Criminalistic prediction and criminalistic prevention of cyber crimes in the field of healthcare

Full Text

Введение Компьютеризация (цифровизация) учреждений современного здравоохранения касается в целом инфраструктуры медицинского учреждения и его информационных ресурсов, а также использования в процессе диагностики, лечения и реабилитации оборудования с программным обеспечением. Кардинальные изменения в медицине связаны с такими инновациями, как «интернет медицинских вещей», технологии телекоммуникации, искусственного интеллекта и др. С введением Единой государственной информационной системы в сфере здравоохранения (ЕГИСЗ) лечебно-профилактические учреждения (ЛПУ) объединены в общее информационное пространство здравоохранения страны. Информационно-телекоммуникационные технологии вывели медицинскую практику и в целом здравоохранение на принципиально иной уровень. Плюсы этих технологий настолько очевидны, что оставляют в тени существенные и пока весьма мало контролируемые, а возможно, и не вполне просчитываемые риски. Во многом они связаны со сбором информации о человеке и проблемой охраны врачебной тайны. Принятие Федерального закона от 31.07.2020 N 258-ФЗ "Об экспериментальных правовых режимах в сфере цифровых инноваций в Российской Федерации"1 придало еще большую остроту этой, и без того актуальной, проблеме. В соответствии со ст. 1 указанного Федерального закона, экспериментальный правовой режим в сфере цифровых инноваций может устанавливаться по такому направлению разработки, апробации и внедрения цифровых инноваций, как «медицинская деятельность, в том числе с применением телемедицинских технологий и технологий сбора и обработки сведений о состоянии здоровья и диагнозах граждан, фармацевтическая деятельность». Это предполагает возможность выведения обработки персональных данных о пациентах в рамках экспериментального правового режима из-под отдельных норм законов «О персональных данных» и «Об основах охраны здоровья граждан»2. Развитие технологий генетического тестирования, концепция персонализированной медицины, ориентированной на индивидуальные особенности пациента, базисом которых являются генетические свойства, делают неизбежным изучение с целью получения медицинской информации святая святых человека - его генотипа, ДНК. Очевидно также, что проблема кибербезопасности в сфере здравоохранения намного масштабнее и выходит далеко за рамки нарушения неприкосновенности частной жизни: возможно причинение вреда жизни и здоровью человека, вплоть до летального исхода. При этом вред здоровью может быть причинен как умышленными действиями (разного рода, включая и террористические атаки), так и неосторожными, либо быть обусловлен технической ошибкой или компьютерным сбоем. Когда угроза кибербезопасности возникает в связи с насилием, угрожающим жизни и здоровью граждан, это делает в особенности важным не только ретроспективное рассмотрение ситуации, свершившихся фактов, но и прогнозирование возможных сценариев на основании тех предпосылок, которые можно выявить, внимательно относясь к событиям и явлениям сегодняшнего дня. Как уже было отмечено [Перепечина, Перепечин, 2018; 2019], существуют основания для принятия серьезных мер безопасности по предотвращению киберугроз в отношении медицинских учреждений и их пациентов. Если рассматривать тему в контексте террористических актов, совершаемых в рамках экстремистской деятельности, то важное значение здесь имеет также следующий аспект. Насилие при такого рода деяниях заведомо ориентировано на демонстративный драматический эффект. Собственно, насилие или угроза насилием становится террористическим действием тогда, когда информация о нем формирует поведение достаточно больших групп людей [Сундиев, Смирнов, 2014]. В этом смысле возможность совершения актов терроризма в отношении учреждений здравоохранения и их пациентов заслуживает особого внимания. Компьютерная террористическая атака на медицинское учреждение априори не пройдет незамеченной, она неизбежно произведет в обществе дестабилизирующий эффект; кроме того, дефицит времени в ситуации опасности причинения здоровью пациентов, по ожиданиям террористов, будет способствовать быстрому принятию их условий. Поэтому нельзя исключить, что такого рода кибератаки могут быть использованы для достижения своих целей преступными сообществами, выступающими под теми или иными экстремистскими лозунгами. Более того, со стороны террористических группировок закономерно ожидать поиска все более резонансного объекта и способа посягательства: «прибегая ко все более зрелищным и жестоким действиям и, таким образом, повышая порог насилия, террористы уверены в самом широком освещении своих действий в прессе и общественном внимании» [Nacos, 1994]. Компьютерная атака на учреждение здравоохранения может и не иметь террористической, экстремистской направленности, используясь «точечно» в отношении конкретного человека с целью убийства или покушения на него, например, нарушая функционирование имплантированного медицинского устройства (см. ниже). В этом случае криминальный характер события вполне может остаться нераспознанным, смерть будет интерпретироваться как неблагоприятный исход заболевания или медицинского вмешательства. Однако то же самое деяние может иметь и характер террористического акта, если оно совершено под соответствующим лозунгом, в особенности, будучи направлено на причинение вреда жизни и здоровью, например, известного политика или иного медийного лица. Целью работы является анализ современного состояния проблемы кибербезопасности учреждений здравоохранения в условиях широкого внедрения информационно-телекоммуникационных технологий в медицинскую практику. 1. Кибератаки на учреждения здравоохранения - реалии сегодняшнего дня Сообщается, что еще в 2009 году в медицинском центре «Beth Israel» часть медицинского оборудования, включая рабочую станцию акушерской помощи и рабочую станцию рентгеноскопии, подверглась заражению вредоносной программой Conficker [Карев, 2019]. По данным «Лаборатории Касперского», в 2019 году с целью получения выкупа за восстановление нормального функционирования медицинского учреждения в мире было атаковано каждое пятое устройство (19%), а также половина устройств (49%) в фармацевтических компаниях, и, по прогнозам, число подобных атак будет расти3. Эти события широко освещаются в открытых источниках, идея получила огласку, и, к сожалению, нельзя исключить, что подобный способ воздействия рано или поздно не будет использован и для других целей - например, взят на вооружение экстремистами, добивающимися своих целей террористическими методами. И хотя кибератаки в настоящее время совершаются с корыстными целями, данные преступные деяния необходимо рассмотреть и в контексте сценариев, осуществляемых с иными мотивами, с целью разработки в дальнейшем мер соответствующих мер превенции. Исторически, наиболее привлекательным объектом преступных посягательств являлись финансово-кредитные учреждения, накапливающие большое количество ценностей. Однако наличие профессиональной службы безопасности и хорошо обученного персонала, достаточное материально-технического