента.
Трансторакальную эхокардиографию с доплеровским анализом проводили в соответствии с общепринятым протоколом [17] на аппарате «VIVIDE95» до начала СИПАП-терапии и через 3 мес со дня начала ее проведения. Анализ результатов проведенного исследования выполняли два специалиста по эхокардиографии. Для выполнения измерений использовалось не менее 3 кардиоциклов.
Амплитуду систолического смещения фиброзного кольца трикуспидального клапана (TAPSE) использовали в качестве показателя продольной систолической функции правого желудочка (ПЖ) путем размещения курсора в M-режиме через трикуспидальное кольцо и измерения величины продольного движения кольца в пиковую систолу в стандартной апикальной четырехкамерной позиции. Измерения правого предсердия (ПП) оценивали в апикальной четырехкамерной проекции. Максимальный диаметр ПП определяли от среднего уровня свободной стенки ПП до межпредсердной перегородки. Площадь ПП оценивали планиметрически в конце систолы желудочков (наибольший объем).
Пиковые скорости раннего и позднего движения септальной и латеральной частей митрального фиброзного кольца во время систолы и диастолы регистрировали с помощью импульсно-волновой тканевой доплерографии из апикальной четырехкамерной проекции. Соотношение ранней (E) и поздней диастол (A) — E/A рассчитывали с использованием измеренных пиковых скоростей. Замеряли время замедления раннего диастолического наполнения (DT) желудочков. Оценка диастолической дисфункции левого желудочка (ЛЖ) проводилась на основании последних рекомендаций Американского общества эхокардиографов по диастолической функции ЛЖ [18]. Систолическое давление в легочной артерии (СДЛА) рассчитывали с учетом степени коллабирования нижней полой вены (НПВ) на вдохе.
Статистический анализ был выполнен с помощью пакета прикладных программ Statistica for Windows 6.0. Категориальные переменные были выражены в абсолютных величинах. Непрерывные переменные выражали как среднее значение ± стандартное отклонение. Непрерывные переменные проверяли на соответствие критериям нормального распределения. Различия между эхокардиографическими показателями оценивали с помощью t-критерия Стьюдента. Значение р < 0,05 считалось значимым.
РЕЗУЛЬТАТЫ И ИХ ОБСУЖДЕНИЕ
Из сопутствующих заболеваний у пациентов, страдающих СОАС, в 82% случаев отмечалось ожирение, в 74% — артериальная гипертензия, в 45% — сахарный диабет 2-го типа. При сравнении исходных эхокардиографических показателей обследуемых опытной и контрольной групп (табл. 1) установлено, что толщина МЖП была достоверно (р < 0,05) больше у больных, страдающих СОАС, в сравнении с лицами контрольной группы (12,1 ± 1,06 и 9,2 ± 1,22 мм соответственно). Толщина задней стенки левого желудочка также была больше у пациентов опытной группы (11,2 ± 1,12 и 8,8 ± 0,58 мм; р < 0,05). Показано, что у больных, страдающих СОАС, определялся более высокий ИММЛЖ по сравнению с контрольной группой (55,1 ± 1,58 и 48,4 ± 2,57 г/м2 соответственно; р < 0,001).
Таблица 1. Исходные эхокардиографические показатели больных, страдающих СОАС, и обследуемых контрольной группы
Table 1. Baseline echocardiographic parameters of patients with and without obstructive sleep apnea syndrome
Показатель | Группа | |
опытная | контрольная | |
Толщина МЖП, мм | 12,1 ± 1,06* | 9,2 ± 1,22 |
Толщина ЗСЛЖ, мм | 11,2 ± 1,12* | 8,8 ± 0,58 |
КДРЛЖ, мм | 51,3 ± 1,79 | 47,8 ± 2,1 |
ФВЛЖ, % | 53,1 ± 3,16 | 58,7 ± 3,7 |
ИММЛЖ, г/м2 | 55,1 ± 1,58*** | 48,4 ± 2,57 |
