Problems of Ensuring Access to Justice at the Stage of Initiating a Criminal Case

Cover Page

Cite item

Full Text

Abstract

The purpose of the research. Since the beginning of the 90s. In the 20th century, the Russian Federation set a course towards building a rule-of-law state, which is directly expressed in the tasks of criminal proceedings. The current criminal procedural legislation is, first of all, aimed at protecting the rights and legitimate interests of individuals and organizations who have suffered from crimes, protecting individuals from illegal and unfounded accusations, convictions, and restrictions on their rights and freedoms. But at the same time, already at the stage of initiating a criminal case, a person whose rights have been violated faces a number of difficulties associated with the implementation of a mechanism to ensure access to justice.

Thus, after registering a report of a crime in accordance with Part 1 of Article 144 of the Code of Criminal Procedure of the Russian Federation, the period for verifying the fact stated in the statement begins to count. After the deadline for checking a report of a crime has expired, the authorized official makes a decision to initiate a criminal case or issues a decision to refuse to initiate a criminal case. Most often, the refusal to initiate a criminal case is made unreasonably, without conducting a full and comprehensive study of the circumstances based on the audit material. Which leads to a violation of the rights and legitimate interests of the person against whom this or that illegal act was committed. In addition, at this stage, difficulties arise in appealing an illegal decision of an official, since the Code of Criminal Procedure of the Russian Federation does not contain a rule regulating the procedure for familiarizing the applicant with the inspection materials, which represents a gap in the current legislation and makes it difficult for a potential victim to access justice. This is confirmed by numerous examples from practice. Thus, similar examples are contained: in the Plenum of the Supreme Court of the Russian Federation (paragraph 2 of the resolution of February 10, 2009 No. 1 “On the practice of courts considering complaints in accordance with Article 125 of the Code of Criminal Procedure of the Russian Federation”), in the cassation ruling of the Supreme Court of the Russian Federation (No. 16-CAD22 -2-K4 dated April 22, 2022), etc.

Without initiating a criminal case, it is difficult to imagine a mechanism to ensure access to justice and the implementation of the right to access to justice. Since when such situations arise, a violation of the provisions of Article 52 of the Constitution of the Russian Federation occurs, which defines the definition of access to justice, which is unacceptable in a rule-of-law state.

Results. An analysis of the problems of access to justice at the stage of initiating a criminal case allowed us to draw a conclusion about the existing shortcomings of the current legislation, which in practice become significant obstacles to the protection of violated rights and legitimate interests through criminal proceedings. The author has put forward proposals to eliminate these shortcomings.

Full Text

ВВЕДЕНИЕ

Обеспечение доступа к правосудию, представляет собой высшую юрисдикционную деятельность, осуществляемую государственными органами. Это обусловлено тем, что право на доступ к правосудию признается и гарантируется государством. Так, ст. 46 Конституции РФ устанавливает и закрепляет гарантии судебной защиты прав и свобод человека и гражданина. В свою очередь ст. 52 Конституции РФ возлагает на государство обязанность охранять права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью, путем обеспечения доступа к правосудию, что также выражается в форме компенсации причиненного ущерба1.

В настоящее время в отечественном и международном праве нет определения понятия «доступ к правосудию». Данный вопрос, на сегодняшний день, стал предметом научных исследований и дискуссий среди отечественных процессуалистов2. Существующий пробел в законодательстве до сих пор не устранен. В этой связи, по данному вопросу целесообразно обратиться к правовым позициям Конституционного Суда РФ и Европейского Суда по правам человека3. Так, указанные нами судебные инстанции четкого определения доступа к правосудию не дают, однако выделяют следующие его характерные черты: беспрепятственное обращение в суд, рассмотрение правового спора в разумные сроки законным составом суда, своевременное исполнение судебных решений [1, С. 56–66].