обеспечение, систематическая работа по противодействию криминальной деятельности делают их хорошо защищенными учреждениями. Затраты на подготовку и проведение преступных посягательств нерентабельны и опасны; успешно их могут осуществлять только очень подготовленные и хорошо финансируемые криминальные сообщества. Такое положение вещей требует потенциально более легкой мишени. Аналитический центр Experian (США) назвал в 2017 году здравоохранение новой и самой востребованной мишенью киберпреступников, отметив, что персональная медицинская информация, среди всех данных, всегда имела для них наибольшую ценность. Experian настоятельно рекомендовал всем медицинским учреждениям пересмотреть отношение к своей цифровой безопасности и сделать инвестиции в соответствующее обучение сотрудников4. Действительно, еще в период 2010-2012 годов около 21 млн. пациентов в США стали жертвами утечки содержащейся в электронных медицинских картах (ЭМК) конфиденциальной медицинской информации. Примечательно, что, помимо доступа к собственно медицинским данным - диагнозам, врачебным назначениям и т.д., преступники получили также доступ к таким сведениям, как детали страхового обеспечения, информация о платежах и т.д. [Gregg, 2013] О масштабах утечек можно судить по данным отчёта министерства здравоохранения и социального обеспечения США, представленного в 2015: было украдено более 113 миллионов ЭМК [Weintraub, Borenstein, 2017]. Это говорило о том, что с компьютерной безопасностью медицинских учреждений, даже в такой высокотехнологичной стране, как США, явно неблагополучно. В полный рост проблема встала в мире три года назад, когда на учреждения здравоохранения обрушилась серия массированных хакерских атак. В 2017 году в целом ряде стран, включая Россию, вредоносная программа WannaCry атаковала множество компьютеров в государственных и коммерческих организациях, в том числе и медицинских [Буторина, 2020]. Большой общественный резонанс получила ситуация, создавшаяся в результате нарушения киберпреступниками работы серверов больниц в Великобритании. Целью данной атаки было блокирование электронной инфраструктуры больницы и получение выкупа за снятие информационной блокады. Национальная служба здравоохранения Великобритании сообщила о 16 медицинских учреждениях, пострадавших в результате действия хакеров, учреждения были расположены в семи городах. Атака привела к невозможности госпитализировать пациентов, силами экстренных служб потоки больных были перенаправлены в другие больницы [Кондрашова, Истомина, 2017]. Сообщалось, что в день массированной атаки вируса-вымогателя WannaCry несколько компьютеров дали сильный сбой в самый разгар проведения операции на сердце, однако, к счастью, операцию всё же удалось успешно завершить [Карев, 2019]. В том же году было сообщено о хакерской атаке на сервер Светлогорской центральной районной больницы в Республике Беларусь. Атака длилась более 20 часов, в течение которых было совершено 4625 попыток входа в систему. Были получены логин и пароль администратора и в течение 2 минут было зашифровано 13200 рабочих файлов. Преступники потребовали выплатить 1 Bitcoin (на момент описываемых событий - 2704 доллара) за восстановление информации, однако их требования не были удовлетворены. Следственный комитет Республики Беларусь возбудил уголовное дело5. В 2018 году в России хакерской атаке подвергся Федеральный центр нейрохирургии в Тюмени, об этом сообщила «Российская газета» [Призова, 2018]. Преступление произошло во время нейрохирургической операции у несовершеннолетней, 13-летней, девочки. Врачам пришлось проводить операцию без использования показаний приборов. Глава Сбербанка Герман Греф сообщил о данном эпизоде на международном конгрессе по кибербезопасности, заявив, что во время операции на головном мозге тринадцатилетней девочки произошло отключение медицинских приборов, компьютеров, которые сопровождали операцию. Медицинскому персоналу удалось закончить данную операцию. Данный факт побудил руководство клиники обратиться к специалистам Сбербанка по кибербезопасности, которые провели дешифровку вируса и восстановили работоспособность систем. По словам Г. Грефа, для заражения информационной инфраструктуры больницы злоумышленники использовали с корыстными мотивами вирус «Пурген». В США, в больницах штата Алабама, в 2019 году была приостановлена плановая госпитализация из-за вируса Ryuk. За быстрое разблокирование всей системы был выплачен выкуп, сумма сделки не озвучена6. В 2019 году специалисты компании Emsisoft доложили о 620 атаках на учреждения здравоохранения, а также образовательные учреждения дошкольного, среднего профессионального и высшего образования. Ряд атак привели к масштабному изменению работы учреждений. PerCSoft, сервис управления облаком которого предоставляет решения для резервного копирования данных стоматологических клиник в США, был заражен вирусом-«вымогателем» под названием Sodinokibi. Сотрудники 400 стоматологических кабинетов не смогли получить доступ к информации о пациентах; выкуп за разблокировку был выплачен, сумма не оглашалась. В штате Вайоминг произошла атака «вымогателей», повлекшая за собой массовые сбои, прием в пораженный стационар был остановлен, операции были отменены, а пациенты перенаправлены в другие больницы. В городе Балтимор были атакованы службы управления городом с помощью вируса RobbinHood. Власти отказались выплачивать 76000 долларов вымогателям, ущерб от восстановления инфраструктуры оценивался более чем в 1,8 млн. долларов. Атакам подвергаются также образовательные организации. И те, и другие учреждения являются более уязвимы для кибератак, нежели банки, что делает их более привлекательными для преступников. Имеются тенденции к росту суммы выкупов7. Как видно, кибератаки на учреждения здравоохранения совершались еще до появления и распространения новой короновирусной инфекции COVID-19. Когда разразилась пандемия, ситуация существенно усугубилась. В условиях экстремальной ситуации в обществе, будь то стихийное бедствие, война, эпидемия, всегда активизируются преступные группы, которые осуществляют противоправные действия - кражи, грабежи и пр. Не является исключением и эпидемия короновирусной инфекции. В подобных условиях системы здравоохранения во всем мире попали в особую зону риска, в том числе, в плане хакерских атак. Во-первых, на нужды здравоохранения стали экстренно выделяться большие финансовые средства, что не могло не привлечь внимания преступников к данной сфере. Во-вторых, в условиях эпидемии правоохранительная система, занятая комплексом новых проблем, заработала в режиме повышенной нагрузки. В-третьих, авральное внедрение в повседневную практику медицинских учреждений информационных технологий, в условиях и без того уязвимых систем их компьютерной безопасности, привело к появлению еще больших проблем. Всё это сделало объекты системы здравоохранения во многом «идеальной» мишенью для кибератак, с какой бы целью они ни планировались. По сообщению Интерпола, с началом эпидемии, с целью воспользоваться тем, что все большее количество людей ищут информацию о COVID-19, преступниками были созданы тысячи доменов, зарегистрированных с ключевыми словами «COVID» или «corona». По состоянию на конец марта, было обнаружено вновь зарегистрированных 2022 вредоносных и 40 261 доменов высокого риска. Киберпреступники внедряют вредоносные программы, направленные на критическую инфраструктуру и учреждения реагирования - больницы и медицинские центры, которые и так перегружены. Такие вирусы-вымогатели или DDoS-атаки предотвращают доступ к критическим данным или нарушают работу системы, усугубляя и без того тяжелую ситуацию8. Некоторые компании, разрабатывающие антивирусное ПО (Emsissoft, Coveware), объявили, что предоставят медицинским работникам во время эпидемии бесплатную помощь. Компания Emsissoft обратилась к преступникам с просьбой не атаковывать медицинских работников в киберпространстве9. 