Индекс объема ЛП, мл/м2 | 35,6 ± 1,9** | 28,9 ± 2,4 |
Диаметр ПЖ (4-камерная позиция на уровне кольца), мм | 37,6 ± 2,1* | 31,2 ± 1,9 |
Диаметр ПЖ (4-камерная позиция на уровне серединных сегментов), мм | 34,8 ± 1,6* | 29,9 ± 2,5 |
Вертикальный размер ПЖ, мм | 62,8 ± 2,4 | 61,5 ± 1,3 |
Толщина стенки ПЖ, мм | 5,5 ± 0,84** | 3,5 ± 1,04 |
TAPSE, мм | 19,9 ± 1,18* | 23,6 ± 1,4 |
Поперечный диаметр ПП, мм | 41,8 ± 1,99 | 37,9 ± 3,05 |
Площадь ПП, см2 | 22,5 ± 1,4* | 17,9 ± 3,0 |
Eмк, м/с | 0,67 ± 0,09 | 0,65 ± 0,18 |
Амк, м/с | 0,92 ± 0,12** | 0,65 ± 0,11 |
Е/А | 0,71 ± 0,13** | 1,29 ± 0,16 |
Время замедления, мс | 177,8 ± 13,8* | 156,4 ± 7,9 |
Соотношение Е/еср’ | 7,3 ± 1,4* | 5,8 ± 1,8 |
ес’, м/с | 0,08 ± 0,05 | 0,10 ± 0,02 |
ас’, м/с | 0,13 ± 0,06* | 0,12 ± 0,03 |
ел’, м/с | 0,11 ± 0,08 | 0,09 ± 0,02 |
ал’, м/с | 0,17 ± 0,07* | 0,13 ± 0,03 |
Eтк, м/с | 0,13 ± 0,07* | 0,11 ± 0,02 |
Атк, м/с | 0,15 ± 0,08 | 0,13 ± 0,04 |
Скорость транстрикуспидальнойрегургитации, м/с | 3,8 ± 0,52** | 2,2 ± 0,33 |
СДЛА, мм рт. ст. | 42,6 ± 5,2*** | 23,1 ± 4,4 |
Примечание: * — р < 0,05; ** — р < 0,01; *** — р < 0,001; МЖП — межжелудочковая перегородка; ЗСЛЖ — задняя стенка левого желудочка (ЛЖ); КДРЛЖ — конечный диастолический размер ЛЖ; ФВЛЖ — фракция выброса ЛЖ; ИММЛЖ — индекс массы миокарда ЛЖ; ТДГ — тканевая доплерография; Eмк — максимальная скорость раннего наполнения ЛЖ; Амк — максимальная скорость позднего наполнения ЛЖ; Eтк — максимальная скорость раннего наполнения ПЖ; Атк — максимальная скорость позднего наполнения ПЖ; ел’ — скорость движения латеральной части фиброзного кольца митрального клапана в раннюю диастолу; ал’ — скорость движения латеральной части фиброзного кольца митрального клапана в позднюю диастолу; ес’ — скорость движения септальной части фиброзного кольца митрального клапана в раннюю диастолу; ас’ — скорость движения септальной части фиброзного кольца митрального клапана в позднюю диастолу.
Помимо увеличения ИММЛЖ у пациентов, страдающих СОАС, также определялось увеличение индекса объема ЛП (35,6 ± 1,9 и 28,9 ± 2,4 мл/м2; р < 0,01) и диаметра ПЖ как на уровне кольца, так и на уровне серединных сегментов у пациентов, страдающих СОАС (37,6 ± 2,1 и 34,8 ± 1,6 мм; р < 0,001), в сравнении с группой контроля (31,2 ± 1,9 и 29,9 ± 2,5 мм; р < 0,05). Толщина ПЖ также была значимо увеличена у пациентов опытной группы в сравнении с группой контроля (5,5 ± 0,84 и 3,5 ± 1,04 мм соответственно; р < 0,01).
Увеличение площади ПП наблюдалось среди пациентов, страдающих СОАС, по сравнению с контрольной группой (22,5 ± 1,4 и 17,9 ± 3,0 см2 соответственно; р < 0,05). Были выявлены статистически значимые различия и по параметрам трансмитрального кровотока. По результатам тканевой доплерографии Eмк была практически одинаковой в обеих группах и составила 0,67 ± 0,09 и 0,67 ± 0,18 м/с. Амк была значительно больше у пациентов опытной группы (0,92 ± 0,12 и 0,65 ± 0,11 м/с соответственно; р < 0,01). Соотношение Е/А имело достоверные (р < 0,01) различия между группами, при этом у больных, страдающих СОАС, данный показатель был достоверно (р < 0,05) меньше, чем у лиц контрольной группы (0,71 ± 0,13 и 1,29 ± 0,16 м/с соответственно). Время замедления трансмитрального кровотока достоверно (р < 0,05) отличалось в опытной и контрольной группах (177,8 ± 13,8 и 156,4 ± 7,9 м/с соответственно). Отношение Е/еср’ было увеличено в группе пациентов, страдающих СОАС (7,3 ± 1,4 и 5,8 ± 1,8; р < 0,05).