Таким образом, с учетом вышеизложенного, полагаем, что доступ к правосудию следует понимать как: «…гарантированную Конституцией РФ и нормами международного права возможность индивида прибегнуть к судебной защите своих нарушенных прав и свобод, требуя, в соответствии с установленной законом процедурой, надлежащего возбуждения уголовного дела, предварительного расследования, рассмотрения и разрешения возникшего правового конфликта, участником которого он является, с предоставлением ему эффективных правовых средств для активного отстаивания собственной позиции по фактическим обстоятельствам этого конфликта и их юридической оценке, способствующих принятию судом законного, обоснованного и справедливого решения, подлежащего незамедлительному исполнению» [5, с. 339].

Однако, несмотря на закрепление гарантий в конституционных нормах, на практике заинтересованным лицам не всегда удается беспрепятственно реализовать доступ к правосудию. Чаще всего трудности в обеспечении доступа к правосудию возникают еще на стадии возбуждения уголовного дела, что отражено в статистических данных Генеральной прокуратуры.

ПРОБЛЕМЫ, ВОЗНИКАЮЩИЕ ПРИ ОБЕСПЕЧЕНИИ ДОСТУПА К ПРАВОСУДИЮ НА СТАДИИ ВОЗБУЖДЕНИЯ УГОЛОВНОГО ДЕЛА

За период времени с 2019 - 2023 г.г. прокуратура РФ выявила значительное количество нарушений на досудебных стадиях уголовного судопроизводства.

Например, при приеме, регистрации и рассмотрении сообщений о преступлениях:

в 2019 г. выявлено 3 627 932 нарушений4 (что составило 70,59 % от общего числа выявленных нарушений закона);

в 2020 г. - 3 491 902 (что составило 68,65 % от общего числа выявленных нарушений закона)5;

в 2021 г. - 3 464 543 (что составило 66,98 % от общего числа выявленных нарушений)6;

в 2022 г. - 3 417 399 (что составило 65,5 % от общего числа выявленных нарушений закона)7.

Отменено постановлений следователей и дознавателей о возбуждении уголовного дела:

в 2019 г. - 14 0228;

в 2020 г. - 11 8709;

в 2021 г. – 10358;

в 2022 г. - 7 80910.

Отменено постановлений следователей и дознавателей об отказе в возбуждении уголовного дела:

в 2019 г. - 2 035 92711;

в 2020 г. - 1 809 511;

в 2021 г. - 1 586 962;

в 2022 г. - 1 419 60112.

Исходя из приведенных цифр официальной статистики, не возникает сомнения в том, что значительное количество нарушений уголовно-процессуального законодательства и наибольшее количество факторов, блокирующих доступ к правосудию приходится на стадию возбуждения уголовного дела.

Кроме того, следует отметить, что среди статистических данных Генеральной прокуратуры нет сведений о количестве отмен постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела по одним и тем же фактам и по одним и тем же основаниям. Однако, на практике такая негативная тенденция существует. Постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, вынесенное по одному и тому же факту и по одним и тем же основаниям, может отменяться надзирающим прокурором неоднократно. На наш взгляд, это обусловлено тем, что в настоящее время российское уголовно-процессуальное законодательство, не регламентирует данный вопрос. Что создает явный правовой пробел, который блокирует доступ к правосудию для лиц, чьи права и законные интересы были нарушены. Более того, зачастую должностные лица, осуществляющие предварительную проверку по сообщению о преступлении, злоупотребляют указанным правовым пробелом. На практике это выливается в вынесение неограниченного количества раз постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела по одному и тому же факту и по одним и тем же основаниям. Это создает трудности для заинтересованных лиц в реализации конституционного права на доступ к правосудию.

Таким образом, если после регистрации сообщения о преступлении в течении установленного уголовно-процессуальным законодательством срока (ст. 144 УПК)13 не решается вопрос о возбуждении уголовного дела, то это позволяет заинтересованному лицу говорить о нарушении его конституционного права на доступ к правосудию.