2. Медицинские инновационные информационно-телекоммуникационные технологии: новые возможности и новые риски Проблему киберугроз медицинским учреждениям следует рассмотреть также и в ином аспекте. Кибератаки могут носить не только системный характер с блокированием всей электронной инфраструктуры учреждения, но и избирательно нарушать работу медицинского оборудования, тех или иных приборов, медицинских устройств. Стоит рассмотреть, что представляет собой электронная инфраструктура ЛПУ, а также какие новые возможности обеспечивают информационно-телекоммуникационные медицинские технологии. Некоторые вопросы мы обсуждали ранее [Перепечина, Перепечин, 2018, 2019]. Электронная инфраструктура ЛПУ включает в себя устройства для обеспечения безопасности (системы видеонаблюдения и пр.) и сервиса, служебные и личные компьютеры, смартфоны, планшеты, различные информационные ресурсы и т.д. Огромные возможности в современной медицине связаны с «интернетом вещей» и его разновидностью - «интернетом медицинских вещей», называемого также «интернетом вещей для здоровья»10. Применение «интернета медицинских вещей» позволяет пользователю осуществлять контроль за работой медицинских приборов, предоставляя ему в режиме реального времени соответствующие данные, а в случае появления потенциальных проблем - автоматически отправляя о них предупреждения до того, как они станут критическими, и наступит сбой. Также благодаря технологиям IoMT медицинская аппаратура приобрела способность мониторировать деятельность различных систем организма пациента, передавая данные в «облачные» хранилища. Это позволяет иметь всестороннюю и всегда актуальную картину о состоянии здоровья человека, комбинировать данные, получаемые из различных источников, с целью лучшей диагностики состояния здоровья пациента и выявления возможных предупреждающих действий [Costa et al., 2018]. Насчитывается уже 3,7 млн. медицинских устройств, в которых использована технология IoMT; 60% медицинских организаций по всему миру интегрировали технологию IoT [Мальцева, 2018]. Считают, что в перспективе можно ожидать тотального использования данной технологии в медицинских приборах. Трудно переоценить значение такой разновидности IoMT, как имплантируемые (вживленные в тело человека) медицинские устройства, обладающие большими вычислительными возможностями, огромным потенциалом для принятия решений и коммуникации [Camara et al., 2015]. За счет датчиков (или набора датчиков), размещенных внутри тела человека, имплантат осуществляет передачу информации о состоянии организма и получение «обратной связи», производя коррекцию изменений, возникающих в организме. Это позволяет осуществлять непрерывный мониторинг состояния здоровья и нормализацию соответствующих функций организма. Имплантаты обеспечили радикально новые подходы в лечении целого ряда тяжелых хронических заболеваний: в практике используются устройства для лечения сердечных аритмий (пейсмейкеры, кардиовертеры-дефибрилляторы), эпилепсии и болезни Паркинсона (нейростимуляторы для глубокой стимуляции мозга); нейросенсорной тугоухости (кохлеарный имплантат), и др. Важные преимущества имеют системы доставки лекарств, предложенные на основе имплантатов для лечения диабета (инсулиновая помпа)11, уменьшения боли в случаях неэффективности традиционных способов обезболивания (при онкологических заболеваниях и др.), лечения спастического синдрома. Такие системы состоят из насоса и катетера, хирургически имплантируемых под кожу. В связи с тем, что препарат поступает непосредственно в нужную область, инфузионный насос обеспечивает значительную степень контроля, позволяя использовать более низкую дозу, чем та, которая требуется для перорального лечения. Доставка, таким образом, строго локализована, контролируема и продолжительна. В соответствии с назначением, медицинские изделия, подключенные к IoMT, могут быть разделены на диагностические (глюкометры, тонометры, портативные УЗИ-аппараты), лечебные (кардиовертер-дефибрилятор, «умная» таблетница, инсулиновая помпа), профилактические, направленные формирование у пациента здорового образа жизни, оценку физической активности (фитнесс-трекеры) и реабилитационные, способствующие более быстрому восстановлению после травм и операций. Телекоммуникационные медицинские системы, в которых также используется технология IoMT, позволяют в режиме реального времени осуществлять видеоконференцсвязь между медицинскими учреждениями или врачом и пациентами, осуществлять непосредственную передачу медицинской информации. Это делает возможным оказание дистанционной медицинской помощи в удаленных регионах, в космосе, а также может быть актуально и в других случаях, когда необходима консультативная помощь. Телекоммуникационные технологии используются, в частности, в Национальном медицинском исследовательском центре сердечно-сосудистой хирургии имени А.Н. Бакулева Минздрава России, где действуют утвержденные Регламенты неотложных (в течение 24 ч) и экстренных (в течение 2 ч) телеконсультаций [Смирнов, 2019]. Указанные выше технологии развиваются во многом на фундаменте искусственного интеллекта (ИИ) перед которым стоят такие задачи, как оценка медицинских данных с принятием клинических решений, аргументация в условиях неопределенности и т.д. С использованием роботизированных комплексов на основе ИИ выполняются хирургические операции, автоматизируется административный документооборот, что позволяет обрабатывать оперативные задачи, ранжировать их, управлять ресурсами подразделений12. К сожалению, сфера информационно-телекоммуникационных технологий все чаще становится пространством для совершения преступлений, поэтому прогресс в области цифровых технологий неотделим от рисков, с которыми сопряжено их использование. Преступления, совершенные в медицине с применением информационно-телекоммуникационных технологий, связаны, прежде всего, с кражей электронной медицинской документации. На черном рынке Даркнета ЭМК (электронные медицинские карты) пользуются большим спросом, т.