CORRUPTION CRIMES: SOME PROBLEMS OF DISCLOSURE AND INVESTIGATION

Full Text

В современной России наиболее опасным преступным деянием в сфере социального управления принято считать преступление коррупционной направленности, совершаемое должностным лицом органа государственной власти или местного самоуправления с целью удовлетворения своих корыстных либо иных личных интересов. Деятельность государственных органов, направленная на борьбу с коррупцией, ведется по различным направлениям, включая совершенствование законодательства, воспитание в гражданах нашей страны нетерпимости к любым проявлениям коррупции, а также повышение качества работы правоохранительных органов, направленной на выявление, раскрытие и расследование преступлений коррупционной направленности. Согласно официальным статистическим данным Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации в 2018 году судами Российской Федерации были вынесены обвинительные приговоры по преступлениям коррупционной направленности в отношении 16607 лиц, из них 1383 человека осуждены к реальному лишению свободы[1]. Согласно статистическим данным МВД России за период с января по октябрь 2019 года было зарегистрировано 27644 преступлений коррупционной направленности, из них 12156 преступлений, связанных со взяточничеством, 1159 преступлений, связанных с коммерческим подкупом [2]. Однако, статистические показатели выявленных преступлений коррупционной направленности не представляют собой объективной картины, поскольку, по оценке криминологов, выявляется и регистрируется менее одного процента совершаемых коррупционных преступлений[3]. Практика показывает, что в последние годы способы борьбы с коррупционными правонарушениями совершенствуются. Однако, проблемы выявления, раскрытия и расследования преступлений коррупционной направленности продолжают оставаться актуальными[4]. Как показывает статистика, правоохранительными органами чаще всего выявляются преступления, относящиеся к так называемой «бытовой» коррупции: в сфере здравоохранения, жилищно-коммунального хозяйства; с относительно небольшой суммой взяток[5]; совершенные одним исполнителем. Преступления коррупционной направленности, совершенные организованными группами, связанные с передачей в качестве взяток значительных денежных сумм, выявляются крайне редко. Кроме того, появляются новые способы совершения коррупционных преступлений, усложняющие их своевременное выявление и раскрытие. Эффективность раскрытия и расследования коррупционных преступлений осложняется рядом факторов. Таким преступлениям, как правило, свойственна высокая степень латентности. Большая часть преступлений коррупционной направленности совершается в соучастии, в том числе, организованными преступными группами, что серьезно усложняет расследование. Значительная часть преступных деяний - многоэпизодные, что обязывает оперативных сотрудников и следователей устанавливать факты и обстоятельства всех преступлений, а не только указанных в заявлении или сообщении о преступлении. Нередко соучастники преступлений проявляют сплоченность, взаимовыручку, обращаются за помощью в противодействии расследованию к коррумпированным представителям органов власти, в том числе, правоохранительных органов[5]. Уголовные дела о преступлениях коррупционной[5] направленности отличаются сложностью в собирании доказательств, поэтому должны расследоваться только опытными следователями, специализирующимися на такой категории уголовных дел. Защиту подозреваемых и обвиняемых в совершении коррупционных преступлений осуществляют, как правило, высококвалифицированные опытные адвокаты, которые не пропустят ни малейшей ошибки следователя, что может повлечь за собой негативные последствия в доказывании по уголовному делу. Важной особенностью уголовных дел о преступлениях коррупционной направленности является то, что основой доказательственной базы являются результаты проведения оперативно-розыскных мероприятий. Поэтому следователю, прежде всего, необходимо проверить соблюдение оперативными сотрудниками требований п. 4 ч. 8 ст. 5 федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», который запрещает органам (должностным лицам), осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, подстрекать, склонять, побуждать в прямой или косвенной форме к совершению противоправных действий, то есть осуществлять провокацию[6]. На практике встречаются случаи необоснованного проведения оперативно-розыскных мероприятий, в том числе, неполучения разрешения на производство таких мероприятий (согласия суда или согласия руководителя органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность) в отношении конкретных лиц. Если такие нарушения будут выявлены по окончании расследования, они поставят под сомнение всю собранную следователем доказательственную базу. Использование в качестве доказательств документов, составленных при проведении оперативно-розыскных мероприятий, требует тщательной проверки следователем законности и обоснованности проведения таких мероприятий, правильности процессуального оформления их результатов, выполнения требований ведомственных нормативных актов, регламентирующих порядок представления следователю результатов оперативно-розыскной деятельности. Поэтому все результаты документирования оперативно-розыскных мероприятий должны быть тщательно проверены следователем на предмет соответствия их закону, и, следовательно, возможности их использования в качестве допустимых доказательств. До принятия следователем решения о возбуждении уголовного дела необходимо удостовериться в том¸ что субъект преступления является должностным лицом, и деяние, за которое он получил незаконное вознаграждение, входит в круг его должностных обязанностей. Для этого следователь должен тщательно проанализировать внутренние документы органа управления или организации, регламентирующие служебные полномочия должностного лица. Расследование преступлений коррупционной направленности часто сопровождается активным противодействием со стороны защиты; обжалованием подозреваемым, обвиняемым любых решений следователя, в том числе, ходатайств об избрании меры пресечения, о наложении ареста на имущество; затягиванием производства по делу. Такое противодействие требует от следователя более тщательной подготовки к проведению следственных и иных процессуальных действий. В качестве ошибок следователя по уголовным делам о коррупционных преступлениях можно назвать: неверную