В этой связи, с целью обеспечения доступа к правосудию, законодатель предусмотрел возможность заинтересованного лица в обжаловании действия (бездействия) органов публичной власти в суде в порядке ст. 125, ст. 125.1 УПК РФ14. Здесь идет речь об осуществлении судебного контроля на стадии возбуждения уголовного дела. В данном случае, не вызывает сомнения, что тут судебный контроль служит в качестве дополнительной гарантии законности [4, с. 159]. Поскольку судебный контроль представляет собой составную форму правосудия [2, с.54].

Считаем, что на стадии возбуждения уголовного дела правосудие осуществляется только при помощи судебного контроля. Соответственно правосудие есть только там, где имеет место судебное разбирательство. Так, суд, рассматривающий уголовное дело, исследует доказательства и оценивает выдвинутое лицу обвинение. В процессе рассмотрения уголовного дела в суде фактически решается вопрос о виновности или невиновности подсудимого. Соответственно рассмотрение уголовного дела по существу – представляет собой форму судебной защиты прав и законных интересов заинтересованных участников уголовного судопроизводства.

Вышеуказанный вывод обусловлен и нормами действующего УПК РФ, которые фактически возложили на судебные органы функцию обеспечения права на судебную защиту на стадии возбуждения уголовного дела [3, С. 137–146].

Так, судебная инстанции на стадии возбуждении уголовного дела рассматривает в порядке статей 125 и 125.1 УПК РФ поступающие жалобы от лиц, которые полагают, что действия (бездействие) сотрудников правоохранительных органов повлекли или поставили под угрозу их конституционные права и обязанности15.

Безусловно, в настоящее время институт судебного контроля представляет особую важность. Среди прочих причин это обусловлено и тем, что в период проведения специальной военной операции возник рост преступлений в сфере общественного порядка. Не вызывает сомнения и то, что это повлекло за собой рост нагрузки на правоохранительные органы и, как следствие, вероятность необоснованного отказа в возбуждении уголовного дела, либо, напротив, принятие ошибочного решения о возбуждении уголовного дела.

Таким образом, доступ к правосудию участников уголовно-процессуальных отношений на стадии возбуждения уголовного дела обеспечивается посредством дачи судом оценки действий (бездействия) правоохранительных органов, как незаконных, блокирующих доступ к правосудию. Именно в данной части, отменяя, признавая незаконным какой-либо акт правоохранительного органа, суд обеспечивает в действительности конституционное право на доступ к правосудию.

АНАЛИЗ ПРОБЛЕМАТИКИ ОБЕСПЕЧНИЯ ДОСТУПА К ПРАВОСУДИЮ НА СТАДИИ ВОЗБУЖДЕНИЯ УГОЛОВНОГО ДЕЛА

К примеру, лицо обратилось в правоохранительный орган с сообщением о совершенном преступлении. В установленном порядке указанное сообщение зарегистрировано, но предусмотренный частью 1 статьи 144 УПК РФ срок на проверку данного факта истек, что обусловило дальнейший отказ в возбуждении уголовного дела.

Заявитель направляет ходатайство об ознакомлении с материалами проверки, но должностное лицо не предоставляет данной возможности, что затрудняет для потенциального потерпевшего доступ к правосудию.

Подобный пример в качестве действия, затрудняющего доступ к правосудию на стадии возбуждения уголовного дела, и который может быть обжалован в порядке статьи 125 УПК РФ - приводит Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 2 постановления от 10.02.2009 года № 1 «О практике рассмотрения судами жалоб в порядке статьи 125 УПК РФ» (далее – постановление Пленума).

Однако и здесь возникают сложности. В частности, кассационным определением Верховного Суда Российской Федерации № 16-КАД22-2-К4 от 22.04.2022 года высшая судебная инстанция поддержала доводы административного истца, которому сотрудники полиции отказали в ознакомлении с материалами проверки, и потенциальный потерпевший обратился в суд в порядке Кодекса административного судопроизводства16.