к. содержащаяся в них информация позволяет от имени жертвы открыть банковский счет, взять ссуду, завести кредитную карту; получить дорогостоящие медицинские услуги и рецепты на лекарства. Однако несанкционированный доступ к медицинской информации создает основу для совершения и других преступлений, в том числе, тяжких. Проблема усугубляется тем, что кражи электронной медицинской документации и злоупотребления ею могут латентны. О факте утечки данных обычно становится известно лишь в чрезвычайной ситуации, когда возникающие последствия создают опасность для жизни [Levin, 2016]. Высокий риск создают условия, в которых осуществляется при современном уровне развития техники медицинская деятельность. Установленные в медицинских учреждениях системы видеонаблюдения уязвимы в плане электронной безопасности [Ляпин, 2017]. Взлом телевизора класса Smart TV, имеющего камеру и микрофон, может позволить прослушивать и наблюдать за владельцем без его ведома [Бевза, 2018]. Использование современных телефонов, диктофонов и т.п. обеспечивает возможность получения в электронном виде любой доступной информации о пациенте и использования ее с неблаговидной целью. Технология IoT, создавая «умные» устройства, делает их источником новых, малоизученных угроз. Такое оборудование собирает огромное количество информации о своих владельцах, передавая, с неизвестными последствиями, сведения о своей деятельности производителям в «облачные» сервисы. При этом практически невозможно проконтролировать, что именно становится известным о пользователях устройств их производителям13. Медицинский прибор, передавая данные о своей деятельности - времени, режимах работы, загруженности прибора и т.д., служит источником информации, содержание которой может составлять врачебную тайну. В условиях недостаточно надежной защиты медицинских устройств может произойти их взлом, сделав доступными личную информацию о пациенте - сведения о его местонахождении, состоянии здоровья и т.д. Использование технологий телемедицины также таит в себе сложно контролируемые риски сбора информации о человеке и ее несанкционированной передачи. Так, анализ сервисов и технических средств для телемедицины, осуществленный экспертами информационной безопасности из Университета Вашингтона, показал, что без принятия специальных мер соединение между пациентом и врачом в большинстве случаев является уязвимым14. Использование технологии ИИ сопряжено с аккумулированием больших объемов медицинской информации («большие данные», англ. «Big data») в «облачных» хранилищах, что создает определенные риски. Эксперты полагают, что серьезными проблемами использования технологий ИИ является обслуживание программно-технологических комплексов, их защита от сбоев и кибератак, а также обеспечение конфиденциальности данных15. 3. Криминалистически значимые признаки преступлений, совершаемых посредством кибератак на учреждения здравоохранения Условием успешного решения криминалистических задач в условиях использования современных информационных технологий является использование стратегии «на опережение» [Перепечина, Перепечин, 2018]. Криминалистически целесообразным представляется не только как можно более раннее выявление предвестников новых способов совершения преступлений, но и прогнозирование криминалистически значимых признаков этих деяний, необходимое для своевременной, заблаговременной разработки методов и способов раскрытия, расследования и предупреждения данных преступлений. Последнее имеет наиболее важное значение: оптимально, если меры криминалистической превенции приведут к тому, что соответствующие преступления вообще не будут совершаться. Для этого целесообразно разработать прогностическую модель криминалистической характеристики преступлений, совершаемых посредством кибератак на учреждения здравоохранения. Концепция прогностической модели криминалистической характеристики преступлений была предложена и обоснована нами ранее [Перепечина и соавт., 2016]. Прогностическая модель как инструмент исследования в особенности может быть полезна в условиях отсутствия достаточного для анализа количества уголовных дел, а также при наличии проблемы, имеющей перспективы привести к совершению деяний, которые будут иметь признаки преступлений. 14 Выше было показано, что кибератаки на медицинские учреждения, совершенные с целью вымогательства, стали реальностью. Задачей является принятие превентивных мер в отношении этих деяний, а также предотвращение кибератак в сфере здравоохранения, которые могут быть спланированы для реализации других целей - связанных с терроризмом, убийством. Представляется, что преступные деяния террористической направленности, в случае их совершения с использованием кибератак на медицинские учреждения, по своей криминалистической характеристике не будут существенно отличаться от вымогательств, совершенных аналогичным способом, за исключением, разумеется, мотива и цели. Используя доступные сведения, нами была разработана и представлена ниже прогностическая модель криминалистической характеристики преступлений, совершаемых посредством кибератак на учреждения здравоохранения. Ключевым элементом здесь является способ совершения преступлений, анализ которого имеет существенное значение для разработки адекватных мер защиты и профилактики. Способ совершения преступления с использованием кибератаки на медицинское учреждение, следующий. Преступная группа, используя вредоносное программное обеспечение, парализует деятельность ЛПУ в целом или отдельных его структур, прекращая агрессию после удовлетворения требований за восстановление нормального функционирования учреждения. В случае вымогательства - после оплаты выкупа, которые поступает, как правило, на обезличенный счет в электронной валюте (биткоин). При террористическом сценарии операция будет проходить под экстремистскими лозунгами, с прекращением агрессии после удовлетворения заявленных террористами требований. С целью нанесения ударов по жизненно важным службам, перебои в работе которых недопустимы, вредоносносная программа шифрует файлы, превращая их на компьютере объекта посягательства в нечитаемые зашифрованные данные. Вредоносная программа может распространяться самими создателями, либо же они могут продать ее другим злоумышленникам или своим партнерским сетям - "сторонним распространителям", которые делятся частью доходов от успешных атак с владельцами технологии16. После того как данные зашифрованы, преступники требуют выкуп либо удовлетворение других требований за ключи для расшифровки файлов и возврата данных к первоначальному состоянию. Без ключа работа на зараженном устройстве невозможна. Для заражения компьютеров могут быть использованы фишинг-письма, содержащие вредоносные вложения и ссылки. По форме такие письма может быть трудно отличить от обычной деловой переписки, в том числе от правомерных уведомлений на обновление приложений. В случае внедрения вируса через уязвимости, имеющиеся в системе безопасности, незащищенные старые приложения вредоносная программа может запуститься и без непосредственного участия пользователя [Mohamad, 2016]. Именно так произошло в случае вируса WannaCry, который внедрился и распространился без участия пользователя подобно сетевому «червю». Практически каждую неделю появляется новый вид вируса, меняются способы проникновения вирусов в компьютерные системы. К сожалению, иногда от кибератак не спасают даже те системы