тактику проведения следственных действии (особенно допросов), несвоевременное производство ряда следственных действий (особенно обысков по месту жительства подозреваемого, обвиняемого и его родственников), ошибки при постановке вопросов эксперту, в случае назначения фоноскопических экспертиз. Действующее уголовно-процессуальное законодательство дает возможность органам предварительного расследования по уголовным делам о коррупционных преступлениях использовать нормы института, регламентированного главой 40.1 Уголовно-процессуального кодекса РФ - досудебное соглашение о сотрудничестве. По рассматриваемой категории уголовных дел, на наш взгляд, инициатива заключения такого соглашения может исходить от следователя. По нашему мнению, производство ряда следственных действий по уголовным делам о коррупционных преступлениях должно сопровождаться применением технических средств и их фиксация. Так, например, показания свидетелей, изобличающие подозреваемого, обвиняемого, при производстве допроса с использованием средств видеофиксации, в случае последующего отказа свидетеля от дачи показаний или изменения показаний могут стать важнейшим доказательством по делу. Рассматривая проблемы правоприменительной практики расследования преступлений антикоруппционной направленности необходимо отметить, что одной из проблем, остро стоящих в настоящее время является возможное изменение существующей конструкции подследственности в уголовном судопроизводстве России. Так ряд преступлений коррупционной направленности расследуют следователи Следственного комитета России, при этом значительную часть составов коррупционных преступлений расследуют следователи органов внутренних дел, к их числу можно отнести такие составы преступлений, как ст.ст. 159, 159.2, 159.3, 159,4, 160, 201 УК РФ. По нашему мнению, указанные составы преступления должны быть отнесены именно к категории коррупционных преступлений, так как зачастую действия лиц, привлекаемых к уголовной ответственности по «основным» коррупционным преступлениям переквалифицируют на указанные выше составы. Анализируя все изменения ст. 151 УПК РФ можно отметить, что подследственность уголовных дел коррупционной направленности постепенно меняется. Так после создания Следственного комитета Российской Федерации значительная часть таких дел оказалась подследственными следователям Следственного комитета, чья подследственность постепенно увеличивается. При этом часть сотрудников следственных подразделений МВД России (в основном следователи специализированных следственных подразделений по экономике, в том числе в рамках следственных частей Следственных управлений и Главных следственных управлений)1. Таким образом, наиболее квалифицированные сотрудники следственных подразделений специализирующиеся на расследовании экономических и коррупционных преступлений оказались именно в Следственном комитете. При этом производство предварительного следствия по ряду коррупционных преступлений (указанных выше) продолжает осуществляется следователями следственных подразделений МВД России. В виду этого по нашему мнению необходимо пересмотреть положения ст. 151 УПК РФ в части внесения изменений в п. «а» п. 1 и п. 3 ч. 2 ст. 151 УПК РФ, в части перераспределения подследственности ряда статей УК РФ из посдлественности следователей органов внутренних дел в подследсвенность следователей Следственного комитета России. Кроме этого данные изменения повлекут за собой увеличение штата следователей Следственного комитета Российской Федерации, при этом как нам видится штат следователей МВД России сокращать не стоит в виду их значительной загруженности, о чем Президент Российской Федерации В.В. Путин указал в совеем послании Федеральному Собранию 20.02.2019[7] в части возможного увеличения штата сотрудников следственных подразделений производящих расследование экономических преступлений, к числу которых относятся и коррупционные преступления. В данном случае предстоит провести анализ с обоснованием количества должностей необходимых Следственному комитету Российской Федерации для последующего внесения изменений в п. «б» ч. 3 Указа президента Российской Федерации «Вопросы деятельности Следственного комитета Российской Федерации»[8], вынесенного в соответствии с Федеральным законом от 28 декабря 2010 г. № 403-ФЗ «О Следственном комитете Российской Федерации», в части увеличения предельного количества штатных должностей сотрудников Следственного комитета Российской Федерации. Таким образом, подводя итог, можно отметить, что с целью повышения качества предварительного расследования по преступлениям коррупционной направленности, а также результативности органов предварительного следствия в данном направлении, включая профилактику коррупционных правонарушений, необходимо: Внести изменения в п. «а» п. 1 и п. 3 ч. 2 ст. 151 УПК РФ, в части перераспределения подследственности ряда статей УК РФ относящихся к категории коррупционных преступлений из подследственности следователей органов внутренних дел в подследсвенность следователей Следственного комитета Российской Федерации. Проанализировать количество экономических преступлений относящихся к категории коррупционных, находящихся в производстве следователей следственных подразделений МВД России. Внести изменения в п. «б» ч. 3 Указа Президента Российской Федерации «Вопросы деятельности Следственного комитета Российской Федерации»[8], вынесенного в соответствии с Федеральным законом от 28 декабря 2010 г. № 403-ФЗ «О Следственном комитете Российской Федерации», в части увеличения предельного количества штатных должностей сотрудников Следственного комитета Российской Федерации исходя из обоснования указанных должностей увеличение нагрузки по уголовным делам коррупционной направленности.

About the authors

Elena Anatolyevna Cherkasova

Belgorod University of cooperation, Economics and law

Email: elena.cherkasova.7878@mail.ru
PhD at Law. Position: associate professor. Department: criminal law and procedure chair.

Ekaterina Anatolyevna Novikova

Belgorod law Institute of MIA Russia named after I. D. Putilin

Email: tomchik1980@mail.ru
PhD at Law. Position: Chair head. Department: criminal process chair.

Denis Nikolaevich Rudov

Belgorod law Institute of MIA Russia named after I. D. Putilin

Email: den.rudov2013@yandex.ru
PhD at Law, Associate Professor. Position: Deputy Chair head. Department: criminal process chair.

References

Supplementary files