Скорость движения фиброзного кольца митрального клапана стенки ЛЖ в септальной (0,13 ± 0,06 и 0,12 ± 0,03 м/с; р < 0,05) и латеральной стенках (0,17 ± 0,07 и 0,13 ± 0,03 м/с; р < 0,05) в позднюю диастолу оказалась выше у пациентов, страдающих СОАС, в сравнении с группой контроля. Обнаружена статистически значимая (р < 0,05) более высокая максимальная скорость раннего наполнения ПЖ у опытной группы в сравнении с контрольной (0,13 ± 0,07 и 0,11 ± 0,02 м/с соответственно). В группе страдающих СОАС отмечено достоверное (р < 0,01) увеличение скорости транстрикуспидальной регургитации до 3,8 ± 0,52 м/с, при этом в группе контроля этот показатель составил 2,2 ± 0,33 м/с. СДЛА оказалась также значимо (р < 0,001) выше в группе страдающих CОАС по отношению к контрольной группе (42,6 ± 5,2 и 23,1 ± 4,4 мм рт. ст. соответственно).
Из вышесказанного следует, что у больных, страдающих СОАС тяжелой степени, имела место гипертрофия миокарда ЛЖ, увеличение размеров обоих предсердий и ПЖ. Также имелись признаки снижения сократительной способности миокарда ПЖ и нарушение диастолической функции ПЖ и ЛЖ.
При проведении сравнительного анализа эхокардиографических показателей у больных, страдающих СОАС тяжелого течения, до и после месячного курса СИПАП-терапии наблюдалась тенденция к снижению толщины МЖП, ЗСЛЖ, КДД ЛЖ в процессе лечения, однако статистически значимых различий не выявлено (табл. 2). Оценка систолической функции ЛЖ показала достоверное (р < 0,05) увеличение ФВЛЖ у пациентов после лечения (53,1 ± 3,16 и 58,9 ± 2,26% соответственно).
Таблица 2. Эхокардиографические показатели у больных, страдающих тяжелым СОАС, до и после CИПАП-терапии
Table 2. Echocardiographic parameters of patients with severe obstructive sleep apnea syndrome before and after CPAP therapy
Показатель | До лечения | После лечения |
Толщина МЖП, мм | 12,1 ± 1,06 | 11,6 ± 1,2 |
Толщина ЗСЛЖ, мм | 11,2 ± 1,12 | 10,0 ± 1,11 |
КДДЛЖ, мм | 51,3 ± 1,79 | 47,6 ± 1,55 |
ФВЛЖ, % | 53,1 ± 3,16* | 58,9 ± 2,26 |
ИММЛЖ, г/м2 | 55,1 ± 1,58* | 51,2 ± 1,48 |
Индекс объема ЛП, мл/м2 | 35,6 ± 1,9 | 33,9 ± 2,1 |
Диаметр ПЖ (4 камерная позиция на уровне кольца), мм | 37,6 ± 2,1* | 33,7 ± 1,6 |
Диаметр ПЖ (4-камерная позиция на уровне серединных сегментов), мм | 34,8 ± 1,6 | 32,0 ± 1,9 |
Вертикальный размер ПЖ, мм | 62,8 ± 2,4 | 59,1 ± 2,1 |
Толщина стенки ПЖ, мм | 5,5 ± 0,84 | 4,9 ± 0,72 |
TAPSE, мм | 19,9 ± 1,18* | 23,7 ± 1,02 |
Поперечный диаметр ПП, мм | 41,8 ± 1,99 | 38,9 ± 1,83 |
Площадь ПП, см2 | 22,5 ± 1,4 | 19,6 ± 1,3 |
Eмк, м/с | 0,67 ± 0,09 | 0,75 ± 0,08 |
Амк, м/с | 0,92 ± 0,12 | 0,85 ± 0,1 |
Е/А | 0,71 ± 0,13** | 0,89 ± 0,09 |
Время замедления Eмк, мс | 177,8 ± 13,8 | 164,8 ± 12,59 |
Соотношение Е/еср’ | 7,3 ± 1,4*** | 4,8 ± 1,1 |
ес’, м/с | 0,08 ± 0,03 | 0,16 ± 0,08 |
ас’, м/с | 0,13 ± 0,06 | 0,11 ± 0,04 |
ел’, м/с | 0,11 ± 0,08 | 0,16 ± 0,07 |
ал’, м/с | 0,17 ± 0,07 | 0,11 ± 0,03 |
Eтк , м/с | 0,13 ± 0,04 | 0,17 ± 0,03 |
Атк , м/с | 0,15 ± 0,08 | 0,16 ± 0,02 |
Скорость транстрикуспидальной регургитации, м/с | 3,8 ± 0,52** | 2,08 ± 0,26 |
СДЛА, мм рт. ст. | 42,6 ± 5,2** | 32,3 ± 3,9 |
Примечание: * — р < 0,05; ** — р < 0,01; *** — р < 0,001.