безопасности, на которых установлена самая современная защита, поставлены самые свежие обновления программного обеспечения, - в особенности, если атака адресная и уникальная [Mohamad, 2016]. В криминалистической характеристике субъекта преступления такого рода необходимо выделить следующие особенности. Прежде всего, речь идет о преступной группе, осуществление эффективной кибератаки медицинского учреждения преступником-одиночкой в современных реалиях маловероятно. Преступная группа должна обладать достаточными средствами и возможностями для приобретения необходимого оборудования, вредоносного программного обеспечения либо обладать опытом его разработки. В группу должны входить специалисты в области IT достаточно высокой квалификации и опыта. Группа может сама осуществлять кибератаку на медицинское учреждение или разрабатывать вредоносное программное обеспечение и передавать другим сообществам. Киберпреступники, осуществляющие атаки на медицинские учреждения, отличаются, даже среди других преступников, абсолютным цинизмом и полной утратой нормальных человеческих качеств - сострадания, милосердия: могут нарушить функционирование медучреждения во время проведения нейрохирургической операции у ребенка или в условиях пандемии. Так, журналисты издания BleepingComputer обратились к ряду хакерских групп (Maze, DoppelPaymer, Ryuk, Sodinokibi/REvil, PwndLocker, Ako и др.), которые используют вирусы-вымогатели (типа WannaCry) на предмет возможных их действий в период пандемии. Лишь две из этих групп объявили, что не станут атаковать медицинские учреждения до конца пандемии, либо помогут бесплатно и в кратчайшие сроки восстановить их работу в случае, если те по ошибке пострадают от их действий. Удельный вес этих групп по масштабам деятельности составляет лишь незначительную часть от всех хакерских групп17. Остальные преступные сообщества сообщили, что будут, по-видимому, работать в прежнем или даже усиленном режиме. Как объект преступного посягательства медицинское учреждение характеризуется тем, что прекращение, даже кратковременное, нормального его функционирования может быть критично для жизни и здоровья пациентов, таким образом, дефицит времени для восстановления нормального функционирования - способствующий фактор для вынужденного принятия условий вымогателей (или террористов). Весьма показательным в этом отношении является инцидент, произошедший 05.02.2016 года в США. Сотрудники медицинского центра «Hollywood Presbyterian Medical Center» вечером, после того как вирусная программа заблокировала компьютеры и зашифровала все файлы, утратили доступ к сети больницы. При том, что были немедленно уведомлены правоохранительные органы, а специалисты в области компьютерной безопасности занимались восстановления доступа к компьютерам, администрация медицинского центра в конечном счете сочла за лучшее заплатить преступникам запрошенный ими выкуп - 40 биткоинов ($17000), чтобы получить ключ дешифрования и быстро и эффективно восстановить работоспособность больничных систем [Карев, 2019]. Рассматривая обстановку совершения преступления, следует отметить то, что кибератаки на медицинские учреждения совершаются в следующих условиях: увеличения роли информационных технологий в системе здравоохранения в отсутствие как необходимого оборудования для обеспечения кибербезопасности, так и подготовленного штата, не имеющего даже настороженности относительно возможности криминального воздействия такого рода; выявления целого ряда уязвимостей в аппаратном и программном обеспечении медицинского оборудования. Свой вклад в проблему вносят и финансовые предпосылки: весьма высокие цены на услуги компаний-разработчиков защитного программного обеспечения18; кажущаяся непрофильность (для медицины) трат на программное обеспечение, что имеет особое значение в условиях ограниченности средств. Преступления совершаются в условиях, когда ответные действия правоохранительных органов производятся, как правило, по факту уже совершенного компьютерного преступления; отсутствует методика расследования киберпреступлений, совершаемых в сфере здравоохранения, что отражается на эффективности действия по расследованию таких преступлений; правоохранительные органы на практике не имеют опыта раскрытия преступлений, связанных с кибератаками на учреждения здравоохранения, которые являются, сами по себе, новыми и сложными для расследования. Таким образом, появление кибератак, совершаемых с целью вымогательств, обусловлено «освоением» преступниками новой «ниши», возможностью использования нового способа получения первоначального капитала для вновь созданных преступных групп в условиях незащищенности медицинских учреждений в плане кибербезопасности, а также незначительным пока еще опытом расследования таких преступлений и слабо изученными вопросами их профилактики. Все это следует учитывать при криминалистическом прогнозировании соответствующих террористических угроз. Применительно к атакам на стационарные и носимые - имплантируемые - медицинские устройства необходимо рассмотреть следующие криминалистические аспекты. Субъекту, планирующему преступление, требуется некий объем информации для принятия решения о его целесообразности, способе совершения деяния, оправданности риска и прогнозирования последствий. Медицинские изделия, в которых использована технология IoMT, потенциально могут являться источником большого объема информации о человеке, его окружении, обстановке, в которой он находится. С их помощью можно получить информацию о распорядке дня будущей жертвы, маршрутах ее движения, скорости передвижения, физической активности субъекта. Например, cообщалось о случае отслеживания маршрутов солдат армии США - пользователей фитнес-трекеров - на военных базах [Казарновский, Губернаторов, 2018]. Важными сведениями могут стать данные о состоянии его здоровья в конкретный момент времени. Например, при снижении в крови уровня глюкозы или при гипертоническом кризе человек имеет меньшую способность к оказанию физического сопротивления. Кроме того, каждому человеку свойственны свои биоритмы - изменения самочувствия, толератности к стрессам и физической активности в течение дня - помимо циркадных ритмов, характерных вообще для людей. Последние также учитываются при планировании преступлений. Базируясь на данных трекеров, можно прогнозировать время, когда сменяются сотрудники охраны. Таким образом, изделия IoMT, по сути, дают возможность детального планирования преступления. Интегрированное применение технологий «интернета медицинских вещей» и «искусственного интеллекта», как полагают, позволит в дальнейшем, помимо оценки физиологического состояния организма, оценивать также те или иные аспекты, связанные с поведением [Лебедев и соавт., 2017]. Потенциальные риски «интернета медицинских вещей» для здоровья и даже жизни людей усугубляются в условиях актуальности объединения медицинского оборудования в общую компьютеризированную сеть, что позволило бы скоординировать работу медицинских приборов и медицинских информационных систем, обеспечив в том числе взаимосвязь оборудования с ЭМК пациентов. Однако это повышает риски