Такая ситуация, возникающая на практике, свидетельствует о двух важных недостатках действующего законодательства.

Во-первых, УПК РФ не регламентирует процедуру ознакомления заявителя с материалами доследственной проверки, что само по себе говорит о правовом пробеле.

Во-вторых, как следует из представленного выше определения Верховного Суда административный истец (который ранее выступал заявителем в правоохранительный орган, но получил отказ в возбуждении уголовного дела) не является участником уголовного судопроизводства и обжалует не само постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, а «…исключительно непредставление возможности ознакомиться с материалами проверки об отказе в возбуждении уголовного дела по его заявлению…»17.

Фактически наблюдается коллизия двух процессуальных отраслей права – уголовно-процессуальной и административно-процессуальной.

Кроме того, кассационное определение № 16-КАД22-2-К4 в некоторой степени вступает в противоречие с постановлением Пленума, где прямо указывался факт не предоставления материалов проверки для ознакомления заявителю как пример нарушения принципа доступа к правосудию, а значит допустимым к обжалованию в порядке статьи 125 УПК РФ18.

А.Ю. Ушаков и Н.А. Аменицкая приводят более изощренный пример, когда сотрудниками правоохранительных органов нарушаются конституционное право на судебную защиту и принцип доступа к правосудию.

В частности, вследствие короткого срока проведения проверки сообщения о преступлении и ограниченного количества раз возможного продления данного срока, отдельные должностные лица намеренно возбуждают уголовные дела, не имея на то надлежащих оснований, что влечет отмену постановления о возбуждении уголовного дела прокурором. В этом случае сроки, предусмотренные статьей 144 УПК РФ, по новой начинают исчисляться, а количество использованных возможностей продления срока - обнуляются19.

Несложно догадаться, что в подобной ситуации происходит явное нарушение конституционного принципа доступа к правосудию, поскольку лицо, чье право нарушено, лишается возможности публично-правовой защиты, возникает реальная опасность утраты вещественных доказательств преступления. Кроме того, возрастает уровень недовольства действующей правоохранительной системой – население разочаровывается в институте власти, и, как следствие растет уровень социальной напряженности.

Безусловно, не стоит рассматривать ситуацию исключительно с точки зрения граждан, а оценить и реальное положение сотрудников правоохранительных органов. Будем откровенны, огромное количество сообщений о совершенных преступлениях, кадровый дефицит, значительное количество отчетности и, так называемой, «бумажной работы» ложиться непосильным бременем на плечи отдельных сотрудников, которые физически не имеют возможности уложиться в установленные законодателем процессуальные сроки. Вместе с тем, представляется правильным придерживаться принципа недопустимости ставить целесообразность выше закона, поскольку речь идет о конституционных правах человека и гражданина.

Еще одна проблема, касающаяся возбуждения уголовного дела имеет место, когда речь идет об уголовном деле частного обвинения.

Так, если гражданин сообщает о совершенном преступлении, но указанная категория дел не подлежит рассмотрению данным органом, должностное лицо в порядке, пункта 3 части 1 статьи 145 УПК РФ, выносит постановление о передаче сообщения в суд в соответствии с частью 2 статьи 20 УПК РФ.

Однако проблема возникает на этапе рассмотрения сообщения (заявления) мировым судьей, поскольку частью 5 статьи 318 УПК РФ предусмотрен ряд требований к заявлению частного обвинения, среди которых указание на суд, в который это заявление подается.

Учитывая, что сотрудники правоохранительного органа в силу части 1 статьи 144 УПК РФ обязаны принять, зарегистрировать и проверить любое сообщение о преступлении, они, применяя аналогию закона, предлагают указать в качестве адресата руководителя структурного подразделения правоохранительного органа, как правило, руководителя ОВД.