СИПАП-терапия оказала также положительное влияние на сократительную способность миокарда ПЖ, о чем свидетельствует достоверное (р < 0,05) увеличение значений ТАРSЕ в группе пациентов, приверженных к лечению СИПАП (19,9 ± 1,18 и 23,7 ± 1,02 мм соответственно). Кроме того, достоверно (р < 0,05) улучшилась диастолическая функция сердца (наблюдалось увеличение отношения Е/А — 0,71 ± 0,13 и 0,89 ± 0,09 соответственно). Скорость транстрикуспидальной регургитации в динамике составила 3,8 ± 0,52 и 2,08 ± 0,26 м/с соответственно (р < 0,01). На фоне вентиляции легких в режиме СИПАП по сравнению с исходным состоянием отмечалось статистически значимое снижение СДЛА (42,6 ± 5,2 и 32,3 ± 3,9 мм рт. ст. соответственно; р < 0,05).
Следовательно, проводимая CИПАП-терапия положительно влияет на систолическую и диастолическую функции обоих желудочков. Свидетельством этого является увеличение ФВЛЖ, показателя TAPSE, а также изменения соотношения пиковых скоростей трансмитрального и транстрикуспидального потоков. Лечение путем неинвазивной вентиляции легких постоянным положительным давлением воздуха во время сна также приводит к снижению систолического давления в легочной артерии.
ВЫВОДЫ
- У больных, страдающих СОАС тяжелой степени, наблюдается ремоделирование камер сердца, проявляющееся преимущественно увеличением объема левого предсердия, дилатацией правого желудочка и развитием гипертрофии миокарда левого и правого желудочков.
- У этой же категории больных снижается систолическая функция правого желудочка и наблюдается диастолическая дисфункция обоих желудочков, а также повышение давления в системе легочной артерии.
- При проведении СИПАП-терапии у пациентов, страдающих тяжелой степенью СОАС, наблюдаются признаки обратного ремоделирования камер сердца и улучшение систоло-диастолической функции миокарда обоих желудочков. Трехмесячная СИПАП-терапия приводит к снижению систолического давления в легочной артерии.
About the authors
Vitaly V. Ekimov
Military Medical Academy of S.M. Kirov
Author for correspondence.
Email: v.ekimov2012@mail.ru
ORCID iD: 0000-0003-3750-4301
SPIN-code: 2901-9561
adjunct
Russian Federation, Saint PetersburgAlexey N. Kuchmin
Military Medical Academy of S.M. Kirov
Email: v.ekimov2012@mail.ru
ORCID iD: 0000-0003-2888-9625
SPIN-code: 7787-1364
doctor of medical science, professor
Russian Federation, Saint PetersburgDenis A. Galaktionov
Military Medical Academy of S.M. Kirov
Email: v.ekimov2012@mail.ru
ORCID iD: 0000-0003-0514-302X
SPIN-code: 8618-1480
candidate of medical sciences
Russian Federation, Saint PetersburgElena P. Galova
Military Medical Academy of S.M. Kirov
Email: galova.elena@gmail.com
ORCID iD: 0000-0001-7820-0481
SPIN-code: 7306-8096
doctor of functional diagnostics
Russian Federation, Saint PetersburgUlyana D. Pukhova
Military Medical Academy of S.M. Kirov
Email: uliana.dw@gmail.com
ORCID iD: 0000-0002-9952-3981
SPIN-code: 7392-2647
clinical resident
Russian Federation, Saint PetersburgReferences
- Sviryaev YuV, Korostovceva LS, Medvedeva EA, et al. Sindrom obstruktivnogo apnoe vo vremya sna v klinicheskoi praktike. Saint Petersburg: Almazov National Medical Research Centre; 2019. 53 p. (In Russ.).