при заражении вирусами. Опасность может возникнуть и в связи со стационарным медицинским оборудованием, так и в связи с имплантируемыми медицинскими устройствами. Совершение менее тяжкого преступления в сфере здравоохранения может повлечь за собой преступление более тяжкое. Разглашение врачебной тайны может предшествовать причинению вреда жизни и здоровью. Получение информации о наличии имплантированного устройства, обеспечивающего поддержание жизни пациента, может побудить к совершению убийства путем изменения режима работы подобного устройства. Это, потенциально, может быть использовано и для террористических целей. Основным источником угроз безопасности считают каналы беспроводной связи, присутствующие во многих современных имплантируемых медицинских устройствах. Атаки могут быть различного уровня - от системного до инфраструктурного, и подвергать опасности как программное, так и аппаратное обеспечение имплантируемых медицинских устройств [Rathore et al., 2018]. В беспроводных медицинских устройствах существует ряд уязвимостей, позволяющих реализовать такие угрозы, как сбор информации, отслеживание пациента, имперсонация (impersonation), ретранслирующие атаки и атака типа «отказ в обслуживании». Данные угрозы нарушают свойства конфиденциальности, целостности, доступности этих устройств [Rathore et al., 2018]. Изучение программного обеспечения одного из кардиостимуляторов позволило выявить в нём более 8000 уязвимостей19. Уязвимый канал связи позволяет осуществить атаку на имплантат, подделывая, изменяя или отвечая на ранее перехваченные сообщения. Это может, потенциально, позволить злоумышленнику контролировать и модифицировать имплантат, не обязательно находясь рядом с жертвой [Camara et al., 2015]. Дистанционно может быть обнаружено и присутствие имплантата. Атаки в отношении имплантируемых медицинских устройств могут поставить под угрозу безопасность пациента, которому оно имплантировано, а в некоторых случаях - привести к фатальным последствиям20. Управлением по контролю за продуктами и лекарствами США (FDA) указывается, что умышленное приведение имплантата в неисправное состояние может вызвать смерть, и что такие умышленные атаки может быть гораздо труднее обнаружить, чем случайные21. Использование злоумышленником уязвимости имплантируемых медицинских устройств может привести к негативным медицинским последствиям для пациента, которые обычно называют «неблагоприятными событиями». Поскольку каждый тип имплантата предназначен для лечения конкретного заболевания, побочные эффекты, которые могут возникнуть в случае успешной атаки, весьма разнообразны [Hansen, Hansen, 2019]. Возможность проведения атак на имплантируемые медицинские устройства неоднократно была продемонстрирована в лабораторных условиях. Так, большой резонанс в литературе вызвала статья E. Marin и соавт. [Marin et al., 2016]. Эти авторы экспериментально доказали, что лица, которым были имплантированы приборы, обеспечивающие поддержание сердечной деятельности при ее нарушении, - кардиовертер-дефибрилляторы - могут быть уязвимыми для компьютерных атак. Такие атаки способны причинить здоровью человека серьезный вред, вплоть до летального исхода. Аналогичная проблема может возникнуть и в других случаях, например, в случае атак в отношении пользователей инсулиновой помпы, что может представлять опаснос тдля больных диабетом [Chunxiao et al., 2011]. О возможности проведения атак на имплантируемые медицинские устройства сообщали и другие исследователи [Halperin et al., 2008; Li et al., 2011]. Были рассмотрены возможные варианты таких вмешательств [Camara et al., 2009], показано, каким образом злоумышленник с помощью беспроводной связи может отключить или перепрограммировать настройки, обеспечивающую терапию посредством имплантированного кардиовертер-дефибриллятора, и даже вызвать у пациента шоковое состояние [Fu, 2009]. При других видах атак происходит разрядка батареи, что приводит устройство в нерабочее состояние и часто требует прохождения пациентом хирургической процедуры для замены имплантируемого медицинского устройства [Hei et al., 2020]. Кроме того, можно отключить переключатель, имеющийся у сердечных имплантатов: для этого надо просто поднести источник, создающий магнитное поле22. Столь примитивный механизм может быть легко использован злоумышленником, поскольку здесь не требуется какой-либо аутентификации. Отмечается [de Sousa et al., 2002], что факт существования такого механизма обусловливает необходимость экранирования от электромагнитных полей, например, когда пациент подвергается операции на сердце с использованием электрокаутерных устройств, используемых в качестве коагуляторов. Таким образом, применяющиеся для лечения приборы могут стать орудием преступления. Изменение режима работы кардиовертера-дефибрилятора может привести к гибели пациента. Увеличение дозы инсулина может стать как причиной смерти, так и временно обездвижить пациента путем создания искусственной гипогликемии (например, с целью похищения). Изменение режима приема лекарств путем вмешательства в работу «умной» таблетницы может привести к изменению общего состояния пациента. 4. Криминалистическая профилактика киберпреступлений в сфере здравоохранения Кибератаки создают угрозу безопасности и нормальному функционированию медицинских учреждений, причиняют им материальный ущерб. Лицам, ставшими жертвами киберпреступлений, совершаемых в сфере здравоохранения с корыстными целями, угрожает опасность причинения не только материального ущерба, но и вреда их жизни и здоровью, а также морального вреда. Нельзя, однако, исключить, что компьютерные атаки, совершаемые с помощью информационно-телекоммуникационных технологий, могут быть использованы также с целью убийства или осуществления террористического акта, приводя к смерти и инвалидизации людей. Совершившийся акт терроризма имеет своим следствием также изменения в обществе в виде страха, недоверия, чувства уязвимости, ведущих к масштабным и долгосрочным неблагоприятным социальным и психологическим последствиям [Ениколопов, Мкртчян, 2010]. Это обусловливает в комплексе антитеррористических мер бесспорный приоритет превенции. Применительно к условиям, облегчающим возникновение преступного намерения и достижение преступного результата, М.Ш. Махтаев отмечает, что «рассматриваемые обстоятельства связаны не столько с личностью преступника, сколько с объектом преступного посягательства и обстановкой его совершения», и что «сами по себе эти условия не порождают преступления, не являются его причиной, но без них совершение преступления было бы затруднено, а во многих случаях вообще невозможно» [Махтаев, 2018]. По оценкам специалистов в области компьютерных технологий, состояние уровня информационной безопасности в здравоохранении является удручающим. Медицинские центры весьма медленно внедряют методы кибербезопасности, которые уже приняты на вооружение в других отраслях, и это парадоксально, учитывая критичность нарушений электронной инфраструктуры медучреждений для жизни и здоровья пациентов. Также, несмотря на обязанность медицинских организаций обеспечивать сохранение врачебной тайны, защита электронной медицинской документации в медицинских центрах зачастую куда менее слабая, чем, например, защита личной электронной почты [Карев, 2019]. Из-за нежелания медицинских центров предавать огласке произошедшие киберинциденты положение намного хуже, чем представляется. Так, согласно исследованию компании «СёрчИнформ», одной из российских разработчиков средств информационной безопасности, в 2019 году 69% медицинских компаний столкнулись с утечкой информации, в т.