В последующем, мировой судья, которому передано данное заявление, используя формальное основание, возвращает гражданину такое заявление, мотивируя свое решение несоответствием требованиям статьи 318 УПК РФ.

В свою очередь, подобное действие увеличивает срок реагирования государства на проблему гражданина, затрудняет либо лишает его доступа к правосудию и ведет в очередной раз к разочарованию населения в публичной власти.

Из представленных примеров проблем обеспечения доступа к правосудию на стадии возбуждения уголовного дела, видно, что зачастую они обусловлены человеческим фактором. Безусловно, мировой судья, получив заявление в порядке статьи 145 УПК РФ, понимает, что сотрудники правоохранительного органа надлежащим образом квалифицировали деяние, но, руководствуясь формальным подходом и соображениями целесообразности (загруженность низшего звена судебной системы Российской Федерации является отдельной проблемой) вынуждает гражданина совершать дополнительные действия, что также влечет за собой дополнительные издержки для такого лица.

Казалось бы, проблема, на первый взгляд, носящая правовой характер, на деле выступает совсем в ином свете. Нарушение принципа «законность выше целесообразности» приводит к тому, что отдельные недостатки уголовно-процессуального закона, которые можно исправить правоприменительной практикой, на деле становятся формальным основанием для отклонения соответствующего заявления.

ВЫВОДЫ

На основании изложено можно сделать выводы, что без действующего на деле механизма по обеспечению доступа к правосудию, особенно на стадии возбуждения уголовного дела, значение всех правовых норм, регламентирующих право на доступ к правосудию, становится декларативным. Поскольку для заинтересованного участника уголовного судопроизводства действие конституционно закрепленного права на доступ к правосудию получает свою реализацию именно со стадии возбуждения уголовного дела. Если точнее, то с момента регистрации должностным лицом сообщения о совершенном преступлении. В данном случае стадия возбуждения уголовного дела выступает в качестве подготовительного этапа осуществления правосудия – разбирательства дела по существу в суде. Однако, уже на первоначальном этапе, заинтересованное лицо сталкивается с множеством негативных факторов, блокирующих ему доступ к правосудию.

В качестве таких факторов могут выступать: неправомерный отказ в возбуждении уголовного дела; правовой пробел, связанный с регламентацией процедуры ознакомления заявителя с материалами доследственной проверки; высокая нагрузка сотрудников органов внутренних дел и т.д.

Одной из гарантий обеспечения доступа к правосудию на стадии возбуждения уголовного дела выступает судебный контроль, представляющий собой особую форму правосудия. Полагаем, что законодательно закрепленная возможность подачи жалобы на действие (бездействие) должностного лица в порядке ст.ст. 125, 125.1 УПК РФ на первоначальном этапе обеспечения доступа к правосудию играет ключевую роль в реализации права на доступ к правосудию. Поскольку, на наш взгляд, судебный контроль является составной частью первой ступени доступа к правосудию, куда также входит возбуждение уголовного дела. Далее в качестве второй ступени доступа к правосудию можно выделить: стадию предварительного расследования и судебную стадию. После чего следует основная ступень доступа к правосудию – это принятие решения судом по существу уголовного дела.

Таким образом, принятие решения по существу уголовного дела (достижение основной ступени доступа к правосудию) невозможно без прохождения стадии возбуждения уголовного дела (первой ступени доступа к правосудию). Доступ к правосудию достигается последовательно, в соответствии со стадиями уголовного судопроизводства.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В заключении хотелось бы отметить, что для эффективной работы механизма по обеспечению доступа к правосудию, на наш взгляд, следует устранить пробел в законодательстве относительно неограниченного количества раз вынесения постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела по одному и тому же факту и по одним и тем же основаниям. В качестве решения данной проблемы видится необходимым разработка уголовно-процессуальной нормы, регламентирующей порядок вынесения постановления об отказе в возбуждения уголовного дела в таких случаях и законодательное закрепление исчерпывающего перечня оснований производства доследственной проверки.