- Kuchmin AN, Ekimov VV, Galaktionov DA, et al. Blood pressure profiles in patients with arterial hypertension and obstructive sleep apnea in different age groups. Arterial Hypertension. 2021;21(5): 530–535. (In Russ.). doi: 10.18705/1607-419X-2021-27-5-530-535
- Yushkevich EK, Petrova EB, Mit'kovskaya NP. Strukturno-funkcional'ny'e osobennosti levy'x otdelov serdcza u licz trudosposobnogo vozrasta s sindromom obstruktivnogo apnoe vo sne. Neotlozhnaya Kardiologiya i Kardiovaskulyarny'e Riski. 2021;5(1):1184–1189. (In Russ.). doi: 10.51922/2616633X.2021.5.2.1184
- Myslinski W, Rekas-Wojcik A, Dybala A, et al. Clinical Characteristics of Hypertensive Patients with Obstructive Sleep Apnoea Syndrome Developing Different Types of Left Ventricular Geometry. Biomed Res Int. 2021;2021:6631500. doi: 10.1155/2021/6631500
- Thomas AL, Muraru FD, Bap E, et al. Evaluation of left atrial size and function: relevance for clinical practice – Science Direct. J Am Soc Echocardiogr. 2020;33(8):934–952. doi: 10.1016/j.echo.2020.03.021
- Kol'czov AV, Yalovecz AA, Koczoeva OT, et al. Combined use of the first representative of arni (sacubitril/valsartan) in combination with empagliflozin in a patient with terminal chronic heart failure. Bulletin of Pirogov National Medical Surgical Center. 2021;16(1): 163–168. doi: 10.25881/BPNMSC.2021.69.28.031
- Chetan IM, Domokos Gergely B, Albu A, Tomoaia R, et al. Understanding the role of echocardiography in patients with obstructive sleep apnea and right ventricular subclinical myocardial dysfunction – comparison with other conditions affecting RV deformation. Med Ultrason. 2021;23(2):213–219. doi: 10.11152/mu-2727
- Cuspidi C, Tadic M, Sala C, Gherbesi E, et al. Targeting concentric left ventricular hypertrophy in obstructive sleep apnea syndrome. A meta-analysis of echocardiographic studies. Am J Hypertens. 2020;33(4):310–315. doi: 10.1093/ajh/hpz198
- Zhang Y, Shui W, Tian Y, et al. The impact of left ventricular geometry on left atrium phasic function in obstructive sleep apnea syndrome: a multimodal echocardiography investigation. BMC Cardiovasc Disord. 2021;21(1):209. doi: 10.1186/s12872-021-02018-1
- Bochkarev MV, Medvedeva EA, Shumejko AA, et al. Cardiovascular effects of non-invasive ventilation in the treatment of breathing-related sleep disorders in bariatric patients. Russian Journal of Cardiology. 2020;25(S3):76–84. (In Russ.). doi: 10.15829/1560-4071-2020-4025
- Kuchmin AN, Kazachenko AA, Kulikov AN, et al. Cpap-therapy is a protective cardiovascular factor in patients with severe obstructive sleep apnea syndrome. Arterial Hypertension. 2017;23(4):313–324. (In Russ.). doi: 10.18705/1607-419X-2017-23-4-313-324
- Caples SM, Anderson WM, Calero K, et al. Use of polysomnography and home sleep apnea tests for the longitudinal management of obstructive sleep apnea in adults: an American Academy of Sleep Medicine clinical guidance statement. J Clin Sleep Med. 2021;7(6):1287–1293. doi: 10.5664/jcsm.9240
- Chu AA, Yu HM, Yang H, et al. Evaluation of right ventricular performance and impact of continuous positive airway pressure therapy in patients with obstructive sleep apnea living at high altitude. Sci Rep. 2020;10(1):20186. doi: 10.1038/s41598-020-71584-9
- Panahi L, Udeani G, Ho S, et al. Review of the Management of Obstructive Sleep Apnea and Pharmacological Symptom Management. Medicina (Kaunas). 2021;57(11):1173. doi: 10.3390/medicina57111173
- Qi JC, Zhang L, Li H, et al. The effect of constant positive airway pressure on vascular endothelial growth factor in patients with obstructive sleep apnea: a meta-analysis. Sleep and Вreathing. 2019;23(1):5–12. doi: 10.1007/s11325-018-1660-4
- Zota IM, Sascău RA, Stătescu C, et al. Short-Term CPAP Improves Biventricular Function in Patients with Moderate-Severe OSA and Cardiometabolic Comorbidities. Diagnostics (Basel). 2021;11(5):889. doi: 10.3390/diagnostics11050889
- Mitchell C, Rahko PS, Blauwet LA, et al. Guidelines for Performing a Comprehensive Transthoracic Echocardiographic Examination in Adults: Recommendations from the American Society of Echocardiography. J Am Soc Echocardiogr. 2019;32(1):1–64. doi: 10.1016/j.echo.2018.06.004
- Othman F, Abushahba G, Salustri A. Adherence to the American Society of Echocardiography and European Association of Cardiovascular Imaging Recommendations for the Evaluation of Left Ventricular Diastolic Function by Echocardiography: A Quality Improvement Project. J Am Soc Echocardiogr. 2019;32(12):1619–1621. doi: 10.1016/j.echo.2019.09.005
Supplementary files