ч. 42% - с утечкой персональной информации. При этом ни одна из компаний не только не выступила с официальным заявлением о произошедшем инциденте в СМИ, но половина из них вообще скрыла факт инцидента, не сделав никаких оповещений и оставив пациентов в полном неведении о произошедшем; только в 21% случаях об инцидентах сообщили регулятору23. Серьезную озабоченность вызывает у специалистов проблема безопасности медицинских устройств, ведется разработка способов их защиты [Rostami et al., 2013]. Так, для защиты имплантируемых медицинских устройств были предложены разнообразные технические решения: биометрические и криптографические подходы к аутентификации, многофакторная авторизация, подходы машинного обучения к обнаружению аномалий, внешние носимые устройства для защиты беспроводной связи. Недостатком существующих решений является то, что для них требуется большой объем памяти, в то время как объем памяти имплантируемых медицинских устройств ограничен. Уязвимость систем безопасности в отношении вирусов-шифровальщиков чревата остановкой нормального функционирования медицинских учреждений, что может быть критично для жизни и здоровья пациентов, а безвозвратная утрата вследствие шифрования массива медицинской информации является невосполнимой потерей и в научном, и практическом аспектах. Эффективная превентивная мера здесь состоит в резервном копировании данных, в особенности критических, с тем чтобы в случае киберинцидента данные можно было легко восстановить [Mohamad, 2016]. Устойчивости ЛПУ будет способствовать не только дублирование информации, но и дублирование функций с обеспечением возможности работы учреждения вне зависимости от функционирования электронной системы. Особое внимание должно уделяться работе операционного блока и реанимации. При плохом сценарии, в случае когда кибератаке все-таки противостоять не удалось, должны применяться алгоритмы быстрого восстановления нормальной работы ЛПУ, в том числе за счет экстренного привлечения медицинских и IT-кадров из других учреждений. Альтернативой может быть перевод больных в другие медицинские учреждения города. Эти сценарии также должны быть проработаны заранее. М. Rostami и соавт. полагают, что для разрешения нынешней проблемной ситуации необходимо содействовать эффективному и безопасному обмену данными путем введения политики, которая будут стимулировать разработку методов безопасности [Rostami et al., 2013]. Концептуально важным представляется понимание того, что проблема защиты от сбоев и кибератак не должна ограничиваться мерами лишь технического характера - здесь требуется системный подход, включающий в том числе меры правового регулирования. Вопросы обеспечения информационной безопасности, в том числе в медицинских информационных системах, регулируются нормативными правовыми документами ФСБ России и ФСТЭК России, и, таким образом, актуальные проблемы правового регулирования должно находить отражение в соответствующих актах. Пандемия новой короновирусной инфекции показала необходимость разработки правовых актов, касающихся противодействия кибератакам в особых ситуациях. В чрезвычайной ситуации, в ситуации повышенной готовности крайне высока нагрузка на учреждения системы здравоохранения, что делает их еще более уязвимыми по отношению к действиям преступников. Учитывая, что сфера здравоохранения имеет важное стратегическое значение, возможно, стоит рассмотреть вопрос о законодательном закреплении ужесточения ответственности за правонарушения, совершенных (в том числе путем кибератак) в период данных ситуаций в отношении медицинских работников и учреждений здравоохранения. Важным аспектом является международное сотрудничество в области компьютерной безопасности, мониторирование зарубежной практики в области расследования киберпреступлений, участие в разработке международных правовых актов, регламентирующих порядок противодействия киберпреступлениям. Необходимо пресекать формирование преступных групп, специализирующихся как на разработке, так и на приобретении за рубежом и перепродаже вредоносного программного обеспечения. Кибератаки могут осуществлять хорошо финансируемые криминальные сообщества, борьба с которыми проводится в рамках противодействия организованной преступности, в том числе транснациональной. Превенция должна также касаться лицензионной политики ЛПУ. Формирование современной системы лицензирования должно осуществляться с учетом требований кибербезопасности. Это заключается, прежде всего, в разработке нормативов необходимого программного и технического обеспечения безопасности функционирования медицинского учреждения. Они самым тесным образом взаимосвязаны с вопросами регламентации ответственности должностных лиц за нарушения системы кибербезопасности в клинике в должностном, административном и уголовном порядках, а также регламентации приостановления и отзыва лицензии. Полагаем, что при неблагоприятном исходе, явившемся следствием кибератаки в отсутствие соблюдения в клинике норм кибербезопасности, ответственность может наступать за оказание медицинских услуг, не отвечающих требованиям безопасности (ст. 238 УК РФ). Соблюдение норм компьютерной безопасности предполагает необходимый уровень технической оснащенности, что требует достаточного финансирования данной сферы, а также наличия квалифицированных специалистов в области кибербезопасности (что также немало связано с уровнем финансирования). И в том, и в другом отношениях возможности медицинских учреждения весьма ограничены, существенно уступая, в частности, тем же финансовым организациям [Weintraub, Borenstein, 2017]. Кадровому аспекту специалисты в области кибербезопасности придают особое значение. Отмечено, что утечки информации происходят даже не столько из-за плохой технической оснащенности (необходимый минимум в компаниях все-таки часто обеспечен), сколько из-за кадровых проблем: эксплуатируют сложное техническое ПО, как правило, не специалисты по информационной безопасности, а IT-специалисты, а штат их недоукомплектован24. Если говорить о медицинском персонале, то у него нередко отсутствуют даже элементарные знания по части компьютерной безопасности. Важен и другой кадровый аспект. Приводятся сведения о том, что по каналам связи, т.