Кроме того, с целью реализации конституционного права на доступ к правосудию необходимо законодательно закрепить институт ознакомления заявителя с материалами доследственной проверки.

Еще одной мерой для повышения эффективности обеспечения доступа к правосудию видится снижение нагрузки на органы государственной власти путем исключения отдельных обязательных, но бессмысленных отчетностей и иных требований, которые на деле отвлекают должностных лиц от выполнения прямых обязанностей. Полагаем, что необходимо разгрузить органы публичной власти и высвободить дополнительные силы на исполнение своих непосредственных функций, направленных на обеспечение доступа к правосудию, в том числе на стадии возбуждения уголовного дела.

В связи с этим представляется важным предложить проведение административной работы по ликвидации излишней системы отчетности во всех органах государственной власти, которая не несет полезного эффекта, но существенно увеличивает объем работы сотрудников правоохранительных и судебных органов.

 

1 Конституция Российской Федерации: принята всенародным голосованием 12 декабря 1993 года (ред. от 01 июля 2020 года) // Российская газета. 1993. 25 декабря; СЗ РФ. 2009. № 4. Ст. 445; 2014. № 31. Ст. 4398; 2020 № 31. Ст. 4398.

2 См.: Мирза Л.С. Доступ к правосудию (уголовно-процессуальные аспекты): дис. … канд. юрид. наук. – М., 2004. - 220 с.; Литвиненко К.Л. Обеспечение права граждан на доступ к правосудию в стадии возбуждения уголовного дела: дис. ... канд. юрид. наук. М., 2012. - 182 с.; Корпен А.С. Право на доступ к правосудию и механизм его защиты в современном международном праве: дис. … канд. юрид. наук. – Москва, 2019 - 290 с.; Топилина Т.А. Доступ к правосудию в уголовном судопроизводстве в условиях развития цифровых технологий : дисс. … канд. юрид. наук., М., 2021 г.- 282 с. и др.

3 Денонсация Устава Советы Европы, Европейской конвенции по правам человека и иных международных актов, которые связывали Российскую Федерацию и Совет Европы, а также распространяло юрисдикцию ЕСПЧ на территорию России, была осуществлена лишь в феврале 2023 года, что, на наш взгляд, не исключает возможность использования в настоящем исследовании судебной практики названного суда, решения которого составляли неотъемлемую часть российской правовой системы в прошлом.

4 Статистические данные об основных показателях деятельности органов прокуратуры Российской Федерации 2019 г. // Сайт Генеральной прокуратуры РФ. URL: https://epp.genproc.gov.ru/web/gprf/activity/statistics/office/result?item=50371756 (дата обращения 21.12.2023)

5 Статистические данные об основных показателях деятельности органов прокуратуры Российской Федерации 2020 г. // Сайт Генеральной прокуратуры РФ. URL: https://epp.genproc.gov.ru/web/gprf/activity/statistics/office/result?item=58866781 (дата обращения 21.12.2023)

6 Статистические данные об основных показателях деятельности органов прокуратуры Российской Федерации январь-декабрь 2022 г. // Сайт Генеральной прокуратуры РФ. URL: Результаты деятельности органов прокуратуры РФ - Генеральная прокуратура Российской Федерации (genproc.gov.ru)

7 Статистические данные об основных показателях деятельности органов прокуратуры Российской Федерации январь-декабрь 2022 г. // Сайт Генеральной прокуратуры РФ. URL: Результаты деятельности органов прокуратуры РФ - Генеральная прокуратура Российской Федерации (genproc.gov.ru)

8 Статистические данные об основных показателях деятельности органов прокуратуры Российской Федерации 2019 г. // Сайт Генеральной прокуратуры РФ. URL: https://epp.genproc.gov.ru/web/gprf/activity/statistics/office/result?item=50371756 (дата обращения 21.12.2023)