е. по техническим причинам, происходит меньше половины (40%) утечек медицинской информации, большая же часть утечек (60%) связана с тем, что конфиденциальная информация выносится сотрудниками за пределы медицинского учреждения [Карев, 2019]25. Данную проблему необходимо иметь в виду в случае принятия решений о расширении круга лиц, имеющих доступ к медицинским данным, - в том числе при предоставлении доступа к медицинским данным в рамках экспериментальных правовых режимов в сфере цифровых инноваций контингентам, ранее такого доступа не имевших. Продолжая тему человеческого фактора, необходимо коснуться того, из какого контингента происходят лица, осуществляющие кибератаки на медицинские учреждения. Круг специалистов, чья квалификация позволяет эффективно осуществлять сложные кибератаки, достаточно ограничен: логично ожидать, что они, как правило, получают образование на факультетах информационного профиля. Таким образом, значение имеют профилактические действия среди данного контингента. Как отметил Р.А. Ханипов, культура и взрослых россиян, и молодежи испытывает на себе влияние криминальной и тюремной культуры [Ханипов, 2008]. В вузе должна обеспечиваться комплексная профилактика, направленная на принятие безусловности идеи законопослушности, табуирование (вместо романтизации) темы киберпреступности (по аналогии с тем, как это имеет место в отношении темы наркотиков), формирование морально-этических принципов - кодекса чести профессионала, оперативность реагирования в случае правонарушений. Другой проблемой является эмиграция молодых талантливых специалистов; есть прогнозы, что в 2020-2021 годах Россию могут покинуть 10-15 тысяч IT-специалистов26. Отмечается взаимосвязь между уровнем жизни населения и уровнем преступности [Сухоруков, Терехов, 2018]. Необходимо создавать условия для реализации и достойного образа жизни в России. За счет специалистов могут пополняться криминальные сообщества, при этом мотивацией может быть не нажива, а тяжелые жизненные обстоятельства (выплата ипотеки, кредитов, нехватка средств на продукты питания, лекарств, и др.). Не вызывает сомнений то, что деятельность по предупреждению преступлений носит многоуровневый характер и, помимо постановки стратегических задач по борьбе с преступностью, нормативного, организационного, ресурсного обеспечения и других масштабных, долговременных мер, необходимы разработка и принятие мер, имеющих прикладное значение [Аносов, 2018]. Это важно и в тех случаях, когда речь идет о киберпреступлениях в сфере здравоохранения. Системный подход необходим и при решении конкретных задач в сфере обеспечения кибербезопасности. Примером такого подхода является комплексная система информационной безопасности (КСИЗ), реализованная в ЕМИАС - единой медицинской информационно-аналитической системе, являющейся частью ЕГСИЗ. Составляющими КСИЗ являются: физическая защита (хранение данных на разобщенных серверах, находящихся в подземных помещениях, доступ в которые строго ограничен); программная защита (передача данных в зашифрованном виде по защищённым каналам связи); авторизованный доступ к данным; разобщение медицинских и персональных данных (хранение в разных базах) [Карев, 2019]. Тем не менее, и при таком продуманном подходе следует принимать во внимание все многочисленные аспекты, важные для эффективного обеспечения кибербезопасности при практической реализации. Выводы 1. Проведенный анализ показывает, что существуют основания для принятия серьезных мер безопасности по предотвращению киберугроз в отношении медицинских учреждений и их пациентов. Кибератаки на медицинские учреждения уже стали реальностью: 1) угрозу для жизни и здоровья людей представляют происходящие во всем мире атаки вирусов-шифровальщиков на серверы медицинских учреждений, вызывающие нарушение работы всей их инфраструктуры и предпринимаемые с целью получения выкупа за восстановление нормального функционирования; 2) многочисленны совершаемые с корыстными целями хакерские атаки, ведущие к хищению целых массивов медицинских данных и иной информации о пациентах. По прогнозам, эта опасная тенденция будет только усиливаться27; 3) установлена возможность заражения компьютерными вирусами медицинского оборудования, в котором в условиях растущей интеграции и взаимозависимости приборов все чаще обеспечивается функция поддержки работы с сетью; 4) доказана уязвимость для кибератак постоянно носимых пациентами, жизненно необходимых им имплантированных устройств (кардиостимуляторов, инсулиновых помп и др.), что представляет непосредственную угрозу для жизни. 2. Указанные выше предпосылки позволяют прогнозировать, что в случае, если не будут предприняты необходимые превентивные меры, нельзя исключить, что в весьма недалекой перспективе правоохранительным органам, возможно, придется иметь дело также с террористическими кибератаками в отношении медицинских учреждений, как и с не связанными с актами терроризма убийствами, совершенными с использованием медицинских информационных технологий. 3. Исследованы криминалистически значимые признаки преступлений, совершаемых посредством кибератак на учреждения здравоохранения; разработана прогностическая модель криминалистической характеристики соответствующих преступлений. 4. Проблема защиты от компьютерных сбоев и кибератак не должна ограничиваться мерами лишь технического характера - здесь требуется системный, многоуровневый подход, включающий в том числе меры правового регулирования. С учетом опыта, полученного в связи с пандемией СOVID-19, высказано мнение о необходимости разработки правовых актов, касающихся противодействия кибератакам на медицинские учреждения в особых ситуациях (в чрезвычайной ситуации, в ситуации повышенной готовности). 5. Необходимый комплекс мер по обеспечению кибербезопасности должен включать в себя: достаточное материально-техническое обеспечение ЛПУ; использование эффективного антивирусного программного обеспечения с его регулярным обновлением; применение проактивных технологий, целью которых является предотвращение заражения системы пользователя, в отличие от реактивных (сигнатурных) технологий, ориентированных на поиск в системе уже известного вредоносного программного обеспечения28; брандмауэры и надежная сетевая безопасность; регулярное резервное копирование; создание альтернатив, механизмов дублирования функций в инфраструктуре медицинского учреждения; компьютерная грамотность медицинского персонала, инструктаж на предмет действий в случае кибератак; найм на работу квалифицированного IT-персонала и специалистов в области кибербезопасности; иная систематическая профилактическая работа по противодействию криминальной деятельности. 6. До серьезной перестройки всей работы в сфере информационной безопасности в сфере здравоохранения и создания соответствующих гарантий недопустимо принятие любых правовых актов, способствующих расширению доступа к медицинским данным и потенциально создающее риск их несанкционированного использования.

About the authors

Irina Olegovna Perepechina

Lomonosov Moscow State University

Email: smi-100@mail.ru
Dr Sci (Med.), Professor, Member of Russian Academy of Natural Sciences, Legal Faculty

Dmitry Vladimirovich Perepechin

N. Lopatkin Scientific Research Institute of Urology and Interventional Radiology - branch of the National Medical Research Radiologiсal Center of the Ministry of Health of Russian Federation

Email: medcraft@mail.ru
PhD (Med.), Senior Researcher, Advisor of Russian Academy of Natural Sciences

References

Supplementary files