9 Статистические данные об основных показателях деятельности органов прокуратуры Российской Федерации 2020 г. // Сайт Генеральной прокуратуры РФ. URL: https://epp.genproc.gov.ru/web/gprf/activity/statistics/office/result?item=58866781 (дата обращения 21.12.2023)

10 Статистические данные об основных показателях деятельности органов прокуратуры Российской Федерации январь-декабрь 2022 г. // Сайт Генеральной прокуратуры РФ. URL: Результаты деятельности органов прокуратуры РФ - Генеральная прокуратура Российской Федерации (genproc.gov.ru)

11 Статистические данные об основных показателях деятельности органов прокуратуры Российской Федерации 2019 г. // Сайт Генеральной прокуратуры РФ. URL: https://epp.genproc.gov.ru/web/gprf/activity/statistics/office/result?item=50371756 (дата обращения 21.12.2023)

12 Статистические данные об основных показателях деятельности органов прокуратуры Российской Федерации январь-декабрь 2022 г. // Сайт Генеральной прокуратуры РФ. URL: Результаты деятельности органов прокуратуры РФ - Генеральная прокуратура Российской Федерации (genproc.gov.ru)

13 Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации: федер. закон от 18.12.2011 № 174-ФЗ // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2001. № 52 (ч. I). Ст. 4921.

14 Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации: федер. закон от 18.12.2011 № 174-ФЗ // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2001. № 52 (ч. I). Ст. 4921.

15 Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации: федер. закон от 18.12.2011 № 174-ФЗ // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2001. № 52 (ч. I). Ст. 4921.

16 Кассационное определение Верховного Суда Российской Федерации № 16-КАД22-2-К4 [Электронный ресурс] URL: https://legalacts.ru/sud/kassatsionnoe-opredelenie-verkhovnogo-suda-rf-ot-22042022-n-16-kad22-2-k4/ (дата обращения: 19.03.2023).

17 Там же.

18 Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации: федер. закон от 18.12.2011 № 174-ФЗ // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2001. № 52 (ч. I). Ст. 4921.

19 Ушаков А.Ю., Аменицкая Н.А. Проблемы доступа к правосудию на этапе возбуждения уголовного дела // ППД. 2016. №3. [Электронный ресурс] URL: https://cyberleninka.ru/article/n/problemy-dostupa-k-pravosudiyu-na-etape-vozbuzhdeniya-ugolovnogo-dela (дата обращения: 19.03.2023).

×

About the authors

Zinaida A. Shalagina

Saint Petersburg University of the Ministry of Internal Affairs of Russia

Author for correspondence.
Email: zsal5528@gmail.com
SPIN-code: 9618-4483
Scopus Author ID: 1096915

postgraduate of the Department of Criminal Procedure

Russian Federation, Saint Petersburg

References

  1. Vilkova T.Yu. Access to justice in criminal proceedings: legal positions of the European Court of Human Rights // Sciences of the criminal cycle. - 2019. - No. 12 (157). — P. 56-67.
  2. Lazareva V.A. Judicial power and criminal proceedings // State and law. 2001. No. 5. pp. 49-56.
  3. Maslennikova L.N. Transformation of pre-trial proceedings into the initial stage of criminal proceedings, providing access to justice in the era of Industry 4.0 [Text] Current problems of Russian law. - 2019. - No. 6. - P. 137–146.
  4. Nazarov A.D. Investigative errors in the pre-trial stages of the criminal process: a textbook. Krasnoyarsk. 2000. 256 p.
  5. Shalagina Z.A., Prokofieva S.M. The essence and content of the concept of «access to the right to a judge» in criminal proceedings // Gaps in Russian legislation. 2022. T. 15. No. 4. P. 336-340. EDN: EGYPXY.

Supplementary files

Supplementary Files
Action
1. JATS XML
Download

Copyright (c) 2024 Yur-VAK

License URL: https://www.urvak.ru/contacts/